It's extraterrestrial

Youʼre so hypnotising Could you be the devil, could you be an angel Your touch magnetizing Feels like I am floating, leaves my body glowing

Кисе пригласил его на университетскую вечеринку в одном из общежитий, если честно, то Куроко не хотел идти, а с удовольствием корпел бы над тетрадями и книгами. Но его однокурсник решил за него, что тому необходимо развеяться от учёбы, ведь после того, как им дали студенческую визу и они оба переехали из Японии в США, Тецуя ни на миг не отходил от своих конспектов и учебников. Вначале всего веселья первокурсник не разделял энтузиазма своего друга и соседа по комнате, но после одного сладкого алкогольного коктейля он втянулся во всеобщее веселье. Ему нравилось пить и громко смеяться, что в обычной жизни он никогда не делал; тесно прижиматься к парням, которые ему хоть чем-то были симпатичны; танцевать в ритм музыки и битов, чем привлекал внимание молодых людей. К нему со спины прижался высокий молодой человек и негромко усмехнулся на ухо, вызывая приятные мурашки вдоль позвоночника. Куроко обернулся, сталкиваясь с лукавыми синими глазами, и слабо улыбнулся в ответ. Молодой человек обхватил его за талию, притягивая к себе. О боже, слишком близко — так близко, что наутро, если Куроко вспомнит это после всего выпитого, будет стыдно. Но сейчас взгляд синих глаз гипнотизировал, словно подавляя его волю. Загорелые руки держали Тецую ненавязчиво, но крепко, прижимая и прикасаясь к оголённой коже. Разгоряченное дыхание касалось шеи, пуская электрический ток по телу, и это дарило чувство невесомости и вседозволенности. Поэтому Куроко тёрся ягодицами о бёдра парня, а тот поощрял его лёгкими поцелуями и укусами у основания шеи. Первокурсник так увлёкся своим партнёром, что не сразу заметил, что теперь к ним присоединился ещё один человек. Куроко потерянно поморгал и посмотрел в те же хитрые синие глаза и на соблазнительную ухмылку. И в эту же секунду его словно озарило, Тецуя не раз слышал об этих близнецах Аомине и об их сексуальных аппетитах. Внезапно ему стало страшно, его движения стали более скованными, что заметили оба брата. — Не бойся, Тецуя, — шепнул тот, что прижимался грудью к спине Куроко. — Мы позаботимся о тебе, Тецу, — едва расслышал Тецуя из-за громкой музыки. Куроко оглянулся, ища своего друга, но тот был окружён своими поклонницами и не видел, что его сосед попал в затруднительное положение. И хоть Тецуя пьян и не совсем отдавал отчёт своим действиям, он не хотел быть очередной зарубкой в постели этих двоих. — Тецу, мы давно наблюдаем за тобой, — вновь шепнул парень, вжимаясь своими бёдрами, тем самым показывая своё возбуждение. — Ты такой сладкий, что хочется взять тебя прямо здесь. — Дайки хотел сказать, что ты нас очень заинтересовал, и мы бы хотели продолжить наше общение в более уединённом месте. Как ты на это смотришь, Тецуя? — спросил второй, вылизывая и покусывая по-девичьи тонкую шею. Обожемойобожемойобожемой! Куроко стало невыносимо горячо, и он издал негромкий стон, посылая вибрацию по телу одного из близнецов. Тецуя, возможно, не понимал всего, он лишь улавливал обрывки бессмысленных слов и приятную хрипотцу голоса, которая заставляла подогнуться коленки. И, кажется, рассудок оставил его. Потому что Куроко, прежде чем кивнуть, что от него, видимо, требовалось (о всемогущий, он так пьян!), обвил рукой шею одного из братьев — Дайки, его зовут Дайки, отмечает про себя Тецу, — и, вставая на цыпочки, поцеловал его. Поцелуй получился слишком горячим, слишком развязным, слишком волшебным, чтобы его прекращать. Куроко теснее прижимался к Аомине. Второй близнец ощутимо сильно укусил кожу, и Тецу отпрянул от Дайки, чтобы поцеловать другого, но медленнее, открывая все грани удовольствия поцелуя. Это должно было казаться ему неправильным, аморальным, но не казалось. В груди Куроко взорвалась сверхновая, сжигая его. Он зацепился за плечи, позволяя себе утонуть в близнецах, словно они — чистейший кислород, так нужный Тецу для простого вдоха. И теперь прикосновений не хватало, уже недостаточно простых поцелуев. Тецуя хотел большего, словно дорвавшийся до дозы наркоман. — О боже, ты такой удивительный, Тецу, — прошептал Дайки, блестящими глазами наблюдая за поцелуем брата и Куроко. — Тецуя, нам лучше сейчас остановиться, — прерывая свой поцелуй, сказал парень. — Дайчи-нии прав, нам нужно покинуть это место и продолжить в другом месте. Ты нам доверяешь, Тецу? — спросил Аомине, бесстыдно прижимая к себе расслабленное тело первокурсника и приподнимая белую рубашку, чтобы прикоснуться к оголённой коже. — Д-да, Аомине-кун, — не давая себе времени на раздумья, ответил Куроко, и близнецы ему улыбнулись и увлекли его за собой к выходу из общежития.

***

Эти прикосновения и поцелуи — всё, что нужно Куроко для того, чтобы ни о чём не думать. Но всё же ему недостаточно, Тецуя нуждался в большем. — Нам некуда спешить, Тецуя, — горячо шептал Дайчи, расстёгивает — о боги, так медленно! — его рубашку. — У нас вся ночь впереди, малыш. — Тебе нужен душ? — спросил Дайки, заглядывая в голубые глаза, горящие чистейшим желанием, которое поглощало, утягивало. И какой, к чёрту, душ? Мальчика хотелось разложить прямо на паркете и взять сию же секунду. Куроко заторможенно кивнул, чему усмехнулись братья, нехотя отпуская того в ванную комнату. Тецуя прикрыл дверь за собой и развернулся к раковине, смотря в своё отражение и ахая. Первокурсник прикоснулся к следам зубов у основания шеи, и взгляд опустился к ключице, где были два красных засоса. Божемойэтослишкомгорячо! Он открыл душевую кабинку и принял быстрый душ, чтобы привести себя в чувства. И, может быть, не поздно «включить заднюю»? Но стоило ему показаться в спальне близнецов, его окружили, точь-в-точь два хищника, обнажённые братья Аомине. Они не спешили, раздевая его полностью, будто хотели насладиться самим процессом, оставляя на каждом оголившемся участке тела укусы-поцелуи и сметая последние сомнения об этой ночи из мыслей Куроко. И Тецуя не мог не насладиться этими прикосновениями и поцелуями, он полностью отдался воле близнецов, давая им такую власть над своим телом, что когда пришло понимание, в глазах потемнело, а в голове зазвенела пустота. Дайчи помог брату стянуть слишком узкие джинсы (спасибо Кисе) вместе с нижним бельём и усадил Куроко к себе на колени. Тецуя смотрел прямо в синие глаза Дайки, которые буквально поглощали неопытного мальчика с головой. Аомине спустился на пол и, не разрывая зрительного контакта с ним, вобрал головку в рот. Его язык мягко ласкал уретру, а после Аомине расслабил горло и взял член полностью. А Дайчи усмехнулся на ухо, видя, как скулы их мальчика краснеют, и укусил его за одну из них. — Ты даже не представляешь, как ты красив, Тецуя, только для нас, — произнес старший из близнецов и повел языком от основания шеи к ушной раковине, а после подул на влажный след, посылая разряды тока по телу Куроко, отчего тот застонал и кончил в рот Дайки. Потому что это всё было томительно сладко, а после тот провел влажным языком по сжатому колечку мышц и не проник им внутрь, пока Тецу полностью не расслабился. И мальчик уже бесстыдно ластился к Дайчи, притянул его к себе для откровенного поцелуя — о боже, утром Куроко будет стыдно за своё развязное поведение! — и застонал в приоткрытый рот Аомине. Дайки хищно облизнулся и, поднимаясь к ним, резко притянул к себе Тецу, чтобы впиться грубым поцелуем в мягкие и податливые губы их мальчика. Его старший брат проник сразу двумя пальцами в расслабленное тело Куроко, подготавливая его. — О боже! — стонет Куроко, когда Аомине пальцем задел твёрдую предстательную железу, и ухватился за плечи Дайки, который сжал основание его члена, не давая кончить. — Пожалуйста… — Я обещаю, ты сможешь кончить, но только после нас. Хорошо, Тецуя? Ему невыносимо хотелось кончить, поэтому он бездумно кивнул. — Да-да, — поспешно выкрикнул он. — Хороший мальчик, — похвалил его Дайчи, поднимаясь вместе с ним. Они помогли Тецуи удобно устроиться на кровати, после чего встали в полный рост, и Куроко задохнулся от понимания, и как бы стыдно не было признавать это, но он хотел попробовать их на вкус. Он неосознанно облизнулся, братья проследили это движение и усмехнулись. Тецу подполз к ним ближе. — Давай, Тецу, возьми их в свой ротик, — прошептал Дайки, и мальчик судорожно выдохнул и разомкнул губы, ощущая непривычный солоноватый привкус. Он прошелся языком по всей длине члена Дайчи, а после проделал то же самое с его младшим братом. Тецуя старался открыть рот шире, чтобы вобрать оба члена в рот. Он старался доставить им то же удовольствие, которое они дарили ему с тех самых пор, как они вошли в квартиру близнецов. Дайчи несдержанно застонал, массируя затылок их мальчика, и кончил на лицо Куроко. — Ты прекрасен, Тецу, — и, господибоже, его голос звучит так благоговейно, словно он увидел нечто прекрасное во всём белом свете, и он просто неописуемо счастлив, что это принадлежит ему. Аомине толкнулся глубоко, призывая Куроко расслабить горло. Дайчи раскрыл упаковку презерватива и раскатал его по всей длине члена, а Дайки присел на кровать, и Тецу последовал за ним, не выпуская член изо рта. Старший близнец раздвинул половинки ягодиц и жадно наблюдал, как его член входил в разработанный анус. — Блядь, ты такой узкий, словно тебя совсем не готовили, — выдохнул тот, пробно толкаясь. Куроко застонал, посылая приятную вибрацию по члену Дайки. Чёртчёртчёрт, и чтобы не кончить так быстро, он с хлюпающим звуком вышел из жаркого рта Тецуи, просовывая свои пальцы. Дайчи не сдержал себя и буквально долбился в тело любовника, сжимая до утренних синяков талию мальчишки. А младший брат любовался, как покорно принимает Куроко в свой рот его длинные пальцы, толкаясь медленно в руку Тецу. — Ты такой хороший, Тецу, — выдохнул Дайки, проводя по нижней губе головкой члена. — Только для нас, такой послушный и удивительный. Куроко кивнул и выпустил пальцы любовника, облизываясь и раскрывая рот шире. Старший брат Аомине сильно толкнулся и задел простату, посылая ток по всему телу мальчика, отчего он кончил на белую простынь. В голове образовалась блаженная пустота, и он запоздало понял, что братья поменялись, и теперь Дайки аккуратно, в отличие от брата, входил в расслабленное после оргазма тело. — Будь хорошим мальчиком, возьми в рот, — попросил он, глубоко толкаясь, нежно проводя по всей спине. Куроко подчинился и раскрыл рот, пробуя на вкус остатки спермы Дайчи. — Ты должен хорошо его облизать, — добавил тот, зарываясь пальцами в мягкие волосы на затылке. Тецуя посмотрел на старшего близнеца, тот ласково гладил его по подбородку и смотрел так восхищённо. Хоть Куроко и выглядел, как чистое порно. Его покрасневшие губы натянулись на толстый, со вздувшимися венами член Дайчи. И только от этой картины тот кончил вновь на лицо Куроко, попадая также в раскрытый рот мальчика. Дайки сбился с ритма и начал грубо и глубоко вдалбливаться в раскрытое тело под ним. Куроко стонал, а Дайчи слизал своё же семя с его лица, после чего поцеловал, обхватив головку рукой, даруя долгожданный оргазм. И его младший брат последовал за ним. Потом они оба вылизали его. Дайчи посасывал его поджатые яички, а другой близнец обхватывал ртом его головку и начинал ритмично двигать головой. Куроко впервые испытал сухой оргазм. А братья, переворачивая его, уже трахали его пальцами и языками, и Тецу стонал в голос, умоляя наконец выебать его. Братья хитро усмехались и следовали требованиям любовника: вновь брали его, меняясь местами всю ночь напролёт. И под конец близнецы Аомине кончили на его тело, получая от этого только одно эстетическое удовольствие.

***

Когда солнце было высоко, а часы показывали полдень, Куроко проснулся, ощущая тянущую боль ниже спины. В первые мгновения после пробуждения голова была блаженно пуста, пока воспоминания о прошедшей ночи лавиной не накрыли его. Чёрт, он буквально дал себя затрахать до беспамятства двум (и не стоит отрицать этого) горячим близнецами, учащимся на последнем курсе! Куроко посмотрел на себя, отмечая, что он чист, потому что последнее, что он помнил, было то, как он лежал перед ними, разнеженный после оргазма, и братья дрочили на него и кончали, покрывая его кожу на груди и животе своей спермой. Засыпая, Тецу ощущал, как неприятно стягивало кожу засохшее семя. Возможно, близнецы его привели в порядок, отмыли и даже надели на него нижнее белье. Чёрт! Он попытался тихо выползти из спальни и подкрался к двери, ведущей в ванную. Тецу, как никогда, благодарил свою незаметность (которая, как выяснится после опытным путём, не действовала на братьев). — Доброе утро, Тецуя, — поприветствовал его Дайчи, и оба Аомине прижались к нему по бокам. — Мы приготовили тебе завтрак, Тецу, — промурлыкал Дайки и, словно мартовский кот, потёрся щекой. — Иди пока в душ, можешь использовать любое полотенце. На полке стоит баночка с мазью, используй её, — велел старший брат Аомине, размыкая объятия. Не в силах вымолвить ни слова, Тецуя кивнул и поспешно скрылся за дверью. В душе он провел дольше обычного, и, чёртовгосподибоже, из его покрасневшего и всё ещё растянутого ануса выходила сперма. И он не помнил того, чтобы близнецы не использовали презервативы. Неужели… Да, блин, они его трахали, даже когда он отключился?! Чёртчёртчёрт! Это не должно его возбуждать, но эрекция, упирающаяся в живот, говорила об обратном. Стон срывается прежде, чем он успевает закрыть себе рот. Куроко мягко сжал себе яички, а потом, оттягивая крайнюю плоть, дразнящим движением прикоснулся к головке. Он разомкнул губы, языком облизывая пальцы, когда услышал тихий скрип двери. Мутные голубые глаза посмотрели на близнецов, умоляя их дать ему больше. — Дайчи-нии, я же говорил, что он здесь развлекается без нас, — усмехнулся младший Аомине, опираясь о плечо брата. — Тецуя, — мягко произнёс тот, любуясь им сквозь стекло душевой. — Когда мы говорили, что позаботимся о тебе после, мы имели ввиду и это. Положись на нас. От мягкого голоса с хрипотцой Тецу был на грани того, чтобы кончить. Один из близнецов открыл кабинку, и они оба вошли туда, едва вмещаясь тесное пространство душевой кабинки. Куроко прижался к стенке и едва не захлебнулся от стона, когда Дайчи начал невероятно медленно и нежно посасывать головку. А Дайки развернул его, чтобы он смог полностью вылизать его анус, из которого всё ещё выходила сперма. Так мучительно нежно и медленно они оба доводили своего мальчика до оргазма. И когда он приближался к нему, близнецы, каким-то образом предчувствуя это, прекращали свои ласки. А один из них сжимал основание члена, пока волна дрожи по телу не прекращалась. После чего они вновь продолжали свои неспешные ласки. Куроко тонул в сладком желании испытать долгожданное облегчение, он умолял братьев подарить ему это, обещая дать то, что они только попросят. Тецу болезненно сильно хотел кончить, и близнецы дали ему эту возможность. Мальчик кончил с протяжным криком, ноги уже не держали его. Он оседал на пол душевой, но две пары горячих рук подхватили его. Братья слизывали воду и слёзы с щёк Куроко, пока тот приходил в себя. После они его умыли, шепча о том, как он прекрасен и безупречен, что он словно создан для них. Дайчи обработал покрасневшее колечко мышц, а потом втроём они прошли на кухню, чтобы накормить его. Дайки вызвал такси и просил Куроко не беспокоиться об оплате. Перед уходом Тецу оба брата неспешно целовали его, перетягивая внимание мальчика каждый на себя.

***

— Так это правда?! — воскликнул Кисе, когда увидел на шее затраханного Куроко неровные следы засосов и отпечаток зубов. — Тебя увели те самые близнецы? Тецуя, всё ещё смущённый от своего развязного поведения ночью и этим утром, лишь незаметно кивнул и вновь углубился в конспекты, чтобы спрятаться от Рёты. Но того этим не проймёшь, и он становился только напористей, задавая вопросы, один развратнее другого, отчего кончики ушей и щёки его соседа пылали. — Ну хоть у кого-то ночь была жаркой, — улыбнулся тот, у кого в постели, когда вернулся Тецуя, спали парень и девушка. Но ответить что-либо первокурсник не успел, отвлекаясь на звук входящего сообщения. Оно было от неизвестного номера, но Куроко узнал, кто это был. «Нам очень понравилось, и мы хотим продолжить общение с тобой, Тецу. Не хочешь сходит с нами на свидание?» Боже, он очень хочет.