Судьба не предоставила выбора...

      Солнце поднялось над Хогвартсом. В комнате старосты на большой деревянной кровати лежали два обнаженных тела, укрытых зеленой простыней.       От солнечного зайчика, прыгавшего по подушке девушки, она открыла глаза. Как ни странно, на душе ее было спокойно. Создавалось ощущение, что так и должно быть. Но, посмотрев на Драко, она ужаснулась. На его спине были восемь царапин от ее когтей.       — Мерлин, что же я наделала?.. — шепотом воскликнула Гермиона. Нужно было срочно что-то придумать, но у нее с собой не было ни мазей, ни зелий.       — Ребята, вы спите? — не дождавшись ответа на стук, в комнату заглянул Блейз. Грейнджер моментально закуталась в одеяло.       — Ну вы и дали жару. Даже девчонки в своих спальнях слышали. Мое уважение и зависть Драко.       — Блейз, мне нужна твоя помощь. Умоляю, ты можешь принести мне аптечку? Она в спальне, на столе.       — Гермиона, что случилось? — Блейз подошел ближе и застыл в ужасе. — Это…ты?       — Тише, прошу. Да, но я не специально, это все инстинкты. Раны нужно залечить. Мне нужна моя аптечка.       — Хорошо, я постараюсь принести, — Забини побежал к гостиной Гриффиндора.       — Пароль, — Полная дама, как обычно, находилась в картине и с недоверием смотрела на слизеринца.       — Я не знаю. Это срочно, впустите меня.       — Молодой человек, без пароля я не могу вас пропустить.       — Тогда позовите Гарри Поттера. Это, я надеюсь, можно?       — Да, это правилами не запрещено, — Дама исчезла с картины, а через пару минут к Забини вышел Мальчик-Который-Выжил. Парень еще был в пижаме. Он зевал и потирал глаза.       — Блейз, ты что здесь делаешь так рано? До завтрака еще два часа, — сонно проговорил Гарри.       — Мне нужна аптечка Гермионы, срочно. Она лежит на столе в спальне.       — Что произошло? Малфой обидел ее?       — Нет, наоборот. Вчера, когда Гермиона и Драко…       — Не надо, я понял, — Гарри было неловко слушать про ночь своей подруги и Малфоя.       — Так вот, ей было больно. и волчьи инстинкты заставили ее расцарапать спину Драко. Ему нужна помощь.       — Твою ж мать… — Гарри забежал в гостиную и начал стучаться в комнату девочек. Оттуда вышла недовольная Лаванда.       — Гарри, ты с ума сошел? В такую рань будить.       — Лаванда, мне нужна аптечка Гермионы. Она лежит на столе.       Браун, ворча под нос, принесла ее.       — Спасибо, — Поттер отдал ее Блейзу и тот пулей рванул в подземелье.       Драко проснулся от шума в комнате. Гермиона пыталась найти хоть что-то, чем можно обработать рану, но у парня кроме Антипохмельного зелья ничего не было. Малфой попытался встать, но боль от засохших стягивающих кожу ран не дала этого сделать. Слизеринец издал стон и упал обратно на подушку.       — Драко, любимый, прости. Я сейчас все исправлю.       — Гермиона, не волнуйся. Мне почти не больно.       — Потерпи, сейчас Блейз принесет мою аптечку.       — Фух, я никогда столько не бегал, — в комнату забежал Забини и, отдав аптечку Гермионе, упал на ковер. Девушка начала судорожно перебирать лекарства.       — Драко, придется потерпеть, сейчас будет немного щипать, — Грейнджер начала обрабатывать раны абсолютно не магическим препаратом — перекисью водорода. Малфой начал морщиться. Но это было только начало — когда Гермиона начала наносить мазь для заживления, Драко закричал от боли, срывая голос. Парню казалось, что в него одновременно направили не меньше сотни заклинаний Сектумсемпра.       — Милый, потерпи, — говорила Гермиона и смазывала раны на спине.       — Гермиона, он так всех разбудит. Внуши ему, чтобы он не чувствовал боли, — предложил Блейз, накладывая оглушающие заклинания на комнату. Гермиона не хотела применять свои силы на Драко, но понимала, что вариантов у нее не было. Девушка подошла к жениху и заглянула в его глаза.       — Драко, тебе не больно. Ты не будешь ничего чувствовать ближайший час. Потом ты забудешь про эти раны, потому что их вообще не было. Усни, — говорила она.       Малфой перестал чувствовать боль, лицо его прекратило выражать какие-либо эмоции, а сам парень закрыл глаза и уснул.       Гермиона закончила смазывать раны. Они начали затягиваться. Когда от ран не осталось и следа, Грейнджер облегченно вздохнула.       Драко перевернулся на спину и улыбнулся своей невесте.       — Гермиона, доброе утро… Блейз, что ты здесь делаешь?       — Пришел сказать вам, что через час будет завтрак, вы должны поторопиться.       Гермиона поцеловала Драко, вышла из гостиной факультета и за несколько секунд добежала до портрета Полной Дамы.       — Пароль.       — "Клубничное мороженое", — запыхавшись, ответила Гермиона.       В гостиной ее уже ждал Гарри.       — Гермиона, что ты творишь? Блейз сказал мне, что ты расцарапала Малфою спину.       — Гарри, прости, я не хотела, и ты это знаешь. Не переживай, все в порядке. Я внушила Драко, что ран никогда не было. Впредь, я постараюсь быть еще более сдержанной.       — Герми, пойми: чтобы ты смогла здесь учиться, тебе придется контролировать свои силы. Мы с Блейзом, конечно, поможем тебе, но нужно, чтобы ты сама этого захотела.       Гермиона обняла друга.       — Спасибо, Гарри, я буду стараться, обещаю.       — Я верю. Первым уроком было Прорицание вместе со Слизерином. Гермионе не хотелось идти на этот предмет. Она до сих пор переживала из-за пророчества, а Трелони вызывала у девушки недоверие.       — Дети, сегодня мы будем предсказывать судьбу по кофейной гуще. Переверните свои чашки и после посмотрите на узоры, — Трелони подошла к столу Кормака и Блейза.       — Мальчик мой, что ты видишь?       — Я вижу руку и… кажется, нож — Кормак внимательно вглядывался в свою чашку. После вчитывался в обозначения знаков:       — Рука — это к разочарованию, а нож… к предательству, — Маклаген побледнел. Блейз, в знак поддержки, положил свою руку парню на колено. Забини не верил во всю эту чушь, но вот Кормак следовал знакам, гадал и любил прорицание. Трелони с жалостью посмотрела на парня и подошла к столу Малфоя и Грейнджер. Драко заглянул в свою кружку, но профессор остановила его. Трелони начала трястись, у нее закатились глаза, и она металлическим голосом стала предсказывать настоящее пророчество, — уже третье на счету Гарри Поттера.       — Спаситель принесет за собой много смертей… — профессор обезумевшим взглядом смотрела прямо на Гермиону, — и тот, кого Химера считает своим проклятием, окажется ее Создателем.       — Твою мать… — шепотом и почти в унисон сказали Гарри и Гермиона. Еще одно пророчество свалилось на них.       — Профессор Трелони! — в класс зашел директор Дамблдор. Прорицательница очнулась от транса и посмотрела на волшебника.       — Директор, чем обязана?       — Я бы хотел поговорить с вами наедине, если это возможно.       — Да, конечно. Ребята, прошу вас записать все, что вы увидите в чашках, и можете быть свободны, — директор и профессор удалились из кабинета.       — Что сейчас было? Кажется, Трелони действительно не в себе, — сказал Драко и отставил чашку подальше от себя. Гермиона в свою заглядывать не стала — ей и без того хватало проблем: жажда крови, потребность постоянно лгать Драко, и главное — пророчество. Девушка не хотела торопиться с детьми, но сейчас, кажется, придется.       — Корми, нельзя верить ей. Мало ли что говорит эта сумасшедшая? Ты же знаешь, что я люблю тебя. После школы мы уедем в Америку и поженимся. У нас будет семья, мы усыновим ребенка. Я обещаю, что все будет хорошо. Главное, верь мне, — Блейз пытался успокоить Маклагена, который тихо лил слезы, говоря, что Забини его предаст.       — Блейз, я… я не знаю. Это все замечательно, но в последнее время мне кажется, что мы отдаляемся друг от друга. Может, нам сделать перерыв в отношениях?       Это решение Маклагену далось нелегко, но им это действительно было нужно.       — Корми, хорошо, если ты этого хочешь, то я буду ждать. Но прошу тебя, один поцелуй, пожалуйста, — с этими словами Забини коснулся соленых от слез губ парня. Он был готов заплакать вместе с Кормаком, но решил держаться.       Блейз вышел из класса. Там его уже ждали Гарри и Гермиона.       — Вы что здесь делаете?       — Я нашла вас по запаху. Мы с Гарри решили, что тебе не помешает поддержка, — сказала Гермиона и сочувственно обняла парня.       — Так все плохо?       — У нас перерыв в отношениях.       Гарри ободряюще похлопал по плечу Блейза.       — Корми верит этой старухе. Да и после сегодняшнего я окончательно убедился, что ей нельзя контактировать с людьми.       — Блейз, профессор Трелони сегодня произнесла очередное пророчество. И причем правдивое, — сказал Поттер.       — Что? Она говорила полный бред. «Проклятие окажется Создателем…»       — Блейз, послушай, это уже второе пророчество. И все они касаются меня, Драко и нашего будущего ребенка. Увидев непонимание на лице друга, Гермиона коротко рассказала Забини об уроке, на котором Трелони впервые для нее произнесла пророчество.       — И вы молчали об этом? То есть ты должна родить от Драко ребенка и, когда Зло станет его кровью, то наступит мир? — слизеринец не мог поверить своим ушам. Все это казалось таким нереальным. Хотя после новости о том, что Гермиона — Химера, казалось, его уже ничем не удивить.       — Да, но многие умрут из-за него. Мне страшно, я не хочу никого терять.       — Гермиона, ради мира нужно чем-то жертвовать, — сказал Блейз.       — Так, ребята, чтобы вы окончательно не впали в депрессию, предлагаю посмотреть, как сейчас Малфой с близнецами Уизли будут испытывать новое средство на Крэббе и Гойле, — сказал Гарри и повел друзей к кабинету нумерологии, где Драко уже давал отравленные пирожные своим сокурсникам. Спрятавшись за углом, ученики стали наблюдать довольно забавно зрелище: лица парней начали покрываться гнойными язвами, которые лопались и брызгались чем-то противно-зеленым. Слизеринецы начали визжать, как девочки. Но буквально через пару минут язвы исчезли сами собой.       Из кабинета вышли близнецы Уизли.       — Спасибо, что поучаствовали в нашем эксперименте. Фред, запиши, что нужно доработать время действия зелья. Малфой, спасибо за подопытных, — парни пожали друг другу руки и разошлись по своим урокам. Зрители решили тоже расходится.       — Соглашусь, действительно было забавно. Особенно тот факт, что Драко общается с Уизли. Гермиона, ты хорошо на него влияешь.       Ученики разошлись по своим предметам.       — Здесь не занято? — к Гермионе подошла когтевранка Полумна Лавгуд. Девушка много слышала о ней, но никогда не общалась.       — Нет, конечно, садись. Я Гермиона, — представилась гриффиндорка.       — Очень приятно, меня зовут Полумна, — когтевранка смотрела на Грейнджер через огромные радужные очки.       — Мозгошмыга поймала? — спросила Полумна.       — Кого?       — Мозгошмыги невидимые, летают в воздухе, попадают через ухо в голову и вызывают размягчение мозга, — объяснила Полумна. — Я сразу почувствовала, что один такой здесь летает.       Гермиона удивленно посмотрела на девушку. Ей рассказывали, что Полумна слегка не в себе, но она не верила слухам, пока лично в этом не убедилась. Но это не оттолкнуло Гермиону, а наоборот, вызвало интерес к этой девушке.       — Гермиона, ты не одолжишь мне свое перо? Мое кто-то взял, — сказала Полумна. Грейнджер достала из сумки еще одно перо и отдала его когтевранке.       — Может, я помогу тебе найти твое перо? — предложила Гермиона.       — Не нужно, мои вещи мне всегда возвращают, — сказала Лавгуд и начала записывать тему лекции. Первую половину урока ЗОТИ была теория. Профессор Люпин рассказывал, им как прогонять дементоров. На второй половине ученики по желанию пытались повторить это заклинание на боггарте. Гермиона уже пользовалась этим заклинанием. Ее патронусом была выдра. Она до сих пор с улыбкой вспоминала, когда у нее, спустя несколько месяцев тренировок наконец-то получилось вызвать патронуса.       Профессор выпустил боггарта. Гермиона вспомнила их первую ночь с Драко. Она будто почувствовала его губы на своей шеи, руки на кожи.       — Экспекто патронум! — из ее палочки вырвалась огромная змея, которая отогнала боггарта обратно в сундук. Девушка очень удивилась изменению патронуса. Все аплодировали ей, профессор Люпин похвалил девушку и зачислил 50 очков факультету.       Гарри и Рон заметили, что не смотря на то, что у их подруги получилось, взгляд у нее был потерянным. Она о чем-то серьезно задумалась.       — Гермиона, с тобой все в порядке? — спросил Рон.       — Нет, что-то не так. Моим патронусом была выдра. Всегда. Выдра. А сейчас змея. Это невозможно.       — Тише, Гермиона, успокойся. Все хорошо. После урока мы втроем подойдем к профессору и спросим у него об этом, хорошо?       Девушка кивнула в знак согласия и Золотое трио, как их стали называть, обнялись.       Вскоре прозвенел звонок и класс опустел. Троица подошла к Римусу Люпину.       — Ребята, а вы почему не ушли? Скоро начнется обед.       — Мы бы хотели поговорить с вами, — сказал Гарри.       — Сегодня на занятии мне удалось патронусом-змеей прогнать боггарта…       — Да, я помню. Ты хорошо владеешь заклинанием.       — Спасибо, но дело в том, что мой патронус — выдра. Я часто пробовала это заклинание и всегда была выдра, но сегодня это оказалась змея. Такое возможно?       — Хм, теоретически, это возможно. Но изменить патронус могут только самые сильные чувства — такие, как любовь или ненависть.       — Вы хотите сказать, что патронус Гермионы стал таким же, как и у человека, которого она любит или ненавидит? — переспросил Гарри. Он впервые услышал об этом явлении. Рон же стоял и не понимал, о чем они говорят. Он был полностью уверен, что патронус остается прежним на протяжении всей жизни.       — Именно так, Гарри. Так что, Гермиона, тебе не стоит волноваться. Это абсолютно нормально. А что бы ты окончательно успокоилась, держи, — Люпин протянул девушке плитку молочного шоколада.       — Спасибо, — после слов профессора Гермионе действительно стало полегче. Она взяла шоколадку, и друзья отправились в Большой зал.