Баран упертый

Это было гадкое осеннее утро субботы. На улице сильно завывал ветер, а хрупкие ветки деревьев так и ломались под тяжестью могучей стихии. "Как же прекрасно, что я сейчас нахожусь тут." - думал про себя Бэд, поглядывая на свое грязное окно и печатая что-то на компьютере. Да, именно сейчас Евген монтировал очередное видео для своего канала. Это было всегда непросто, ведь приходилось много раз переслушивать и пересматривать разные фрагменты, скрепляя их в единое целое. Евгений чувствовал себя просто восхитительно. Еще бы! Сидеть уютно у себя на кухне, когда за окном в это время погода напоминает тебе, что winter is coming. Это ли не счастье? Но чего-то не доставало. Чего-то теплого, ароматного и вкусного. - Черт, я хочу чая. - тут же проскочила мысль у Евгена, и тот принялся искать кружки. Не найдя ни одной, грустно завыл и закрыл свое лицо ладонью. - Же-е-е-ня! - прокричал парень, пытаясь звучать как можно раздраженнее. Ни звука. - Женя! - опять тишина. - Черт возьми! - критик не на шутку разозлился и быстрым шагом направился в спальню. Там, под одеялом, тихо храпело расслабленное тело, не подозревая о том, что вот-вот его потревожат не самым любезным способом. - Женя, я тебя зову, а ты мне не отвечаешь? Как это понимать? - громко говорил Евген, шумно стуча своей ногой по полу. - А, что-то случилось? - из-под одеяла показалось розовое лицо с растрепанными волосами. - О, это ты Евгенюшка! С добрым утром тебя! - Я не вижу в нем ничего доброго. - сразу отрезал Бэд. - Я пришел тебя спросить одну вещь. Ты не знаешь, где все чашки? - Чашки... - задумчиво произнес Женя. - А мы чай собираемся пить? - Я собираюсь. - вновь сухо ответил тот и шаркнул ногой. - Так где они? - Оу, я их оставил все вчера в большой комнате на столе около телевизора. - парень сильно прогнулся в спине и сладко зевнул. - Я просто вчера... - Не интересует. - критик хотел уже было развернутся и уйти, но что-то успело резко схватить его за ногу. - Евге-е-енюшка. - простонал сладко Женя. - Поцелуй меня пожалуйста. Бэд тут же стиснул зубы и дернул своей коленкой, но крепкая рука парня держало его ногу, как спасательный трос. - Прошу тебя. - парень пододвинулся поближе к ноге Бэдкомидиана. - Только один. - Я тебе не Евгенюшка. - голос звучал угрожающе. - Отпусти мою ногу. Живо. - Нет, пока не поцелуешь. - настойчиво продолжал Женя. Бэд тяжело выдохнул и все же медленно поплелся с этой тушей на кухню. Критик думал, что рано или поздно эта мразь сдастся и наконец отпустит его, но оказалось, что Женя вцепился в Евгена мертвой хваткой и ни за что не желал того отпускать, пока тот не выполнит его условий. - Говоришь... Один поцелуй? - спросил насмешливо Евген, сидя за кухонным столом и поглядывая на все еще пристававшего Женю. - Только один и я тебя отпускаю. - Хорошо. Бэд резко встал со стула и поднял валявшегося парня, который так упорно добивался своего. Они смотрели друг-другу в глаза. У Жени читалось невинное предвкушение, когда как у Евгена глаза были полны некой злобой. Парень долго пялился на такого милого и наивного Женю, а потом вдруг взял того за щетинистый подбородок и прошептал: - Добился, блять, все-таки своего? Так получи, сволочь. Критик резко подался вперед и страстно вцепился в губы Жени. Глаза у еще не до конца проснувшегося парня резко открылись и не смели больше моргать. Бэд же долго не отпускал пухлые губы Женьки и не открывал своих глаз. Поцелуй прервался также внезапно, как и начался. Евген злобно смотрел на изумленного Женю и долго не говорил ни слова.Наконец, он вытер свои губы и прохрипел: - Баран упертый. Критик ушел в большую комнату за так желанной им чашкой, оставив возбужденного Женьку одного. Парень любил, когда Бэд не давался ему или всячески пытался избавиться от этих ласк и поцелуев, но всегда причиной был он, именно он начинал всю эту игру. Поэтому именно сейчас, это было для него нечто странное, удивительное и просто... Волшебное ощущение, которое вряд ли он когда-либо потом забудет.