Из "Золушки" в "Принцессу" или Трудовые будни жены мафиози!

      Нацу старательно пытается собраться с мыслями, но в реальности, просто смотрит в одну точку. Первым не выдерживает Грей, ударяя кулаком по столу.       — Драгнил, ёшкин-магадан, что случилось? Вроде изначально ситуация не была настолько ужасной!       — Акнология в городе, — наконец изрекает он, прикусывая губу, — И он здесь не только для того, чтобы устранить мои организации. Он хочет избавится от нас.       — Насколько это опасно? — спрашивает Лаксас, сильнее сжимая ладонь Дженни.       Зереф приподнимает брови, надеясь, что Дреяр поднатужится и всё же вспомнит, кто такой Акнология.       Он страшен в гневе, он страшен в дружбе. Он страшен всегда, ибо в его руках сосредоточена огромная власть. Страшнее его нет никого в этом чёртовом мире! Террорист, убийца и просто, чертовски умный человек.       — ПКНТ-17 уже почти готово, Нацу. Если использовать его против Акнологии, мы победим без особого труда, — вмешивается Эльза, не понимающая, к чему такая паника.       — Нет, мы не будет его использовать в городе. Это, как минимум, опасно, — рассуждает Мавис и Нацу кивает, полностью поддерживая её.       — Он оставил нам послание в Вашингтоне и Лос-Анджелесе. Хэппи в панике, — вздыхает Дрангил младший, потирая виски, — У Шарли на этой почве случился нервный срыв.       Люси сильнее вжимается в кресло, вспоминая их особняк в солнечном Маями. Затем, им ещё удалось выбраться с Шарли на концерт Рамштаин. Она удивительная, и Хэппи тоже. Выводит иногда из себя, правда. Но в остальном, он очень хороший.       — Что за послание? — цедит сквозь зубы девушка, и Нацу улыбается. Вот она, та девушка, которую он полюбил. Стервозная, но одновременно добрая. Неужели их любовь уже прошла? Драгнил качает головой. Чтобы он там не кричал, он никогда не отпустит её.       Гажил выкидывает на стол фотографии зданий. Вокруг них несколько убитых человек с перерезанным горлом, а на стене надпись: «Скоро буду, жди».       — Это в Лос-Анджелесе. А это в Вашингтоне, — он тыкает на фотографию, где написано «Вам не жить», Рэдфокс многозначительно вздыхает, — В один день. Они написали это секунда в секунду. Акнология не один. Он с сообщниками.       Зереф хмурится, а Нацу оборачивается к нему, подымаясь из-за стола.       — Я проиграю. Это твоя война, — он облизывает пересохшие губы.       — Ты не можешь просто так отдать мне всё, что строил!       — Нет, могу. Я не в состоянии сделать нечто подобное, Акнология сильнее и умнее меня. Ты тоже. Тебе с ним и тягаться.       Жерар нервно постукивает ногой по полу, а затем, наконец подымается, вслед за Драгнилом младшим.       — Зереф прав. Ты не можешь просто отдать ему своё место за этим столом. Это не детская столовая. Это не Академия, где мы из старшей школы, сразу поступили в колледж. Где все друг друга знают, и все друг другу верят. Нацу, это сложнее. Вместе мы прорвёмся. У нас много разработок, у Гажила много материала. У Грея достаточно связей, а Джувия может подключить другие мафиозные группировки. Мы сможем сделать это, Нацу. Но вместе. И ты часть всего этого механизма. Если ты уходишь, то уходят все. Мафию нельзя покидать. Можно только умереть.       Нацу скалится, проговаривая про себя слова Фернандеса, и медленно кивает.       — Какие идеи?       — Мы начнём с информационной войны.

***

      Леви поправила волосы, пока Дженни крутилась за камерой. Нацу прикусил губу, наблюдая, как они кладут начало огромной битве. МакГарден слабо улыбается, но когда на экране начинается отсчёт до эфира, её лицо мгновенно приобретает серьёзное выражение.       — Здравствуй, Америка! Я Леви МакГарден, и сейчас я расскажу вам о страшном терроре в Маями. Наверняка, вы не раз слышали об этом. Но проблема в том, что информации о этом страшном дне, нет нигде. Именно сегодня, мы раскроем для вас эту тайну.       Нацу наклоняется к экранам, прокручивая какое-то колесо, увеличивая сигнал приёма. Отлично. Теперь Леви услышат даже на мелких радио в отдалённых деревушках.       — Акнология. Имя тому страшному человеку, который взорвал два небоскрёба и один торговый центр в Маями, а потом в Нью-Йорке. Акнология начал новую сеть убийств. Именно он, расписал дома в Вашингтоне и Лос-Анджелесе, кровью людей. Будьте осторожны, и всегда держите наготове связь, чтобы можно было позвонить в полицию. Это был специальный выпуск новостей, следите за нашими экстренными эфирами, на любом телеканале страны.       Камера выключается, и Нацу улыбается, кивая Леви. Она, прекрасно справилась со своей задачей, и сейчас, уже держит вруках мобильник.       — Да, Гаечка? Нет, подгузники в правом ящике. Рядом с красненькой коробочкой, да, да. Я сейчас буду, не ставь кашу. Да, хорошо. Нет, милый, в урну. Нет, ты не пойдёшь с ними гулять один. Нет, Лили неподходящяя компания.       Люси потирает ладони и кладёт голову на плечо Нацу.       — Прости меня, я иногда бываю той ещё…       — Да нет, это ты извини. Внушил себе, что я король Вселенной, а сам испугался, когда Акнология вернулся.       — Эй, голубки, я, конечно, извиняюсь, но нам надо ещё одобрить текста в газетах, которые будем кидать с самолётов. И листовки тоже, — окликает их Грей, которого безумно сейчас бесили все эти душещипательные разговоры.       — Газеты уже проверены, копуши, — заверяет их Эльза, — Кана согласилась подфотошопить фотографию. Засветим лицо Акнологии.       — Прекрасно, — улыбается Зереф, краем глаза замечая, как Леви выскакивает из студии.

***

      Леон вздыхает, наблюдая, как стрелка часов упорно пыталась ему напомнить, что его девушка уже должна быть дома. Наконец, машина Фулбастера тормозит около забора, и Джувия выходит из автомобиля.       — Джу, ты звони, если что. Я завтра заеду в двенадцать.       — Нам всё ещё не о чём говорить, Грей.       — Теперь я не отпущу тебя, Локсар, — улыбается он, и видит, как она на секунду мешкается, но всё же, захлопывает дверь, и быстрым шагом двигается к дому.       — Я уже заждался, — бурчит Леон, открывая ей входную дверь, — Ты чего так долго?       — Прости, там большие проблемы, — она устало распускает хвост, кидая резинку на тумбочку.       — Насколько большие?       — Огромные, — выдыхает она, рассматривая своё отражение в зеркале, — А ещё, думаю, нам стоит взять перерыв.       Леон хмурится, закрывая дверь на замок.       — Это всё из-за Грея, да? Этот паршивец…       — Нет, не из-за него. Мне просто нужен отдых, — она шаркает в спальню, не обращая внимание, на злого Леона, ходящего туда-сюда по коридору. Сколько проклятий он тогда высыпал на судьбу Грея неизвестно, но точно можно заверить, что пару десятков.