Растоптаная лилия

Северус хотел, чтобы его душу поглотили дементоры. Его мучительно тошнило от самого себя. С самого начала его паршивой жизни он был проклят... По его вине погибла любимая Лили, и в тот день он поклялся во чтобы то ни стало защищать её дочь, даже ценою своей жизни. Но теперь.... Он ненавидит себя самой лютой ненавистью! В глубине души он всегда боялся, что девочка станет точной копией матери. Боялся, что сойдёт с ума, постоянно глядя на живой образ Лили. Так и произошло - он действительно чертов псих! Сначала он пытался отрицать их очевидное сходство, внушал себе, что девчонка - точная копия Джеймса Поттера, а на мать не очень-то и похожа. Потом он просто запрещал себе думать о ней, но всё было бесполезно - он продолжал медленно сходить с ума. Лили мерещилась ему в каждом жесте, каждом слове, в каждой черточке силуэта проклятой девчонки! Образ мертвой подруги преследовал его на каждом шагу. Проклятье! Он до сих пор был влюблён в давно погибшую Лили, и как глупый мальчишка сходил с ума от её дочери, которая являлась своеобразной реинкарнацией умершей возлюбленной. Он мечтал целовать золотые локоны и лицо, обрамленное веснушками, обнимать гибкий стан и вдыхать её аромат, нет, не ландышей, которыми всегда пахла Лили, а запах лилий - персональный аромат Лилианы. Он проклинал свои безумные мечты, за которые, а Северус был уверен в этом, гореть ему в аду. Он и так жил в аду, персональном, созданным им самим. Какой невыносимой пыткой было видеть девчонку каждый день и не иметь возможности стать ей кем-то бОльшим, чем мерзким саркастичным профессором! Он с ненавистью отталкивал Лилиану от себя, в глубине души желая обратного. Сначала это работало, девочка отвечала ему взаимной ненавистью. Но потом вдруг непонятно что ударило ей в голову, и она появилась на пороге его кабинета с белой лилией в руках. В тот день она сломала его, хотя, со стороны казалось, что всё было наоборот, но мужчина точно это понимал - она сломала его. Северус чувствовал себя мерзким ублюдком, поставившим на колени прекрасного ангела. Это он должен был стоять перед ней на коленях! Униженная и подавленная, она безропотно вытерпела все его оскорбления. Мерлин только знает, как был он противен сам себе в тот момент! Но этого оказалось ему мало, и он, окончательно обезумев, домогался её! Как?! Как он мог опуститься до насилия?! Особенно, в отношении той, которую обожал больше жизни! Она была его самой запретной мечтой, тайным безумием, и вот... желание обладать Лилианой вылилось в насилие. Мерлин, он ещё никогда не убивал никого и не насиловал без приказа Воландеморта! А сейчас?! Он сам, САМ, по своей воле окунулся в насилие с головой! Он даже не смел мечтать о её прощении, Северус только сожалел, что теперь навсегда останется в памяти Лилианы грязным подонком-насильником. Сейчас он мечтал только об одном - чтобы дементоры прервали его никчемную жизнь, которая была ему совсем не в радость, потому что более жестокого палача, чем его собственная совесть не найти во всём мире. Совесть постоянно держала его окровавленную душу в муках агонии, и это никогда не прекращалось. Каково это? Быть шпионом в рядах Пожирателей, убивать по приказу невинных людей, а потом заставлять никогда не дремлющую совесть отключиться, залив в себя изрядное количество огневиски. С него довольно! Пусть проклятый старик катится к черту со своими интригами! А Северус хочет вечного покоя! Он заслужил смерти. Кровь измученных и убитых людей на его руках вопиет к небесам, требуя возмездия, и он готов принять своё наказание. *** Старик не спешит вызывать стражей порядка. Он приводит Северуса и Лилиану в свой кабинет, и, похоже, собирается услышать и посмаковать всю эту историю в подробностях. - Мисс Поттер, как вы себя чувствуете? - спрашивает Альбус, а девочка в ответ только пронзительно смотрит большими заплаканными глазами, - Лилиана, прошу вас не молчите, расскажите, что произошло. - Альбус на ней Силенцио, - шипит Северус и недовольно морщится, потому что понимает, что директор сейчас окончательно и бесповоротно убедится в том, что он - подлый Пожирательский подонок. - Фините! - произносит Дамблдор, и заклятие немоты снято с Лилианы, но девочка по прежнему молчит, только едва слышно всхлипывает. - Лилиана, девочка моя, прошу, расскажи мне, что произошло, - не сдается директор. - Спасибо, сэр, всё в порядке, правда. Можно я пойду в свою комнату? Северус теперь точно ничего не смыслит в происходящем. Почему она не рассказывает ему о профессоре-подонке и его домогательствах? - Лилиана, я думаю, нам следует обсудить все ваши разногласия с профессором Снейпом, - кажется, Дамблдор намерен вытрясти из неё всю правду о случившемся. - Разногласия?! Да он ненавидит меня! - девчонка вдруг срывается на крик, а потом поворачивается к Северусу и с болью и сожалением произносит почти беззвучно, - За что? Что я вам такого сделала? Почему вы так сильно меня ненавидите? И Северус не знает, что ей ответить, для него становится мучительно больно произнести хотя бы одно какое-нибудь слово. Он вынужден молчать. - Я думаю, мне следует выйти, и дать возможность вам обсудить всё наедине, - Дамблдор быстро покидает кабинет, и Северус даже не успевает возмутиться более чем странным поведением директора. Вопреки ожиданию мужчины, Лилиана не убегает из кабинета следом за директором с криками, что её оставили наедине с маньяком. Она молча сидит в кресле, и разглядывает свои туфельки. Северус тоже молча сидит в кресле напротив, и долго не решается начать ужасный и весьма постыдный для него разговор. - Мисс Поттер, сегодняшний инцидент крайне отвратителен, я приношу вам свои извинения... Но Лилиана перебивает его: - Профессор, вы и правда считаете меня развратной дрянью? Вы думаете, что я специально насмехалась над вами во время танца? - плачет она, - Я же не виновата, что вы так хорошо танцевали, что вы... что вы мне нравитесь. Думайте, я одна такая, кто на вас обращает внимание? За что вы так со мной? *** Северус ненавидел женские слезы, особенно, когда он сам был их причиной. Он яростно сжимал кулаки, так и не решаясь ответить хоть что-нибудь на жалобы девушки. Лилиана поднялась и приблизилась у угрюмому мужчине, а он изо всех сил впивался пальцами в подлокотники кресла. Северус вдруг подумал, что если дементоров всё равно не избежать(обманчивая мягкость директора не могла ввести его в заблуждение), то почему бы не осуществить свою мечту хоть перед смертью... Обхватив Лилиану за талию, он резко посадил её к себе на колени, а пока девушка не успела закричать, быстро закрыл ей рот поцелуем. Пальцы мужчины гладили её обнаженную спину(замок от несчастного платья так никто и не подчинил), и Северус старался прикасаться к ней мягко, чтобы не причинить боль, как во время глупого инцидента в коридоре. Он гладил её шелковые золотистые пряди и в перерывах между поцелуями шептал: - Лили. Девушка не сопротивлялась, по её щекам стекали слёзы. Умом она понимала, что давно должна убраться из этого проклятого кабинета, и заодно залепить сумасшему профессору пощечину. Но вместо этого сидела у него на коленях и бездействовала, позволяя мужчине делать с ней всё, что он пожелает. "Он прав, Лилиана, ты действительно развратная дрянь и сумасшедшая нимфоманка... Эти поцелуи даже не тебе предназначаются, дура, а догадайся кому с первого раза, идиотка, падшее несчастное создание... Он представляет на твоём месте Лили Поттер! Понимаешь, неудачница несчастная?!" Лилиана даже не могла себе объяснить, почему была уверена в том, что Северус любил Лили Поттер, может, потому что он называл её именно Лили, а, может, потому что видела в воспоминаниях Снейпа, каким взглядом он смотрел на её мать, как унижался перед ней. - Вы до сих пор влюблены в мою мать? - её вопрос сильно удивил Северуса, - Я догадалась об этом, когда вы назвали меня Лили. Но почему? Почему вы до сих пор любите её, а не меня? Разве я не лучше её? Она никогда не любила вас! И вообще, она давно уже мертва! А я... я же люблю... и я живая... Но услышать ответы на свои вопросы ей помешал так не вовремя появившийся "добрый дедушка". *** Из его кабинета не доносилось ни звука, и Альбус Дамблдор забеспокоился странной мертвой тишиной. Картина сидящей на коленях у Северуса Лилианы, тихо говорящей мрачному мужчине что-то о любви(!) шокировала старика. Девушка даже не попыталась встать, когда увидела вернувшегося директора. - Северус! - возмущенно воскликнул старик, но Лилиана не дала ему продолжить. - Директор, если вы решите наказать профессора Снейпа за этот инцидент, то с Воландемортом будете сражаться без меня, - нагло заявила она и покинула кабинет. - Да, директор, у меня к вам тоже вопрос. Зачем вы заставили меня танцевать с Лилианой, а потом еще и оставили наедине выяснять отношения в вашем кабинете? Вы действительно считаете меня идиотом, который ничего не понимает? Что вы задумали, Альбус? "Глупая девчонка подпортила такой хороший план своими неуместными чувствами", - разочарованно подумал Дамблдор, прежде чем придумать достойное объяснение своим интригам.