Глава 16. Лондон
19 июля 2018 г., 13:16
Снега на Рождество в этом году намело однозначно больше обычного. Он высокими шапками покрывал крыши домов и припаркованные под открытым небом автомобили, а землю накрыл таким толстым одеялом, что заглушались все шаги.
Гермиона перевела дыхание, осторожно выглядывая из переулка, куда только что трансгрессировала с профессором Скамандером, и, удобнее перехватив дорожную сумку, вышла на малооживленную улицу. Девушка до сих пор не могла в это поверить. Она лишь случайно во время бала оговорилась, что планирует завтра отправиться домой, директор и профессор МакГонагалл уже дали свое разрешение на ее трансгрессию из Хогсмита, как Ньют тут же пожелал отбыть с ней. По какой причине — не сказал. Вместо этого ринулся к Дамблдору с аналогичной просьбой, а Грейнджер в это время пряталась от обезумевших девиц, которые во что бы то ни стало желали выведать, почему она пришла с ним на бал.
Сейчас, немного отойдя от шока, гриффиндорка предположила, что таким образом Ньют хотел сбежать от постоянного пристального внимания женского пола. В этом году значительная часть прекрасного населения Хогвартса решила остаться в школе, в противовес всем предыдущим годам обучения. И о причинах их поступка даже не приходилось долго думать.
Единственным смущающим моментом было, да и оставалось до сих пор, то, что Ньют, по просьбе Дамблдора, останется на время каникул у Гермионы. Объяснил это директор просто и весьма логично, что не могло не радовать, но Грейнджер где-то на отголосках сознания понимала, что ее явно в чем-то провели. Весомые аргументы, что только она знает о ситуации профессора Скамандера, что она весьма одаренная ученица и в случае чего обо всем позаботится, что сможет показать этот новый мир в не столь пугающем свете, да и просто поможет молодому преподавателю расслабиться, конечно, действовали, но…
Почему Ньюта нельзя было поселить в гостинице?
Подавив тяжелый вздох, Гермиона скосила взгляд на спутника, стараясь максимально незаметно его рассмотреть. Шатен крутил головой, рассматривая все, что его теперь окружало, подмечал какие-то детали и изредка улыбался, радостно шагая по самой обычной маггловской улице Лондона. Идти было недалеко, Гермиона об этом позаботилась, так что рассматривать было особо и нечего, учитывая то, что коттеджи, расположившиеся вдоль дороги, были практически идентичными.
— Ньют? — негромко позвала молодого человека Гермиона, решившись задать мучивший ее с прошлого вечера вопрос. — Какова истинная причина твоей поездки?
Шаг Скамандера немного замедлился, но улыбка с лица так и не исчезла. Он внимательно посмотрел в глаза собеседницы и девушка в очередной раз подумала, что нельзя быть таким милым. Потому что еще немного, и ее сердце этого не выдержит.
— Мне это правда было нужно, — медленно, будто взвешивая каждое слово, начал Ньют. — В школе я чувствовал себя как в клетке. Ничего не знающий об этом мире, постоянно убегающий от студенток… Я не привык к такому. Со времен моего обучения уже прошло чуть больше десяти лет, и все это время я путешествовал. Изучал животных, спасал их, защищал… Я побывал на всех континентах, исследовал столько стран, а теперь…
— Но ведь и у меня дома ты не сможешь полностью расслабиться, — заметила Гермиона, перехватывая свою сумку другой рукой.
— И все же, это смена места. Пусть даже я не могу осуществить то, к чему привык, — простодушно ответил Скамандер, сворачивая следом за гриффиндоркой к одному из домов.
Нервы начинали давать о себе знать. Сейчас он переступит порог дома девушки, которая ему нравилась… Дамблдор, стоило ему только узнать, что мисс Грейнджер осведомлена в нынешней ситуации, мгновенно определил ее наставницей в современном мире и даже попросил позаботиться о своем бывшем ученике, но не было ли это слишком? Сам же Ньют считал, что ему бы вполне хватило изредка встречаться с девушкой на протяжении этих двух недель, пока будут длиться каникулы. Хотя и не отрицал, что провести чуть больше времени с ней было настоящим подарком судьбы.
Рука Гермионы слегка дрожала, когда она поворачивала ключ в замочной скважине и открывала дверь. Но стоило только ей переступить порог, как староста решительно тряхнула своей копной волос и расправила плечи, словно готовилась к сражению.
— Мам, пап! Я дома!
— О, милая, мы думали ты будешь чуть позже! — раздался женский голос, и спустя буквально мгновение к ним вышла мать Гермионы. Ее губы сложились в идеальную букву «о», как только она увидела Ньюта, но взгляд мгновенно вернулся к дочери, требуя объяснений. — Я не знала, что у нас будут гости. Добрый день.
Бывший пуффендуец приветственно кивнул, не в силах пока что-либо произнести.
— Простите, я не успела вас предупредить, — ровным, на удивление спокойным голосом ответила Гермиона, поставив на пол сумку и слыша шаги отца, который тоже решил выйти и встретить свою дочь. — Это Ньютон Скамандер. Директор Дамблдор попросил приютить его на время каникул и показать город.
— Так Вы не местный? — миссис Грейнджер, казалось, справилась с изначальным шоком и теперь вновь стала собой. По крайней мере, Гермиона искренне на это надеялась.
— Не из Лондона, мэм, — немного хриплым от переживаний голосом ответил Ньют, аккуратно ставя свой чемодан возле вещей Гермионы.
— Вот как… — пробормотала миссис Грейнджер и тут же встрепенулась. — Ох, простите меня, я что-то совсем забыла о приличиях! Проходите, не стоит топтаться на пороге! Милый, позаботься пока обо всем, а я на кухню.
Мистер Грейнджер как раз в этот момент появился в небольшом коридоре и внимательно посмотрел на прибывших, прежде чем поздороваться с ними.
— Ньютон Скамандер, — тут же представился шатен, протягивая руку для приветствия и ощущая крепкое ответное пожатие. Сперва показавшийся весьма грозным, отец Гермионы добродушно улыбнулся и кивнул, а после пригласил всех пройти за ним.
— Я покажу вашу комнату, она будет рядом со спальней Гермионы. Обычно ее занимает наш племянник, когда приезжает на праздники, но в этом году он решил отправиться в горы со своими приятелями, — рассказывал мужчина Ньюту, поднимаясь по лестнице на второй этаж и изредка посматривая на дочь, которая пыталась скрыть довольную улыбку, но выходило у нее это из рук вон плохо. — Располагайтесь вот здесь, а я, если вы не против, хотел бы поговорить с дочерью. Если желаете освежиться после дороги, то ванная дальше по коридору налево.
Поблагодарив за гостеприимство, профессор скрылся в комнате, а Гермиона, зайдя к себе, тут же развернулась к отцу, которого буквально — она это отчетливо видела — распирало от любопытства.
— Да, папа? — зная, что первым он никогда не начнет разговор, сделала шаг навстречу гриффиндорка.
— Это твой парень? Он несколько старше тебя, — тут же задал вопрос в лоб мистер Грейнджер.
— У нас разница одиннадцать лет, и мы… не то, чтобы встречаемся, мы… — Гермиона замялась, не зная, как правильно описать сложившуюся ситуацию. — Вообще-то он мой преподаватель, но…
— У тебя роман с преподавателем? — тут же отреагировал мужчина.
— Папа, когда ты так говоришь, это звучит ужасно! — вспыхнула девушка. — Он!..
— Тебе нравится? — нашелся отец и выразительно поднял бровь, ухмыляясь. В такие моменты Гермиона отчетливо понимала, почему мама его полюбила.
— Да, — согласилась колдунья, усаживаясь на кровать и глядя на папу. — Он мне очень нравится.
Признаться родному отцу в симпатии к юноше, который старше и при этом еще и является твоим преподавателем, оказалось на удивление просто. Словно она каждый день только и занималась тем, что делилась с ним всеми своими секретами. Впрочем, в детстве именно так и было. Отчего-то с папой Гермионе всегда было найти общий язык значительно проще, чем с матерью.
— Ну хорошо, — на удивление бойко и даже радостно кивнул отец, и мисс Грейнджер недоуменно уставилась на него. — Парень он, кажется, неплохой, да и в любом случае — жизнь твоя, только тебе решать, чего ты хочешь.
Девушка улыбнулась и тут же обняла вмиг смутившегося отца. Все же, у нее были замечательные родители.
***
Мороз отчаянно щипал лицо, когда Ньют и Гермиона возвращались к девушке домой поздним вечером. На календаре мелькнула дата двадцать девятое декабря, и в предверии Нового года, который, как оказалось, семья Грейнджеров исправно отмечала, пусть и не с таким размахом, как Рождество, молодые люди решили запастись подарками да и просто прогуляться по Лондону. Украшенные витрины магазинов, сугробы снега и приветливые прохожие дарили ощущение праздника, которого у Скамандера уже давно не было. Нет, он стабильно навещал родителей на всех семейных торжествах, но вот чтобы по-настоящему почувствовать детскую эйфорию и радость — этого чувства не припоминалось. Свернув на не знакомую Ньюту улицу, пара медленно шла к одному из кафетериев, куда гриффиндорка предложила зайти перед возвращением домой. Внутреннее убранство кафе надежно скрывали расписанные рождественскими мотивами панорамные окна и еловые венки. Колокольчик над входной дверью тонко вздрогнул, оповещая о новых посетителях, и приветливая официантка тут же повела гостей к свободному месту в одном из дальних уголков заведения. — Давно не виделись, Гермиона, — улыбалась девушка, ставя на столик сахарницу и салфетки, а после раскладывая меню. — Как школа? — Отлично, — кивнула Грейнджер, улыбаясь в ответ. — Как Мик? — Без изменений. Тебе как всегда? — и получив утвердительный кивок, повернулась к молчавшему Ньюту. — А твоему парню? — Он… — тут же начала девушка, но пуффендуец отреагировал мгновенно. — Черный чай с лимоном и фирменный десерт. — Хороший выбор, — довольно и лукаво улыбнулась официантка и моментально скрылась из виду. — Значит, я твой молодой человек? — вскинув брови, спросил Ньют, немного недоуменно, но с какой-то надеждой в глазах. — Ну… в смысле… — Гермиона замялась и принялась теребить кончик косы, избегая смотреть в глаза собеседника. — Из-за того, что мы постоянно рядом… — Я был бы рад, — тепло, искренне улыбнулся Скамандер и немного нерешительно накрыл своей ладонью тонкие пальцы девушки, которыми она отбивала нервную дробь по столу. Магозоолог видел, как застыла напротив юная волшебница, как на ее щеках появился предательский румянец и как она старается незаметно выровнять дыхание. Это льстило. Это внушало какую-то радость. А еще — делало очень счастливым. — Ваш заказ, — официантка появилась неожиданно, словно выросла из-под земли, и снова хитро улыбалась, глядя на Гермиону, которая не знала, куда деть взгляд, но свою руку из руки волшебника так и не забрала. — Приятного аппетита! — Я прикончу Миранду! — пробормотала колдунья, подаваясь вперед и, взяв в свободную руку чашку, сделала осторожный глоток горячего шоколада. — Кто она? — заинтересованно спросил Ньют, добавляя в чай сахар. — Крестница отца, — тут же ответила Грейнджер, выплескивая неловкость на свое пирожное — десерт из красивой пирамидки превратился в непонятное крошево из теста и крема. — Старше меня на три года и поэтому постоянно… задирает… Ладно, это не так важно. Даже не понимаю, почему я разнервничалась. Профессор только улыбнулся и отпустил, наконец, пальцы гриффиндорки. Девушка, казалось, немного успокоилась, и теперь они вновь общались, как делали это уже не раз, постоянно находя все новые и новые темы для разговоров. Ему нравилось ее слушать. Нравилось смотреть, как она начинает активно жестикулировать, когда тема разговора действительно ее интересовала, как принимается что-то рассказывать, если Ньют не был в этом осведомлен, как слушает его, жадно впитывая новую информацию. Ему нравилась она. Со своей непослушной копной волос, тонкими запястьями и пальцами, часто испачканными в книжной пыли и чернилах. А еще то, как легко она могла находить общий язык с волшебными существами, стараясь для всех найти свой подход. Они просидели почти до самого закрытия. Давно перевалило за восемь, на улице окончательно стемнело, а они только теперь шли домой, увешанные пакетами с покупками, и продолжали беззаботно болтать. — О, через этот переулок можно срезать путь! — неожиданно оживилась Гермиона, глядя на плохо освещенную узкую улицу, затерянную между домами. Внутри колыхнулось непонятное чувство тревоги, но Ньют постарался его отмести — они были в маггловской части Лондона, что плохого могло случиться? Но стоило только им свернуть с центральной улицы, как дурное предчувствие вновь дало о себе знать. Даже счастливая улыбка на лице девушки не могла разогнать неожиданную тяжесть в груди. — Какая неожиданность… — низкий, грубый голос высокого светловолосого мужчины, который заграждал им дорогу, раздался в конце переулка. — Мисс Гермиона Грейнджер, верно? — Откуда?.. — незаданный до конца вопрос повис в воздухе, когда гриффиндорка сделала шаг назад и как бы невзначай отвела руку за спину, где за поясом брюк, насколько было известно Скамандеру, находилась ее волшебная палочка. — Маленькое маггловское отродье, — второй блондин, чуть меньшего телосложения, чем первый, с жестоким, похожим на звериное, лицом закрыл своим силуэтом путь к отступлению. — Чертова грязнокровка и верная подруга Гарри Поттера. Становилось по-настоящему опасно. Гермиона переводила взгляд с одного волшебника на второго, и… прикрывала собой дезориентированного Ньюта. — Нашла себе дружка-маггла, что так стремишься его спасти? — второй мужчина не спеша, явно наслаждаясь происходящим, вытащил из внутреннего кармана мантии свою палочку, но обманчиво-небрежно опустил ее кончик в пол, словно показывая, что бояться нечего. — Отпустите его, — Скамандер вдруг отчетливо ощутил — Гермиона, хоть и попросила отпустить его, знала, что ее просьбу они точно не выполнят. — Ты ведь знаешь, кто мы, — не вопрос, а утверждение ехидно застыло на губах второго. — Верно? — Роули и Яксли. Пожиратели смерти…
