Начать все с начала

5 глава. “Сколько бы я не наблюдала за тобой, я поражаюсь! Молодец. Так держать! ” зазвенели бойкие колокольчики смеха за спиной. Наруто сидел на небольшом камне посреди леса. Сколько бы ни оборачивался, он никого не видел, но голос все равно разносился за спиной. А она все время на вопросы шиноби отвечала, что ещё не время. Сны, с участием девичьего голоса, уже вошли в привычку. В такие спокойные моменты, как этот, они просто разговаривали, но иногда все превращается в кошмар, и калейдоскоп не самых приятных чувств и ощущений захватывал с головой. В этих снах всегда вечная ночь, приятная прохлада, шуршание листьев и луна над головой на звёздном небосводе. А о чем говорили? Да о многом, если не обо всем, что в голову взбредет. В основном, больше говорила она, а Наруто поддерживал разговор. Это можно было описать на разговор людей разных национальностей, или между человеком и пришельцем, или между призраком и живым. Девушка оставалась неизвестной и, казалось, что ее голосом говорил сам лес или снующий там и сям игривый ветер. Много раз она повторяла своё имя, но Наруто не мог запомнить те несколько букв. Она рассказывала всякие байки, мифы, истории, сказки. Много раз спрашивала - “Веришь ли ты в магию?” “Тебя что-то гложет…” – с нотками заботливости и обеспокоенности, скорее утвердительно, чем вопросительно произнес голос. - Что? – встрепенулся Наруто. Он и не заметил, что долгое время сидел в полном молчании. Голос ждал продолжения. Парень слегка нахмурился в раздумьях и ответил: - Да… - решил он все рассказать, - Уже около суток, как я пытаюсь добавить в рассенган чакру ветра. Мне кажется, что это пустые попытки и ничего не измениться. “Ты всегда должен верить в себя, не сдаваться, как ты делал и раньше, иначе загнешься. А твоя душа слишком светлая, что бы подобное произошло в твоей жизни”. - Что это значит? – слегка скривился Наруто, не понимая слов девушки, и звонкий колокольчик смеха разнесся по округе. “Извини. Только то, что ты не должен изменять своим принципам. А остальная белиберда о душе больше подходит для иных миров, откуда я родом… Однако, не стоит ли задуматься?” Наруто закрыл глаза и глубоко вздохнул. За его спиной из леса вышла девушка в серебристом летнем платье на тоненьких бретельках. Её длинные распущенные чёрные волосы слегка развивались на усиливающимся ветерке. Она подошла к валуну, на котором недавно сидел шиноби и исчез, проснувшись. “Жалко, что я не буду помнить эти сны, когда проснусь. Мне уже не хватает сил это помнить. И я боюсь, что мне не хватит сил и выжить в этом мире. Не говоря уже о том, что бы вернуться домой, ” – вздохнула она и так же растаяла в воздухе, проснувшись. Подземные этажи “Корня”. Лившейся откуда-то сверху солнечный свет освещал верхнюю площадку, соединённую с остальными частями сооружения множеством лестниц и мостов. - Данзо-сама! – за спиной старика как из воздуха образовалась фигура шиноби в маске и, преклонив колено, протянул главе “Корня АНБУ” пару листков исписанной бумаги. Они присоединились к папке ещё таких же в руке Шимуры. Он вчитался в них, направившись куда-то по одному из мостов. Но вскоре света уже не хватило, что бы разобрать аккуратно написанный текст. Не поворачиваясь, он обратился в пустоту: - Что ты думаешь об этом, Айкао? - В разных частях нашей страны происходят загадочные смерти и исчезновения, - не замедлил с ответом анбушник, шедший вслед за стариком, - И больше всего это происходит здесь, в Конохе. Как будто их что-то привлекает… - И кто это – “они”? – невозмутимо прервал речь подчиненного Данзо. - Никто не знает. Все свидетели были мертвы,… но в последний раз было происшествие, недалеко от восточных окраин. Свидетелями были двое наших АНБУ и куноичи - Камаши Гин. Они описали врага как огромного Бакэ-неко… - осторожно протянул анбушник, но его прервали. - Похоже, старые сказки начинают оживать… - задумчиво-вопросительно протянул старик, слегка сузив глаза. - Что, простите? – встрепенулся шиноби. Данзо остановился и резко обернулся, заставив подчинённого согнуться в поклоне. Глаза старого, забинтованного шиноби недобро, но заинтересованно блеснули: - Странные ветряные порывы в горах Ками, от которых на теле остаются глубокие порезы. А в деревушке к северу от Конохи был замечен петух с огненным ореолом, - Шимура выдержал паузу и, продолжа путь, себе под нос стал говорить, - Как будто забытые духи оживают и желают… отомстить? Старик отпустил шиноби и закрылся в своем кабинете. Папка, что он все еще держал в руках, пополнила ряды странных донесений. Все это явно было закручено вокруг той девушки. Она появилась одновременно со всеми этими событиями, которые набирают обороты, становясь все опаснее. Она сама будет опасна для него, если оставить все, как есть. - Нужно что-то с ней делать… - пробормотал Данзо. - Ты прав! И ты мне в этом поможешь! – раздалось за спиной, - Аси-магари! Не успел старый шиноби что-либо сделать, как его ноги были обвиты чем-то мягким, но прочным. Неловкое движение и неожиданность заставили опрокинуться его на так кстати оказавшуюся неподалеку софу. Его сейчас обуревали множество не самых приятных эмоций. Кто они такие? Как здесь оказались? И еще много подобных вопросов крутилось в его мозгу. Шимура попытался сесть ровнее и выделить в полумраке своего кабинета врагов, но он ничего не видел. - Ты нас не видишь и это не удивительно, - прошелестел бархатный голос и прямо перед ним начал проступать женский образ в серебристом кимоно с рисунком опавших, ярко-красных листьев клена. - Кто вы? – выдавил Данзо, успев придать себе более достойный и страшный вид. - Господин изволит гневаться? – засмеялась она и в её глазах заплясали красные, дьявольские огоньки, - А ты мне понравился. Не зря мой хозяин, демон Калка, направил меня заниматься столь грязной работой! Я на него почти не обижаюсь! - Китсунэ! Прекрати! – взъярился другой демон, появившийся слева от женщины-лисицы. Это была голова полу-лысого старика, объятого ярким фиолетовым пламенем. Фыркнув, Китсунэ отвернулась и подошла к письменному столу Шимуры. Она стала лениво рыться в лежащих на нем бумагах, слегка покачивая своим рыжим хвостом. - Китсунэ! – подлетела к ней голова, зло накуксив косматые брови, - Вы не тем делом сейчас занимаетесь! - А чем надо? – прошипела лисица, с силой потянув за куцую бородку демона, - Отвянь! - Я уже не спрашиваю кто вы. Не говоря о том, как вы здесь оказались. Но зачем я вам нужен? – обратился Данзо к спорящим со всем своим достоинством, каким мог располагать в данный момент. Китсунэ, казалось, с большим удовольствием обратилась к шиноби и демонстративно отвернулась от закипающего демона. Она медленно прошествовала к человеку, плавно покачивая хвостом. Она присела на краешек около старика и, улыбнувшись, обратилась: - Здесь, предположительно, находиться нужный нам человек. У нас к нему неотложное дело. Это должна быть молодая девушка и её особенностью является умение обращаться с четырьмя мечами одновременно, - лисица слегка прищурилась, наблюдая за реакцией Шимуры, но тот и бровью не повел. - Если бы я ее знал, - протянул Данзо. Тон старика ей не понравился. Китсунэ нахмурилась и встала. Эта часть плана демона Калка ей не нравилась – ее опять кто-то будет использовать. Подав знак об уходе, демоница тихо и презрительно бросила: - Мои демоны тебе помогут. Но ты, - она сделала ударение, - не смей делать опрометчивых поступков, старикан, иначе не только тебе, но и всей этой деревне будет ох как нелегко. Мы тебя найдем и под землей, и под водой, и где бы то ни было. Китсунэ улыбнулась, и кончики клыков показались из-под верхней губы. Потом она с остальными демонами растворилась в воздухе. Как только Данзо почувствовал, что его теперь ничего не сковывает, то моментально встал и быстрым шагом понесся из кабинета. Сегодня его подчиненным предстоял большой разнос. Мысль о существовании клана Инудзука, специалистов в области собак и волков, пришла, когда Гин бесцельно протащила Серого мимо уже шестого дома подряд. По наводящему мысль образу память выдала кое-что о старшей сестре Кибы. Она была отличным ветеринаром и, особенно учитывая незнание, к кому бы пойти, и особенности клана, то для Серого это было идеальной возможностью. Но перед девушкой стояла еще одна проблема – где располагалось поместье клана? И спросить то было не у кого – на улице было пустынно, как при блокаде Ленинграда. К этому времени волк уже очнулся и завозился на хозяйских плечах. Попытка по-геройствовать не была оценена, но прошла успешно и, под не самое приличное слово, он тяжело спрыгнул-таки на землю. - Серый, Серый, успокойся! Мне нужно тебе помочь, а иначе будет только хуже! Гин присела рядом с ним и попыталась обнять волка, но он не давался в руки и неуклюже заковылял вперёд. Как оказалось, волк почувствовал что-то странное впереди и посчитал своим, видимо, последним долгом защитить хозяйку хотя бы от этой опасности. Ему никогда не нравилось чувствовать себя проигравшим. Сейчас тем более ему было неуютно – он на этот раз оставляет девушку на произвол судьбы. И пусть, что это не по собственной воле, а по велению обстоятельств. Собрав остатки сил и всю волю в кулак, Серый ринулся вперед, мигом затеяв нешуточную драку. - Что тут за шум? Девушка вскинула голову, и ее взгляд натолкнулся на вышедшего из-за угла Инудзуку. Вот так счастье привалило! - Ты же ведь Киба? – ухватилась девушка, как утопающий за соломину. Хозяин огроменной собаки, что сейчас сцепилась с волком, кивнул и они вместе попытались оттащить своих питомцев друг от друга. Да куда там. Ор, визг… Клоки шерсти уже стали летать над полем боя, непонятно только чьей. Похоже, разум Серого слегка помутился от ран и давешнего проигрыша. Он не слушал никаких увещеваний Гин. Только Инудзука смог что-то сделать. Его пес послушно отступил назад, в то время как он побеждал. Раненый и истощенный зверь пошатнул слегка и бросился прямо на хозяйку, что воспользовалась небольшой заминкой и заступила ему дорогу. Лишь страх успел прорезать сердце Серого, и на этом его сознание не выдержало и приказало жить долго. Прыжок плавно перешел в падение, и тяжелая туша неаккуратно свалилась на человека, подмяв под себя. Когда Гин приподнялась, то она почувствовала, как будто ее заковали в саркофаг, на подобие Железной Девы, и сбросили в ледяные воды Антарктики. - Я не знаю, куда мне идти… - она услышала свой неожиданно хриплый и тихий голос, и мелко содрогнулась всем телом, - Помоги мне. Он ранен и… Куноичи умолкла от неожиданности, почувствовав бегущую по щеке слезу. Киба, не задавая вопросов, кинулся к ним и без особого напряга подхватил Серого. - Отнесем его к Ханне! Она должна быть дома сегодня. Довольно быстро они добрались до кланового поместья Инудзуки. Любоваться красотами японской архитектуры не было желания. Все внимание Гин привлекала дорожка рубиновых капель... Киба оставил девушку в гостиной, а сам понес волка к сестре. Когда ноша оказалась в хороших, квалифицированных руках, он вернулся обратно, предварительно переодевшись в чистую одежду, а окровавленную затолкал куда подальше до поры, до времени. А куноичи стояла там, где ее оставили, и была, кажется, в глубокой задумчивости. - Ты присядь что ли, - замялся парень, - Тебя как зовут? - Гин, - наконец откликнулась она, - Камаши Гин. - Давай, я принесу чай. Девушка кивнула и присела на край дивана. Инудзука тихо принес откуда-то поднос с чайником и так же тихо разлил ароматный зеленый чай. Разговор не клеился. Наверное, из-за того, что Киба не знал как его начать, а Гин просто не хотела говорить. Она так и уставилась куда-то в глубины глиняного стакана, закрыв себя от остального мира упавшей челкой. Парень нервно ерзал некоторое время и, наконец, вымолвил: - Все с твоим питомцем будет хорошо! – как-то неуместно жизнерадостно заявил Киба, - Он в хороших руках. Но что произошло? - Подрался, - мрачновато откликнулась куноичи, но парень ожидал продолжения и, не утерпев, повторил вопрос, - Я даже не знаю с кем. Хоть я и видела это, но объяснить сложно… Сначала мы увидели человека, но потом… Она была вся в крови, но явно не в своей, и она на моих глазах превратилась в кошку, в демона. Голос Гин не дрожал, как можно было ожидать. Она просто задумчиво излагала факты и продолжала искать в своем стакане какие-то тайны мироздания, которые упорно не показывали и носа. Потом она соизволила, наконец, отхлебнуть немного, в надежде, что жидкость хоть как-то поможет затолкнуть обратно крепко обосновавшийся в горле комок. Он слишком давил и немного колол... - Мне никогда особо не нравился зеленый чай, - тихо произнесла куноичи и снова глотнула, - Ну зачем он не использовал накопители? Почему… Идиот! Вот был бы сейчас цел и здоров, как всегда, и бегал бы где-нибудь вокруг меня… В этот момент к ним зашла Ханна. Гин тут же, не найдя ничего лучше, попросилась к своему волку. Обнаружив на лице старшей куноичи нежную улыбку, а в глазах – понимание, девушка сочла вышеупомянутое за разрешение и ринулась за дверь, не сразу поняв, что опять не знает дороги. Смилостивившись, оба Инудзуки проводили ее, по дороге объяснив, что надо для полного выздоровления питомца. Перебинтованный волк цвета кахолонга лежал на таких же простынях, почти сливаясь с ними, и только красные пятна на бинтах слишко притягивали взгляд. Сам он находился в состоянии умиротворенного сна и спокойненько себе сопел в обе дырочки в то время, когда его хозяйка разрывается между противоречивых чувств: вновь пробудившимся страхом за его жизнь, злостью, почти идиллическим умилением и опять страхом. Вот только что из всего этого разнообразия преобладало – хороший вопрос. Так ничего и не решив, Гин тяжко вздохнула и присела на самый краешек стула, что обнаружился неподалеку. Ханна ушла по своим каким-то делам, а Киба остался и еще что-то говорил, говорил. Слова его, долетая до сознания, не задерживались там, отлетая дальше, в папку "до лучших времен"... - Спасибо вам огромное, - почти прошептала она, не заметив, какое вселенское облегчение просквозило в ее голосе. - Не за что. Обращайся.