Не уйдешь, пока я не позволю

      Прошло много времени, у Охотника, которому удалось выжить в тот день, родился сын. Ему было очень жаль, погибших в тот день, друзей, но ещё больше ему было жаль их семьи. Преемников там не было, из-за чего их семья осталась единственной семьёй Охотников, и их сын давал надежду на продолжение существования этого рода в небольшой деревне.       За воспитанием сына, произошедшие тогда события в особняке, совершенно забылись. Сейчас у мужчины на первом месте стояли семья и обучение нового Охотника. Мальчик восхищённо смотрел на своего отца каждый раз, когда тот проводил новый урок. Он задавал множество вопросов, оттачивал мастерство, заучивал всё – даже самую мелочь. Мужчина был счастлив, но супруга стала напоминать ему о том самом дне – когда он вернулся домой в панике.       Мальчика ни за что, ни под каким предлогом нельзя было подпускать даже близко к особняку – это было понятно. Но через какое-то время, он стал интересоваться им. Спрашивал, был ли там его отец, на что тот отвечал ему, что нет, не был. А так же говорил, чтобы тот даже не думал туда ходить. Юный Охотник дулся, не понимал запретов отца, но больше не спрашивал, решил – когда вырастет, сам туда пойдёт.       Шли годы, мальчик рос, его обучение продолжалось. Но что-то шло не так. Мальчишка стал говорить о боли в запястье. Отец не понимал, почему метка мальчика выглядит не так, как у всех. Она была тоньше, а узор продолжался вверх. Такого не было на обычных метках. Его это тревожило, он пытался понять, читал много книг, но ничего не говорил сыну. Старался перевести тему.

***

      Джин, с улыбкой провожающий Охотника, уже знал, что подарить ему в память о себе. Это будет необычный подарок, он станет особенным.       Вампиры такого высокого класса имеют возможность «связать» себя с человеком. Обычно это используется для того, чтобы принести страдания «привязанному», так как он будет полностью подчинён вампиру.       Не в правилах Джина отпускать кого-то из своего дома просто так. Никому не может так улыбнуться удача. Поэтому он был уверен в том, что должен оставить для сбежавшего Охотника что-то такое, что принесёт ему равносильные страдания тем, что он получил бы в особняке.

***

      Отец Юнги знал, что вампир отпустил его не просто так. Такие нездоровые не делают подобные вещи без извлечения выгоды. Сейчас, вспоминая об этом, он думает, что что-то определённо должно случиться. Он не боится за себя. Больше всего он боится, что это что-то случится с его семьёй. Мужчина понял, что тот вампир был определённо выше класса SS. С такими сильными «тварями» ему не доводилось встречаться никогда. Он размышлял о том, что больше там, в том особняке, никого не было. Это было самым странным. Неужели этот безумец живёт так в одиночестве, а все, кто уходил туда из деревни, погибали лишь от его единственных рук?       Никто из Охотников этой деревеньки не знал о способности «привязанности» у вампиров такого высокого класса. Именно поэтому мужчина даже не мог предположить мысли о том, что тот вампир всё же испортит ему жизнь, но немного не так, как он предполагал.       Юнги подружился с пареньком – Хосоком. Тот был вечно весёлым, часто заглядывал в гости. Сначала казалось, что они с сыном – полные противоположности и совершенно друг другу не подходят, но они очень легко нашли общий язык и стали часто гулять и играть вместе. Мужчину радовало то, что его сын нашёл себе друга. Пусть, тот и не был Охотником.       Каждый год Юнги говорил, что вот скоро настанет то время, когда и он станет настоящим Охотником. Тогда его обучение завершится полностью. И его отец ждал этого тоже, так как сам уже не мог так быстро реагировать, он ждал, когда Юнги его заменит.       Ждать долго, на самом деле не пришлось. Хотя эта ночь не предвещала беды, беда предвестила сама себя тогда, когда пожелала нужным это сделать. Вампиры напали на деревню. Когда среди ночи услышали крики, Юнги сразу подорвался так, будто выжидал этого. Будто знал, что нападение будет именно в этот момент. Он не совсем знал, он просто чувствовал это. Чувство приближения чего-то…знакомого(?). - Что же, можно сказать, что твоё обучение закончится на этом, - отец с улыбкой похлопал по плечу младшего Охотника. - А ты? Что, не идёшь? – Юнги вопросительно посмотрел на отца, остановившись у дверей. - Ты и сам справишься с этим, я обучил тебя всему. Надеюсь, что достаточно хорошо. – Он прикрыл глаза и жестом показал Юнги выходить.       Сам мужчина смотрел за сыном через стекло окна. Он верил в него, верил в то, что Юнги непременно справится с ними. Но его удивило то, что младший Охотник дал осечку в своих действиях. Это не было из-за паники, не было ошибкой. Это было…нежеланием? Такого он никогда не видел, чтобы кто-то из Охотников не хотел убить вампира, такого даже в мыслях не допускалось. С Юнги было что-то не так. Начиная с его метки, заканчивая этим чувством.

***

      Вампир сказал себе, что чтобы сделать незабываемый подарок, он «привяжет» к себе его ребёнка. Джин не сомневался, что ребёнок у Охотника будет. Тогда страдать придётся не только мужчине, но и «привязанному». Так даже интереснее.

***

      Когда Юнги вернулся, на его лице была красочная смесь всех различных эмоций. Страх, обида, но в то же время радость и восторг. Адреналин вместе с отвращением, грусть, раздражение. Всё это отражалось сразу. Отец не подал виду, что заметил странности в поведении юного Охотника, говорил, как гордится им, и что тот теперь действительно может занять его место. Однажды, пока его сын гулял с Хосоком, он наткнулся на одну маленькую запись в книге, которая подвергла его в ужас. Теперь он понимал, почему все не так.       Через несколько дней Юнги и Хосок прогуливались по окраине их деревни. - Я хочу в этот чёртов особняк, – Мин начал поворачивать в направлении здания. - Да что же тебя так туда тянет? Юнги. Тебе что, там мёдом намазано? – Хосок попытался остановить друга, схватив того за плечо. - Кровью, - тихо проговорил себе под нос Охотник. - Чего? Что ты сказал, я не расслышал, - парень подошёл чуть ближе. - Чего? Я молчал. Пойдём, Хо? – Юнги махнул рукой в сторону дома. - Я не пойду туда. Из нас двоих, ты – Охотник. Простите, но я обычный смертный, - Хосок остановился, из-за чего Юнги тоже пришлось остановиться и обернуться. - Ну, Хосок. - Я не пойду. Идём домой, Юнги. Не думаю, что ты сможешь справиться с ними один. - Ты что, не веришь в меня? – Мин приподнял одну бровь, как бы показывая своё недовольство этим. - Юнги, конечно, я верю в тебя, но пойми и ты меня тоже, - с этими словами он посмотрел на друга, ожидая, что тот смягчится и пойдёт с ним в сторону деревни. - Ладно, давай так. Ты в деревню, а я сейчас схожу туда, гляну только глазком и вернусь, окей? – Мин развернулся и побежал дальше по дорожке. - Юнги! Чтоб тебя! – Хосок ударил ногой по земле и раздражённо развернулся, направляясь в деревню.       Когда Юнги добежал до особняка, то почувствовал разочарование от того, что Хосок не попытался его догнать и остановить. А ещё он почувствовал от этого же облегчение. Дом не внушал страха и опасности, поэтому Мин решительно преодолел ворота. Знал бы он тогда, что выбраться отсюда будет уже не так легко, как попасть внутрь, тогда он бы послушал лучшего друга.       Дверь немного скрипнула, когда Юнги оказался в полной темноте внутри дома. - Здравствуй, Юнги, я уже думал, что ты никогда не придёшь, - послышалось из темноты.