Двойка или туз?

Наутро девушка проснулась раньше обычного, весь особняк еще спал. После вчерашнего странного происшествия, объяснения которому она по-прежнему не находила, Лилиан решила впервые прогуляться за пределами участка. В душе затрепетало любопытство: что там, дальше? Однако выяснить это девушке не удалось, стоило ей сделать буквально десяток шагов за оградой, как двое охранников уже заломили ей руки и вели обратно в особняк. И через несколько минут недоумевающая и растрепанная от попыток сопротивления Лилиан уже предстала перед Лукасом, моментально проснувшимся при виде открывшейся ему картины. Один из охранников что-то тихо сказал мужчине, и лицо Лукаса стянуло в неподвижную маску. - Значит, попытка бежать? – от тона его голоса Лилиан вздрогнула, настолько он не вязался со вчерашним ласково-насмешливым тоном. Сама же ситуация становилась абсурдной… - Но я вовсе не пыталась сбежать! Я лишь хотела прогуляться! - Это ни о чем не говорит, - жестко произнёс Лукас, почти не глядя на неё. - Потом, если б я хотела сбежать, не должна ли я была взять с собой хоть какие-нибудь вещи?! – едва ли не задохнулась девушка от алогичности происходящего. - Это не имеет значения: ты пыталась покинуть территорию моих владений, а значит пыталась сбежать, - ледяным тоном отчеканил блондин, и прибавил: - Если ты попытаешься сбежать еще раз, мне придется запереть тебя в доме. Лилиан задохнулась от смеси возмущения и негодования, внутри зародилась обида. С тех пор почти полностью прекратились вечерние посиделки с хозяином дома, которые доставляли Лилиан изрядное удовольствие. Лукас стал реже попадаться на глаза Лил. Девушка силилась найти этому объяснение, кроме своего поведение, и не находила ничего, оставаясь в неведении касательно истинных мотивов его действий. Дополнительно девушку угнетало отсутствие общества Лукаса. Молодой человек словно забыл о ее существовании. Вечера Лилиан теперь проводила в компании книги и чашки горячего чая, ложась спать лишь под утро. Самой себе девушка не хотела признаваться, но в душе она понимала, что очень привязалась к Луке, если не сказать большего. Если Лил и обходилась без его редких ласк и комплиментов, то не видеть его было уже мукой в некоторой степени. Девушка не думала, что успела так привязаться к этому странному мужчине. *** На пятой неделе пришло увядание. Лилиан все больше спала и все меньше ела, дни проводила, устремив взгляд на столь близкий и, в то же время, столь невозможно далекий сосновый бор. Девушка сгасла, пропали любые желания и их подобия, навалилась апатия. Единственное, что хоть как-то отвлекало Лилиан, были пасьянсы. Слушая приятный шелест тасуемой колоды из пятидесяти четырех карт, девушка ненадолго успокаивалась. Вначале Лилиан решила раскладывать пасьянс так, как ее учила когда-то давно подружка: самая младшая карта шестерка, а не двойка. Но в скором времени Лил отказалась от этой затеи, хорошо промешанные карты складывались в пасьянс в два счета. И тогда девушка задействовала всю колоду. С непонятным ей самой остервенением Лил раскладывала самую обычную «косынку», вновь и вновь, раз за разом, пока не начинало уже подташнивать, а карточные рубашки мерещились даже с закрытыми глазами. Солнце заглядывало в светлую комнату Лил, девушка сидела на полу и раскладывала очередную «косынку». Была примерно середина пасьянса. Лил уже протянула руку, чтобы перевернуть очередную карту, но внезапно отпрянула. Быстро просчитала возможные варианты. Выходило, что это либо туз, либо двойка. Для удачного исхода игры эта карта должны быть именно тузом. «Вот и в моей жизни так, - отрешенно подумала Лилиан, глядя на незавершенный пасьянс, - вроде что-то и сложилось, а что именно – решает какая-то непонятная карта в лице Лукаса. И если я в нём ошиблась, и он двойка…» На душе стало горько. Девушка вышла на балкон. Двор был освещен ярким приветливым солнышком, за оградой шумел лес. Лилиан осела на пол, как тряпичная кукла, привалилась спиной к стене. Настроения отсутствовало как таковое, внутри было пусто, Лил ничего не чувствовала, лишь глухую и беспросветную тоску. Из этой золотой клетки не убежать, не вырваться. Внезапно девушка поднялась с пола, сжав кулаки. Если отсюда не выбраться, остается только одно – смерть! Остаток дня девушка провела сидя над книгой. Если бы кто-то внимательный наблюдал за ней, то не без удивления бы отметил, что Лилиан за несколько часов прочла едва ли пару страниц. Но наблюдать никто не стал, и чтение служило хорошей маскировкой для девушки, чтобы в тишине и покое обдумать план своего самоубийства до самых мелочей. План возник в голове Лилиан довольно быстро. Она перепроверила детали, чтобы точно достичь своей цели, и начала воплощать с присущей ей тягой к творчеству. *** ...Одно четко спланированное неосторожное движение и… Стакан с красивым звоном разбивается о кафель. Теперь главное не медлить! Лилиан быстро присела на корточки и принялась проворно работать руками, собирая в крупные осколки более мелкие. - Оставь, служанки для этого и нужны, - произнес ленивый голос Лукаса позади. Фыркнуть, но послушно отойти. Никто и не заметил, как один из самых крупных осколков скрылся в кармане. Чудесно! Теперь следовало привести в исполнение следующую часть плана. *** - У меня проблемы со сном! Я никак не могу уснуть! – заныла Лилиан, едва в комнату вошел Лукас. Мужчина сдержанно кивнул, и уже через несколько часов в её распоряжении была упаковка снотворного. *** В голове страшным набатом, сигналом к действиям звучит «короли мира». Не ощущая страха, Лилиан перебралась через балконные перила; сделав шаг над бездной в три этажа, очутилась на соседнем балконе, в мгновение ока пройти его, а далее по решетке для дикого винограда на террасу, залитую лунным светом. Сердце колотится в груди, как бешенное, кровь стучит в висках. В изнеможении опуститься на кресло, медленно вынуть осколок стакана из кармана, ждать, пока сон вновь подступит вплотную. Она сидела без движения, прислушиваясь к своим ощущениям и стараясь расслабиться, чтобы сон быстрее пришел к ней. Луна заливала своим светом все в округе, терраса тонула в серебряном свете. Девушка гипнотизировала ее взглядом, мысли были где-то далеко, далеко… Последним усилием воли воспротивившись подступившей дреме, она резко полоснула острым стеклом по руке и погрузилась в сладкую дрему, счастливо улыбаясь. Наконец-то будет свобода! Чувствуя горячую кровь, стекающую по ладони, Лил счастливо улыбнулась, окончательно проваливаясь в сон. За долю секунды до, в ее голове промелькнул пасьянс, туз или двойка, жестокий, но столь желанный Лукас. Наступила темнота.