Another Soul

Когда я спал у Мамтори (так я любил называть Ториэль), то во сне часто слышал детский плач. Он мог длится по-разному: мог затянуться на весь мой отдых в мире моего воображения, мог вообще коротко, недолго, обрывками. Самое удивительное, что с каждым разом, с каждым новым погружением в спящее состояние, этот плач усиливался, словно его источник приближался ко мне всё ближе и ближе. Я никогда не видел, кто именно плачет у меня в голове. Когда этот "кто-то" начинал плакать, то мой сон превращался в пустое тёмное пространство и ничего более. Я пытался найти этого самого ребёнка, что плакал в моих снах, но всё тщетно. Моя душа словно гуляла по тьме, бескрайней пустоте. Я никому не говорил об этом. Мне было совестно, ведь монстры не такие, как люди, и, быть может, они не отвергли бы меня за мои мысли, чувства, которыми хочется поделиться. Однако, я не захотел рисковать. Тщательно скрывая этот свой секрет, продолжал искать во снах дитя, похоже такое же несчастное, каким когда-то был и я. Мне очень хотелось помочь ему, поскольку во мне вновь проснулось доброе, миролюбивое, отзывчивое существо. Я не мог просто так это оставить. И дело даже не в том, что душевные детские терзания мешают мне спать. Мне просто хочется помочь бедному, несчастному чаду. Я понял, что перебрал все варианты. Ничего не выходит. Как же быть? - Ты чего такой серьёзный? - спросил у меня мой лучший друг Флауи. Таких людей, как он, я ненавидел больше всего на свете: самолюбивый, задиристый, бессердечный. Тем не менее, мне хотелось терпеть его, и, благодаря этому, я узнал его получше. Как оказалось, не так уж он и плох, мой первый друг в этом подземелье. Да, у него есть недостатки, и причём колоссальные. Однако, благодаря ему я научился понимать, что у каждого есть недостатки, которые могут перечеркивать его хорошие качества, но даже это может не мешать крепкой дружбе. Мы лежали с ним на куче цветов, на которую я мягко приземлился, когда упал в эту историю; если быть точнее, в эту канитель историй. Цветы давали успокоить мысли, закрыть глаза с чистой душой. Так и я немного задремал, прикорнул так сказать. Открыв глаза, я посмотрел на своего цветочного друга. Он был немного раздражён тем, что я не слушал его истории, древние легенды, заточённые здесь вместе с народом монстров. - Извини, - с улыбкой проговорил я, потягиваясь после хорошего сна. Как бы это странно не звучало, моё лицо всегда всем казалось серьёзным, когда я был абсолютно спокоен и безэмоционален. Флауи со строгим видом посмотрел на меня. Это его выражение лица всегда всем казалось злым, но я точно знал, что он так переживает. Я не до конца верю в его "у меня нет души". Нет, он просто забыл, как чувствовать. Он потерялся, видимо, в каких-то обстоятельствах и разучился выражать эмоции, а без выражения он не может и ощущать до конца есть ли это то самое внутри, ведь если он хочет кричать от горя, а все видят, что он неимоверно зол, то и он будет сомневаться в самом себе. Как бы то ни было, я доверял ему и не боялся его, ведь и сам был такой же изгой в своём мире, как он. Он нервничал. Много нервничал. Его слова доносились до меня как просьба о разделении с ним чувств, эмоций, хоть он и продолжал называть меня идиотом, дураком и маменькиным сыночком. - Всё в порядке, друг. Я просто видел один очень странный сон, - только и сказал я, всё так же спокойно, с любовью и нежностью смотря на Флауи. Он прищурился и немного надул щёки. - И что же за сон мог приснится такому болвану, как ты?! - восклицал он, хотя я слышал ясно, что в глубине души он передаёт свои слова, как: "Что тебе приснилось? Расскажи, пожалуйста. Мне очень интересно". Я понял, что ему-то точно могу доверить свои тайны. Даже если пожалею об этом когда-нибудь после, в будущем, то сейчас я не буду тревожиться об этом и волноваться. - Знаешь, мне снится в последнее время, будто бы кто-то плачет, - говорил я, продолжая лежать на жёлтых, золотистых цветах. - Плачет? - переспросил цветок, на что я положительно кивнул. - Да, - продолжал я свои мысли вслух, - но я никогда не видел того, кто именно страдает. Сколько не пытался, а только слышно, что приближаюсь, а к кому именно - не видно. Мой золотой друг был удивлён. - Как думаешь, как мне быть? - спросил я его. - Хммм... А забить не можешь? - Нет, оно само приходит, когда хочет. - Когда это происходит, что творится с твоими прошлыми снами? - Они исчезают и на их место приходит полная тень, абсолютная тьма. - Понятно... Флауи вновь задумался, после чего вновь заговорил: - Слушай, можно я сегодня у тебя переночую? Тори же не будет против? - Спросим у неё. Мы пошли к Тори. Она разрешила нам спать вместе. Той ночью мы спали в одной кровати, хоть Флауи и постелили рядом со мной вторую кроватку, что была поменьше, как раз под его размеры. Однако, он просто лёг ко мне. Я сразу понял, что лучше его лишний раз не спрашивать. И так понятно, что он боится спать один. - Доброй ночи, - сказал я, закрывая глаза. - Спи давай! - крикнул на меня цветок, крепко обнимая лепестками мою руку. Мы уснули. Я вновь очутился в месте, окутанном темнотой. На этот раз никто не плакал, а передо мной стояла девочка в полосатой кофте. Она улыбалась. Я немного был напуган, так как у неё не было глаз, а из глазниц и рта лилась в больших количествах жидкость, похожая на смолу, так что я не могу сказать даже сейчас, были ли у неё тогда зубы или нет.