Гром среди ясного неба

      Джесси вдохнул полной грудью воздух и медленно выдохнул, уставший с задания, ему нужно было на минутку уйти куда-нибудь подальше отсюда, от этого тусклого мира. Он лег на мягкую кровать, которая дожидалась его весь день.

***

      Солнце так и слепило глаза, но МакКри оно не мешало, стоило ему лишь наклонить краешек шляпы вперед. От жары, к несчастью, чудесный трюк не спасет.       Аккуратно отодвигая подсолнухи, пытаясь не навредить, Джесси шел, куда глаза глядят. Ему казалось, что это поле никогда не кончится, и последнее, что он увидит перед смертью, — эти милые цветы, напоминающее солнце над головой. Редкие облака плыли по насыщенно-голубому небу. МакКри увидел среди них нечто, похожее на кактус. Потом заметил кита, которого видел лишь на картинках, когда был совсем мал. В этот момент ковбой вспомнил себя еще ребенком, мечтающем побывать во всех странах, во всех уголках этого бескрайнего, как ему тогда казалось, мира. Отчасти его невинные желания сбылись. Единственное большое разочарование познал он будучи подростком. В детстве думал, что после всех этих приключений Джесси придет домой, где его непременно будут ждать любящие родители и верные друзья. Этого, конечно, не случилось. У будущего были иные планы, о которых МакКри не любит вспоминать, но иногда мысли, как облака, спокойно плывут в голове, постепенно скапливаясь в тучи, и во время дождя негде укрыться, из-за чего ковбой промокает до нитки.       Джесси ускорил шаг, поспешно переходя на бег. Он представлял, что позади него ливень, и сильный ветер, помогающий ему настигнуть бедного ковбоя. МакКри предпочел бы остаться сухим, не тронутым тяжким бременем.       Легкие подводили Джесси, а ноги еле передвигались сквозь подсолнухи, порой спотыкаясь о толстый стебель. Он отчетливо слышал звуки дождя и грома и смотрел прямо на лучистую поляну. А она все не кончалась, может, и вовсе становилась длиннее с каждым шагом. МакКри повторял себе слова, мол, ты справишься, не сдавайся, все получится. Наивный голос в его голове звучал сильнее разумного, который в такие моменты и вовсе молчал. Ведь человек не может быть быстрее ветра.       У МакКри начали слабеть руки, позже ноги, рот еле успевал глотать воздух, кислород прожигал глотку и легкие. Снижая скорость, ковбой наткнулся на твердый стебель, о который споткнулся, вывихнув лодыжку. Словами снова помогал себе не сдаваться и встать, но тело не хотело слушаться, видимо оно устало и желало отдохнуть в самый неподходящий момент.       Джесси, закрыв глаза, чувствовал холод и мелкие капли на лице, но, когда дождь его настиг, ковбой удивился: он должен был быть уже весь мокрый от головы до пят. Открыв веки, увидел перед собой чьи-то ноги в металических сапогах. Быстро подняв взгляд, МакКри улыбнулся. Это был Хандзо с синим японским зонтиком из соломы. Шимада подал ему руку, и тот тут же встал.       — Что-то не так? — спрашивает лучник, глядя на своего радостного ковбоя.       — Спасибо тебе за все, — говоря шепотом, Джесси прикоснулся щеки японца.       — А вот и ливень закончился. — Опуская свой зонтик, Хандзо приподнял руку, проверяя, точно ли дождь перестал лить.       Солнце вновь озарило поляну, а облака были красивого бежевого цвета, выглядели как созревший хлопок. МакКри приподнял край шляпы, чтобы увидеть бескрайнее небо, которому был безумно рад. Маленькая пчелка в это время пронеслась мимо его глаз. Наблюдая за мохнатым насекомым, Джесси пытался не потерять ее из виду. Она громко жужжала, летела очень быстро вокруг ковбоя и направилась к лучнику, возле которого были ее друзья.       МакКри похоже забыл на мгновение о присутствии Хандзо и сразу же потерял дар речи, увидев его посреди подсолнухов. Желтая ленточка, развевающееся на ветру, гармонично вписывалась в композицию. Карие глаза смотрели внутрь МакКри, и он чувствовал себя неловко, в горле застрял ком, словно он очутился перед ним совершенно голым. Глаза смотрели сквозь все его тайны и страхи, но без презрения, а с пониманием. От Хандзо исходили тепло и уют, из-за чего захотелось дотронутся до Шимады. Кожей почувствовать это тепло. Взяв его за руку, Джесси показалось, что жар, исходящий от Хандзо, был сильнее солнца. Он будто пылал рядом с ним, при этом не было ни боли, ни усталости, ни дискомфорта. Ему было хорошо. Просто хорошо.       — Джесси, — тихо позвал его Шимада.       — Да? — также влюбленно и шепотом спросил.       — Слезь с меня! — злобно крикнул лучник.       — Что?!       — Проснись, стрелок хренов!       МакКри открывает глаза, а красивая картинка исчезает в реальности. Перед собой он видит Хандзо, уткнувшегося лицом в его грудь, и которого держит в крепких объятиях.       — Прости, черничка моя, — мило произнес ковбой, отцепляя руки.       — Убить хотел, а теперь ласково зовешь? — Приподымаясь, Шимада поправляет волосы. —Странные вы, американцы.       — Просто был отличный сон, — с улыбкой говорит МакКри, поглаживая татуированную руку лучника.       — Во как. Кошмары, значит, прошли?       Джесси медлит с ответом, может даже решается отклониться не потому, что не хочется поднимать тему страхов, а оттого, что его любовник утром неописуемо красив. Он смотрит на него с бесконечным счастьем в глазах: понимает, что Шимада именно тот, кого ему так не хватало и которого повезло встретить.       — Хандзо, переезжай ко мне.       — Baka*, — улыбнувшись ему, лучник убрал прядь каштановых волос с лица МакКри, — ложись спать. После обеда поговорим.