Ещё не торт

Пятничные вечера с некоторых пор стали особенными для Чанёля. Он и раньше уважал неписаные традиции офисного планктона, но теперь сладкое предвкушение в самые неподходящие моменты рабочей недели уносило мысли прочь от совещаний и документов. Да что там рабочей… честно говоря, к пятнице Чанёль начинал готовиться сразу с того, как она заканчивалась. А всё потому что в районе его дома недавно открылся небольшой уютный бар… В ту памятную пятницу Чанёлю пришлось допоздна задержаться на работе. Настроение было где-то в районе шести футов ниже плинтуса. Хотелось убивать, но вынувший ему всю душу клиент успел укатить в закат. Чанёль с удовольствием придушил бы кого-нибудь другого на замену, если бы не был так вымотан. Он как раз парковался возле супермаркета, собираясь затариться чем-нибудь алкогольным, когда ничем не примечательная дверь соседнего здания открылась, выпустив наружу пару подвыпивших молодых людей, а заодно и многообещающие звуки громкой музыки и веселого смеха. Чанёля потянуло туда, внутрь, как магнитом. И он ни капли об этом не пожалел. Ни в тот, первый вечер, ни в последующие. Пожалуй, если бы не такое удачное совпадение, о баре Чанёль до сих пор бы и не узнал. Никакой вывески над невзрачной с виду дверью так и не появилось. Собственно, само название заведения тоже оставалось для всех загадкой. Его лучший друг и коллега Ким Чондэ шуточно называл бар «Усаичкой» — типа, «послушаешь, как Пакчан рекламирует это заведение… и просто уссаться можно!». При этом Чондэ усердно подмигивал Чанёлю (что больше смахивало на трагичные проблемы с лицевым нервом), а тот улыбался и пытался незаметно наступить ему на ногу. Не то чтобы смысл такого названия был тайной за семью печатями, но добровольно делиться со всем миром причинами посещать бар каждую пятницу Чанёль тоже не собирался. Толкнув тяжелую, призывно скрипнувшую дверь, Чанёль сбежал вниз по ступенькам, ведя рукой по шероховатой кирпичной кладке, и с уже ставшей привычной радостью окунулся в уютный полумрак. Сегодня ему удалось пораньше расправиться с работой, так что вечер только начинался. Несколько столиков было занято, но у барной стойки сидел лишь пригорюнившийся мужчина средних лет, баюкающий в руках ядовито-розовый коктейль. Похоже было, что приступил он с утра… и с чего-то далеко не столь изысканного. Впрочем, изящный силуэт за стойкой тут же выбил из головы чужие алкогольные злоключения. Сегодня на хозяйке заведения было восхитительное красное платье, облегающее во всех стратегических местах и загадочно струящееся мягкими складками в остальных. На полуобнаженные плечи ниспадала волна темных, слегка волнистых волос. — Здравствуйте, — сдержанно, с достоинством поздоровался Чанёль, усаживаясь на высокий табурет за стойкой. Старательно поддерживаемую ауру зрелой уверенности и обаяния наверняка портило то, что он беззастенчиво таращился. Не мог не таращиться. — И вам не хворать, господин Пак, — Саи, хозяйка бара, одарила его приветливой, многозначительной улыбкой, от которой у Чанёля невольно ослабли коленки. Хорошо ещё, что он упирался ими в барную стойку. Впрочем, как-то иначе с его длиной ног сидеть было затруднительно. — Как обычно? — Как обычно. Выудив из-под стойки пузатую, солидно смотрящуюся бутылку, Саи залихватски, через плечо подкинула её в воздух и ловко поймала. Алкоголь радужно-переливчатой струей заплескался в словно по волшебству возникшем перед Чанёлем бокале. Он не удержался и зааплодировал, забыв про необходимость производить солидное впечатление. — Как ваша работа? Что нового успел натворить неугомонный шеф? — смешивая коктейль, спросила Саи. Чанёль только махнул рукой. Он всегда был не дураком поговорить, а уж её общество неизменно превращало его в натуральнейший пиздлявый ящик… но сегодня начать нужно было с другого. — Ни шатко ни валко… А ваш бизнес? — соблюдая светские приличия, осведомился он. — Был бы лучше, если бы вы навещали нас почаще, — кокетливо вздохнула Саи, пододвигая к нему готовый коктейль. — Ну что ж поделать, если вы бываете в баре только по пятницам… Да-да, я помню, для вас это место только хобби, но где же вы пропадаете всё остальное время… Да, кстати, что вы делаете в вечер воскресенья? Загадочность улыбки Саи на раз-два посрамила бы саму Мону Лизу. — А сегодня вы быстро перешли к этому этапу… — Раньше сядешь — раньше выйдешь. Тем более что у меня есть неотразимый аргумент… Знаете, Саи, просто раз в году бывает такой день… ну, короче, день рождения мой в воскресенье, вот. Как насчет того, чтобы сделать мне подарочек и поужинать вместе? Договаривая последние слова Чанёль уже знал — не прокатило. Опять. — Дорогой господин Пак, — Саи проникновенно прижала руку к сердцу, наклонилась ближе к Чанёлю, обдавая его теплым, кружащим голову ароматом духов. — Поверьте, вы очень даже в моем вкусе и я совсем не кокетничаю, когда говорю, что с удовольствием согласилась бы… но мой мужчина действительно будет против. — Дорогая Саи, ну что за ботву опять вы мне на уши вешаете, — раздраженно забубнил Чанёль. — Мы же современные цивилизованные люди. Что за дремучие инстинкты собственничества руководят вашим мужчиной, заставляя так ограничивать вашу свободу?.. Чанёль мог бы таким макаром наращивать пафос и дальше по градиенту, но громкий и не очень приятный голос из-за плеча заставил его вздрогнуть и оглянуться. — Чувак, моя госпожа уже сказала тебе «нет», и, как понимаю, далеко не в первый раз. А ее лучше слушаться, я тебе отвечаю. В карабкающемся на соседний табурет молодом человеке Чанёль с некоторым трудом узнал звезду местной шоу-программы по имени Бэкхён. Без сценической подводки на глазах он смотрелся непривычно свежо. «Моя госпожа?» Коктейль попал не в то горло, и Чанёль отчаянно закашлялся, вырывая из летаргического сна таки задремавшего на стойке неподалеку аджосси. Бэкхён от души врезал Чанёлю кулаком по спине. Горькие слезы сами собой навернулись на глаза. — Спасибо, — прокашлявшись, машинально поблагодарил Бэкхёна Чанёль. Сказать хотелось совсем другое. — Деньгами передадите, — буркнул Бэкхён. Видя нежную, горделивую улыбку, которой одарила его Саи, Чанёль остро почувствовал себя третьим лишним. Может, ему тоже нужно научиться танцевать стриптиз? Не грацией, так хоть размерами… Видимо, эту мысль он высказал вслух, потому что Саи вдруг положила теплую ладонь на его руку: — Знаете, у меня все-таки будет подарок для вас на день рождения… Так что, пожалуйста, останьтесь на сегодняшнюю программу. Чанёлю действительно очень хотелось уйти, но он нехотя кивнул и постучал по опустевшему бокалу, прося повторения. Откровенно издевательский смех Бэкхёна он постарался проигнорировать. Вечер продолжался своим чередом, если не считать того, что Чанёль замкнулся в непривычном, гордом молчании, продолжая целеустремленно напиваться. Посетителей в баре понемногу становилось все больше. Многие из них были знакомы Чанёлю, но в толпе он видел немало и новых лиц. О местном пятничном стриптизе уже ходили легенды, привлекающие в заведение все новых и новых любопытных. Чанёль внутренне был согласен, что посмотреть тут было на что. Но сегодня красивые тела, что мужские, что женские, вызывали в нем лишь всё большее уныние. Подперев щеку кулаком, он почти улегся на стойку, вяло наблюдая, как танцоры, один лучше другого, сменяют друг друга на сцене. … А вот этого светловолосого парня Чанёль раньше здесь не видел. Кожаные брюки так тесно облегали его ноги, что Чанёль невольно забеспокоился за их судьбу. Хотя при таком покрое порвать брюки по швам однозначно было бы самым быстрым путем их снять… Но с первых же нот Чанёль, подобрав челюсть с пола, осознал, что брюкам ничего не угрожает. По крайней мере, по случайности. Каждое движение парня было безупречно рассчитано. В его пластике идеально сочетались резкая, почти отрывистая четкость и грациозная, завораживающая глаз плавность… точно так же, как и в его фигуре строгие, точные линии вдруг превращались в соблазнительно округлые очертания… Зрители подбадривали танцора воплями, но он не торопился раздеваться, словно не слыша их, нарочито дразняще играясь с пуговицами на рубашке. Приоткрывшийся на мгновение в вырезе темный сосок показался Чанёлю едва ли самым непристойным зрелищем, которое только он видел в жизни… и самым возбуждающим. Словно прочитав его мысли, парень вдруг безошибочно посмотрел ему в глаза через все помещение, и Чанёль почувствовал мгновенно ударяющее в голову шальное опьянение. Смущение змеиной кожей скользнуло с плеч. Вечер пятницы! Яркие хаотичные пятна светомузыки, возбужденные, бьющие по ушам крики, словно из-под воды, мир, хмельно кружащийся вокруг него… и этот парень, спрыгнувший со сцены, идущий к нему, улыбающийся… Сам того не осознавая, Чанёль вцепился в табурет, а парень уже изгибался в танце прямо перед ним, совсем рядом, стоит только руку протянуть — и он коснется такой гладкой на вид кожи, поймает пальцами скрытый жар, ощущающийся даже на расстоянии… Но тот без труда уклонился от неловкого, медленного движения Чанёля и отступил на шаг, маня его к себе пальцем. Ах, вот оно что. Ну спасибо за подарочек, Саи. Не будь Чанёль так окрылен блестящими от веселого вызова глазами напротив — не поддался бы. Но сейчас море было не то что по колено, оно осталось где-то далеко-далеко внизу вместе с его благоразумием… Полное отсутствие танцевального опыта Чанёль был готов компенсировать энтузиазмом, да и у его неожиданного партнера грации хватало на обоих, и ещё оставалось на закуску. К тому же… в определенном смысле Чанёль сейчас скорее напоминал себе шест для стриптиза, чем собственно действующего субъекта. Хотя парень так и не раздевался, вился вокруг него, стреляя провокационными улыбочками налево и направо, распаляя самого Чанёля небрежными, мажущими прикосновениями по всему телу. Чанёль даже не заметил, в какой момент ловкие пальцы успели ослабить узел его галстука. Дорогой пиджак тоже в одну секунду был небрежно отброшен в сторону, куда-то в колышущуюся толпу. А вот с рубашкой Чанёля парень устроил целое представление, до последнего скрывая его своим невозможно близким танцем. Зато от зрелища наконец обнажившегося торса Чанёля умело подогретый зал уже просто взвыл от восторга. Чанёль с невольной гордостью подумал, что вечера в спортзале не прошли даром, а ещё — что что-то в этом определенно есть… Его партнер до сих пор оставался в рубашке, так что Чанёль решил — пришла пора взять инициативу в свои руки. Пусть даже тот и пытался со смехом уклоняться от него, но Чанёль был настойчив. Ну подумаешь, пару раз дернул резче, чем нужно было, и ткань сама собой порвалась? Зато наконец полностью лишенная одежды широкая грудь, подтянутый живот… Черт, да Чанёль с удовольствием пошел бы дальше и разорвал бы и дурацкие кожаные брюки, не зря же это пленительное зрелище уже привиделось ему в самом начале выступления… Но парень сам завладел его брючным ремнем, небрежно, как за поводок, подтягивая Чанёля к себе, соприкасаясь с ним бедрами. Его проворные пальцы проникли под пояс, требовательно поглаживая и пощипывая ставшую вдруг очень чувствительной кожу. Сейчас на них, кажется, были направлены абсолютно все телефоны в зале, и Чанёль отчаянно жаждал продолжения, новых касаний, создающих его заново, с нуля — и одновременно хотел, чтобы волшебным образом они остались только вдвоем… Про один небольшой нюанс Чанёль вспомнил только когда его брюки начали медленно, картинно ползти вниз по бедрам. Вспомнил — и тут же судорожным рывком натянул их обратно, чуть ли не до самых заалевших кончиков ушей. Его нижнее белье. Господи, какое позорище… Сегодня он надел любимые трусы с Чармандером. Покемон прямо на причинном месте… Парень напротив давился от смеха, сощуренные глаза почти превратились в щелочки, и это вдруг сделало его таким юным и ужасно милым… а вот неотвратимо протрезвевший Чанёль был готов провалиться сквозь землю. Хорошо ещё, что все остальные ничего не успели увидеть и неистово орали, требуя продолжения, видимо, полагая, что внезапная пауза — всего лишь часть игры. Развернувшись к ним, Чанёль раскланялся, взмахнув воображаемой шляпой и придерживая брюки другой рукой. Послав фальшивый воздушный поцелуй своему партнеру, он поспешно сбежал в туалет, предоставив тому в одиночку завершать представление. Интересно, сколько человек из толпы решит, что он кончил в трусы? Чанёль тихо застонал сквозь стиснутые зубы и решительно засунул голову под открытый на полную мощность кран с холодной водой. Сколько же там было снимавших на телефоны… а если такое видео увидит его шеф… — Меня зовут Сехун. Чанёль представлял себе его голос совсем по-другому, но тут же понял, что у того должна быть только такая манера произношения. Ему… Сехуну шло. Безумно. — Чанёль, — пробулькал он. Вытащил голову из раковины и потряс мокрыми волосами. Прислонившийся к двери Сехун демонстративно поморщился от прилетевших брызг. В его руках была рубашка Чанёля, как и явно познакомившийся с чьими-то подошвами пиджак. — А как его зовут? — кивнув на пах Чанёля, Сехун широко, нахально улыбнулся, демонстрируя небольшие клычки. Чанёль окинул его убийственно хмурым взглядом. — Смешно тебе… да? — Ага. Очень. Но познакомиться с ним поближе я хочу на полном серьезе. Чанёль запнулся на полуслове, раскрыл глаза широко. — Эээ… Ну вообще я тут живу в двух шагах, так что если ты закончил с работой… — Не уверен, что твоей милостью меня даже пригласят во второй раз, — фыркнул Сехун. — Так что… да. Внимательный взгляд хозяйки бара следил за пересекающими зал высокими фигурами. На них оборачивались абсолютно все посетители, но эти двое были слишком заняты беседой, чтобы обращать внимание на кого-то еще. Чуть более долговязый, увлеченно размахивая руками, что-то рассказывал своему спутнику. До внимательного слуха могли бы даже долететь отрывки вроде «… а потом он превращается в Чаризарда, ну, здоровенный такой драконище, и…». Его спутник только хихикал и вставлял неуместные, но смешные комментарии. На выходе первый не забыл заботливо придержать для него дверь, но в итоге стукнулся об нее коленкой и выскочил на улицу несколько поспешней, чем собирался. Саи, улыбаясь, с умилением покачала головой. Вечер уже практически закончился, и его итогами она была очень довольна. — Думаешь, у них что-то получится? — раздался над её ухом вкрадчивый голос Бэкхёна. Длинные изящные пальцы начали нежно массировать её полуобнаженные плечи, и Саи чуть не замурлыкала от удовольствия. — Не маленькие, сами разберутся, — ответила она, не поворачиваясь. — Но благодаря им мне в голову пришла одна идея… — О нет… Неужели у нас опять не будет секса сегодня? — жалостно возопил Бэкхён и демонстративно скуксился. Саи отложила в сторону тряпку, которой последние пять минут протирала невидимое пятнышко на стойке, и быстро чмокнула Бэкхёна в нос: — Постой-ка лучше за баром. А ещё… удиви меня. Смешай что-нибудь особенное для этого особенного вечера. Бэкхён скорчил гримасу, но повиновался беспрекословно. Да, Чанёля выдрессировать было бы трудней… но эти длинные ноги… Усмехаясь, Саи присела за боковой столик и открыла ноутбук. Пальцы замерли над клавиатурой, когда она на секунду задумалась над первой фразой. Первая фраза имеет очень большое значение, сразу задавая настроение всего произведения… Впрочем, самое важное, что у неё уже есть главные герои. И у них всё будет хорошо.