Я убью для тебя. Я умру за тебя

Пара мгновенно обернулась на голос. Щёки Аши запылали пуще прежнего, а Иллидан в мгновение ока стал мрачнее тучи. Нехотя, Владыка отошел от эльфийки, и между ними будто снова развалился мост, выстроенный на такой краткий миг с таким трудом. Охотница болезненно поморщилась, не в силах совладать с охватившим её разочарованием. Не хотелось, чтобы Иллидан вновь надругался над нежными чувствами таким бессовестным способом, но когда Владыка целовал её, с этой нежностью и трепетом, что-то внутри отчаянно желало, чтобы он продолжал. — А ты, мой ненавистный враг, редкостный сердцеед, — ехидно усмехнулась Майев, вышедшая из тени леса — Ты сказала, что запечатала выход из пещеры, Аша, — грозно проговорил Ярость Бури, с ненавистью смотря на своего бывшего Стража. — Простите меня, Владыка. Я… я… — Так спешила упасть в объятия этого демона, что совершенно забыла про свою пленницу? — услужливо подсказала Майев, мысленно наслаждаясь их смущением и замешательством. Губы Стражницы скривились в самодовольной ухмылке. Она упивалась своим блистательным триумфом. Пускай это была не окончательная победа над ненавистным врагом, но теперь счёт хотя бы сравнялся: один - один. Кажется, он перестал чувствовать себя всесильным повелителем вселенной? Какой приятный бонус. — Закрой рот, Майев, — рявкнул внезапно посуровевший Иллидан. Его грудь тяжело вздымалась, а кулаки неосознанно сжались — наверняка в этот момент он мечтал проломить череп назойливой эльфийке. Эта мысль заставила Майев злобно расхохотаться. — И не подумаю. Скажи-ка мне, Иллидан, — она продолжала откровенно веселиться. — Когда ты стал таким нежным, а? Помнится, на Молоте Скверны я познала совершенно другую сторону твоей натуры. Или Воронья Песнь оказалась более сговорчивой и сразу раздвинула… Её вдохновлённый монолог прервал удар высвобожденной энергии, которая своей силой отбросила Стражницу на несколько ярдов назад. Изящный полёт Майев остановило огромное дерево, в которое она впечаталась с неприятным хрустом. От удара перехватило дыхание, а рот мгновенно наполнился тёплой кровью — кажется, острые клыки от неожиданности прокусили язык. Но это не омрачило радости Песнь Теней. Новый взрыв издевательского хохота прозвучал в повисшей тишине. — О чём она говорит? — тихо произнесла молчавшая до этого Аша, растерянно переводя взгляд с разгневанного Иллидана на смеющуюся Майев. На секунду Стражница испытала лёгкий укол совести — всё-таки, Воронья Песнь была не таким уж чудовищем, как остальные, и ненавидеть её не получалось. Хотя к этому были приложены все усилия. Но желание уколоть своего старого врага оказалось сильнее. — Как, ты не рассказывал своей новой пассии о своих садистских наклонностях? — Ещё одно слово, и я запросто переломлю твою тонкую шейку, — зловеще прошептал Иллидан, неожиданно оказавшийся рядом. Майев слегка поморщилась. Не от страха, всего лишь когти полудемона неприятно укололи предплечье. — Убьёшь меня, и ритуалу не бывать. Тиранда тебе этого не простит, я абсолютно уверена. Кстати… — Майев хитро взглянула на Владыку, который, кажется, пребывал в абсолютном слепом бешенстве. Она чувствовала, что играла с огнём. Одно лишнее слово, неверное движение — и бушующее пламя с рёвом поглотит незадачливого факира. Но, какой же сладкой была эта игра. — Я могу не рассказывать Аше о том, что ты делал со мной в подвале, грязное животное, — еле слышно проговорила она, но так, чтобы фраза не долетела до ушей стоящей рядом охотницы. — Либо… Я могу не рассказывать Тиранде о том, что увидела сегодня вечером. Выбирай. — Тебе жить надоело?! — Выбирай. И лучше тебе не заставлять меня ждать. — рявкнула Майев, победно улыбаясь. Когда-то она услышала эту фразу от Иллидана, при совершенно других обстоятельствах, но теперь судьба подбросила ей шанс поквитаться. За причинённую боль, унижение, надругательство, за всё. Теперь Иллидан стоял перед ней в смятении и гневе, терзаемый необходимостью такого выбора. Разве не это закон бумеранга в действии? Превосходно. — Если ты хоть слово скажешь кому-то из них… — Я не скажу. Пока не скажу, душа моя, — эльфийка состроила издевательскую физиономию, кожей ощущая полыхающую ненависть Владыки. — Когда я решу, что хочу получить взамен за своё молчание, то дам тебе знать. А сейчас я буду хорошей девочкой и добровольно вернусь в заточение. Пойдём, Воронья Песнь, я вся твоя. Аш тарадас! * Дёрнувшись, освобождая руку от яростной хватки Иллидана, Майев неторопливо двинулась на запад, к дороге до Браденсбрука, оставляя взбешённого полудемона наедине со своим гневом. Эта маленькая схватка принесла Стражнице небольшую, но от этого не менее желанную победу. Враг был растерян.

***

Охотница понуро плелась следом за Майев, которая чересчур бодро для пленницы шагала к месту своего заключения. Что-то говорить или спрашивать не хотелось. Она чувствовала себя подавленной и уставшей. Стражницу и Владыку определённо связывала какая-то тайна, позволившая эльфийке вести себя столь дерзко и развязно, не получив заслуженного наказания. Иллидан не хотел, чтобы об этом узнал кто-то ещё. А хотела ли этого Аша? «Конечно, ты хочешь, — ехидно подал голос внутренний демон. — Мерзавец Иллидан что-то скрывает от нас… Может быть он пьёт кровь эльфийских младенцев? Или чёрная душа Предателя хранит в себе более страшные тайны? Ха-ха, я тебе не завидую» «Я тоже. Интересно, кому-то ещё так повезло, поглотить душу такого же идиота? Ты, верно, служил шутом у КилʼДжедена. Не знаю, каково было ему, а меня уже тошнит от потоков твоего остроумия, так что будь добр, заткнись» Бес обиженно зарычал и притаился где-то на задворках её сознания. Его терпения не хватит на долгое молчание, но хотя бы несколько свободных минут на спокойные размышления оказались очень кстати. Аша ускорила шаг, догоняя Майев. Слова крутились на языке, но что-то подсказывало — Стражница не ответит. Ещё не время. — Скажи мне, Песнь Теней, — хмуро поинтересовалась охотница, с трудом поборов соблазн выставить себя полной дурой, но произнести вслух терзающий её вопрос. — Почему ты не сбежала? Я же дала тебе эту возможность. Твоё исчезновение решило бы множество проблем. — Будь моя воля, я могла бы давно сбежать, глупая охотница. Брошенная фраза таким небрежным тоном пробила ощутимую брешь самолюбия Аши. Нахмурившись, она выжидающе уставилась на повеселевшую Майев. Весь её вид лучился таким самодовольством, что хотелось треснуть Стражницу по затылку. — Но куда податься эльфийке, осквернённой этой мерзкой магией? Стражи меня не примут, брат отвернётся. Нет, я останусь здесь, и это обернётся самой большой ошибкой для Иллидана в его жизни. Вот увидишь. — Каким образом? — Ха, так я тебе и рассказала. Ответь мне лучше, что ты в нём нашла? Он же просто чудовище! Чумной нарыв на теле Азерота, от которого нужно избавиться любыми способами. — Лучше тебе замолчать, Песнь Теней, если не хочешь, чтобы я высекла тебя и заперла в пещере, только на этот раз без еды, — гневно воскликнула Аша, раздосадованная этим неприятным разговором. — И я снова сломаю твой барьер. Почему все забывают, что это именно я ставила палки в колеса Иллидану шесть лет его тирании в Запределье? Вороная Песнь исподлобья взглянула на Майев — та пожала плечами, беспечно улыбаясь. Словом, ничто не напоминало о том, что она всё ещё оставалась пленницей. В отряде Аллари Стражнице пришлось вести себя гораздо тише, а иначе велик был риск не досчитаться зубов. Стоило быть построже, твёрдо решила охотница, мысленно проклиная свою излишнюю жалостливость. Большинство иллидари, поглотив душу и кровь демона, утрачивали такие качества, как милосердие, сочувствие и гуманность. Скверна всегда накладывала незримый отпечаток на тех, кто рискнул прибегнуть к помощи тёмной стороны. Такова была плата за силу. Но муки совести временами терзали Ашу, и в такие моменты она ослабляла внутреннюю хватку, сдерживающую демона. Враг Владыки — враг для любого из охотников, а значит, сейчас не время для всяких сантиментов. Словно почувствовав изменившееся настроение своей надсмотрщицы, Песнь Теней примирительно вскинула руки. — Всё, я больше ничего не скажу. Лучше расскажи, когда мы начнём обещанные тренировки? Кажется, я больше не чувствую себя слепым котёнком. — Скоро, — мрачно буркнула Аша, вспомнив о приказе Тиранды. — Но оружия ты не получишь. Я достану для тебя деревянный меч.

***

Несмотря на все бурные возражения Майев, когда та получила точные копии клинков Аши — только вырезанные из дерева, охотница была непреклонна. Начать обещанную тренировку решили в Чащобе Дымящейся шкуры. Фурболги — местные обитатели, столь же агрессивны, как и глупы, представляли собой идеальный манекен для отработки ударов. Они беспорядочно кружили вокруг своих тотемов, грозно рыча и подёргивая шкурой. В воздухе витал слабый запах двух чужаков, и огромные медведи обнюхивали каждый куст, не догадываясь посмотреть наверх. Эльфийки удобно устроились на толстой ветви старого дуба. — Кузнец запросил за твои клинки вдвое больше, чем положено. Так что держи, и не возникай. Дорого мне обходишься, Майев, — Аша усмехнулась в ответ на недовольное бормотание Стражницы. — Эти невменяемые звери умрут разве что от смеха, когда я нападу на них. — Довольно болтовни. Видишь пригорок? Под ним пещера. Что в ней? — Издеваешься? Откуда мне знать, я не вижу сквозь землю, — огрызнулась Стражница, покрутив пальцем у виска. — Ты видишь. Отвечай, что в пещере? Поняв, что Воронья Песнь не шутит, Стражница пригляделась. Магическое зрение услужливо раскинуло перед её взором долину, как на ладони. Ауры фурболгов мерцали красными цветами бессильной ярости, неподвижные тотемы испускали едва заметный поток какой-то странной Силы, горели костры и гремели барабаны заклинателей. Но как увидеть то, что сокрыто под землёй? Должно быть, надсмотрщица всё-таки решила поиздеваться над своей пленницей. Когда Майев надоело бессмысленно созерцать клочок земли и с её языка была готова сорваться очередная колкость, пригорок будто бы задрожал и покачнулся. И вот эльфийка словно провалилась на один уровень ниже, под толщу сухого грунта. Внутри действительно оказалась пещера, в углу которой стоял… — Сундук! — радостно воскликнула Стражница, чуть ли не хлопая в ладоши от собственного успеха. — Я вижу, это сундук! — Молодец, — Аша довольно кивнула. — Что внутри? — Ммм… — Майев сосредоточилась, посылая к земле тонкий заряд Силы. Второй раз увидеть оказалось ещё проще. — Какой-то хлам. Обглоданная кость, потёртый фолиант, деревянный фурболг, и тряпки. — Очень хорошо. Теперь принеси мне его. — Эй, постой, каким образом?! — Доверься инстинктам, — хмыкнув, Воронья Песнь неожиданно столкнула ничего не подозревающую Майев вниз, прямо в самое сердце долины. Эльфийка не ожидала столь быстрого перехода от теории к практике, но всё же за несколько секунд стремительного полёта успела сгруппироваться и ловко приземлилась на ноги. Но даже такая мягкая посадка не могла остаться незамеченной — утробно зарычав, трое фурболгов резко обернулись на звук и прижали морды к земле. Чтобы понять, что хищники готовились к нападению, не требовались какие-то специальные знания о дикой природе. Выругавшись сквозь зубы, Майев неуклюже вскинула свои клинки. Довольно долго ей не приходилось пользоваться парным оружием, тем более деревянным, и Стражница никогда не ощущала себя столь беспомощной, как в этот момент. Первым её желанием было слиться с тенью, а затем просто уйти, когда хищники потеряют свой интерес. Но Воронья Песнь по-прежнему с интересом наблюдала за разворачивающимися событиями с высоты своего укрытия. Движения бывшего Стража сложно было назвать неуклюжими. Дело было в другом. Майев банально привыкла передвигаться тяжелее дьявозавра, потому что всегда была облачена в латную броню. Правда, ловкость и грацию ночной пантеры Песнь Теней все же не растеряла. Стражницу разрывало два желания: уйти или вступить в неравный бой? Опозориться прямо на глазах у прислужницы своего злейшего врага совершенно не хотелось. До Иллидана эта новость дойдёт очень быстро. Сомнения недолго терзали её. Сосредоточившись, Майев бумерангом запустила клинки в подступающего к ней монстра. Деревянное оружие оказалось не так уж бесполезно, как могло показаться вначале. Тяжёлые удары массивной рукоятью попали аккурат в лоб хищнику, пробив тому голову, на некоторое время оглушая его. Дезориентированный, фурболг жалобно заскулил и отшатнулся. Его смятение могло быть дать некоторое время для расправы с двумя оставшимися, чем Песнь Теней не преминула воспользоваться. Нападающие выглядели устрашающе. Огромные тела покрывала лоснящаяся чёрная шерсть, с оскаленных желтоватых клыков капала слюна, а кривые лапы фурболгов заканчивались острыми когтями, которые со свистом рассекали воздух. Майев попятилась. Даже учитывая, что вместо трёх хищников ей предстояло побороть только двоих, силы всё равно были не равны. Нехорошее предчувствие щекотало нервы. Пережить гонения, пытки, инициацию, и умереть так глупо? В тот момент, когда Стражница практически отчаялась, на смену пульсирующему страху пришло странное, но чем-то знакомое чувство. Будто бы она была… Не одна. Прямо как при благословении богини. Демоническая энергия, ускоряемая адреналином, разносилась по венам с пугающей быстротой, насыщая организм Силой Скверны. Мышцы наливались, изнывая от напряжения, но тело приобрело такую лёгкость, что казалось, стало абсолютно невесомым. В нос ударил манящий запах крови фурболгов, и рот Стражницы неожиданно наполнился слюной. Хотелось немедленно броситься в атаку и разрывать врагов голыми руками. Внутренний демон щедро делился своей Силой, тем самым позволяя вспомнить, что Майев никогда не была беззащитна. С чего это вдруг она решила испугаться двух безмозглых животных? Схватка внезапно показалась ей совершенно пустяковой, не стоящей былого внимания. Перекатившись по земле, Майев совершила стремительный рывок навстречу монстрам, взмахнув своими когтями. Мохнатые шеи фурболгов мгновенно располосовало несколькими глубокими ранами. Но, не смертельными. Стражница ловко увернулась от укусов обезумевших от боли существ, с наслаждением смакуя свои новые возможности. Поразительная мощь. Казалось, Майев и её внутренний демон стали одним целым, слившись в единое существо, для которого не существовало никаких преград. Эльфийка хрипло рассмеялась, слизывая брызнувшую в лицо кровь. Упиваться этой схваткой можно было бесконечно, но фурболги, потеряв много крови, перестали быть опасными противниками, победа над которыми могла бы принести удовлетворение. Повинуясь проснувшимся инстинктам, Майев призвала на помощь темную Силу, в разы усленную энергией Скверны. Она черными щупальцами окутала тела фурболгов, сжимаясь все сильнее. Ломались сухожилия и кости, мышцы и органы лопались внутри, напарываясь на осколки. Монстры беспомощно вопили в предсмертной агонии, слишком поздно осознав, с каким чудовищем им на самом деле пришлось столкнуться. Это была чистейшая победа. Правда, кое-что Ашу крайне смутило. Откуда в затравленной предательнице есть Сила, ужаснее, чем Скверна? Холодок пробежался по спине охотницы, когда услужливое воображение представило Ашу на месте несчастных животных. Но ликование бывшего Стража было недолгим. Прежде чем послышался звук тяжёлой поступи, Майев кожей ощутила растущее присутствие какой-то чудовищной энергии. Оно заполняло собой каждую клеточку, и даже солнечный свет померк, словно не желая встречаться с обладателем столь тёмной ауры. Звуки битвы привлекли внимание отнюдь не фурболга. Стражница обернулась и обомлела — перед ней стоял некто, напоминающий сатира. С той разницей, что незваный гость был вдвое выше любого из прислужников Ксавия, а его узкие глаза горели самым настоящим фиолетовым пламенем. Память услужливо подбросила воспоминание из очень давних времён, когда травники рассказывали байки о неком ТурʼКсоране — мутировавшим сатире, который якобы ночами блуждает по ВальʼШаре, сея порчу и убивая случайных путников. Майев тогда строго наказала тех сказочников, посеявших смуту в её отряде, но, кажется, в их россказнях всё же присутствовало зерно истины. И сил она потратила слишком много, чтобы точно так же уничтожить это ужасное чудовище. — Новообращённая охотница оттачивает своё мастерство? — прогрохотал ТурʼКсоран, занося оружие. — Ты ищешь смерти — и ты её получишь! Удар был ошеломительной силы. Майев не успела опомниться, как тяжёлый молот сатира соприкоснулся с её солнечным сплетением, заставив эльфийку отлететь на добрых ярдов тридцать. Дыхание перехватило, а внезапная тупая боль сосредоточилась в треснувших рёбрах. Она застонала, не в силах пошевелиться. Демоническая регенерация включилась в работу мгновенно, не позволяя Стражнице умереть в тот же момент, но всё же её было недостаточно, чтобы начать атаковать. Наверняка, для опытного иллидари сатир не представлял большой опасности, но эффект неожиданности сделал свое дело. Майев не хватило даже на то, чтобы защититься. ТурʼКсоран приближался с удивительной быстротой, предвкушая скорую смерть своей жертвы. Попытка подняться с треском провалилась, и Майев оставалось только лежать на земле, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, ловя ртом воздух. Она попыталась слиться с тенью, но вся энергия затрачивалась на восстановление. Песнь Теней уже приготовилась умереть, как вдруг кто-то или что-то стремительно пронеслось совсем рядом, с силой отталкивая ничего не подозревающего сатира. Аша Воронья Песнь двигалась быстро и грациозно, осыпая ТурʼКсорана волной стрел из энергии Скверны. Она чередовала магические залпы с взмахами своих клинков, лезвия которых с приятным чавкающим звуком прорезывали плоть монстра. Он протяжно взвыл, протягивая руки в попытке поймать охотницу, но Аша проносилась быстрее ветра, проворно ускользая от его пальцев. Схватка была столь же красива, как и быстра — эффект неожиданности сыграл против сатира, и вот он уже оказался лежащим на земле, с неестественно вывернутой шеей. Эльфийка наскоро обтерла запачканные кровью клинки об одежду поверженного врага и спрятала их за спину. Майев ошарашенно наблюдала за её действиями. Она явно до сих пор не отошла от шока, и всё происходящее напоминало замедленную съёмку. С благодарностью приняв протянутую руку, Песнь Теней наконец поднялась с земли. Ноги дрожали и слушались с трудом. — Ты… спасла мне жизнь, — Стражница непонимающе уставилась на Ашу, будто бы увидела её впервые. — Только не спрашивай, зачем, — поморщилась она. — Позволь я ему разорвать тебя, решилась бы одна из моих проблем, но появилась сотня новых. — Я благодарна тебе. — тихо произнесла Майев, вместо язвительных слов в ответ на колкость охотницы. — Не стоит. Ты в порядке? Идти можешь? — Кажется, да. — Замечательно, — Аша довольно кивнула, заклинанием расчищая для них проход сквозь густо сплетённые деревья. — Я чувствую зов. Кажется, нас ждут в храме Элуны. Что ж, настало твоё время явить этому миру новое божество. Майев не ответила, улавливая сарказм в голосе своей надзирательницы. Время, данное на подготовку к ритуалу, уже истекло, пора было исполнить обещание, данное Иллидану. Мысль о сотрудничестве с Предателем отдавала горечью, но сейчас у неё действительно не было выбора. По крайней мере, в этот раз гнусный демон не обманул, и все условия Песнь Теней были выполнены. — Я готова. — Тогда пошли, не будем заставлять Владыку ждать. Аша слегка поморщилась, будто бы слова не желали срываться с её уст. Наконец, всё же решившись, она продолжила: — Это было неплохо. — Что именно? — Ты билась достойно. Для первого раза. — Я билась не в первый раз, — холодно отрезала Песнь Теней. — Я сразила твоего ненаглядного Иллидана в первый же день после освобождения, а перед этим перебила половину его телохранителей. Ты правда надеялась, что они смогут меня одолеть? — Когда ты мешком свалилась с дерева — да. Шевелись, пока мой ненаглядный Иллидан не решил, что мы обе не нужны для ритуала.