Жизнь после смерти

Привет, меня зовут Кадар аль-Саиф. Восьмого августа тысяча сто девяносто первого года, когда меня убили, мне было двадцать три года. Моего брата зовут Малик. Мы вместе проходили обучение в Ордене Ассасинов с раннего детства. Там мы познакомились с Альтаиром, который вскоре стал лучшим другом моего брата. Несмотря на все мои усилия, я был ниже рангом, чем брат, до моей ранней смерти. До этого, Малик всегда был осторожен – не привлекал меня ко многим миссиям и заданиям Ордена. До сих пор вижу перед собой ту страшную картину, словно дело было вчера, - впрочем, ничего удивительного. Теперь для меня жизнь – это вечное вчера. В тот роковой день нам было поручено задание «более важное, чем любое другое», как описал нам Аль-Муалим. Миссия привела нас в шахту под Храмом Соломона в Иерусалиме. Мы незаметно проникли туда, пока не наткнулись на некого старика, которого убил Альтаир. - Должен быть другой способ, этого убивать необязательно. Но Альтаир в силу своей упрямости не стал слушать моего брата. Изо рта старика вырвались булькающие звуки, и хлынула алая кровь, а из горла высунулось окровавленное лезвие клинка. Я просто обожал Альтаира, во всем подражал ему и Малика это всегда бесило. - Отличное убийство, удача сопутствует твоему клинку. - Не удача, мастерство. Наблюдай, может быть, чему научишься. Брат посмотрел на меня укоризненным взглядом. - Ага, например, как забывать обо всем, чему учил нас повелитель. - И как бы поступил ты? - Я бы не привлекал к нам внимания, не забирал жизни не виновных. Я бы поступил, следуя Кредо. Малик всегда прикрывался Кредо, собственно говоря, только из-за этого я стал подражать Альтаиру. Он всегда нарушал правила, но высокомерно отвергал все предостережения о своих действиях. - Ничто не истинно, всё позволено. Ты поймешь, что означают эти слова, неважно как… Брат хотел, что-то возразить, но его тут же перебил Альтаир. - Но это не путь… - Мой путь лучше! У Малика видимо не нашлось слов от такой наглости его некогда «лучшего» друга. - … я разведаю путь, постарайся не опозорить нас! Всю дорогу пока мы добирались до Иерусалима, меня интересовало, в чем заключается суть нашего задания? Когда Малик отошел достаточно далеко, чтобы не слышать о чем мы с Альтаиром разговариваем, я решил спросить это у него. - А в чем заключается наше задание? Брат ничего не сказал мне, кроме того, что участие в нем честь для меня. - Повелитель считает, тамплиеры нашли, что-то под Храмовой горой. - Сокровище? - Не знаю, но Повелитель считает находку важной, иначе он не поручил бы мне добыть ее. Закончив говорить, Альтаир перешагнул через труп старика и отправился за Маликом. Я, не отставая пошел за ним. В конце концов, мы оказались на нише с видом на Храм Соломона. Я и брат были поражены, увидев «Ковчег Завета», древний артефакт. - Здесь! Должно быть это «Ковчег Завета»! Малик аккуратно положил мне руку на плечо. - Это «Ковчег Завета»? Я не уверенно переспросил у брата, не веря своим глазам, но в наш разговор вмешался Альтаир, стоявший позади. - Не будь глупцом! Его не существует. Это всего лишь легенды. Малик притворно закатил глаза, я посмотрел на него и усмехнулся. - Тогда что это? Даа, на этот вопрос я больше никогда не узнаю ответа. - Тихо! Кто-то идет! Я присел на корточки и посмотрел вниз, там стояли три тамплиера, двое из них были обычными стражниками, а третий привлек мое внимание. Мне про него брат рассказывал, кажется его зовут Робер Де Сабле. Тамплиеры о чем-то говорили, возможно, о сокровище. Я кинул короткий взгляд на Альтаира, тот заметно напрягся. - Робер…его жизнь моя! - Нет! Нам поручили забрать сокровище, а Робера убить в случае крайней необходимости. - Он стоит у нас на пути! Это необходимо. - Благоразумие, Альтаир! - Нет, трусость. Этот человек наш враг и у нас есть возможность покончить с ним! - Ты уже нарушил два правила Кредо и собираешься нарушить третье! Не подвергай риску братство! - Я выше тебя как по званию, так и по мастерству. Не тебе обсуждать мои решения! Малик пытался убедить Альтаира держаться на расстоянии, но Мастер-Ассасин проигнорировал все его советы и напал на Робера. Малик и я остались бороться с тамплиерами, когда Альтаир был выброшен в другую комнату и не мог вступить в бой. Я не успел даже толком понять, что только, что произошло, как меня повалили на пол, и за доли секунды мне в грудь вонзилось, что-то острое. Я почувствовал, как под одеждой струилась теплая кровь. Моё тело обмякло, мысли в голове перемешались. Я уже ничего не понимал. От раны по всему телу расползался холод. Из последних сил я повернул голову в сторону брата и смог только открыть рот. На этом моя жизнь и прервалась. Попав на небеса, я первое время считал, что там всем без исключения видится одно и то же. Сверкающий свет и колеблющиеся травы, возведенные дворцы и бегущие ручьи, спелые фрукты и распрекрасные, красивые жены, а также многочисленные убранства в вечном месте, в блаженстве и блеске. Скоро мне все это наскучило, и я решил понаблюдать за жизнью своего брата с небес после моей смерти.