Холодная история

Через день они уже были на подходе к столице. Вначале их преследовали, но они успешно оторвались. Теперь можно было не спешить. Хотя их и так тормозил господин Дан. Он постоянно ворчал, ему не хватало еды и воды. Он жаловался на холодную погоду и глубокий снег. Какузу уже начинал раздражаться с него, но умело сдерживал порывы гнева. Ведь это было необходимо по условию их задания. Часто он пропускал мимо ушей издёвки, адресованные или ему, или Хидану. Дан прекрасно знал, что его не тронут, поэтому разорялся на самые унижающие замечания. Со стороны этот маленький человек совсем не походил на ниндзя. Но позвякивающие в его сумке кунаи говорили об обратном. Их последний привал случился прямо около столицы. Они развели костёр и сели под корнями большого дерева. Дан без замедления принялся за еду, поглощая рис со скоростью пираньи. Напарники лишь смотрели на него, изредка переглядываясь друг с другом. Здесь, около костра, было тепло. Огонь горел ровно, так как погода была безветренной. Алые языки пламени взмывали к серому небу, оставляя за собой жёлтые огонёчки искр. Покончив с едой, Дан противно улыбнулся и расслабленно зевнул. - Вы ведь за деньги работаете в Акацуки, не правда ли? – спросил он, сверкая жёлтыми глазами. - Да, но это вторичное, - неохотно ответил Хидан. – Но не для всех нас. Правда, Какузу? - Правда, Хидан, - казначей, что от него не ожидалось, передразнил напарника и настойчиво заглянул ему в глаза. В этот момент им обоим показалось, что они достаточно хорошо друг друга знают, хотя это было не так. Но здесь, сидя рядом с этим Даном, остерегаясь его присутствия, надеясь поскорее от него отделаться, оба желали остаться наедине друг с другом. Какузу в данной компании считал чужим только одного человека – Дана. Хидан же не был посторонним. Казначей хотел отвести взгляд от напарника, но не смог, так как тот резким движением головы дал знать, что он хочет, чтобы этот зрительный контакт продолжился. Их разделяло лишь пламя, а ещё толстая скорлупа независимости и зла. - Эй, напарнички! – окликнул их Дан и прищёлкнул пальцами. – Вы ещё тут? А то сидите, пожираете друг друга глазами, хе-хех. - Чё ты вякнул, урод? – огрызнулся Хидан и демонстративно потянулся к своей косе. - Да ничего-ничего, я всё прекрасно понимаю! – шпион глупо улыбнулся и вскинул вверх руки. – Вы месяцами не видите женщин, вам тяжело, у вас стрессы и тому подобное. Это в порядке вещей. - В порядке вещей будет снести тебе голову и принести в жертву Джашину! – прошипел бессмертный и злобно сощурился. – Какузу, ты посмотри на него! Да он же ненормальный! – верующий был в тихом бешенстве. Выставив вперёд руку с косой, блондин готов был снести наглому человеку голову. - Успокойся, Хидан. Господин не так нас понял, - Какузу сделал лёгкий жест рукой, прося тем самым убрать лишнее в этом разговоре оружие. – Дан, мы таким никогда не занимались. И я прошу, нет! Я приказываю вам замолчать! Или Хидана уже никто не будет останавливать, вы меня поняли, а, господин Дан? – казначей расширил свои нечеловеческие глаза. В них отразились искры пламени. Шпион Акацуки прикусил нижнюю губу и нахмурился. Посидев в полной тишине ещё полминуты, он резко встал и нетерпеливо начал собираться в дальнейший путь. Столица встретила их оживлёнными улицами. Все куда-то спешили, пропуская из виду чёрные плащи с красными облаками. Преступники двигались быстро. Скоро они доставят Дана в нужный дом и спокойно пойдут обратно к организации. Эта мысль грела их души, заставляя ускоряться и ускоряться. Преодолев большую половину столицы, они свернули в нелюдимый проулок и пошли по нему. Хидана внезапно стало что-то тревожить. Переведя взгляд со шпиона на напарника, бессмертный заметил, что тот тоже нервничает. Инстинкты шиноби просто так не срабатывают. А Дан внезапно остановился посередине безмолвной площадки и медленно обернулся в сторону отступников. Сердце Хидана сильно застучало, кровь в мгновенье ока прилила к его лицу. Рука сама нащупала рукоять косы. Встав в боевую позу, бессмертный злобно осклабился. - Что это значит? – спокойно спросил казначей, ощущая спиной чужое присутствие. Он чувствовал чакру, много чакры! – Дан? - Ха-ха-ха, глупцы, - усмехнулся шпион Акацуки и сощурил свои хитрые жёлтые глаза. – Вы в ловушке. Мне заплатят огромные деньги за ваши головы. Не любя тех, кто наживается на чужих смертях, я сам превратился в охотника за жизнями! Акацуки поняли, что они окружены. Ниндзя, большое количество ниндзя стояли в боевых позициях вокруг них. Хидан сразу же почуял запах яда, Какузу с неудовольствием отметил, что бой с неожиданными противниками займёт очень много времени. - Ты! Бесчестный ублюдок! – зарычал в его сторону верующий и полоснул лезвиями косы по земле. – Я тебя уничтожу! - Да? – наиграно удивился Дан. На его худом лице играла насмешливая улыбка. – Вначале разберитесь с этими ребятами. Они очень хотят вашей смерти, что даже готовы заплатить за вас мне такие большие деньги! Эй, вот они – члены организации Акацуки. Один из них обладает очень редкой техникой, которую своровал из архива своей деревни, предварительно уложив на лопатки всех её жителей. Другой же – жрец Джашина. Как и основатель деревни Кристаллов. Ценные экземпляры, ничего не скажешь… Убейте их. Противников было очень много. Где-то человек двадцать. Хидан не успевал отражать удары. Пару раз его задели кунаями, после чего остались глубокие царапины на лице. Какузу показался им более серьёзным соперником, поэтому на него напали всем скопом. Казначей наперёд предугадал траекторию их движения, поэтому без труда уклонился от первых атак. Дан наблюдал за всем этим с крыши, недовольно подмечая для себя, что у этой парочки есть немалые шансы на победу. Но ещё одна техника со стороны противника заставила Хидана отлететь к кирпичной стене дома. Пытаясь подняться и чувствуя, что у него вывихнуто запястье, верующий с досадой заметил, что потерял свою косу. В тот же миг к нему подскочила пара ниндзя, один из которых занёс над его головой катану. Быстро справившись с болью, Хидан ловко увернулся от смертельного удара и резким движением ноги откинул сразу же обоих врагов в сторону. Один из ниндзя, напавших на отступников, дрался лучше всех. Его техники были сильными, удары беспощадными. Шиноби S-ранга. Это видно сразу. Сложив несколько печатей, ниндзя атаковал бессмертного с помощью техники огня. Тот, отвлечённый на других, не сразу заметил огненный шар, несущийся прямо на него. В алых глазах отразился страх. Уже ощущая жар около себя, блондин закрыл лицо руками. Резкий толчок – он лежит в снегу. Сильные руки хватают Хидана за плечи, заставляя того подняться. Блондин смотрит вокруг себя, замечая встревоженный взгляд напарника. Не слыша и не чувствуя, бессмертный, контуженный шоком, не видит ничего, кроме лица казначея. Судорожно хватаясь за ткань его плаща, Хидан пытается подняться. - Ты цел? Можешь драться? – спрашивает Какузу, озираясь на врага. - Я-то… Д-да… Моё оружие! - Хидан резко приходит в себя, хватаясь за рукоять родной косы. – Всё, ублюдок! Ты меня разозлил. Ты станешь жертвой великому Джашину! Не волнуйся, твоя смерть не будет напрасной! Сдохни же! Кровь. Взрытый снег. Трупы, валяющиеся по всей площадке. Хидан лежит на земле, всматриваясь в чернеющее небо. Его грудь проткнута, изо рта течёт кровь. Как приятно осознавать то, что твой любимый Бог получил в подарок ещё одну жертву. Забирать чужую жизнь в обмен на бессмертие – это великолепная процедура. В один момент в его поле зрения показывается лицо Какузу. Смотря на напарника снизу вверх, Хидан глупо ухмыляется и вытягивает вверх свою руку. - Какузу-чан, мы победили, - блондин лукаво щурит малиновые глаза. От слова «мы» по телу пробегает приятная дрожь. Её может понять лишь тот человек, который долгое время был одиноким. - Закругляйся, - шепнул казначей и прищурил глаза. – Документ у нас. Пора возвращаться к Пейну. Половина задания сорвана. Этот Дан оказался хуже преступника. Он – подлец. Надеюсь, его останки съедят собаки, - сказал Какузу и брезгливо взглянул на бездыханное тело, валяющееся около тускло-светящегося фонаря. Хидан вытаскивает из себя лишний предмет и садится на снегу. Он чувствует, как по телу бежит тёплая струйка крови. Раны сразу же начинают затягиваться, процесс регенерации уже запущен. Через силу поднявшись на ноги, блондин закидывает за спину свою косу и подходит к напарнику. Тот всё ещё оглядывает поле боя. Но среди побеждённых ниндзя нет тех, за которых можно было бы получить награду. Есть только Дан, но Какузу благополучно плюёт на лишний шанс подзаработать и, разворачиваясь, направляется вверх по проулку. Хидан, прихрамывая, идёт вслед за ним, огибая валяющиеся везде трупы. Все эти шиноби мертвы. Они уже никогда не поднимутся. А вот они, отступники своих деревень, убийцы и безжалостные твари, уйдут отсюда. Уйдут почти невредимыми. А позади них останется лишь видимая дорожка смерти.