Шоколад и корица

– Да это же никуда не годится! – воскликнул Виктор, заставляя Юри, который мыл посуду, вздрогнуть. Уже на протяжении полутора часа Никифоров спорил с продюсером «Шоколада и корицы», фильма, который должен был быть снят по мотивам книги русского писателя. Юри пытался не мешать «взрослым», поэтому как мог занимал себя различной работой по дому, которая неумолимо заканчивалась. Прошло 2 года с объявления адаптации книги Виктора, которую он написал ещё в юношестве и которую он называл своей лучшей работой, потому что, по его словам, она была «вещей». В книге рассказывалось о том, как бедный, почти сдавшийся писатель, встречает скромного, но обаятельного парня не много лет младше него и мгновенно влюбляется в него. Никифоров верил, что эта книга была о Катсуки, и называл его своей музой. Несмотря на то, что книга была достаточно непопулярной, как среди критиков, так и аудитории, режиссёр фильма, Марат Букмимбетов, достаточно известный в России и Голливуде, был уверен, что эта работа станет хитом. – Виктор, – устало выдохнул мужчина по ту сторону видеозвонка, – мы уже 2 года не можем нормально начать съёмки, потому что ты так и не одобрил главного актёра на роль Константина. Продюсеры уже раздражаются, нужно приступать. К тому же, мы от тебя так и не получили финальную версию сценария… – Да знаю я, знаю! – перебил Марата Виктор и закатил глаза. – Я ещё не видел ни одного достойного претендента на роль меня… то есть Константина, – писатель нахмурился, пытаясь сдержать свои порывы просто закрыть ноутбук и закончить звонок. – Юрий Плисецкий отлично подходит на эту роль… – начал режиссёр, но Никифоров недовольно помахал рукой перед камерой. – Видел я вашего Плисецкого, ни капли он на меня не похож! – русский как будто даже надул губы. – Витя, это не автобиография, – покачал головой Марат. – Юри, ты здесь? – обратился он в пустоту, заставив Юри подпрыгнуть. – Да, мистер Букмимбетов? – японец осторожно подошёл к уже явно обиженному Виктору, появляясь в поле зрения камеры. Юри слабо понимал, о чём они говорили на русском, однако он прекрасно слышал имя Юрия Плисецкого. Несмотря на языковой барьер, Катсуки прекрасно понимал, о чём шёл разговор, так как ему уже приходилось встречаться с Плисецким…

-----------------

Год назад Виктора пригласили на кастинг и читку, чтобы тот посмотрел и одобрил актёров, которых подобрал кастинг-директор, а также декорации и пробные кадры локаций. Но, конечно же, Виктор Никифоров никуда на следует без своего протеже и любовника, Юри Катсуки. Пара прилетела в Петербург рано утром, а уже днём они очутились на съёмках. Здесь как всегда было шумно и многолюдно, даже несмотря на то, что съёмки официально ещё не начались. Туда-сюда сновали стажёры с кофе, операторы тестировали различные углы для съёмок, а ассистент режиссёра строил массовку. – Витя, какие люди! – развёл руками Марат, увидев парочку чуть ли не с другого конца съёмочной площадки. – Вы успели отдохнуть? – Да не очень, – пробурчал Виктор. Невыспавшийся, он всегда становился угрюмым и ворчливым, однако это всегда забавляло Юри и казалось безумно милым. – Надеюсь, мы вам не нужны надолго, хотелось бы полноценно выспаться. – Да, нам нужно, чтобы ты одобрил главных актёров, а больше нам пока от тебя и не надо. Режиссёр не слишком был доволен тем фактом, что придётся откладывать всё остальное ещё на день, но с другой стороны прекрасно понимал писателя. Букмимбетов проводил пару до гримёрной Плисецкого, где у двери их встретила его агент, Лилия Барановская, сурового вида женщина лет 50. – Юрий готовится, дайте ему несколько минут, – строго заявила она, осматривая Виктора с ног до головы. – Есть некоторое сходство, хотя у Юры волосы более благородного, пшеничного цвета. Комментарий женщины задел Никифорова, но он смог сдержаться от колкости в ответ, так как Юри резко схватил его под локоть. – Всё хорошо, Витя, – тихонько прошептал японец, и Виктор мгновенно подобрел и даже улыбнулся. – Волосы всегда можно перекрасить, – заметил он, драматично приложив палец к подбородку. – Ни в коем случае! – возмутилась женщина, не заметив в его словах некоторую издёвку. – Никто ничего не будет красить! – Марат попытался как можно скорее загладить конфликт, так как он был уверен, что актёр за этой дверью идеально подойдёт на роль главного героя. – Что за шум? Дверь внезапно открылась, и из гримёрной вышел симпатичный молодой человек с длинными волосами пшеничного цвета. На вид ему было около 18-19, однако он был достаточно высоким и выглядел вполне мужественно, несмотря на мягкие черты лица. «Неужели все в России такие высокие и красивые?» – невольно пронеслось в голове Катсуки, однако он быстро одёрнул себя и посмотрел на своего любовника. «Но только с его красотой ничего не сравнится», – усмехнулся парень про себя. – А это кто? – Юри очнулся от любования Виктором, когда понял, что Юрий Плисецкий обращается непосредственно к нему. – А, это… – Марат немного растерялся, пытаясь подобрать слова, но Никифоров взял эту работу на себя: – Это Юри, мой парень, – мужчина довольно ухмыльнулся, сжимая руку японца. Тот вежливо поклонился Плисецкому, не совсем понимая, почему актёр так пристально на него уставился. – Парень, хм, – хмыкнул Юра, делая шаг в сторону Катсуки, будто бы чтобы рассмотреть его поближе. – Коротышка какой-то, – добавил он, скользнув взглядом по японцу. – Что ты такое сказал? – Виктор подался вперёд, выпятив грудь, но Юри потянул его на себя. – Всё в порядке, Витя.

-------------

«У него характер взрывной, но так он хороший парень», – слова Лилии звучали эхом в голове Юри, пока тот пялился на сообщение в мессенджере от неизвестного номера. «Ну тип извини, что нагрубил». Единственным человеком, который нагрубил ему в тот день, был Юрий Плисецкий. После инцидента у гримёрки они не пересекались. Виктор ушёл смотреть пробы (хотя тогда он для себя уже решил, что напрочь откажет самоуверенному актёру), а Катсуки ушёл в столовую перекусить, так как в самолёте его мутило. – О, прошу прощения, – пробормотал Юри на английском, понимая, что случайно налетел на кого-то в столовой, пока крутил головой по сторонам. – О, ничего, – усмехнулся парень, широко улыбнувшись. Он был примерно одного роста с Юри, темноволосый и кареглазый, с кожей красивого шоколадного оттенка. На вид ему было около 18. – Меня Пхичит зовут, ты ведь не здешний, верно? А как тебя зовут? Ты тоже актёр? – затараторил незнакомец, с каждой фразой делая шаг всё ближе и ближе. – Пи… чи..? – Юри изо всех сил старался выговорить имя парня, но ничего не получалось. – Я Ю-юри, – заикнулся он. – Я не актёр, я просто… – А, массовка? Или ты чей-то ассистент? Или помощник звукорежиссёров? Пхичита было много, но в течение этих двух часов, пока Виктор был занят, это более чем достаточно, чтобы развлечь скучающего по своему любовнику Юри. За эти два часа он успел узнать, что он пришёл на роль Алексея, любимого Константина, и Виктор его одобрил ещё несколько месяцев назад. Он узнал, что Пхичит из Бангкока и что у него 5 братьев и сестёр. Общаться было с ним легко, в основном говорил сам Пхичит, на что Катсуки достаточно было отвечать парой фраз. – Ой, этот Плисецкий такой странный парень, – актёр наклонился поближе, как будто их кто-то мог подслушать. – Вроде такой грубый в жизни, но во время читки даже неплохо мог сыграть любовь. После этого и верь актёрам! – Пхичит покачал головой, ковыряя палочками рис. – Но кроме него… Виктор Никифоров! – взвизгнул он, чем напрочь оглушил бедного Юри. – О, Юри? – Виктор внезапно вырос рядом с их столом и навис над бедным Пхичитом, который не сразу понял, почему его любимый писатель так странно на него косится. – А, Витя! Это Пхичит, ты, наверное, его помнишь, – Катсуки указал на своего собеседника, а тот только и делал, что светился счастливой улыбкой. – О, я ваш большой фанат! – Пхичит вскочил с места и принялся яростно пожимать руку писателя. – Не волнуйтесь, я не интересуюсь Юри. – Приятно было познакомиться, но нам с Юри пора, – Катсуки видел, что Никифоров пытался быть дружелюбным, но заметная морщинка между бровей выдавала его недовольство. Вряд ли оно было направлено на фаната, но тот всё понял и без слов. – Ещё увидимся, Юри! – прокричал Пхичит вслед удаляющейся паре. – Этот пацан меня просто бесит, – прорычал Виктор, крепко сжимая запястье Юри, пока они быстро шагали к такси обратно в отель. – Что такое? – обеспокоенно спросил Катсуки, накрывая его руку своей. – Этот гаденыш слишком хорош.