Дело о парижских супергероях

В следующие несколько дней Калле перенёс поиски в коллеж. Первым же делом он сходил в библиотеку и изучил прошлогодний учебник по истории. «Тираж – 100 экземпляров» – гласили выходные данные. Ну, по крайней мере, часть правды в истории с учебником есть. «Теряет учебники по истории за прошлый год» – записал сыщик на странице, посвященной Ледибаг. Немного подумав, он вывел рядом вопросительный знак – несмотря на то, что сюжет идеально укладывался в общую картину, подозрений было всё ещё много. Затем Калле осторожно навёл справки об Алье. Его не оставляло подозрение, что та намеренно направляет излишнее внимание к Ледибаг по ложному следу. Но ничего подобного не подтвердилось – Алья казалась абсолютно понятной, не вызывала вопросов и даже не была замечена на курсах актёрского мастерства. Да что там! Выяснилось, что в прошлом году, когда классы снимали собственный фильм, Алья была не актрисой, а сценаристом. Всё это слабо вязалось с образом тайной приспешницы Ледибаг, и в итоге сыщик решил оставить блоггершу в покое. Разобравшись с учебником, Калле переключил внимание на своих одноклассников – тех из них, которых числил в подозреваемых. Но наблюдения привели лишь к одному – почти все они не могли быть супергероями. Одни во время очередного нападения перетрусили, другие с видом «Я веду прямой репортаж из великого сражения» схватились за телефоны, а заучка Эдит просто была до ужаса правильной. А разве супергерой может быть таким? Он же должен постоянно и, главное, быстро, принимать нестандартные решения. Нарушать правила. Импровизировать на ходу. Эдит же умела строить планы и аккуратно выполнять намеченное, но от неожиданностей терялась и пасовала. – Нет, супергерой должен быть неправильным! – хмыкнул Калле. – А Эдит, наверное, даже уроки ни разу не прогуляла! Сказал – и замер. А ведь точно! – Прогуляла! Да, а ведь наши друзья в этом деле должны отличиться! – рассудил сыщик. В его голове появилась новая идея. – Учителя ведут строгий учёт посещаемости уроков. Каждый прогул обязательно фиксируется в классном журнале. Нужно изучить, кто у нас в школе главный прогульщик, и сопоставить их пропуски с датами нападений. Классные журналы, как известно, постоянно находятся на руках то у учителей, то у старост, то в учительской. Добраться до журнала своего класса Калле, в принципе, мог, но остальные были почти недоступны. Тем более, что и записано в них чуть больше месяца. Больше информации должно было находиться в журналах за ушедший учебный год. С этим было проще – в конце года журналы сдаются в архив и лежат там несколько лет, где ими, как правило, никто не интересуется. Дело оставалось за малым – добраться до оных. Калле прекрасно понимал, что журналы ему никто просто так не выдаст. Легальных вариантов не наблюдалось. Оставались нелегальные. Сыщик поделился своими соображениями с Иваном. Пораскинув мозгами, тот согласился: – Дело стоящее, но пахнет жареным. Не спеши нарываться, но будь наготове. Возможно, что-нибудь и подвернётся… Поскольку больше ничего не оставалось, Калле готовился к налёту на архив. Один раз сыщик вызвался помочь делопроизводительнице мадам Моне перетащить какие-то старые документы. Пришлось совершить несколько ходок на верхний этаж, но зато Калле разведал местность и узнал много нового о живописи импрессионистов. Архив, маленький кабинет с несколькими шкафами, был в закутке и, как правило, пустовал – мадам Моне трудилась в основном в учительской и в архиве бывала нечасто. Основных проблем было две – закрытая дверь и возможность засветиться на камерах видеонаблюдения. И если решение первой лежало в рюкзаке, то вторая виделась более серьёзной. – Придётся прибегнуть к химии, – протянул Калле, растирая в порошок аммиачную селитру. Рецепт дымовой смеси был до безобразия прост – сера, селитра, опилки. Перемешать, затолкать в гильзу из бумаги и поджечь. А дыму будет – загляденье. Три дымовые шашки ждали своего часа ещё неделю. За это время на Париж напал очередной монстр, в старших классах прошла какая-то там по номеру контрольная работа, Михель сошёлся в поединке с какой-то японкой и разгромил её в пух и прах, Алья и Нино поругались и помирились. Наконец Бражник вспомнил о существовании коллежа и наслал акуму на одного из учеников. Была перемена, когда с первого этажа вдруг раздался грохот и звон стёкол. Студенты мгновенно переполошились – одни кинулись к аварийным выходам, другие, кто похрабрее, направились поглазеть на происходящее. Самые дисциплинированные, подчиняясь раздающимся по радио командам, построились вокруг классов под командой учителей. Как позже выяснилось, пострадавшей оказалась ученица, разбившая в кабинете химии три бутылочки с реактивами. Мадам Менделеева, и без того пребывавшая не в духе, сгоряча наорала на растяпу. Не выдержав, девушка расплакалась и убежала в уборную, где её и настигла чёрная бабочка. Теперь многострадальный коллеж подвергался очередному погрому. – Сейчас я вам покажу химическую реакцию! – огласил школу противный дребезжащий голос. – Это шанс! – отметил Калле, прижавшись в уголке. Мимо пробежало несколько младших учеников, а за ними – Франческо, тащивший за руку Лилу. Одежда обоих была покрыта крупными кляксами и каплями какого-то прозрачного вещества. – Ненавижу химию, – бросил на ходу итальянец. – Калле, – рядом с сыщиком остановился Иван. – Там внизу уже драка. Рванём наверх? – Давай! Парни осторожно поднялись на последний этаж. В отдалении, рядом с кладовкой, забитой самыми разными предметами, засело несколько незнакомых студентов, явно решивших с пользой провести сорванные уроки. Трое увлечённо рубились в какую-то игру на планшетах, ещё один активно болел, остальные просто болтали. На Калле и Ивана никто не обратил внимания. – Ага, нам сюда, – сообщил сыщик, указывая в противоположную от компании сторону. Он достал зеркальце и осторожно заглянул за угол. – Никого. Я иду, а ты постой на страже. – Хорошо, – кивнул Иван. – Только не копайся… Слушай, Калле, а ты не слишком перестраховываешься? – Нормально! – Калле вынул и натянул длинный серый дождевик с капюшоном. – Лучше перестраховаться, чем получить за хулиганство. Да и потом, когда ещё получится устроить в школе такое дело?! С этими словами он нацепил на лицо мокрый платок, достал из кармана дымовую шашку, поджёг и забросил за угол. Через полминуты из-за угла потянулся едкий серый дым. – Хорошо пошло, – прокомментировал Иван. Калле, согнувшись, побежал вперёд. – Прямо третья битва при Ипре. Дыму было много. Он медленно рассеивался, уходя в вентиляцию. Уже в полуметре ничего не было видно, лишь внизу, где дым был не такой густой, можно было различить пол. Скорее по памяти, чем с помощью зрения Калле преодолел дымовую завесу и очутился напротив двери архива. Здесь было уже не так задымлено, сыщик уже мог нормально дышать. Осмотревшись, он вынул из кармана отмычку. Оный инструмент был своеобразным наследством от дяди Эйнара, родственника Евы-Лотты и неудачливого грабителя, усилиями Калле ныне мотавшего срок в одной из тюрем Стокгольма. С наследством сыщик регулярно практиковался, вскрывая замки в доме. Разумеется, о том, чтобы применять отмычку в корыстных целях, он даже не думал – даже в Войне роз это было бы откровенным жульничеством. В общем, отмычка так и не пригодилась. До сегодняшнего дня. Замок, далеко не самый сложный в коллеже, поддался быстро. Дверь скрипнула, и Калле, отметив, что всё складывается подозрительно легко, шагнул в комнату, заставленную шкафами. В одном были какие-то тетради, в другом бухгалтерские документы, в третьем – ещё какая-то макулатура… Наконец в пятом шкафу нашлись нужные журналы. – Это не то, эти слишком старые, ага, вот… – сыщик вытащил из шкафа четыре журнала. Да, это было именно то, что нужно. – Ата-а-а-а-ас! – раздался вдруг крик Ивана. Калле не знал русского языка, но понял, что дело дрянь. Настолько дрянь, что его подельник не побоялся заорать на весь этаж. До слуха донесся приближающийся шум сражения. Пора было давать дёру. Сыщик быстро затолкал трофеи в сумку и осторожно выглянул в коридор. Дым уже рассеялся, в коридоре ничего не было видно, но грохот был уже близко. Похоже, драка перетекла на последний этаж. – Тем лучше, – усмехнулся Калле, поджигая вторую дымовую шашку. – Если не засвечусь, свалят всё на них. Смесь зашипела, коридор вновь затянуло дымом. Поправив повязку, Калле вышел из архива, и, аккуратно закрыв замок, нырнул в «туман». Обратный путь также не составил труда, но, вылетев из-за угла, где дыма уже не было, Калле чуть не вписался прямо в Ледибаг, раскручивавшую йо-йо. – Ёлки-палки… – пробормотал сыщик, резко сворачивая. По голове треснуло что-то увесистое. – Ты ещё откуда вылез?! – возмущённо крикнула Ледибаг. Калле, как оказалось, сорвавший героям атаку, бросил что-то невнятное и дёрнулся назад – драться в открытую с очередным сумасшедшим он не собирался. Что-то вспыхнуло, и в следующую секунду на героиню и сыщика штормовой балтийской волной обрушилась густая прозрачная масса. Оба мгновенно оказались вмурованы в тут же застывшем веществе по шеи. Калле напрягал мускулы, но не мог даже пошевелиться. «Попал…» – Идиот… – процедила сквозь зубы Ледибаг. – А ты говоришь, это я мешаюсь, моя Леди! – раздался довольный голос Нуара. – Катаклизм! Осколки разлетелись, Ледибаг мгновенно бросилась в бой. Сыщик же, освободившись, поспешил забиться в угол. К его счастью, акуманизированная девушка больше не проявляла к нему интереса. Драка продолжилась, Калле размышлял, что тут можно сделать. Под рукой, как назло, не было ничего подходящего… Внезапно в одержимую ударил прилетевший с противоположного конца коридора баскетбольный мяч. За ней полетел другой, третий… Один пролетел мимо цели, но и два точных попадания хоть и не повредили злодейке, но донельзя разозлили. – Эй, как насчёт боулинга? – из-за угла высунулся Иван с ещё одним мячом. – Шаром будешь ты! – прорычала акуманизированная и, забыв о Ледибаг и Нуаре, бросилась на парня. Иван в притворном ужасе скрылся за углом. Калле видел, как одержимая добежала до угла… И вдруг, споткнувшись обо что-то, полетела кувырком. Мгновенно догнавшие её герои скрутили её в два счёта. Сыщик не стал дожидаться, пока на него вновь обратят внимание, и быстро смылся. Заворачивая на лестницу, он чуть не столкнулся с сидевшей в проходе Альей, сжимавшей телефон так, словно это был табельный «Смит&Вессон». *** – Здесь должна быть какая-то мощная фраза, но в голову ничего не идёт, – развёл руками Иван, выходя из-за угла с верёвкой в руках. Второй конец верёвки был привязан к отопительной батарее. – Мощные фразы – это мой удел! – ответил Нуар, пока Ледибаг очищала акуму и наводила порядок. – Но с верёвкой ты придумал круто! – А, это старая шутка, – соскромничал Иван. – Повезло, что тут дверь кладовки сорвало. Он предпочёл промолчать о том, что, если бы не надо было вытаскивать Калле, он бы вообще не стал ввязываться в сражение. – Да ладно тебе, братан! – Кот фамильярно хлопнул Ивана по плечу. – Ты отлично справился! И ты наверняка отлично справишься с ещё более сложным противником! – Это с кем же? – А вот с ней! – Нуар развернул Ивана навстречу спешащей к компании Алье. – Прикрой нас… Эй, моя Леди, постой! – Так нечестно! – возмутился Иван, провожая взглядом выскакивающих из окна героев. *** Разбежавшиеся после нападения ученики и не думали возвращаться в коллеж, так что последние уроки тоже оказались сорваны. Хлоя медленно шла по парку. Одна – Сабрину успел утащить Шарль. В мыслях сосуществовали недовольство отсутствием подруги и едва осознаваемая радость за неё же. Это было совершенно… Непривычно. Аллея свернула, и под столетним дубом Хлоя вдруг увидела Натаниэля и позирующую ему Анхелику. Испанка держала в руках тёмно-красную розу. Именно эта роза и заставила дочь мэра вспыхнуть от возмущения и… Зависти? – Тусуешься с этим увальнем? – фыркнула Буржуа, подойдя ближе. – Никого поприличнее не нашлось? – Какая картина! – закатила глаза Анхелика. – Мещанка поучает донну! Сюжет, достойный пера Мольера! – А про тебя уже написала Джейн Эйр, «Гордость и предубеждение»! – Ха-ха, – протянула испанка. – Как смешно... – Анхелика, не отвлекайся, – подал голос Натаниэль, и девушка вновь замерла с лёгкой улыбкой. Лёгкое дуновение ветра красиво всколыхнуло юбку, и художник не преминул зарисовать эту деталь. Заволновавшись, он слишком сильно надавил на карандаш, и грифель хрустнул. Натаниэль, отложив рисунок, полез в рюкзак за точилкой. На дочь мэра не обращали внимания, и та уже хотела развернуться и уйти, когда ветер вдруг усилился. Подхваченный порывом рисунок взлетел в воздух, а затем спикировал прямо в руки Хлое. Инстинктивно поймав листок, девушка замерла. Первой мыслью было разорвать рисунок напополам. Пусть позлятся, заслужили. Никто не смеет выставлять на позор Буржуа! Руки уже взялись было за листок. Но что-то внутри заставило её остановиться. «Наша милость не видит здесь врагов!» – прозвенела в ушах услышанная с месяц назад фраза. И это… После событий осени это обезоруживало. Полгода назад Буржуа не постеснялась бы ужалить, но сейчас это казалось таким скверным. По асфальту топнул каблучок. Подняв голову, Хлоя встретилась взглядом с Анхеликой. Испанка, нахмурив брови, выжидательно смотрела на неё глубокими чёрными глазами, в которых, казалось, закипала знаменитая испанская ярость. Это чувство, похоже, передалось и Натаниэлю, вставшему рядом – из его взора куда-то пропала обычная растерянность. – Вот, – Хлоя, выдержав паузу, прогнала нахлынувшую было слабость и протянула рисунок художнику. Тот, словно не веря, что Хлоя способна обойтись без каверз, осторожно принял листок. – Спасибо, – произнёс он, а Анхелика тепло улыбнулась. И, отчего-то вздрогнув, Хлоя искренне улыбнулась в ответ. *** – Ну как? – усевшись на кровать, Иван налил себе полную кружку чая. – Порядочек! Не зря мы всё это провернули! – довольно произнёс Калле, рассматривая трофеи. – Сейчас это надо сфотографировать и вернуть, пока не хватились. Встретиться им удалось только в общежитии, ближе к вечеру. В общей суматохе сыщик благополучно покинул коллеж чуть ли не раньше супергероев. Иван же сначала выдержал допрос третьей степени в исполнении Альи (разумеется, полностью исключив из рассказа Калле), потом по требованию Авроры и Михеля пересказал события друзьям, затем внимательно слушал болтовню учеников, которым хватило сознательности вернуться к коллежу – вдруг кто-то видел что-то лишнее? Ну а после всего следовало вознаградить себя прогулкой по городу и чашечкой кофе в компании Дженни. – А у тебя как? – В коллеже всё в порядке, нашу вылазку, похоже, не заметили. – Отлично! – Калле принялся снимать страницы журналов. – Эти ребята, считай, в наших руках!