Мистер Снейп

      Утром следующего дня я проснулся уже в ставших мне привычными объятьях Циси.       — Сев, ты проснулся?       — Да, и хватит меня соблазнять, тебе еще полгода нельзя того, что ты так сильно хочешь, надо окончательно вывести все зелья из твоего организма. Потом пройти курс восстановления и только после этого можно будет попытаться построить более близкие отношения, если ты к тому моменту еще будешь этого хотеть.       О мое плечо потерлись щекой, и я все же решился применить магию разума, чтобы проверить ее состояние, может проблема не только в зельях… Я-то ладно, моя реакция, не смотря на слова и действия, не особенно отличается от обычного общения с красивой и приятной во всех отношениях девушкой. Комплименты, планы на будущее, если отношения перерастут в нечто большее, но она…       Я не давал ей никаких приказов, но она сама ведет себя слишком…       Нет, мне приятно, но даже не смотря на клятву, которую кстати она сама призналась, что можно обойти. И при этом ее поведение…       — Циси, посмотри мне в глаза пожалуйста и не сопротивляйся…       — Не надо…       Девушка отводит взгляд, но я все же ловлю его и аккуратно проникаю в ее разум.       — Не сопротивляйся, я не обижу тебя и не брошу, чтобы я не увидел…       Какое-то время меня еще пытаются путать, но в конечном итоге, чувствуя через образовавшуюся при моем проникновении связь, мою симпатию и заботливый страх за нее, все же пропустили глубже.       — Вот и хорошо, вот и умница…       Купаю девушку в одобрении.       — А теперь давай посмотрим, что с тобой происходит…       Медленно я начинаю проверять ее разум на закладки, но ничего не нахожу, нет закладок, которые она могла бы так переключать на меня!       — Циси, помоги, ты же лучше знаешь, что происходит…       Чувствую неуверенность, но потом меня куда-то затягивает и в следующий момент я оказываюсь в огромном особняке, который просто заставлен портретами Люциуса и только некоторые из них, процентов пять, были заменены на мои.       — Циси, зачем…       Я был удивлен и опечален тем, что увидел, это могла сделать только она. Причем не та личность, что появлялась после опаивания зельями, а она сама. Она что, пыталась перестроить себя?!       — Я думала… я думала, что так мне будет лучше… И мне было, но каждый раз лучше становилось ненадолго и я старалась увеличить эту одержимость. Вот только с Люциусом она проявлялась только во время того, как у руля была другая я. Я же, я не чувствовала изменений, но когда ты убрал часть воздействий, это все обрушилось на меня и только клятва, только она не дает мне сорваться…       — Ты сама построила себе клетку…       Я покачал головой.       — …пока у тебя существовала та. Вторая личность, пусть и искусственно создаваемая зельями, вся эта одержимость ложилась на нее, а теперь… Теперь это только твоя проблема, но ее можно частично решить, но тогда ты будешь навсегда привязана ко мне.       — Я понимаю…, но у меня нет выбора… я хочу спасти его…       Она ласково касается одного из портретов.       — …я понимаю, что он использовал меня и клятва защищает меня от него…       Снова гладит, но через мгновение переключается на меня.       — Ты, ты тоже должен быть под моей защитой, но он… он намного важнее, но клятва…       — Тише…       Подхожу к ней и крепко-крепко обнимаю, начиная медленно влиять на окружающее пространство, но делать ее настолько одержимой, как та что была одержима Люциусом, это значит самолично угробить огромный потенциал. Нет, этого мне не нужно, а значит…       Нахожу в ее памяти образ Беллы, а также образ Анди, после чего начинаю проявлять их на части картин…       Выйдя из разума Циси я тут же наложил на нее заклинание сна. Конечно она хорошо справляется, хватаясь за клятву и уже создала несколько маленьких якорей с моим образом, но как она не сорвалась и не попыталась спасти своего мужа я не понимаю. А если я не понимаю, то лучше усыпить и окончательно вылечить, и уже потом приводить ее в чувства…       Поднявшись с кровати я потянулся и посмотрев на часы недовольно нахмурился, уже полдень, а значит надо ускорить выполнение своих дел, но сначала…       — Нини…       И дождавшись появления домовушки стал отдавать ей приказы.       — …Нарцисе нужна помощь, но быстро у меня не получится ее вылечить, в твои обязанности с этого момента входит только уход за ней.       — Нини плохая, но Нини не умеет ухаживать… Нини может купить, убраться, но не ухаживать.       — Но ты же накрывала на стол?       Я удивленно смотрел на прижавшую уши к голове домовушку.       — Нини плохая, Нини купила еду в ресторане…       — Стоп!       Мой властный окрик остановил домовушку и та не успела стукнуться головой о косяк.       — Итак, запомни несколько правил, первое, если ты считаешь, что провинилась настолько, что тебя нужно наказать, то ты должна сообщить мне об этом. И уже я решу стоит ли тебя наказывать и как сильно. Ты меня поняла?       — Нини поняла, Нини выполнит, Нини послушная!       — Хорошо, теперь у тебя будет следующее задание, ты должна купить ткань и самостоятельно сшить себе одежду.       Домовушка вздрогнула.       — Я сказал самостоятельно, а это значит, что ты продолжишь служить нам. Просто мне осточертело видеть тебя в этой рваной простыне. Одежда должна быть удобной и презентабельной. Если потребуется совет по стилю, то можешь украсть в мире маглов пару книг в которых представлена одежда, и я покажу какую именно одежду ты себе сошьешь.       — Нини не понимает…, но Нини сделает.       — Хорошо и последнее, скоро должна прийти Андромеда Тонкс, в девичестве Блэк, и я хочу, чтобы к этому моменту был готов обеденный зал, а в нем была накрыта трапеза.       — Нини все сделает!       — Только, Нини, скоро. Это не значит сегодня. Скоро, это на этой неделе, даже Циси не знает, когда она придет. А все потому, что она ее просто пригласила.       — Нини все сделает.       Домовушка подмела своими ушами пол, что заставило меня умилиться. А ведь эти маленькие существа искусственно выведены из обычных магов. Точнее эти маги были преступниками, пошедшими против законов общества того времени и за это над ними, проводили сложный обряд, который превращал их в это. Вся память стиралась, оставалось только желание служить… вот и сейчас эти существа все такие же трудоголики.       Вообще мне очень интересно каким образом создатель ритуала добился того что ментальная закладка, которая гласит что если хозяин подарит одежду, то их магия покинет их в течении двух часов если они не найдут другого или источник магии из которого они могли бы подпитываться, переходит из поколения в поколение. Как?       Впрочем, думаю у меня будет возможность вскрыть парочку этих существ, а также полазить в их голове, но это произойдет позже, а пока мне требуется спуститься в подвал и начать готовить один очень сложный ритуал из некромантии.       Итак, что мне нужно?       Во-первых, пентаграмма на пол. Причем не простая, а пятикратная. И именно этим мы сегодня и займемся, благо подвал этого особняка хорошо экранирован и какой бы ритуал я в нем не проводил, никто никогда не узнает о произошедшем, если конечно я буду молчать.       Вообще начертить качественную пентаграмму очень и очень сложно, а уж пятикратную, которая относится к третьему из четырех рангов сложности, так и вовсе за сутки начертить невозможно, так что, когда по моим внутренним часам прошло около пяти часов с начала моей работы, я убрал палочку, оставив мелок, которым я управлял на полу, и покинул подвал.       По пути, правда, пришлось покормить Люци, но это не заняло много времени, просто влил в глотку одно зелье и все.       Поев я занялся магической зарядкой, хотя за нее и можно было выдать работу в подвале, но нет, если уж взялся за саморазвитие, то останавливаться нельзя. Потом физические упражнения и медитация и вот я наконец ложусь в кровать, предварительно полежав немного в ванне.       Утро следующего дня началось с погружение в сознание Нарцисы, где я продолжил помогать ей, создавая новые якоря на месте тех, что она по неопытности и из желания избавиться от раздвоения личности, создала сама.       Якоря я старался создавать равномерно, а также немного снижать их концентрацию. Не сильно, из десяти переработанных за утро картин, только одна была уничтожена, а две были переведены на саму Нарцису, так как я посчитал, что немного любви к себе ей не помешает.       — Таким темпом мне еще с полгода тебя лечить…       Провожу кончиками пальцев по щеке Нарцисы, после чего целую ее в губы даря нежность и заботу.       — Я подожду… клятва и так позволяет мне довольно сносно переносить эти якоря, а с твоей помощью я и вовсе избавлюсь от необходимости жестко контролировать себя и всегда помнить про нее.       — Подождешь, куда же ты денешься? Но рано или поздно я закончу и смогу подарить тебе тепло и ласку и во внешнем мире.       Еще один поцелуй, и я покидаю ее разум, чтобы повторить свой вчерашний день.       Следующие два дня ничем не отличались от предыдущих и только следующий за ними приобрел некую изюминку в виде прибывшей на встречу Андромеды, которая взяла с собой и свою маленькую дочку.       — Андромеда, рад видеть тебя.       Я улыбнулся и поцеловал воздух над ее ручкой.       — Северус… где моя сестра и почему она приглашала меня на встречу с тобой?       Не смотря на ее вопрос, который как бы подразумевал, что она мне не доверяет, то, что она пришла с ребенком говорило об обратном, ну либо о том, что она просто в безвыходном положении.       — Твоя сестра… сейчас она в магическом сне, и пробудет в нем еще около полугода, так как я только недавно выяснил, что она сильно навредила себе пока пыталась бороться с раздвоением личности, которое возникало под действием зелий.       — Которые варил для нее ты…       Она произнесла эти слова с такими интонациями, что я понял она ничего не знает, но уже ненавидит меня. И если бы не сестра, то полагаю, что она тут не появилась бы.       — Думаю об этом ты сможешь поговорить с Циси, когда она придет в себя после лечения, а пока, по ее просьбе, я предлагаю тебе обосноваться в этом доме, а также даю слово что обеспечу тебя и твою дочь всем что необходимо.       — И откуда же у тебя такие деньги? Да и почему ты распоряжаешься в доме Люциуса?       — А вот это пока что не твоего ума дело. Уж прости меня за грубость.       Развернувшись я покинул столовую куда и провел ее во время нашего небольшого разговора, для того чтобы продолжить свои ежедневные занятия.       Так продолжалось еще две недели, пока я не закончил наконец все приготовления к ритуалу, но это только высвободило немного свободного времени, которое я стал тратить на помощь Нарцисе и должен признать, что помощь уже давала значительные результаты. Нет, я все еще был не готов пробудить Циси ото сна, даже если знать, что она могла себя сдерживать и несмотря на помешательство на Люциусе, которое она сама же взрастила в себе. Да, для этого она либо отвлекалась как могла, либо цеплялась за клятву, хотя подозреваю, что скорее во всем, в каждом жесте и действии она опиралась на клятвы, не позволяя себе ни на секунду забыть про то, что она, теперь моя собственность и, пожалуй, ее поведение в подвале, когда она пытала Люциуса было наиболее близко к тому, что она желала. Но это я понимаю только сейчас, когда побывал в ее подсознании, и, пожалуй, частично такое помешательство даже после лечения у нее останется, пусть я и распылю его на несколько личностей, что снизит накал. Но сейчас, сейчас пусть ей и немного проще будет себя контролировать, но такое сопротивление собственноручно созданному помешательству, это очень и очень вредит ей, так что пусть лучше будет заперта в своем мире и, даже там лишена возможности действовать, чем вредит себе.       Еще две недели я морально готовился к ритуалу, и уже собираясь спуститься вниз, я столкнулся с Андромедой, которая смотрела на меня нечитаемым взглядом, но по отголоскам мыслей, что вырывались из-под ее слабеньких щитов. Я понимал, что она благодарна мне и немного смущена.       — Я хотела поговорить…       — Это может подождать?       — Да, но…       Я вздохнул. Внимательно посмотрел на девушку, которая себя видимо готовила к этому разговору и все же кивнул.       — Хорошо, пошли в столовую…       Конечно я мог бы отказаться, но я в конце концов мужчина и должен потакать некоторым женским прихотям, тем более если они себя к ним так долго готовили. И пусть мне придется немного подождать с ритуалом, так как ближайшее удачное время для его проведения наступит через месяц, но даже так это небольшая цена за возможность наладить отношения.       — Так, о чем ты хотела поговорить?       — Я…я может не так хороша в диагностике или чем-то подобном, но у меня есть дар… я чувствую эмоции и за прошедшее время я почувствовала, как тот накал эмоций внутри Циси медленно стал снижаться. Нет, не снижаться, но как бы рассеиваться, что приводит ее в порядок если так можно выразиться. Да, пока это очень плохо заметно, но я смогла это почувствовать…       Мда, а сестры Блэк просто полны талантов! Циси — колдомедик, Белла — боевой маг, теперь и Анди, которая чувствует эмоции… Причем Циси очень и очень хорошо разбирается с документами, Белла будет очень хорошим главой разведки, а вот Андромеда, она пока темная лошадка для меня. Но если она так же, как и ее сестры не прекращала развиваться вне зависимости от того что происходило в ее жизни, то и ей применение я найду… может учителем? Судя по тому, что я узнал о ней за то время, что она живет под одной крышей со мной, эта роль ей подойдет… хотя я могу и ошибаться.       — …и поэтому я хочу сказать тебе спасибо.       И молчит…       — Можешь сказать…       Позволяю себе легкую улыбку, которая становиться немного шире, когда на лице Андромеды появляется легкая растерянность и обида.       — Я шучу…       — Ах ты…       Девушка возмущенно вскочила и подойдя ко мне уже замахнулась для того чтобы дать пощечину, впрочем, останавливать ее я не собирался, так что буквально в следующую секунду моя голова слегка дернулась, а девушка вдруг замерла на месте. Еще пара секунд и ее глаза в ужасе расширяются…. И правда предыдущий владелец тела не оставил бы такое без ответа…, но срываться на ней? Нет, я не такая уж и сволочь…       Хотя, кого я обманываю?!       Медленно встаю, так что Андромеда оказалась вплотную ко мне и ей приходится сделать несколько шагов назад, точнее она пытается их сделать, но я не даю, просто и без затей хватаю ее за волосы и рывком усаживаю в кресло, в котором только что сидел.       — Ай!       — Запомни, я не позволю с собой так общаться и делать подобные вещи никому, кроме тех, кто находится в моем ближнем круге!       Она хватается за мою руку, а в ее глазах появляются слезы. Нет, я мог бы спустить все на тормозах, если бы не имел планов на эту девушку, а так как они есть, то нельзя спускать. Она должна знать, что это было ошибкой и в будущем, пока она не достигнет привилегии подобного отношения ко мне, она не повторит этого.       Немного тяну за волосы ее голова слегка поворачивается.       — Запомни, ты пока далека от подобной чести… ты здесь только потому, что твоя сестра беспокоилась о тебе, а ты сейчас, своими действиями, почти разрушила мое желание выполнить эту маленькую просьбу Циси…       — Простите меня…       — Я надеюсь, что ты запомнила, что так поступать не надо… и мне не придется просить прощения у твоей сестры за то, что я вышвырнул тебя на улицу. Впрочем, о твоей дочке, пока она мне не окажет подобного же неуважения, я позабочусь…       Девушка вздрогнула, а из ее глаз полились уже совсем другие слезы. Не страха за себя, а страха за свою дочку, за ту, ради которой она вообще решилась прийти в этот дом. Боже как же легко читать мысли, если человек испытывает такие сильные эмоции.       Интуитивно вкидываю ей одну единственную мысль, мысль что возможно, только возможно, если она постарается, станет мне полезной и войдет в мой внутренний круг, то ее дочке будет обеспечено намного более лучшее будущее, чем-то, которое может наступить при обычном денежном содержании с моей стороны.       Нет, это не закладка, и не призыв спать со мной, вовсе нет, это просто мысль, которая может прижиться. А может и нет. Но если она приживется, то я полагаю все будет намного более удачно и для меня, и для нее самой.       Отпускаю ее волосы и пару раз провожу по ним, как бы гладя Андромеду по голове.       — Я надеюсь ты правильно поймешь все что здесь произошло…       Ухожу из комнаты и быстро иду в ту, что была переоборудована под зал для медитаций, именно это мне сейчас нужно. Именно это покажет Андромеде то, что мне очень не понравилось то, что произошло и возможно это станет еще одним кирпичиком в той идее, к которой ведет подкинутая ей мысль.       Ровно месяц прошел с того разговора.       Этот месяц был очень насыщенным и именно он показал, что мысль подброшенная в сознание Анди укоренилась там. Теперь она очень старалась показать, что полезна. В доме всегда была приготовленная ее руками, свежая и вкусная еда. Она старалась меньше попадаться на глаза, но при этом в каждой комнате чувствовалось ее присутствие так как то тут, то там появлялись новые вещи, причем с моего счета не было снято ни канта, а это значит, что она скорее всего продала свой старый дом.       Казалось она просто испарилась, но при этом я четко понимал, она готовится к чему-то. Готовится и старается заранее показать ее полезность, пусть и такими вот мелочами.       Я же в качестве укрепления идеи подкинул ей мысль порыться в библиотеке на тему того, что может увеличить ее полезность, а там, там она совершенно случайно нашла упоминание о клятве рабыни в дневнике Циси, а также формулировку, с пояснениями что такая формулировка сильно не ограничивает, так как в ней не указываются обязанности, которые необходимо выполнять. А так, раб, это просто слово и как бы ты его не понимал, оно означает только одно — подчиненный. Да обычно это кто-то кто беспрекословно подчиняется, тот кто не имеет прав, тот у кого есть только обязанности, но при этом подсознание само отбрасывает варианты, которые не нравятся, так что остается в нем в девяносто пяти процентов случаях именно понятие подчиненный.       Естественно, что это в очередной раз заставило ее задуматься, но сейчас не время думать об этом, сейчас надо провести тот самый ритуал, который я хотел провести в день беседы с Андромедой…       Спустившись в подвал, я обездвижил взмахом руки Люциуса, и открыв камеру взвалил его себе на плечо. Десять шагов, и я стою в соседнем помещении, в котором и будет проходить ритуал.       Дневник лорда лежит в центре, самого же Люциуса я укладываю в специально предусмотренное место, после чего возвращаюсь к двери и закрываю ее на засов изнутри. Вернувшись к Люциусу, я аккуратно закрепляю его на полу в виде звезды, после чего отхожу к одной из стен и прислонившись к ней начинаю ждать тот момент, когда заклятие, в которое я вложил совсем немного сил, развеется.       Пара минут ожидания и Люциус начинает подавать признаки жизни, и я тут же подхожу к нему с мягкой улыбкой на губах.       — Здравствуй Люци. Вот и пришел день, когда ты закончишь свою жизнь…       — Северус, я прошу, не нужно…       В его голосе слышались слезы, все же он окончательно сломался и пусть он не зовет меня Господином или Хозяином, но сейчас он выполнит все что я скажу, кроме разве что самоубийства, так как свою жизнь он слишком сильно любит.       — Ну, ну… ты послужишь благой цели…       — Ты…       — Достаточно разговоров…       Я достал из одной из сумок, что висели у меня на поясе иглу хирурга и специальную нить и стал медленно зашивать его рот из-за чего он испытывал боль. Пока не такую сильную как необходимо для ритуала, но все же…       Пентаграмма начала медленно напитываться его болью…       Закончив со ртом, я прочитал на гортанном языке заклинание, после чего достал несколько игл предназначенных для иглоукалывания и медленно ввел их в специальные точки. Уже после первой иглы Люци забился в путах, но ничего не смог сделать, а из его зашитого рта вырвался стон-мычание.       Когда в его теле оказались все иглы я вновь прочитал заклинание.       И вновь из одной из сумок появился новый инструмент, а именно электрошок, которым я стал бить Люци через воткнутые иглы.       Снова крик-мычание.       Снова заклинание, когда подобная пытка немного приелась Люци…       Теперь я молчал, во время этого ритуала нельзя произнести и слова, но с каждой секундой, с которой комната наполнялась эманациями боли, мне все сильнее и сильнее хотелось позлорадствовать. Останавливало меня только то, что я знал, что сказав хоть одно слово я обрушу на себя боль куда сильнее той, что испытывает Люци. Зная это очень несложно держать себя в руках…       Достаю из сумки иглы и начинаю втыкать их ему под ногти. Заклинание. Электрошок. Заклинание.       Теперь я вырываю его ногти…       Читаю заклинание…       Все же хороший у меня, почти добровольный, помощник в столь необходимом в нынешний момент ритуале.       Почему необходимом?       Так я его не по прихоти провожу, а, чтобы обезопасить свое будущее от воскресшего темного лорда.       Люциус дергается в путах, и с каждым моим новым действием в его глазах разгорается все более безумный огонек, вот только он не знает, что пытки — это лишь не очень приятное, но вполне допустимое средство добыть необходимую энергию и более подходящий для этого ритуала метод для меня недоступен…       Ну как недоступен, я к нему стремлюсь…       Читаю заклинание и вижу, что я уже очень и очень близок к желаемому результату.       Достаю из специального крепления ритуальный нож и начинаю вырезать на теле Люциуса руны, которые помогут направить энергию его добровольной смерти в необходимое русло.       Да!       Этот трус откусил себе язык и теперь постепенно захлебывается собственной кровью!       На моих губах сама собой появляется легкая улыбка от осознания того, что я смог довести Люциуса до необходимой кондиции и он предпочел покончить с жизнью самоубийством. Сделав это, он несказанно помог мне, так как в ритуале не важно, что он сделал это боясь дальнейших пыток, важно, что он сделал это не под зельями или заклинанием подвластия, а остальное…       Новое заклинание…       И вот пентаграмма вспыхнула ярким красным светом, а тело Люциуса стало на глазах высыхать. Кожа за считанные секунды стала похожа на старческую, глаза стали терять живость, пусть и безумную после недолгих пыток. Сразу за кожей стала уменьшаться мышечная и жировая масса. Уже через тридцать секунд тело Люциуса выглядело как скелет, обтянутый кожей, но при этом его сердце продолжало биться…       — Чего ты хочешь смертный…       Посредине пентаграммы появилась фигура, затянутая в балахон, в ее руках была коса, а сама рука, держащая косу, выглядела как голая кость.       — Приветствую вас, Хель…       Отвешиваю самый вежливый, но при этом не раболепствующий поклон из всех возможных для меня.       — … из того что я знаю, я знаю, что вы не жалуете тех, кто делает крестражи…       — Ты прав смертный… и как я вижу один из них лежит у моих ног.       — Да. Конечно я мог бы попытаться собрать их все, но для этого мне потребовалось бы не одно десятилетие, а для вас я думаю это будет не сложно.       — И снова ты прав смертный…       Щелчок пальцами и перед фигурой зависают все предметы в которых находится крестраж. Диадема, Медальон, Чаша, Дневник, Кольцо, Змея и маленький ребенок…       — Интересно…       Щелчок пальцами и тут же оказывается дух, который только заметив фигуру, которая находилась рядом с ним, сжался в маленькую точечку и затрясся в приступе страха.       — Да, это он… он бегал от меня и боялся попасть в мое царство, а ведь его ожидало великое будущее, я бы проследила чтобы он переродился со всей своей памятью, но теперь…       Фигура покачала головой.       — …теперь, когда он раздробил свою душу, ради того, чтобы сбежать от меня, он ничего этого не получит. Его душа начнет круг перерождений с амебы, и будет перерождаться в простейших до тех пор, пока мне это не надоест. В конце концов даже бытие Личем не настолько нарушает законы мироздания, как раскалывание своей души.       Щелчок и из всех предметов вытягивается темная дымка, и теперь вокруг духа Тома витают семь маленьких точек.       Еще один щелчок пальцами и ребенок исчезает, по-видимому его вернули на место, а змея оказывается в клетке, которая, как и остальные предметы падает на пол.       — Так что ты хочешь смертный?       Я собрался с силами и все же решил задать один единственный вопрос, который мучил меня с того момента как я очнулся в этом мире. Конечно я гнал его от себя, но это не помогало мне, ведь глубоко внутри он продолжал грызть меня, мешая развиваться дальше.       — Хель, я очнулся в этом мире чуть больше года назад, а перед глазами у меня была табличка, что я копия личности и души… Скажите значит ли это что смерть будет для меня концом или же у меня есть надежда что я не буду развеян по мультивселенным без перерождения в вечном забвении?       Под капюшоном засветились глаза и казалось они смотрели сквозь меня… Так продолжалось некоторое время, пока тень Богини вновь не заговорила.       — Интересно… ты действительно лишь копия… точнее твоя душа и после смерти тела ты будешь развеян, так как не может быть в мульти вселенных двух одинаковых душ… Личность же твоя уже не является копией, так как прожила все, что проживал хозяин тела. Однако я сделаю тебе подарок…       Хель подошла к Люциусу, и как будто выхватила из него что-то бело-черное, непонятное, дымчатое… Пара движений, как будто она стряхивает с этого чего-то что-то и в ее руках непонятная дымчато-серая субстанция, которая начинает уплотняться.       — Эта душа ничего из себя не представляла, так что я убрала с нее следы перерождения и тех личностей, что зарождались в ней, и теперь это будет твоей душой.       Резкое движение и в меня вбили эту серую дымку.       — Теперь…       Меня скрутила жуткая боль и я не выдержав упал на колени, а мои руки оперлись о пол.       — …только от тебя будет зависеть что тебя ждет после перерождения, забвение и большой круг перерождения или же ты будешь достоин переродиться со всей своей памятью.       Не выдерживаю боли и мои руки подкашиваются, а изо рта вырывается слабый стон.       — Терпи, терпи, такие подарки как я дала тебе только что, просто так не проходят и то, что ты испытываешь — это цена за то, чтобы стать настоящим…       Я уже почти ничего не понимал, но все еще не терял сознания. Богиня еще не ушла, а значит все еще может произойти что-то важное…       — И еще, в этом мире магия вырождается, так что если выполнишь мою задачу, то я, пожалуй, помогу тебе переродиться с памятью даже если ты не достигнешь необходимой силы души, чего за одну жизнь с полностью чистой от перерождений душой сделать почти невозможно. Так вот, ты должен не восстановить, но подтолкнуть магический мир к восстановлению и развитию.       Моих сил только и хватает чтобы не закричать, и судорожно кивнуть.       — Хорошо, что ты услышал меня, а теперь мне пора…       Мгновение и богиня исчезает, а из моего рта вырывается нечеловеческий крик боли…