Циники

План катился к чертям. По пути буксовал и поскрипывал на поворотах, грозя развалиться, и нужно было давно его пересмотреть с учетом сложившихся обстоятельств, кое-что вычеркнуть, а что-то добавить, но Саске , зарывшись в подушки и оставив на поверхности задницу, непростительно долго откладывал. Меня подвело мое тело. Хотя, если быть справедливым, тот, кто тебе незнаком, предать-то особо не может. Особенно, если не баловал лаской. Он стоял в душе, под холодной водой, замерзая среди жаркого лета, и смотрел на свой член, уже трижды намыленный - да, дерьмо ситуация, мысли отказывались выглядеть стройными, а зубы стучали. Из уроков , полученных у Орочимару, был и такой - тело есть средство достижения цели, сосуд для вместилища техник и силы. Важно рассчитывать время и уровень нагрузки, скорость регенерации чакры, чем занимался, разумеется, мозг. Мозг был бесценен, как средоточие информации, импульсов, памяти. К нему у владельца тоже были претензии, но он понимал - сбой в работе лишь следствие от незнания реакций собственной плоти, отсюда ошибки. Закалённое тело служило исправно четвертый десяток, а сейчас отогрелось, расслабилось - и за всё отомстило. Поплыл, как пацан, вот дерьмо. Стало тошно. Саске почувствовал, что замерз окончательно, однако испытанный способ не помог успокоиться - холод не вытравил лишнее, не выбил смятение, и не поставил на место мозги. Тогда он был уверен в себе, и не испытывал трудностей при разработке стратегии. Решение лечь под Наруто оказалось несложным, поскольку в разы убыстряло исполнение плана. Узумаки никогда бы не решился на секс, замороченный статусом, долгом и вбитой дешевой моралью, у Саске проблем с этим не было - тело лишь инструмент достижения, и пользоваться инструментом - нормально. Гордость почти не страдала, с этим он тоже работал - фамильное качество зачастую служило помехой, мешая наладить сотрудничество, и он давно научился придерживать темные всполохи - время истинной гордости скоро настанет, знал Саске. Наруто, как всегда, все испортил. Он не помнил, когда удивился замеченному - любовь этого парня была осязаема, ее можно было трогать руками, а разглядеть Шаринганом тем более. Она двигалась вместе с Наруто , повторяя очертания тела, всегда, даже если он спал - она была некоей плотностью, оформленным хаосом, видимым чувством. Вроде бы аура - но стоило Саске приблизиться, как она начинала смещаться к нему, что бы товарищ ни делал - ругался, молчал или дулся. Обнаруженная, Любовь колебалась, нерешительно трогая ворот, и Саске из любопытства подставил скулу ( Узумаки тем временем что-то орал про вонючую миссию) и она его тронула - нежно и явственно. Было забавно: Узумаки бесился, а Любовь извинялась, ветерком обнимая за шею. Целовала запястья, дерзко касалась волос, бродила по молчаливым губам , вынуждая ответить, а Наруто с тех пор не раздражал. Наруто был в сердце, где ему самое место. Лучше бы он там и оставался, не привязанный как-то иначе, но теперь было поздно, и ошибка казалась фатальной. Тело взбесилось, когда этот балбес замутил его кровь поцелуями, шепотом, и, мать его - тем, что он с ним вытворял. Да, все пошло не по Плану. Скорее, понеслось... ... Наруто заставил раскрыться всего лишь за пару нелепых движений. Развернул всю Вселенную в его голове, до потери рассудка и выплеска лавы из нежности - вот что сделал придурок, даже не подозревая об этом. Дар у него,или дзюцу - в это совсем не хотелось вдаваться, уплывая от хриплого шепота и выпуская эмоции, о которых дотоле не знал. "Я кричу?" - удивление таяло облаком, а грудь разрывалась, не в силах справляться с огнём - его собственным, лихо раскрученным - но не оформленном в технику, а напитанном страстью. Выгибался, желая, чтобы лопнули ребра и вскрылись навстречу , а поцелуи пришлись в обнаженное сердце, остужая безумие, которое делалось невыносимым. А потом, выдыхая и остывая от жара, внимательно слушал, как выравнивается дыхание Наруто и прикидывал, как это все защитить. Наверное, в одну из таких передышек он и подумал о Плане, и о том, как его корректировать с учетом накрывших эмоций: восстановление чести и имени клана Учиха пошло не совсем через задницу - слышишь, придурок? - да, ты прочел мои мысли, и снова меня обыграл. Поэтому мысль, что Наруто упрыгал в Деревню со следами почти изнасилования, хоть немного, но мстительно, но согревала. Близился вечер. Не тот, что пускает сознание не самотек, обещая кому-то семейные ужины, а кому-то бессмысленный сон - вечер пока был рабочим и деятельным, а все оттого, что прохлада спустилась, наконец-то, из леса, даря облегчение - на улицах было оживленнее, чем днем, и у Шестого в приемной -тоже. По коридору бродил злобный Киба, гремя мелочью по карманам - парень давно был в простое из-за отсутствия пса: Акамару стал старым, непригодным для миссий. Киба, как верный товарищ, его не расстраивал, и не брал нового щенка, поэтому ошивался в Конохе, подрабатывая на местных заказах. - Упороли, блять, - пнул он стенку, презрительно щурясь на каких-то генинов, - трубами вашими. Я, блять, вам что, говночист? - Че, в катакомбы загнали, - улыбнулся Наруто. - Ого, это ты, - сказал Киба, - а мы уж подумали, Учиха тебя закопал. Расчленил и сожрал, или че он там хавает. Как дела, Наруто? - Нормально. А ты чего тут? - Бабки, их маму! Собак, сука, скоро будет нечем кормить. Тебе за миссии нормально отстегивают? Слушай, а у тебя же есть эта... хокагская пенсия, или не дали? Слышь, Наруто, выручи до среды? - Пустой, - виновато похлопал по бедрам Наруто, - реально пустой. Извини. У себя? - За мной будешь. Киба был взрослый мужик, но все так же не парился лексикой: по всему выходило, что жизнь его давно превратилась в говно. Наруто подумал, что, если он с его нюхом пошел на такую работу, то Кибу изрядно прижало. - Меня одного, что ли, - презрительно кинул товарищ, - Шино тоже без миссий сидит. Нахер сейчас сдались жуки эти. Он сейчас перепрофилируется. Выводит какую-то породу, чтобы поедала вредителей риса. Да кого ни возьми из наших, у всех сейчас шняга какая-то, вот как ты из Хокаге свалил, так и ... Ворчание его отвлекало, не позволяя подумать о важном. Дошло: такой разговор не пойдет в Резиденции, лучше бы им что-нибудь выпить. - Слышь, Киба, - тормознул он товарища, - скажи Шестому, что я заходил. Пусть к Акимичи подгребает в пельменную, к восьми где-нибудь. Сделаешь? - Ладно, - Инузука прищурился, - нет проблем, Наруто. Ты, что ли, помойся иди. Наруто, пылая ушами, скатился по лестнице. Скорее до душа, ведь это же Киба, как он мог забыть, тебаё-о-о-оо... *** Наруто дал бы какой-нибудь зуб за то, что Какаши сейчас улыбается. Он и сам был рад его видеть, вот честно. Сенсей исключительно ловко накачивал свой организм через трубочку, поддев неизменную маску, и всем видом располагал к откровенности - но не время пока, знал Наруто. От общего к частному, разговор непростой. - Как ты себе представляешь военный бюджет, - делился сенсей, - если услуги шиноби упали в цене. Кадров, сам знаешь, у нас предостаточно. Суна демпингует, перебивая заказы. Наруто кивнул. В свою бытность Хокаге, они с Гаарой негласно придерживались одного прейскуранта на услуги шиноби, а теперь Суна опять конкурент. - Дело даже не в этом, - разговорился Шестой, - проблема в другом. Заказов мало. Иногда их просто нет, ни у нас, ни у Ветра. Кое- какая работа на море, но у Воды свой флот, и естественно, их территория. Осталось - сопровождение, внутренние, ну и одиночные миссии вроде таких, как тебе. Они говорили, как Хокаге с Хокаге, на равных - елки, да мог ли он когда-нибудь представить, что будут сидеть, как коллеги? Забрал колокольчики, ну и дела. - Тогда было все понятней, да, Какаши-сенсей? Проще. - Иэээх. - А знаете, что, -ностальгия накрыла Наруто. Постаревший сенсей, чуть подвыпивший и поэтому болтливый, неуловимо напомнил Джирайю, - я тут подумал. Мы же с Саске тогда были двинутые. Маленькие и злобные , совались везде. Духа командного не было, все такое. Как вы справлялись? - Эммм... понимаешь, Наруто... - Вот только не надо. Какаши немного осел, расслабляясь на маленьком черном диванчике, и улыбнулся. - Не знаю. Я вообще не знал, что мне делать. Ни с тобой, а уж тем более, с Саске. Как-то само... - и махнул рукой. - Как он там, кстати. Давненько его не видел. Ты меня зачем-то позвал сюда, Наруто. -Альянс собирает неофициальную встречу. - Вот как. - Шикамару поделился нашими внутренними проблемами с Суной, та с Альянсом. Я получил приглашение. Вопрос - возвращение на пост. - Ясненько. В таких разговорах нужно быть очень точным и понятым, думал Наруто. Понятым правильно, и он, отхлебнув, продолжил: - Я не планирую быть. - Ты все еще не хочешь вернуться. - Не захочу. Не моё. Хокаге рассматривал улицу, начиная понимать правильность выбора места для встречи: с десяток АНБУ обреталось как вне, так и внутри заведения. Однако пельменная Чоуджи, ставшая местом не то, чтобы весьма популярным, а прямо-таки обязательным для посещения любого коноховца, предпочитающего сытно и недорого покушать, давала немалые преимущества - большое пространство не давало приблизиться охране вплотную, а посетители слишком шумели, чтобы что-то расслышать. Тем не менее, всем пришедшим сюда поболтать, удавалось друг друга услышать - дело было в акустике, ну и цветах, нависающих надо головами беседующих. И Какаши спросил: - Как давно ты это понял? После того, как потратил на достижение цели жизнь? - Эй, жизнь-то я еще не потратил, - улыбнулся Наруто, - а вот Деревня потратилась. Вложено в меня было много. Я это хорошо понимаю. Вы, Цунаде... Бабуля, та так точно ставила на меня. Они рассмеялись. - Только я свое отработал, сенсей. Какаши прищурился нехорошо, со вздохом отставил стакан. Читалось: так вот как ты думаешь, парень. Разве служение долгу предполагает расчет? Разве можно поставить доверие жителей и ответственность в рамки , разве ты не шиноби Конохи, что с тобой стало, Наруто? - Довольно цинично с твоей стороны. - Не я сейчас нужен Конохе, Какаши-сенсей. Я уже история. Да и с Шикамару я тоже ошибся, признаю. Шестой приподнял свой стакан, на расстоянии чокаясь, и присосался к стакану, из которого, впрочем,не убывало. Значит, он понял. Отлично. - На памяти от прошедшей войны долго жить невозможно, - продолжил Наруто, - ну да, мы герои и всякое такое. Но системе требуется обновление. - Мой ноутбук часто так говорит. - Хокаге защитник, - Наруто поворошил затылок, - и отвечающий за порядок в Деревне. По факту, все эти годы я занимался вторым. Защитой занимался Саске. - Вы всегда неплохо работали вместе, - Какаши все еще не понимал. Что именно хочет сказать ему Наруто? - Благодаря ему, тебе не приходилось рисковать. Он к границам -то никого не подпускал, не то что к Конохе. Вообще, Наруто, - Какаши состроил глазами улыбку, - ты сам виноват. После этих Киншики и Момошики Саске сделал свои выводы, и обеспечил Деревне полную безопасность. На что тебе жаловаться? Наруто вырос, видел Шестой. Он слишком долго и неохотно взрослел, с трудом набирался солидности, а позже, наслушавшись нравоучений, стал упрямо выдавливать из себя пацана под бременем долга Деревне. Потом подоспела женитьба, на которой настояли серьёзные Хьюга - традиции клана предполагали логичное развитие любых отношений, пусть бы они были и дружескими. Какаши способствовать тогда отказался, но они справились сами, вызвав Наруто на территорию клана. Наруто притих на несколько лет, рано женившись и продолжая скитаться по миссиям, сдал политический минимум, необходимый для уровня Каге - а дальше Какаши устал. Вот прямо, как сейчас. - Жаловаться на Саске, - усмехнулся Наруто. - На Саске молиться надо. Нам всем. Какаши ошарашенно замер. - Как я уже сказал, - по-деловому продолжил Наруто, так, будто и не было предыдущего высказывания, - сидеть болваном и тупо держаться за должность не в моих интересах. Пробовал то одно, то другое - деревня военная, Какаши-сенсей, бойцам важны миссии, соперники. Не в игрушечном режиме, а реальные. Мир без войны предполагает деградацию боевых навыков, шиноби чувствуют свою ненужность. Мы слабеем, и вы знаете об этом. Нужна реорганизация, Конохе нужны перемены, и уж точно не я. - И не я, - буркнул Хокаге, присасываясь к стакану, - что ты предлагаешь? Ты важная часть Альянса, можно сказать, основная. Ты привлек инвестиции, контракты, завязал нас экономически. Деревня процветает, Наруто, это твоих рук дело. - Гражданские и Дайме процветают, сенсей. Не шиноби. Это была беспощадная истина, и Какаши вздохнул. Установившийся мир и безопасность передвижений, отстроенные мосты и дороги развивали торговлю, технологии, давали налоги в казну, привлекали в Коноху гражданских, с легкостью находивших работу. А шиноби оставались почти не у дел - желающих вычистить, например, трубопровод находилось достаточно среди новоприбывших жителей, и военному ведомству приходилось давать на услуги самую низкую цену. Наруто был прав. - Мы пришли к миру, - добавил Наруто, - но оказались к нему не готовы. И я не знаю ответа. - И поэтому ты сбежал. Ясненько. Он видел, как напрягся было Наруто, явно собираясь сказать что-то важное, но вместо этого он вдруг прикрыл глаза и спросил: - Почему клан Учиха держали как можно дальше от власти? Дело ведь не в том, что они были слишком сильны. Они всегда видели ситуацию дальше, они всегда были на порядок умнее, поэтому они были угрозой, я прав? Шестой промолчал. - Не думаю, что их изоляция исходила только от военных. В конце концов, у страны есть Дайме. Знаешь, что я думаю, Какаши-сенсей. Если бы Учихи изначально владели Конохой, не было бы ни одной войны. Вообще ни одной. - Может быть. - Это понимали и Первый, и Второй, и Третий, и самое главное - лорды. - Люди выбрали Сенджу. - Херня, - усмехнулся Наруто, - люди выбрали то, что им сунул Совет. Без обид, Шестой. Кто знал бабулю Цунаде, да никто. Данзо творил беспредел, прикрываясь защитой Деревни. Третий сопли жевал..., - он раздраженно опрокинул в себя чашку саке, - тьфу ты , блин. Честно скажу , когда так много знаешь, хочется плакать. Но никто, - он придвинулся ближе, - не будет отказываться от старого принципа. Неважно, кто Хокаге, лишь бы он действовал в рамках, удобных Дайме. Был, так сказать "нашим". Как я, например. - Наши - самое главное. Быть верным Деревне. - Дайме не деревня, а Саске - не наш, - Наруто смотрел в упор, и не выглядел пьяным, - но если хотите остаться шиноби, то вам нужен Саске. - Он ненавидит Деревню, все это знают. - Саске любит Деревню. Он любит военное дело. Он не приемлет систему, и в этом он прав. Ненависти в нем давно нет. Защищая Деревню из тени, он продолжил дело брата, немного по-своему. Так что вы ошибаетесь на его счет. Чертов стакан, подумал Какаши, пора уже тебя действительно выпить. А потом он сказал: - Саске любит только тебя, Наруто. Как и ты его. Я это видел своим Шаринганом еще во времена седьмой команды. Многое из того, что творил тогда Саске, было связано с тобой. Как и все, что он делает сейчас. Но Наруто даже не дрогнул, только взглянул с интересом. - Это не так, - спокойно сказал, - хотя, наверное, это было неплохое прикрытие. Он на что-то решался, сосредоточенно глядя перед собой. Перебирал сильные пальцы, поглаживая их друг о друга, словно раздумывал - давать себе волю, или же промолчать до поры. Да и вообще, стал каким-то другим - без нелепой неловкости на поворотах беседы и неожиданных глупостей, Наруто шел к цели и хотел объяснить - он хотел, чтобы его поняли, в этом все дело. - Пока я тут жопу просиживал, - продолжил Седьмой, - он искал. В конце концов, глупо было бы думать, что Саске смирился, похерив свои планы. Он просто сделал определенные выводы, избавился от тьмы, постоянно работал над этим. Как я недавно понял, он все время искал пути, при которых Коноха могла бы развиваться без ущерба для военного потенциала, не вступая в войну. Как можно остаться шиноби, не убивая при этом. Не знаю, что вы там романтического насочиняли, но врагов он выпиливал не из-за меня. Он брал на себя ответственность за эти убийства, как когда-то Итачи, и создал ситуацию, при которой шиноби Альянса стало нечем заняться. Случайно или нет, вопросы к нему, - Наруто, довольный, откинулся. - И надо быть полным придурком, чтобы считать представителя клана Учиха повернутым на какой-то любви. И припечатал: - Саске знает, что делать. "К тому же он сможет реабилитировать клан, - думал Наруто, попрощавшись с молчаливым Шестым, - если я был достаточно убедителен, то Какаши задумается. Надо, чтобы у тебя получилось, Саске." Он направлялся на Юг, в свое старое жилье. Нужно было привести в порядок амуницию, пообщаться с командой - отпуск заканчивался через неделю, и у него впереди была, как всегда, только миссия. Миссия, тебаё, и пора уже заскочить к семье.