Идеально убитые чувства

— Ты хоть осознаешь, что ты творишь? Чем тебе помешал этот… этот… — взглянув на экран смартфона, Агнес вгляделась в мелкие буквы. — Маркус Гроссман. Он из твоего прошлого? Из Готэма? — Нет, — с легкой усмешкой ответил Джером, восседая на краю собственного стола. — Мне просто захотелось его убить. — Ты соскучился по Аркхему? Такими темпами ты вернешься туда очень скоро. Медленно повернувшись лицом к Хэмпсток без тени улыбки, Валеска вскочил на ноги, быстро сократив расстояние между собой и коллегой. Опустившись на колени напротив девушки, он взял ее руку в свою, оставив на ней влажный поцелуй. — Моя милая Агнес, — начал Джей. — Где темнота в твоих глазах, что так меня вдохновляла? — устроив свою голову на коленях шатенки, парень тяжело вздохнул, втягивая запах Хэмпсток. — Где моя королева Готэма, что готова была совершать подвиги среди ночи? Агнес вдруг поникла, вспоминая время до Нью-Йорка. Время до фирмы и этих должностей, за которыми они прятали все, что чувствовали к другу другу. Хотя по большой части это прятала лишь она. Джером ничего не чувствовал. Не мог почувствовать. Сердце человека, что заполнено только ненавистью и отвращением ко всем людям, не способно любить. Он слишком много пережил. Слишком много потерял. Агнес раз разом успокаивала себя этими словами, понимая, что ее собственное сердце разрывается на части. Когда она смотрела на Валеску, он всегда смотрел в другую сторону. Когда она звала его «любимым», он обращался к ней лишь «мисс». Раздавленная, обреченная и все же по-прежнему привязанная к жестокому психопату, Агнес знала, что явно будет в числе последних, кто его покинет. — Я скучаю по Готэму. По возможности убивать безнаказанно. — запрокинув голову назад, Хэмпсток, прикрыла глаза, чувствуя тепло Джерома в своей ладони. — По возможности подкидывать конечности к дверями министерства и поджигать автобусы, спуская их с обрыва, — едва ли не застонав от наслаждения, рыжий поднял голову, подперев подбородок рукой. — Но все равно я бы ни за что туда не вернулся. Вальяжной походкой вернувшись на свое место, Джером откинулся на спинку кресла, громко выдыхая. Он еще ощущал легкую боль в мышцах, после борьбы с Маркусом в подворотни. Мужчина оказался куда сильнее, чем казалось на первый взгляд, но Валеска слишком хорошо владел ножом, чтобы проиграть. Он вспоминал с каким наслаждением втыкал острое лезвие в теплую живую плоть, чувствуя как кровь сочится по рукоятке, затекая за рукава. От этого ощущения все внутри рыжего переворачивалось, заставляя ностальгию поселиться где-то на плечах. Жизнь, проведенная в Готэме была запоминающейся и оставила яркий отпечаток как в памяти, так и на теле. Джером часто разглядывал уродливый шрам на шеи, который напоминал ему о том, кто он и что сделал. — Новая жертва. — лишь произнесла девушка, встав со своего места. — Не понимаю. — нахмурив брови, Джером покрутил пачку сигарет в руке, оторвавшись от разглядывания букв. — Милкович. Новая жертва. — Я не планировал его убивать. — Я не об убийстве. Этот парень… ты с него глаз не сводишь. Он стал для тебя особенным. — Почему ты так думаешь? — Потому что когда-то ты так смотрел на меня. — тепло улыбнувшись, пряча за этим что-то внутри, что вдребезги разбилось, Агнес покинула кабинет, тихо прикрыв за собой дверь.

***

— Блять, Ев, хватит спать! Ты опоздаешь в школу! — в последний раз потреся сына за ногу и отчаявшись, что он откроет глаза, я взвалил тело парня на плечо, потащив в кухню. — Не хочешь по хорошему, значит попрешься на учебу в пижаме. — Ладно, ладно, — засмеялся блондин. — Я не сплю. Я подумал, что ты подумаешь, что я умер и оставишь меня дома. — А ты не подумал, что я просто спущу тебя в мусоропровод, раз уж ты дохляк? — Чего?! Усадив мальца на стул перед тарелкой овсянки, я выключил свистящий чайник, разлив кипяток по трем кружкам. — Нет, ты серьезно? — возмутился Ев. Услышав позади шаги, он обернулся с волнением взглянув на сонную Мэнди. — Ты серьезно собрался выбросить мой труп в мусоропровод? — Я даже не хочу знать с чего начался разговор. — пройдя мимо меня в длинной желтой футболке, сестра взяла свою кружку и снова уползла в комнату. — Конечно нет, — фыркнул я, делая глоток кофе. — Тогда бы твое тело нашли и все бы повесили на меня. Думаю, я бы растворил тебя в кислоте. Глаза Ева широко распахнулись и, схватив ложку, он принялся быстро уплетать овсянку, несмотря на то, что всегда делал вид, будто ее ненавидит. Странно, что для пацана съесть тарелку каши, будто написать себе на лбу «лузер». — Я буду каждый день есть овсянку и вставать в школу раньше тебя. И буду готовить кофе. А еще убираться. Засмеявшись, я потрепал сына по голове, подойдя к холодильнику и вытащив от туда банку с джемом. — Что ты смеешься? Меня пугает, что ты знаешь как избавиться от трупа. Вдруг я тебе и вправду надоем и ты… — И ты полный идиот, — сказал я с серьезным лицом. — Да, ты много говоришь и почти всегда не по делу, что разумеется раздражает, но ты не можешь мне надоесть, Ев. Закатив глаза, парень зачерпнул ложку каши, отправив ее в рот. — Тогда ладно.

***

— Это типо какой-то обряд посвящения? — закатав по привычке рукава пиджака, я облизнул пересохшие губы, уловив на себе игривый взгляд Валески. Мы спускались на лифте на первый этаж для моей первой серьезной работы. Я должен был продать свою первую машину и похоже, что для Джерома это было великое событие, раз он поперся со мной. — Вроде того. Это же твоя первая сделка, разве не круто? — с нескрываемым восхищением произнес парень, от чего его глаза стали еще более дикими, чем обычно. — Это же просто машина и просто ее продажа, а ты делаешь из этого гребанную высадку на луну. — Знаешь, наши клиенты обычно богатые заносчивые старички, с которыми еще нужно попытаться найти общий язык. Среди них порой даже попадаются те, что знают по больше нашего, от чего твоя работа усложняется. — Ты тоже богатенький, заносчивый и знаешь больше меня, однако ты еще не вывел меня так уж сильно. — прислонившись спиной к прохладной стене я вздохнул, возмущаясь тому почему сегодня лифт будто едет медленнее. Нет, серьезно, мне кажется прошло уже минут 10 с тех пор как мы в него зашли. Тем не менее настолько насколько я чувствовал себя с Джеромом неловко, настолько же я ощущал себя с ним и свободно. Я заметил, что Валеска привык говорить со мной официально, лишь когда мы были на людях. Но сейчас, наедине, он обращался ко мне на «ты» и не возражал, когда это так же делал и я. В этом был огромный плюс, потому что я не мог свыкнуться с мыслью, что я должен подлизывать задницу пацану, который младше меня на два года, да еще и называть его «мистер». Хотя, насколько я помню, я не разу не назвал его по имени. Я с легкостью выкрикивал «Джером» во время дрочки, но не мог выговорить это в слух рядом с этим рыжим дьяволом, будто он был каким-то сраным Битлджусом, которого я не хотел вызывать произнося его блядское имя три раза. — Я заносчивый? — залившись смехом, Джей схватился за живот, чуть наклонившись корпусом вперед. — Вообще-то мне казалось, что я милый. — Милый? Если ты милый, то я Элвис Пресли! Серьезно, от одного твоего взгляда у меня мурррр… В смысле… Я имел ввиду… — Договаривай, — придвинувшись ближе, рыжий уперся одной рукой в стену, наклонившись к моему лицу. — Мурррррр… мурашки? У тебя от меня мурашки? — Я не это хотел сказать, мужик. — А сейчас у тебя тоже муррррашки? — и он оставил легкий поцелуй у меня на шеи в тот момент, как двери лифта открылись. Резко отстранившись, Джером вышел первый, направившись к мужчине, стоящему у главного входа.

***

Алэрико еще около минуты стоял и раздумывал над моими словами, пока я не кашлянул, чтобы прочистить горло и начать нести всю ту чушь, что была у меня в голове после пособия по продаже. — Мистер Монтойя, — окликнул его Валеска, все это время находившийся в стороне. — Я вам лично советую это авто. Мы можем сейчас подняться ко мне в кабинет и я вам подробнее расскажу обо всех плюсах этой модели. Мужчина выпрямился, заерзав на месте. Его кадык дернулся, а глаза вдруг засверкали. Одарив меня едва заметной улыбкой, он кивнул головой в сторону лифта, предлагая Джерому пройти первым. Оставшись наедине с Ford Mustang, я печально вздохнул, зная, что чтобы оседлать эту машину, мне нужно будет либо вырезать органы Мэнди, либо продать Евгения. Взяв все документы, я вернулся в кабинет уже морально готовясь к увольнению, потому что я сомневался в том, то это ебаный мистер Монто или как его там, раскошелиться на чертов Mustang. Судя по его взгляду, я бы сказал, что сидящий на краю стола Валеска, разглядывающий свои ногти, интересовал его куда больше, чем я со своими рекомендациями. — Микки! Я подпрыгнул на месте, когда Джером неожиданно ворвался в кабинет. Черт, я никогда не привыкну к тому, что в мое личное пространство может кто-то вторгаться без спроса. Дома у нас с Евгением было правило: постучись, потом ввались. Мы оба парни, так что нам не особо хотелось застать друг друга за дрочкой. Не то чтобы я был уверен, что в свои 9, мой сын уже нарабатывает руку. И не то чтобы я имел ввиду, что я мог дрочить у себя в кабинете в тот момент, когда ворвался рыжий. И я вообще не собирался этого больше делать. По крайне мере на работе. — Стучаться не учили? — приподняв бровь, я оперся руками на стол, вместе с креслом, придвинувшись ближе. — Я твой начальник, — с усмешкой сказал парень, поправляя пиджак. — Но сейчас не об этом. Где бумаги на машину? — Вот, — протянув папку Валеске, я внимательно его оглядел, заметив некоторые изменения. Когда мы были внизу, я точно помню, что на парне был оранжевый галстук, который сейчас отсутствовал. И уж точно его рубашка не была расстегнута на две пуговицы сверху и рукава пиджака не были закатаны до локтей. — Я даже не хочу знать как ты заставил его купить Mustang. — опустив взгляд на экран компьютера, я упорно старался игнорировать взгляд Джерома, — Делать людей счастливыми моя работа. — лишь сказал рыжий, направившись к двери. — Ты ему реально подставил зад? — я сам удивился тому, как громко прозвучала эта фразу. — Вообще-то я просто отсосал ему, — как ни в чем не бывало ответил босс, встав в пол оборота ко мне. — И да, на будущее… Я актив. Да, сука! Я знал! Моя чуйка никогда меня не подводила. Таких парней я мог вычислять на расстоянии 50 километров. Стоп! Что?! — Что значит на будущее?! Но вопрос был задан в пустоту. Валеска покинул кабинет, в придачу еще и не до конца закрыв дверь. — Членосос ебаный.

***

— Как ты мог забыть?! Это помню даже я, хотя мы с Евом пять лет не виделись! Мне хотелось заткнуть уши. Или заткнуть рот Мэнди. Хотя по сути это было сделать невозможно, не отрезав ей язык. А стирать ее кровь с ковра не очень хотелось, так что я больше всего все-таки желал заткнуть себе уши. — Я помню, просто забыл. — Ты сам то понял че сказал? — усмехнувшись и заметно расслабившись, брюнетка облокотилась на подоконник, выпустив дым в открытое окно. — Что ты будешь ему дарить? — Не знаю. — Не знаешь?! — Да, блять, я не знаю! У меня нет денег, ясно? — У меня есть кое-какая заначка… — Нет. Я не возьму у тебя денег. — решительно ответил я. — Ты и так уже живешь у меня в квартире! — Вот именно! Поэтому не буду еще и деньги брать. — сделав последний затяг, я выкинул бычок в урну, уже собираясь уходить, как столкнулся в дверях с Валеской. Блять, он решил преследовать меня весь день? — Я услышал ваши крики из коридора? Что не поделили? — устроившись рядом с Мэнди, рыжий подогнул ногу, уперевшись ею в стену и зажег сигарету, не отрывая от меня взгляда. — Совесть. Она у нас увы одна на двоих, — съязвила девушка, наматывая на указательный палец кончик локона. — Представляете, он забыл о дне рождение сына! — Микки! — с упреком сказал Джером, хмуря брови. — Я не забыл, ясно?! Просто замотался. Новая работа, этот гребанный маньяк, тупой переезд, — выдохнув, я прикрыл глаза, пытаясь сохранить спокойствие. — Да, блять, я забыл! — Вы переехали? — почти шепотом спросил Валеска, склонившись к уху Мэнди. — Да. Они с Евом у меня живут. За Микки там какой-то маньяк охотится. — Никто за мной не охотится. — Да брось ты! — махнула девушка рукой, засмеявшись. Я позавидовал тому как спокойно она вела себя в компании босса. — Ты вполне себе ничего, так что это нормально, что какой-то психопат за тобой носится. Ну согласитесь, — обратилась она уже к рыжему. — Он же сексуален? Немного подумав, Джером выпустил дым через ноздри, слегка прикусив нижнюю губу. Черт, теперь я понял, почему он запретил мне кусать свою тогда в кабинете. Это выглядело дико горячо. — Думаю твой брат вполне способен привлечь внимание любого парня. — Вот видишь! — оглядев меня, Мэдс на минуту замолчала, над чем-то задумавшись. А потом эта сучка поступила просто совершенно не по Милковически. — Ой, я совсем забыла, что мне должны позвонить. Я оставила мобильник на столе. И брюнетка выскочила за дверь, оставив нас с рыжим наедине. Вся ирония момента была в том, что Мэнди оставила свой мобильник дома, и заметила это около часа назад. Наступило неловкое молчание, которое разумеется первым прервал Джером. — Я слышал, что у тебе нет денег на подарок сыну. — Тебя это точно волновать не должно. — рявкнул я, потянувшись за второй сигаретой. Мне кажется я сделал это только для того, чтобы не возвращаться в офис. — Так ты живешь у Мэдс? Из-за маньяка, который тебя преследует? — все не отставал парень, медленно подвигаясь ближе ко мне. — Просто отвечу да, потому что не хочу все объяснять. — Сколько сыну исполняется? — Это блядский допрос?! — Ты слишком нервный, — и неужели, положив руку мне на шею и погладив кожу большим пальцем, Валеска думал, что меня это успокоит? Мягко массируя мое плечо, он продолжал затягиваться сигаретой, прожигая взглядом во мне дыру. — Быть родителем не просто? — Думаю твои то с тобой точно намучались, — и лишь через какое-то время я понял, что сглупил. — Прости, если что... — Все нормально, — с улыбкой ответил рыжий, продолжая касаться моей кожи холодными руками. — Не скажу, что жалею о их смерти. Знаю, звучит ужасно. — Не так то ужасно, — выдохнул я, вспомнив лицо Терри. Я очень давно не думал об отце и был рад этому, но сейчас я вдруг отчетливо увидел его глаза, налитые кровью от ненависти ко мне. — Я ненавидел своего отца, — я знал, что чертовски пожалею об этом, но все же продолжил. — Он обращался со мной, с братьями и с Мэнди, как со скотом. Мы были нужны ему лишь для его грязные незаконных делишек и для того, чтобы сеять страх вокруг, прославляя нашу фамилию. Джером молчал, глядя на меня с сочувствием. Он явно ожидал, что я продолжу говорить и поэтому не издавал не звука. Его сигарета в руках медленно тлела, догорев почти до фильтра, но сейчас парня это не волновало. — Он избивал нас за каждый проступок и это были не просто подзатыльники или пару ударов ремнем по заднице. — Так все плохо? — еле слышно спросил Валеска, переместив свою руку мне на бедро. — Когда мать Ева залетела, потребовав совместного воспитания ребенка, Терри избил меня деревянной ножкой от стола. Я был удивлен как он не сломал мне кости, — отправив в урну уже второй бычок, я опустил взгляд на сигарету Джея, что истлела почти полностью. Взяв дрожащими пальцами, я отправил ее в мусорку, встав ровно на тоже место, где и был прежде. Мне хотелось, чтобы рыжий вновь к мне прикоснулся, но он сидел не двигаясь, смотря в пол и прерывисто дыша. — Эй, ты в норме? — Да, да… мне жаль. Мое детство тоже было не сладким, — усмехнувшись, он запрокинул голову назад, уперевшись затылком в оконное стекло. — Отец избивал меня и мою мамашку-шлюху. Ее за то, что она трахалась с каждым, у кого вообще был член, а меня за то, что я бы ее отпрыском. — Паршиво, мужик. — Да. — выпрямившись, Валеска тряхнул головой, будто в попытке забыть весь разговор. Его взгляд оставался потерянным и бегал из стороны в сторону, а дыхание так и не приходило в норму. До меня ни сразу дошел смысл происходящего. Джей расстегнул ворот рубашки, потерев шею. Выдавив смешок, он быстро кивнул мне в знак извинения, и быстро ушел, хлопнул дверцей. То, что у него началась паническая атака, дошло до меня лишь в кабинете.