Она никогда не изменится

      Из сладкого сна меня вытянул радостный детский визг, топот и «Поймаю, поймаю!» — мужской добрый голос. Я состряпал в голове картину, как где-то там, на первом этаже папа-брат пытается догнать карапуза, чтобы надеть сухие подгузники. Не знаю, что там происходит на самом деле, но, несмотря на его угрожающее телосложение, он вроде неплохой. Я открыл глаза, за окном все еще светло. Ну и сколько я спал, часа два? Черно-белая комната… Оказывается, это клево. Здесь уютно, и глазам не нужно привыкать к ярким краскам после сна. Почему я никогда не думал о черно-белой комнате? Я посмотрел за окно. «На вид, сейчас где-то пять часов. Значит, я успеваю.» — с подобными мыслями я сел на кровать, и выгнул спину. Я уже и позабыл какая у нее удобная кровать. Аму сидела в кресле. Она подпирала руками щечки и пялилась в окошко. Ее глаз было не видно, челка закрывала их вместе с щеками. — Эй, — подал я признаки жизни, чтобы вкопаная обратила на меня хоть какое-нибудь внимание. Ответом мне было тихое сопение. Я приблизился к столу и увидел сомкнутые веки. Она спит за столом. Уже второй раз, который мне удалось наблюдать. У нее, блин, что, хобби такое? Моя рука обхватила ее плечи, а левая проползла под под ногами. Вот я уже держу ее на руках. Она тихо дышит мне в шею, а ее волосы щекотят мою руку. Футболочка задралась и стал виден живот. Я завис на некоторое время, держа Аму как принцессу. Смотрел на ее длинные реснички, носик и маленькие губы. Что там говорил ее брат по поводу груди? Не думаю, что Аму заслуживает статуса «плоскодонка», ее грудь была почти второго размера, и это хорошо смотрелось с ее миниатюрным ростом. «Не пялься, критин!» — с этими мыслями я повернул голову так, чтобы мои губы коснулись ее лба. Я стоял с ней около кровати и пытался откинуть одеяло. Медленно положил ее на постель, пытаясь не разбудить ее. А то выхватил бы… Еще пару минут наблюдал за ней, не хочу ее оставлять даже на пару часов, но куда деваться… Я нашел свою куртку и сумку с документами и медленно открыл дверь балкона.

/Конец POV/

Аму проснулась через пару часов и огляделась. «Что? Неужели приснилось?» — Аму была расстроена, но все еще оглядывала комнату. Взгляд упал на чехол от скрипки — «Фух…». Аму вспомнила как вырубилась сидя за химией. А мысль — «Как я оказалась в постели?!» — посетила следующей. Подумав о том, что Икуто укрывал ее одеялом, держал на руках, кровь прилила к щекам. Но где сейчас-то его носит? Аму немного посидела на кровати, вспоминая не говорил ли он чего-нибудь. Например, куда он решил пошляться, но Аму успокоилась, решив, что он не маленький чтобы гулять где ему надо. «Лучше бы химия куда-нибудь ушла.» — Аму, будучи на кровати, дотянулась до учебника, и начала поудобнее устраиваться. Осталось дочитать пару параграфов, но не вылазить же из-под одеяла!

***

Осилив материал, она спустилась на первый этаж. Ее взору предстала миленькая сцена. Шуу сидел возле кровати, в которой лежал Рюу. Ну не то чтобы Шуу сидел, голова его лежала на руке, облокотившейся на кроватку. Когда он спит, он и сам похож на ребенка. «Видимо, спать где попало — у нас семейное.» — подумала Аму и посмотрела на Ами, державшую в ладошках несколько фломастеров. Старшенький был изрисован «тату» в области рук. Символы показывали домики, солнышко, цветы, и все это было розово-голубое. В общем, он был похож на гея-роккера, потому что Ами постаралась еще и над лицом. Розовые, криво выведенные «тени», красные румяны и губы фиолетового цвета. Первая мысль Аму — «надо сфотать», вывела ее из тихого шока. И вот на обоях ее телефона красуется качок-трансвистит. — Молодец, сеструль! — шепотом сказала Аму и протянула свою ладонь, — Дай пятюню! Ами ответила неуверенным хлопком. Аму пошла готовить ужин на шесть ртов. А все дело в том, что Шуу ест за двоих. Возможно, он заметит, что карри больше, чем обычно. «Выкручусь.» — решила Аму. Скоро Шуу проснулся и пришел на кухню. — Ты че меня не разбудила? — зевал он с полузакрытыми глазами. — Ты так мило спал. Слушай, — подавляя смех, Аму решила немного прикольнуться, — сходи-ка за хлебом. — Не пойду, лень. — И оставишь нас голодать? — Аму сделала самые грустные глаза, что могла. — Ненавижу, когда ты так делаешь. Я убежал. — он говорил из коридора. «Когда у него появится привычка смотреть в зеркало?!» — Аму почувствовала почти невесомую вину, и достала с полки половину булки хлеба. — Больше — лучше! — сказала на всю кухню Аму. — А? — спросила Ами. — Да не… Через пять минут Аму уже раскладывала рис по тарелкам. Хлопнула дверь, топот словно отсчитывал секунды перед местью. — За что?! — спросил Шуу, а в Аму полетела свежая булка хлеба. — За плоскодонку! — не стесняясь смеяться воскликнула Аму. — и вообще, это все Ами. Надо ее в художку отдать. На данный момент Ами пряталась за диваном. Оказавшись в зале, Шуу первым делом пошел именно туда. Визги, топот на весь дом, — обычный вечер в доме Хинамори. «Защекочу-защекочу!» — пытался удержать Шуу подсудимую в объятиях. — Жрать идите! — Аму расставила тарелки по столу. — А ты куда? — Я наверх кушать, — сказала Аму, пряча контейнер с рисом за боком, а во второй руке была ее тарелка. — Мне химию учить надо, а вы тут орете! — Ну поешь с нами, никуда она не денется! — Все! Пошла, потом посуда помою. — Аму просто не стала выслушивать Шуу и покинула комнату. Стук в дверь, и на пороге стоит Аму с двумя тарелками. Запах карри, заполнил комнату. Японская еда, как Икуто по ней скучал. Он выхватил контейнер, потому что Аму было не очень-то удобно стоять. — Где был? — изображая безразличие спросила Аму. — Потеряла? — пуская слюну, спросил Икуто. — Нет, просто испугалась, что ты окачурешься в голодном обмороке. — Ну хотя бы какой-то прогресс. — Икуто открыл крышку и почувствовал горячий пар на лице. — Ты научилась готовить? — Икуто выразил наигранное удивление и, заметив, что Аму уже усаживается, сел как можно ближе к Аму. — Не подкрадывайся, бродяга, — уже жуя, предупредила Аму. — а то костей не соберешь! Так где ты был? — Не ревнуй. — едва оторвавшись от карри, сказал Икуто. — Где ты был? Не испытывай мое терпение. Икуто достал из-под стола огромного плюшевого медведя. Шоколадного цвета шерсть словно искрилась от света лампы. Глаза — черные бусинки - манили. Нижние лапы были не короче рук Икуто. — Эх, это должно было быть более неожидано. Если бы я знал, что у вас пополнение, купил бы ещё во Франции. — А мне? — поинтересовалась Аму, хотя и не хотела. Но Икуто сразу понял, что она прикидывается. — Вот Рюу образуется! — А я не хочу чтобы ночами ты обнимала какого-то медведя вместе меня. Аму была так счастлива, что Рюу получит новую игрушку. Она очень любила его баловать. Смотреть как он улыбается, обнимая подарки. Как нежно жмется к ним, а потом в благодарности, подходит и обнимает ногу Аму. Счастливые глаза Аму смотрели на Икуто. — Благодарности не дождешься. — смущенно сказала она, отводя взгляд. — Я и не ждал, — а для Икуто ее реакции уже было достаточно, но подколоть — святое дело, — разве что пустишь под одеяло. Аму забрала мишку, никак ему не ответив, и умчалась на первый этаж. «Почему я не могу ответь ему так же как и остальным? Заломить руку? Почему его глаза и голос вводят меня в ступор? Хотя, я же сама еще сегодня обдумывала то, что веду себя с ним не так как хочу! И щеки почему так горят? Почему, когда думаю о нем, губы растягиваются в идиотскую улыбку?» — в голове крутилось так много вещей, и ни одной стоящей мысли. Все это бесило и нравилось, хотелось трогать его за мочки ушей и убить одновременно. — Рюу, смотри, — это тебе! — Аму протянула «шоколадного» брату, и добавила, специально для Шуу, — мне подарил тот придурок, которого я сегодня отшила. — Ну может не такой уж придурок, — сказал Шуу, в поисках ценника. — посмотри-ка, а он богатый придурок! Двадцать семь тысяч йен! — Чего?! Сколько? Выразив свое удивление, Аму выхватила игрушки и побежала в комнату, на что брат подумал — «Ох уж эти подростки.!.». Аму ворвалась в комнату часто дыша, она запыхалась от удивления плюс вверх вниз по этажам. — Зачерта надо было брать медведя втридорога?! — Аму старалась говорить тихо, чтобы на ее крики не сбежалось семейство. — Чёрт! Ценник. — Икуто приложил руку ко лбу. — Забирай! Он слишком дорогой. — Аму говорила спокойным голосом, усадив медведя на кресло. — Ну и куда я его дену? Это моя благодарность за то, что приютила. — Ночлег в моих апартаментах не стоит… — Аму было даже тяжело выговаривать — таких бабок! — А ты думала, чем я еще в Париже несколько лет занимался? Завтра пойду искать квартиру, а медведя просто бери. Все равно, я же не тебе купил. Слова Икуто не задели Аму, она просто прижала мишку. — Спасибо, но не надо больше дорогих подарков, — и вышла из комнаты.