Зверь-мститель

Как-то в начале сентября Великий Мастер Угвэй пригласил учеников в свою комнату, усадил за большой стол, приказал слуге-гусю наполнить кружки вином из Долины Мира и неожиданно провозгласил тост за дружбу. Чао и Шифу, сидевшие рядом, озадаченно переглянулись. Громкие тосты были не в характере учителя. — До дна! До дна! — приговаривал черепаха. Попросил Петуха налить всем снова, потом заговорил: — В прошлый месяц я рассказывал вам о моём лучшем друге Кае. И не скрыл, что погубил его. Как это случилось, доскажу нынче… Было это ещё в годы моей молодости. Нам с Каем пришлось возглавить императорскую армию против многочисленного войска мятежного губернатора одной из провинций. Я стал начальником копейщиков и мечников. А Кай — кто бы мог подумать! — принял командование над арбалетчиками и лучниками. Мы повели свои полки далеко в глубь страны. Окопались, залегли; несколько рот разместили в горах, под прикрытием деревьев. А напротив нас окопались враги. Несколько недель длилась настороженная, угрожающая тишина. Нарушалась она лишь короткими перестрелками да изредка вылазками в стан противника. Войны, можно сказать, покуда и не чувствовалось. Но вот как-то утром стало вдруг известно, что исчез полковник Лу Сан, один из лучших наших стрелков и стратегов. Видимо, ночью враги его похитили. Кай горел желанием отомстить за своего адъютанта и уговорил меня вступить в битву. Все наши солдаты расставлены были, как в самом начале. И тут я решил немного их переставить. Ведь я знал, что Кай был неточен! Угвэй покачал когтем, неторопливо осушил свою кружку, кивнул Петуху, чтобы тот наполнил её, и продолжал: — Он посчитал меня сумасшедшим, но всё же велел разместить полки по моему приказу. Так всё и исполнилось, и на следующий же день грянул жуткий бой — кстати, на поле Мэйхуа Чан. Мы с Каем сражались яростно, как простые воины, и победа осталась за императорской армией, однако и я был ранен вражеской стрелой. Кай нёс меня на руках в поисках помощи и принёс в горную деревню панд. Они владели искусством лечения с помощью энергии Ци, которому и нас научили. Но Кай, отличавшийся большим властолюбием, нежели я, понял: что можно дать, можно и отнять. И он пошёл в наступление на это село. Тем временем я узнал, что пропал тамошний староста… Первомастер осушил вновь свою кружку, велел Петуху налить. Помолчал… — Я мог бы закончить мой рассказ быстро, но подумал, что будет интереснее, если конец переживёте вы сами. Ты, Шифу, — кивнул он любимцу, — станешь мной, раненым генералом, исцелённым пандами. А вот за Кая будет у нас… Он оглядел учеников одного за другим: Слона, Пантеру, Петуха, Фэнхуан. Взгляд его остановился на Чао. — Может, ты?.. Ты будешь Каем! — Ладно, — отозвался ящер с показным равнодушием, — кому-то ведь надо! Шифу не обманула его ухмылка; обоим стало ясно: мастер хочет их проверить. Как бы им получше держаться!.. Угвэй повёл над ними посохом, пробормотал какие-то слова. Горячий, дурманящий дух свеч наполнил комнату; у всех отяжелели веки. — Закройте глаза! — велел черепаха. — Вы увидите, что произошло в деревне панд. А Шифу и Чао должны поступать так, как Кай и я тогда, в то роковое время… Шифу чувствует, как его одолевает усталость, свинцовая тяжесть разливается по телу, и он засыпает. Издалека доносится тихий спокойный голос учителя: — Чао — як, понявший возможное могущество через отбирание Ци. Он стал отступником… А Шифу, исцелённый черепаха в генеральском плаще, стоит на холме, выбирает себе посох… Шифу, исцелённый черепаха в плаще генерала, стоит на холме и выбирает посох из десятка найденных в деревне. Ему приглянулось тонкое, крепкое изделие зелёного цвета. — Вот этот! Артефакт ему тотчас подают. Шифу быстро прокручивает в лапах посох, проводит когтем по резьбе и символу на верхушке. И вдруг невероятно быстрыми для черепахи прыжками устремляется на остальных панд, будто хочет через них перелететь. Те в ужасе разбегаются; Шифу же, ко всеобщему изумлению, взмывает вверх и летит по воздуху, уменьшаясь прямо на глазах! И вот уж его не видит с огромного дерева сын старосты Ван Минь. Шифу мчится с невероятной быстротой высоко над землёй, словно по ровному полю. Вот он над какими-то разрушенными домами. Вскоре видит с высоты первые снега на огромных горных вершинах. А вот и зелёные фигуры несчастных жертв Кая и их соломенные шляпы. Сам же он и посох его для оживленцев невидимы. Однако некоторые из них настораживаются, а один почему-то грозит небу кулаком. Но вот Шифу направляет посох вниз, осторожно приземляется. Неподалёку от себя, на скалах, замечает небольшую полуразваленную хижину. Войдя туда, он обнаруживает обхватившего голову лапами знаменитого «мастера Ци» из деревни, прославленного Пу Чжана. Шифу, покачиваясь, подходит к нему и… пугается. У старосты на лбу виден широкий шрам. — Что надо? — произносит он хриплым, отрешённым голосом. — Как ты очутился здесь? — Господин Пу Чжан, я генерал Угвэй и прибыл освободить вас отсюда. Моих умений хватит, чтобы вернуться в деревню! Теперь и лицо пленника становится обрадованным. — Если вы не возражаете… — Шифу крутит посох, берёт старосту за лапу и, пробормотав заклинание, идёт к выходу. Мгновение… и они вырвались из хижины. Оживленцы внизу так ошарашены, что не могут и пальцем шевельнуть. С криком «Поберегись!» Шифу несётся лёгкими, огромными прыжками. Рядом с ним освобождённый староста. При виде их «зелёные» опускают своё оружие. Шифу прибавляет скорости. — Держитесь крепче, господин Пу Чжан! Никто не осмелился помешать им. Лишь когда они, миновав засаду, вырвались в чисто поле и поднялись в воздух, враги пришли в себя и принялись метать в них копья и дубины. Но они не причиняют им вреда, лишь свистят и падают мимо. — Если эти молодцы хотят нас сбить, они должны в совершенстве владеть кунг-фу, — успокаивает Шифу изумлённого старосту. — Дерево и железо для нас — пустяки, и стрелы тоже! Но вот огонь снизу прекращается, и вопли стихают. Вдали возникает какой-то неясный шум и рёв; он всё ближе и ближе. Шифу нельзя обернуться, чтобы посмотреть назад; он просит об этом своего спутника. Тот сразу докладывает, что их настигает огромный чёрный як: он размахивает нефритовыми клинками, едва не заслоняя солнце! Черепаха проговорил заклинание, махнул посохом, и вот уж между ними и преследователем огромная туча, серая и плотная. Тучи, тучи… Они громоздятся одна над другой… Як прорывается сквозь преграду. — Он летит на нас! — кричит панда. Шифу давно уже понял, что это за як, и его не удивляет, когда тот рычит: — Остановитесь! Иначе смерть! Голос показался Шифу знакомым. Откуда? Но раздумывать нет времени! Снизившись, он выпаливает в противника синей молнией из посоха; она должна смести всякого, как пёрышко. Нет! Генералу Каю любое заклятие нипочём! — Поворачивайте, пока не поздно! «Голос…» — думает Шифу. И тут же его узнаёт. Это голос Чао, его друга! Когда-то, давным-давно, они оба были учениками в Нефритовом Дворце Долины Мира… — Як нагоняет нас! — кричит староста. Черепаха с трудом слышит его. — Отразите его атаку, генерал! Почему не отражается? — Нечем: я не могу противостоять ему в воздухе! — Шифу рад, что нашёлся. И к тому же это правда. Глава деревни панд, летящий рядом, направляет посох соседа вниз, и в тот же миг оба приземляются на ближайший холм. — Остановите его, умоляю! Чао, як Чао, на расстоянии всего лишь нескольких саженей. Шифу и мысли не допускает его убить. Даже во сне! Делает вид, что встаёт в боевую позицию; на самом же деле пытается направить волну удара в сторону. — Давайте же, давайте! Не повернув головы, Шифу проводит выпад. Он уверен — всё пройдёт мимо. Исторгается мощнейшая золотая волна! И вдруг… яростный предсмертный вопль: — Ши-и-фу! Ши-и-фу! Бедняга вздрагивает, роняет посох. Он плачет, закрыв лицо лапами. — Ши-и-фу! Ши-и-фу! Малый панда очнулся. Как оказался он здесь за столом с Петухом, Слоном, Фэнхуан… Испуганные, удивлённые, уставились они на него. Каждый из них, встретившись с ним взглядом, тут же опускает глаза. Угвэй сидит на своём месте молча, застыв, словно к чему-то прислушивается. Чао тоже неподвижен. Он упал грудью на стол. Раздвоенный красный язык свешен в сторону, чешуйчатые лапы раскинуты. Только что они были другими, мощными, шерстистыми… Рядом с ящером опрокинутая кружка, тёмно-красное пятно на столе. Вино или кровь?.. Пантера с криком бросилась к нему: — Шифу, Шифу, ты его погубил! У того ком застрял в горле. Он рванул ворот халата. И вдруг видит — лапа Чао шевельнулась!.. К нему возвращается жизнь. Опираясь лапами о стол, ящер приподнимает голову. На груди, точно посередине, красное пятно. — Чао! — Пантера озабоченно трогает его за плечо. — Чао, ты жив? — А ты как думала? Мы ведь играли! Только вот тело ломит от удара Шифу. В следующий раз пусть кто-нибудь другой играет этого Кая. С меня хватит! Я пошёл спать. Ученики вздыхают с облегчением, смеются, а Слон гудит то, что у всех на уме: — Иди, иди спать, братец! Главное — ты выдержал! Шифу сидит, словно окаменев. Луч из посоха, крик, нежданная радость, веселье! Как всё это связать воедино? — Тихо, тихо! — повысил вдруг голос Угвэй. — Прекратить! Сядьте и замолчите! Он встал и, обхватив лапой свою кружку, сжал её так, будто желал раздавить. — То, что видели вы, — всего лишь сон, кошмар, который прошёл… А я пережил это наяву. Тогда, века назад, я убил его! Убил моего друга! Должен был убить! Как это сделал Шифу, как сделал бы каждый на моём месте! Каждый! Он так трахнул посохом об пол, что затрясся стол. Никто не видал прежде благодушного хозяина Нефритового Дворца в таком состоянии. Даже Фэнхуан, наиболее храбрая, не могла вымолвить и слова. Скоро Угвэй произнёс: — Идите. Идите в свои комнаты. Хочу быть один. Один! Шифу хотелось тоже побыть одному, и он незаметно выскользнул из комнаты. Была безлунная звёздная ночь. По мокрой траве малый панда добежал до жилища учеников. Поглядев на сияющие в небе звёзды, увидел невдалеке лес с железными деревьями, и его охватило вдруг желание потренироваться. Лёгким бегом добрался Шифу до цели и принялся отрабатывать удары. Десять, двадцать, ещё и ещё… Подпрыгнув напоследок, он направился обратно. На тропе, кутаясь в халат, стоял Чао. — Пойдём домой, Шифу! Давай скорее сюда! — ящер подал ему лапу. Хотел было приобнять, но тот отстранился. — Я не понимаю, Чао! Не понимаю! Как мог я только тебя убить? — Ты и не убивал, Шифу! Не отправлял меня в мир духов! — Ты точно это знаешь? — Я видел! А потом… Я знаю тебя! — товарищ дружески ткнул его в бок. — Предсмертный вопль, конечно, ужасен, но мне он ничего не стоил. — А полёт? — А-а-а, полёт! Не забывай, что я смыслю немного в секретах кунг-фу. Уж на это моих знаний хватило!