Цена и плата

- Несмотря ни на что побеждает любовь, верно, Уилл? Такова была твоя цена? - В голосе сквозило что-то горькое и резкое, и Ганнибал настолько не скрывал эту - обиду? - что ее было отчетливо слышно в трубку. Или же Уилл научился различать, что чувствует его монстр, даже не видя лица психиатра. - Мне оставалось только уплатить ее. Воплотить твою чашу. Счет установил только ты. Уилл прикусил губу, вслушиваясь в больной голос. Он так ждал этого звонка. Идеальных планов не бывает, а у них вообще не было плана. Атлантика сурова, и Уилл вовсе не рассчитывал на чудо. Их разнесло в бурлящих водах. Они потеряли друг друга из виду. Он ни мига не позволял себе сомневаться. Ни во что в жизни он не верил так, как в то, что Ганнибал выжил. Так что он прятался, приходил в себя и ждал. Ждал, что Лектер вернется. Тогда все не кончилось. Все кончилось - теперь. Бесполезно молить о пощаде или прощать. На это было время, и это время ушло. Уилл не представлял, что Лектер посчитает достойной карой для такого. Зачем думать о том, чего все равно не избежишь. Уилл прикрыл глаза. - Мальчик мой... - Шепот имеет отвратительное свойство будить даже глубоко спящего. Уилл чувствовал прикосновение холодных пальцев, которые аккуратно, неторопливо, прядь за прядью откидывали волосы с его лба, попутно нежно следя движением старый шрам. У Уилла никогда особенно не хватало стойкости пересилить то, что он должен был чувствовать по замыслу доктора, а уж сейчас... Уиллу не хотелось бы задохнуться в собственных слезах. Рыдания душили не хуже штормового прибрежного океана. - Не надо... - просипел его голос. Ганнибал просунул руку под поясницу Грэма и притянул его к себе. - Уилл, Уилл. - Он укачивал его в своих объятиях, не опасаясь, что они напомнят мужчине мотавшие его между жизнью и смертью волны. - Уилл, зачем бы я испил твой замысел до самого дна, если не собирался быть с тобой? Твоим? Для тебя. Рядом. Навсегда.