Я в порядке.

      Пятница. Физкультура. После вчерашнего поцелуя мысли девочки совсем перемешались. Что это вообще значило? Очередной бред больной фантазии или сказочная реальность? Закатив глаза, Вася села на мат. Нет никаких сказок. Все это ерунда, которую придумали люди, чтобы хоть немного не сойти с ума в жестокой реальности. Поправив свои русые волосы, собранные в хвост, девятиклассница подошла к учительнице физкультуры, которая уже долго звала ту. - Вы что-то хотели? - Да, хотела. Пойдем, - она жестом руки указала сероглазой на небольшую комнатушку, что находилась в спортзале. Предложив Евсеевой стул, Оксана закрыла дверь на ключ. - Что-то жарковато, не находишь? - подала голос брюнетка, избавляя себя от олимпийки и оставаясь лишь в тоненьком топике. Девятиклассница нервно перебирала свои озябшие пальцы, понимая, к чему клонит преподавательница. - Дай мне свою руку, - спустя секунду продолжила та. Сероглазая послушно протянула свои руки и положила их на стол. - Что это? - она провела пальцами по порезам. - Кошка. - Тебя кто-то обижает? - она подошла сзади и наклонилась к шее девочки, обжигая ее горячим дыханием. - Я уже принадлежу, - прошипела она, убирая с себя чужие руки. Повернув ключ, девушка покинула ненавистную комнатушку, после чего взяла за руку Лизу и вышла из спортзала. Путь их лежал к туалету. Светловолосая поняла все без лишних слов. Оставив подругу у дверей, Лиса подожгла сигарету. Сделав первую затяжку, облегченно выдохнула. Руки дрожали, а по щекам стекали обжигающие слезы. Дыхание забивалось. Каждый вдох давался с огромным трудом. - Вась, Рита идет. - Плевать. Можешь идти, все хорошо. - Как знаешь. Голубоглазая пожала плечами и покинула общество девушки, а Маргарита Сергеевна, поняв, что тут что-то неладное, зашла в помещение уборной. Увидев в руке своей девочки сигарету, в ней начала закипать ярость, однако, заметив на ее лице слезы, злость испарилась. - Лиса, что случилось? - встревожено спросила женщина, заправляя за ухо непослушный черный локон. - Все хорошо, - пыталась успокоиться та, однако все попытки были тщетны. - Неправда. Поняв, что сейчас из ученицы ничего не вытащить, забрала из ее руки сигарету и, затушив, с призрением кинула в мусорное ведро. После чего подошла к девятикласснице и, взяв ее за руку, поцеловала в лоб. Это был такой невинный поцелуй, который подействовал на юную Снежную Королеву как-то целительно. Та уткнулась в плечо кареглазой и вдохнула аромат ее темных волос. - Оксана приставала ко мне. - Какая Оксана? - Физкультура. - А ты? - глаза учительницы заполнялись ярким огнем, который готов был испепелить каждого. - Ушла. - Моя маленькая, - прошептала учительница, а девушка слегка поморщилась. Не нравится ей такая нежность, но ради этой неземной женщины она готова терпеть. Девятиклассница взяла руку темноволосой и начала разглядывать ее пальцы. Они такие интересные. Слегка полноваты, но это лишь по сравнению с костлявой рукой самой девушки, которая изнуряла себя голодом неделями. - Мне нужно вернуться за сумками, - с досадой сказала сероглазая. - Я заберу твои вещи. Вот, - она положила ей в ладонь ключ от двадцать седьмого кабинета, - посиди пока у меня. Девочка согласно кивнула и, кинув на прощанье нежный взгляд своей учительнице, вышла из помещения. *** О сколько мощи и власти в тебе, Мои попытки совладать тщетны И это ты гуляла в снах моих по воде И это без тебя было бы легче! Себя не трогай, не вздумай, не смей! Мы разговаривать будем визави! Поверь, достану и оттуда, поверь! Ты же должна меня рвать, так живи и...       Девушка сидела в кабинете истории и перебирала свои озябшие пальцы. Правильно ли все, что происходит сейчас? Вряд ли. И она это прекрасно понимала, однако отказывалась принять эту реальность. Что может быть общего у успешной женщины и глупой девятиклассницы? Правильно, только три совместных урока в неделю. Уроков, на которых юная Лиса любовалась этой великолепной женщиной. К слову, она сейчас стояла на пороге и с усмешкой на губах наблюдала за своей ученицей, сложившей голову на ладони, словно она - тяжелый груз. В самом деле, те мысли, что полностью поглощали разум девятиклассницы, были неким лишним грузом, который она бы с удовольствием оставила на обочине и двинулась вперед своей дорогой. - О чем ты думаешь? - О тебе, - честно призналась та, не поднимая головы. - И что же ты думаешь? - Думаю, правильно ли то, что мы делаем? - Неправильно, - томным голосом произносит учительница, подсаживаясь к Васе, - но знаешь, если нам хорошо вместе, имеет ли какой-то смысл, правильно это или нет? Возможно, со временем что-то изменится, но сейчас я не хочу об этом думать. Рита притянула уставшую ученицу к себе в объятия, не смея касаться ее губ. А юная Лиса вдыхала аромат темных волос. В глазах потемнело, и, кажется, она уже привыкла к этому. Глубоко вздохнув, девушка немного отстранилась. Взяв теплую ладонь женщины, она взглянула в карие глаза. - Маргарита Сергеевна, а Вы красивая, - она наклонила голову набок. - Ага, очень, - усмехнулась она. - Вы мне не верите? - Я лишь не согласна с твоим мнением. Я не люблю себя. - Почему? - Знаешь, когда я только Даню родила, такая стройная была. Помню, тогда еще 42 размер носила. А вот когда Темой забеременела, гормональные таблетки пила из-за угрозы выкидыша. Так вот после родов начала набирать вес. И с сердцем проблемы начались, давление. Помню, днями рыдала, говорила Вове, что некрасивая, он говорил, что просто глупая. А я ему: «Не ты же толстеешь!» Девочка усмехнулась и продолжила слушать историка. - Так вот, захожу, значит, в магазин. У меня спрашивали, какой я размер ношу. Но, когда ответила, что 42, у них глаза на лоб полезли. Так что теперь 52. - Перестаньте. Для меня вы всегда будете самой замечательной. - Спасибо, конечно, но нет. Девятиклассница обняла Риту, а та положила голову ей на плечо. - Маргарита Сергеевна, вот Вы вроде взрослая, но как девочка маленькая. Моя девочка, - дополнила она и поцеловала в щечку обладательницу карих глаз. Рви! Меня изнутри! Бесцеремонно, резко и жестко! Не будь такой, как подруги твои, Ты же умна - цитируешь Бродского Рви! Меня разрывай! Без жалости и без пощады! Разрушь мой разум и кости сломай Пока звучат твои серенады! <i>*** - Оксана Васильевна, - строго проговорила темноволосая, облокотившись о дверной проем. В ее глазах сверкали огни ярости, готовые испепелись женщину, стоящую перед ней. От неожиданности собеседница вздрогнула. - Да-да, Маргарита Сергеевна, - было видно, что она растеряна, - что вы хотели? - Я пришла забрать вещи Евсеевой, - пыталась спокойно говорить та, однако получалось это с трудом. - Позвольте поинтересоваться, на каком это основании она покинула мой урок? Историк уже была не в силах сдерживать свои эмоции. - Да на таком основании, что Вы, уважаемая пытались…, - она замолчала. - Как Вы, взрослая женщина, смеете совращать еще совсем юную девушку? Физкультурница молчала, а Рита, пораженная наглостью своей коллеги, даже не собиралась прекращать разговор. - Знаете, Оксана Васильевна, если еще раз произойдет что-то подобное, я буду жаловаться людям выше. Поэтому Вам же будет лучше держаться от нее подальше, - учительница перевела дыхание, - а теперь я бы хотела забрать вещи Лисы. Оксана указала на сумки, лежавшие подле нее, и тяжело рухнула на стул. А темноволосая, укоризненно взглянув на преподавателя, развернулась и вышла из комнатушки, довольная тем, что смогла защитить свою девочку. *** - Дим, я должна тебе кое-что сказать, - начала девятиклассница, понимая, что долго скрывать это не получится, - я уезжаю 31. - Куда? - обеспокоенно спросил брюнет, крепче сжимая ладонь девочки. Та слегка поморщилась, но стерпела. - Сердце. Врачи говорят, что здесь нет специалистов, которые могли бы обеспечить мне нужное лечение. В смысле, если вдруг что-то случиться, нет врачей, что помогли бы мне. Молодой человек сидел молча, боясь сказать лишнее слово. - Но. Ты. Моя., - разделяя каждое слово, произнес тот. - Я не твоя,- тихо прошептала русоволосая, - просто попытайся забыть меня, - уже громко сказала она, так, что собеседник расслышал. - Я не смогу. Я люблю тебя. Лиса мысленно закатила глаза и, тяжело вздохнув поднялась с дивана. - Ты куда? - спросил парень. - Мне пора. - Куда? - Домой. - Я провожу тебя. Девятиклассница лишь пожала плечами и, накинув куртку, вышла из квартиры Дмитрия. За эти годы она уже казалась такой уютной. Сколько они пробыли там вместе, известно только им. Это место было неким пристанищем для девочки, которая искала там утешение в объятиях брюнета. Но опять же, все не было таким идеальным. Когда парень напивался, он бил девочку. Сильно. Конечно, вспоминая это, жалел, но что было, уже не изменить. Однако Лиса терпела. Она многое терпит, из-за чего и навлекает на себя столько боли. Как моральной, так и физической. Конечно, она привыкла к парню, но никогда не чувствовала к нему ничего такого. Он - друг и не больше. Сейчас они стояли на улице, возле дома юной Василисы, обнимались, а легкий снег медленно опускался им на плечи. - Я так хочу поцеловать тебя, - прошептал юноша, смотря в серо-голубые глаза девушки. - Даже не думай, - строго проговорила та. Парень усмехнулся и чмокнул девушку в щеку. - До встречи. Лиса поднималась наверх, понимая, что не сможет вечно скрывать от Риты, что скоро уезжает. Она как никто другой заслужила об этом знать. Что ж, видимо, следует подождать подходящего момента. Закрыв дверь, Лиса рухнула на кровать, после чего услышала звонок телефона. Хм, незнакомый номер. - Алло. - Привет, котенок. - Откуда у тебя мой номер? - спросила девушка, пытаясь сдержать улыбку. - Тебе необязательно об этом знать. - Хитро проговорила та, - Давай завтра прогуляемся? - Вау, Маргарита Сергеевна, а Вы не боитесь, что нас заметят? - Плевать. Пауза. Лиса не знает, что ответить. Конечно, она хотела бы провести время со своей женщиной, но… - Хорошо. Завтра в шесть. - Заодно и Тему с садика заберем. - С удовольствием. Я давно хотела познакомиться с ним. Учительница рассмеялась и, попрощавшись с сероглазой, повесила трубку. Мысли девочки перемешались еще сильнее. Видимо, субботний вечер будет интересным. *** За Петра и океаны выпью я И точно пьяной поднимусь На эту крышу. Нет, не сорвусь Приходи, ты знаешь, как меня найти, Ты помнишь, как меня зовут, Мои руки никогда не лгут. Натянув на себя черные обтягивающие джинсы, черный топ и серый большой свитер, девятиклассница подошла к зеркалу. Выглядела она хорошо и признавала это, но все равно не считала, что когда-нибудь смогла бы себе понравиться. Подкрасив ресницы тушью и нанеся на искусанные губы гигиеническую помаду, она довольно оглядела себя и отправилась на встречу. Забери меня, если ты придешь Забери меня, если ты найдешь Забери меня. Что стоит тебе? Ты же знаешь как? Знаешь или нет? На улице уже стемнело, а небольшой холодок лишь придавал той самой бодрости, что помогала юной Лисе оставаться в сознании. Голова кружилась, а девушка не понимала, что является причиной этого: пустота в желудке или предвкушение встречи с очаровательной темноволосой женщиной. И вот, подойдя к детскому садику номер шестнадцать, она увидела два силуэта. Один из них до боли родной и знакомый, а со вторым знакомство ей уже обеспечено. Верю я, как-будто первая моя, Как-будто самая моя, Как-будто стерли все слова, Те, что мне читала мама. Помню я. И в моих карманах две весны. И где-то рядом ночь и ты. - Ой, какой мальчик, - девятиклассница присела на корточки и протянула руку ребенку, - будем знакомиться? - Артем, - мальчик пожал руку собеседнице. - Лиса, - широко улыбнулась та, - очень приятно. - Мне тоже. Девушки рассмеялись. - Здравствуй…те, - вовремя исправила себя девушка, после чего с опаской взглянула на своего нового знакомого. - Привет, - она поцеловала девушку в щечку. - Ты же мамина подруга? - обратился мальчик к русоволосой. - Да, именно, - Вася хитро улыбнулась и посмотрела в глаза учительницы. Ох, лучше бы она это не делала. Взгляд той наполнился какой-то страстью, отчего у девочки свело низ живота. - Тем, как ты смотришь на то, если мы сейчас пойдем на горку ненадолго? - Ура! - радовался малыш, - я давно не был на горке! Она взяла крохотную ладошку мальчика и, счастливые, они пошли в парк. *** Довольные проведенным временем, они шли домой. Проводив Риту до подъезда, Лиса уже собиралась уходить, как вдруг ее остановили. - Куда это ты пошла, м? - властно спросила учительница. - Домой, - неуверенно ответила девочка. - Пошли ко мне. Глаза девятиклассницы полезли на лоб, а историк рассмеялась. - Не бойся, попьем чай и все. - А муж? - Он в командировке. А Даня у бабушки. - Хорошо, - сдалась та и, взяв свою женщину за руку, они пошли наверх. Поднимаясь по лестнице, сердце девочки колотилось с бешеной скоростью. Казалось, еще немного и оно взорвется. Почувствовав волнение своей спутницы, темноволосая сильнее сжала ее руку. Открыв дверь, Рита взяла куртки детей и отправила их в зал. Артем уже начал зевать, тем самым давая понять, что его организм требует сна. И не важно, что время только восьмой час. Надев на себя джинсы и футболку, женщина направилась укладывать сына, а Лиса успела оценить ее блестящую фигуру. Оставшись наедине со своими мыслями, девушка прикрыла ненадолго глаза, как вдруг на ее талии оказались чужие руки. - Чайник вскипел. Пойдем? - Мне… - Да-да, кофе, я помню. Слабо улыбнувшись, девятиклассница встала с мягкого дивана и направилась в кухню, попутно осматривая интерьер дома. - С сахаром/без? - Без. - Пожалуйста, - учительница протянула русоволосой чашку кофе, а себе налила чай с мелиссой. Запах, конечно, чудный. Пожалуй, это и была та самая нотка загадочности в аромате этой женщины. Сливаясь с ее духами, получался новый, головокружительный аромат, от которого юная Лиса сходила с ума. Допив кофе, они сели на диван. - Я, наверное, пойду. - Я буду рада, если ты останешься. Пожалуйста, - дополнила та. Взяв мобильный телефон, девушка набрала номер. - Лиза, привет. У меня к тебе просьба. Да. Если мама будет звонить, сегодня я у тебя. Да. Нет. Нет! Все. Буду должна, давай, целую. Набрав следующий номер, Лиса посмотрела на женщину, сидящую напротив. - Алло, мамочка. Да. Нет. Да, конечно. Да. Мам, я сегодня у Лизы переночую, можно? Просто у нее проблемы с физикой, она попросила помочь. Да, мам, я ела. Все, спасибо, папе привет, пока. Повесив трубку, она обратилась к учительнице. - Вот как же так, Маргарита Сергеевна, Вы меня в долги загоняете. - Нельзя маме врать, - женщина хитри улыбнулась, заправляя непослушную прядь за ухо. - Это ложь во благо. Карие глаза собеседницы вновь наполнились неким огнем, а расстояние между ними стремительно сокращалось. Нежно коснувшись губ своей ученицы, Рита медленно положила ее на диван, после чего села сверху. В глазах девочки читался неприкрытый страх, но она не могла сейчас сказать ей «нет». Учительница наклонилась к ее лицу и прошептала: - Мы можем прекратить в любой момент, только скажи. Та отрицательно повертела головой и подарила своей ненаглядной сладкий поцелуй. Довольная таким ответом, женщина проворно пробралась своими темными руками под свитер девушки и вскоре избавилась от него, оставив Лису в одном топе, в котором можно было разглядеть красивую грудь девушки. Однако взгляд кареглазой остановился вовсе не там. Взглянув на тело девушки, та недовольно закатила глаза, увидев четко выпирающие ребра. - Так ничего и не ешь? - Не хочу об этом говорить. Решив отложить этот разговор на потом, историк вновь прильнула к губам своей девочки, как в комнате появился заспанный Тема, щурившийся от яркого света. Девушки вернулись в исходное положение, сделав вид, что ничего не произошло. - Мам, я пить хочу. - Пойдем, сынок. Напоив сына водичкой, женщина проследила за тем, чтобы он лег, и присела рядом со своей ученицей. - Твою мать, - прошептала девочка. - Эй, ты обещала не материться! - усмехнулась та. - Прости. Что теперь делать? - Не волнуйся, он, когда просыпается, ничего не помнит. - Надеюсь. Девушка вышла на балкон и вытащила из кармана узких штанов сигарету с зажигалкой. Сделав первую затяжку, она не заметила как на балкон вышла Рита, прожигающая взглядом ту. - Значит, все-таки куришь? - грустно спросила она. - На самом деле, редко. Только тогда, когда ничего не помогает унять свои эмоции. - А руки зачем режешь? - Физическая боль отвлекает от разбитого вдребезги сердца. - Что у тебя случилось? На свой юный возраст ты выглядишь сломленной, а в твоих глазах умещается столько боли, что хватило бы на всю планету. Расскажи мне. Обещаю, что выслушаю до конца. И она рассказала. Наверное, вся ночь прошла мимо. Рассказ этой девочки был долгим и болезненным. Она рассказала про Диму, про их сложные взаимоотношения, про то, как он бил ее, а она, тогда еще совсем глупая и юная, не могла дать ему отпор. Рассказала, как ее бросали, как растаптывали, ломали. Как все друзья вмиг отвернулись от нее, оставив совершенно одну в этом мире. Рассказала, как любила. Пожалуй, это был самый переломный момент в ее жизни. Как говорится, первая любовь она же и последняя. Правда, сейчас она не уверена, что те чувства можно было назвать любовью. Рассказала, как та женщина полностью перевернула ее мир, а потом ушла, оставив после себя всепоглощающую пустоту. Как она плакала. Долго. Билась в истерике на полу, а все те, кто обещал никогда ее не покидать, ушли. Ей пришлось самостоятельно пережить уход той. А какими способами подросток справляется с душевной болью? Правильно, он заглушает ее физической. Чем только не заглушала Вася уход своей возлюбленной, то был и алкоголь, сигареты, порезы, но все без толку. Лишь время помогло залечить ту рану, которая и до сих пор порой продолжает кровоточить. Она также рассказала, как ее мышление, еще нетронутое горечью утраты, приняло циничный облик, а душа ушла, оставив от себя лишь черную дыру. Глаза учительницы наполнились слезами, а сердце состраданием к непогодам мудрой и сильной девочке. Прямо сейчас Рита хотела взять ее за руку и никогда не отпускать. Ей хотелось уберечь ее от всех страданий и боли, чтобы больше пришлось плакать. Но она не могла. У нее обязанности, от которых она не может отказаться. Увы, но это так. - Ладно, Маргарита Сергеевна, я пошла. - Сейчас четыре утра. Куда ты пойдешь? - Все равно. В движении чувства не так душат, как ночью, когда ворочаешься в постели, собирая одеяло в плотный комок, чтобы было кого обнимать во сне. Закрыв дверь за своей ученицей, она без сил рухнула на диван, но так и не смогла заснуть. В голове было множество мыслей, что не прекращали ее терзать.