Deliver me from suffering

Бокуто и Акааши живут уже вместе десять лет. За это время парочка испытала все прелести семейных драм и ссор, разного рода объятия и примирения. И каждый раз был как первым, ведь никто не знал, что будет дальше, кому-то могло надоесть тянуть дни в однополых отношениях. С Бокуто трудно, но Акааши привычен разруливать ситуации, умеет молчать, когда нужно, или поддержать, когда у любимого проблемы. А вот Котаро иногда бывает как капризный ребёнок, хотя и исполнилось уже двадцать пять: забывает постирать свою одежду, разбрасывает вещи. Ему вечно не хватает времени: постоянные сборы, игры, тренировки. Кейджи в квартире остаётся один. Он не сумел пробиться в большой спорт, как сам Котаро или тот же Оикава. Он стал обычным клерком, выполняющим бумажную работу. И сейчас он в большой квартире, что они купили с Бокуто, только вот как-то всё стало запутанно. Пусто на душе. Без половинки, которая сейчас играет матч в Токио, грустно и не хватает тепла. Вспоминая утро, Акааши морщит брови и корит себя за всплеск эмоций именно перед отъездом, хотя Бокуто клялся приехать сразу же, первым рейсом утром. Это и стало поводом к очередной ссоре. Брюнет устал от одиночества, пусть и знал, на что шёл, когда стал встречаться со своим энергичным семпаем. Бокуто красиво ухаживал и добивался, всегда стоял на своём, и даже сегодня утром он не ругался, он говорил тише обычного, будто боялся того, что Акааши уйдёт от него навсегда. Он не такой глупый, видит Кейджи насквозь и даже уповает на то, что всё будет хорошо. Но что делать, когда любимого нет рядом, хотя хочется банально извиниться? Навеянные стрессом и переживаниями слова, что вырвались утром, не стереть из памяти. Закрыв глаза, брюнет падает на кровать и прикрывает глаза, вспоминая ненужные и тяжёлые моменты. *** Утро началось сумбурно. После бурной ночи Бокуто, естественно, проспал, а Акааши, так же понадеявшись на своего любимого, теперь быстро собирал вещи, на ходу пытаясь одеться. Сонный Котаро первым занял ванную, но не скупился на ласки, хотел больше обнимашек и милостей. Акааши одёргивал и всячески отказывал ему. - Ну, Акааши!! Всего один поцелуй, я тебя не увижу день или того больше! Я буду скучать, - в лицо оного полетело полотенце, а брюнет продолжил умываться и чистить зубы, только после этой процедуры покинул ванную со словами: - Ты снова проспал! Бокуто, так нельзя! Ты должен быть в аэропорту через полчаса! Как так можно, ты же уже взрослый. А если меня вдруг не будет рядом, что тогда? Бокуто шумно сглотнул, вытер лицо полотенцем, но ничего на эти претензии сразу же не ответил, только лишь чуть позже нагнал Акааши в коридоре, пока тот проверял документы и сумки с инвентарём. - Акааши, повтори, что ты сейчас сказал? Волейболист не сильно сжал руку брюнета, а после развернул того лицом к себе. Золотистые глаза сузились, голос приобрёл тяжёлые нотки, но как бы спортсмен не нагнетал атмосферу, он просто хотел выслушать любимого. Акааши же не хотел смотреть в глаза парня, он ляпнул, не подумав. Хотя почему не подумав, он уже некоторое время хотел, чтобы Котаро взял отпуск, чтобы оба побыли подольше вместе, разве это эгоистично? Если быть одному живя вместе - мучительно, порознь и в одиночку так же мучительно, но это не сдерживает жизнь другого. Акааши любил Бокуто, но эти разъезды мучили его. Он получал любовь только какие-то несколько дней, а потом опять всё неслось чередой бесконечных одиноких ночей, когда телефонные разговоры не спасали, а холодная постель опостылела. Жизнь Кейджи была похожа на пытку, ведь если любимый стремился к тому, что хотел и счастлив в любимой работе, в спорте, с любимым в общем, то Кейджи не разделял этой эйфории. - Прости, давай не будем об этом сейчас. Ты уже опаздываешь, отпусти пожалуйста, Бокуто. Спортсмен вздрогнул: Акааши начал обращаться к нему по фамилии, это настораживало. Да и опять уклончивый ответ вместо нормального диалога. Если Котаро по-прежнему со времён школы тянул привычно его фамилию, и брюнету это нравилось, то для самого бывшего аса Фукуродани, было неприемлемо слышать Бокуто или Бокуто-сан. - Прости, Акааши. Но объясни мне, что вообще происходит? Ты чем - то недоволен? Я ночью перестарался? Объясни, что с тобой не так? И тут Кейджи накрыло. Внезапно. Он хотел сдержаться, но всё же обиду скрыть не получилось. Может не по-взрослому, но так хотелось выговориться, отпустить все переживания и просто никуда не отпускать любимого человека. Ни на какие игры или в аэропорт к друзьям, тем, с которыми тот встречается чаще, чем со второй половиной. Даже ревность брала, тот же Куроо или Оикава были Бокуто ближе, а между ними тем временем выросла стена непонимания. Брюнет вырвал руку из ладони Котаро и произнес так, будто это конец их отношениям, слова ранят, но он ничего не может поделать. - Ты будто не понимаешь, что с нами? Боже, Бокуто! Ты взрослый или прикидываешься? Ты всегда делаешь, как тебе удобно. Вот и сейчас, ты снова уедешь, а я буду один. Может, возьмёшь несколько дней отдыха, ведь я уже устал. Устал ждать тебя в пустой квартире. Устал засыпать один, в холодной постели, мне тебя каждый раз мало. Ты пойми меня, я имею право быть эгоистичным. Хоть раз в жизни. Не говорю бросить спорт, просто ради меня, подумай о будущем. Я не смогу долго оставаться с тобой на расстоянии. Оно убивает наши отношения. Я знал, на что иду, но иногда... Когда я прошу, выбери меня, а не друзей и стремление сделать ещё один съём на камеру по прямой трансляции... Акаши выговорился, но по лицу Котаро было понятно, что тот будет переваривать сказанное долго и обстоятельно. Он не откажется от сегодняшней игры, он поедет, но после возвращения будет ли цунами или разрыв отношений неизбежен, причем по вине самого Котаро? А ведь он был счастлив и не видел в ситуации ничего плохого, не видел, что Акаши страдает рядом. Бокуто молчал, по привычке развернувшись и уходя в спальню, где оделся, обдумывая слова Акааши. После молча зашнуровал кроссовки, и только после этого начал говорить: - Прости меня, Акааши. Но я не могу иначе. Ты сам понимаешь, бросить то, чем живёшь, нереально. Я люблю тебя. Честно, если бы я мог менять матчи или сборы, я бы с радостью остался и провёл все эти часы с тобой. Я скучаю, и мне так же тяжело. Если бы ты, мог поехать со мной… Точно, если расстояние всё портит, поехали со мной! Бокуто хотел обнять и поцеловать брюнета, но тот отстранился и вновь цыкнул и недовольно проговорил: - Снова эгоистичные слова, Бокуто! У тебя всё так просто, я не хочу быть один. Когда решишь, чего больше хочешь карьеру или личную жизнь, тогда и поговорим! А сейчас я не хочу тратить время на необдуманные слова. Котаро же задумался, его настроение быстро менялось, и вот именно с утра оно было омрачено такими вот вещами. В такси оба мужчины не разговаривали, а в аэропорту сухо попрощались, хоть Бокуто и пытался вновь расположить к себе брюнета. Красная форма Японской сборной скрылась из вида в серой массе, самолёт вылетел в назначенное время. А у Акаши на глаза навернулись слёзы. Впервые не от счастья, а от горечи. От обиды, от того, что наговорил любимому перед важным матчем. Бокуто нужна поддержка, а любимый оттолкнул и напряг своими переживаниями. Теперь Кейджи винил себя, внутри переживая за всё это нелепое утро. Впереди девять часов работы, а уже так не хочется идти в офис и заниматься обычными скучными делами. А ещё думать, как там Бокуто. Можно было сколько угодно винить себя или вторую половину, но Кейджи любил Котаро сильнее кого бы то ни было. Видя его счастливым, он сам чувствовал себя лучше, хотя вот теперь это слово было совсем не про него. Брюнет вернулся домой поздно, он снова ощутил всю глубокую печаль шлейфа одиночества. А ещё снова без ужина упал на кровать, расслабляя галстук да посматривая на дисплей своего телефона. Он уже кучу сообщений отправил, каялся, но не получил ни одного ответа, как раньше. Было страшно. Но всё же, Котаро ведь не отдыхать уехал, а играть матч. Прямую трансляцию он уже пропустил, значит, завтра посмотрит в записи. А ведь так хотелось услышать голос Бокуто, узнать новые истории, что с ним было за день, как перенёс перелёт и прочее. Телефон зазвонил приятной мелодией, Акааши быстро нажал на кнопку вызова, уже приготовился извиняться, лишь бы Котаро снова сказал, что любит, скучает и скоро будет. Но это был Кенма. Они всегда звонили друг другу, когда сборы или матчи, Козуме был в такой же ситуации, хотя он и не устраивал истерик Тецуро, ибо занят на работе. Компьютеры и прочая электроника, с ней Кенма не скучает, у них с Куроо всё стабильно. Могут себе позволить и ругань, и скандал, самое смешное, Тецуро сам приползает первым просить прощение. Они ревнуют мило, один к компьютерам, второй к спорту, а после мирятся, как обычно любимые люди, в постели. Акааши немного успокоился. Кенма постарался, добавил немного уверенности, но все равно не очень получалось верить в радужное будущее. За окном испортилась погода, под стать настроению, мелкий дождик превратился в ливень. В такие минуты хотелось плюнуть на всё, завернуться в одеяло и крепко заснуть. Только холодно без Бокуто. Его тепла. Сильных рук и жаркого, крепкого тела. Его голоса, запаха… Кейджи реально не сможет без этого человека. Он так впитался в жизнь брюнета, что, вырвав всего на один день, казалось, можно погибнуть. За окном сверкнула молния. Но луна была полной, ярко выраженной и прекрасной в такую дождливую ночь. Послышался звук открывающейся двери, один щелчок. Потом ещё один. Акааши в полудрёме привстал с кровати, хотел было уже проверить, что случилось, но замер посередине спальни. Было страшно, вдруг это маньяк или вор, мысли в голове пролетали так быстро, а на сонную так ещё как в киноленте. Но, стоило знакомой широкоплечей фигуре промелькнуть в дверном проёме, как все сомнения отпали сами собой. Бокуто прошёл в комнату, застыл на секунду, видимо не ожидая того, что брюнет не спит. Оба сорвались с места и крепко заключили друг друга в объятия. Акааши крепко обвил руками шею Котаро, а тот в свою очередь боялся потерять хрупкого, дорогого человека, вот и не разжимал объятий. - Прости. - Прости меня. Почти хором сказали они и тут же замолчали. Никто не хотел нарушить тишину. Но все же пришлось. Первым оказался Котаро. - Всё утро я не мог выбросить из головы тот разговор. Акааши, ты знаешь, сегодняшний матч не принёс мне ни победы, ни тех эмоций, что всегда заряжали меня позитивом. Друзья не понимали, что со мной творится, хах, ни одного нормального блока или съёма. И тогда я понял, о чём ты говорил. Потеряв одно, самое важное, не можешь двигаться дальше так, как привык. Поэтому, Кейджи, прошу, дай мне ещё один шанс. Попробуем сохранить наши отношения. Брюнет впервые долго держал паузу. А после только крепче сжал руки на шее любимого. - Это я не замечал, что ты давно повзрослел. Ты именно тот, без кого я не смогу жить. Теперь ты меня понял. Но мы не будем пробовать, мы их сохраним. И Акааши начал действовать, чуть привстав на носочки, поцеловал любимого в губы. Сначала нежно, а потом более настойчиво, а Бокуто лишь того и надо было, он переместил руки на талию Кейджи и углубил поцелуй, растворяясь в этой чувственности. Они оба соскучились, оба страдали. Теперь была очередь освобождения. После поцелуя, Бокуто улыбнулся, хитро так, а после чуть отстранился от Акааши, быстро нашел телефон и включил в нём песню, которая стояла у обоих мужчин на звонке контакта. - Акааши, знаешь, давай потанцуем. Мне хочется с тобой потанцевать, именно сейчас, неважно, поздно или нет. Ливень и луна, хо – хо, романтика, - Бокуто замолк, оба мужчины, прильнув друг к другу, чуть покачивались в такт мелодии. Сердце у них стучало одинаково сильно, как при первом поцелуе на свидании, но никто и слова не проронил. - Я люблю тебя, Кейджи, - прошептал Котаро на ухо брюнету, а тот ответил поцелуем в шею, увлекая любимого в кровать. Тот со смехом упал на нее, песня продолжалась, а затем спортсмен произнес то, от чего Акааши не мог сдержать и восторга, и слёз. Такая забота и внимание, и всё ему. -Хэй, хэй, не плачь. Ты рад? Нет? Я все обдумал, и предложил твою кандидатуру на пост менеджера команды. Мы всегда будем вместе, - Котаро не знал, что делать, он обнял Акааши, утирая слёзы, что-то ласково говоря, а тому многого и не надо. Он утопал в этой любви и знал, что больше не будет мучиться от одиночества. Песня прекратилась, но тишина больше не давила на виски. Акаши поцеловал ладонь Бокуто и попросил поставить песню на повтор. А после он будет спать и видеть счастливые сны, опять же не в одиночку, а в тёплой постели с любимым, только его единственным миром.