Хроники Смертельной Битвы. Часть 5. Смертоносный Альянс

Королева Вэтэрны горько плакала уже который день, и ничто ее не радовало. Она лежала в своей комнате на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и предавалась самым мрачным мыслям, не представляя, что делать дальше. Уже давно они с мужем отправили во Внешний Мир Нитару, но с тех пор о ней ни слуху ни духу, словно в воду канула! Три дня назад у Эйи с Атанором состоялся очень неприятный разговор; королева не хотела так все и оставлять и намеревалась все же отправиться на Куэтан и найти Нитару или, по крайней мере, все же выяснить, что с ней случилось, король же был категорически против, хотя и сам был крайне удручен и расстроен. — Эйя, — взмолился он, — Нитара — наша близкая подруга и помощница вот уже много лет, и она мне тоже очень дорога, мне самому очень больно при одной мысли о том, что могло с ней случиться, но я не отпущу тебя во Внешний Мир! Следующей жертвой Шэнга и Куан Чи непременно станешь ты, если попадешь туда хоть на минуту, а потом и мы все! Сейчас нам надо не делать резких движений и сидеть тише воды ниже травы, ведь Нитара и без того провалила наш план! Эйя, естественно, возразила мужу, и их спор постепенно перерос в ссору — супруги единственный раз за все время своего брака поругались вдрызг, и взбешенный Атанор, заперев жену в комнате, в итоге сказал, что будет выпускать ее только поесть и в ванную, да и то под охраной во имя ее же блага — чтоб не наделала глупостей и не спровоцировала внешнемирцев раньше времени на немотивированную агрессию. Король не сомневался, что таковая все равно будет, это только вопрос времени, но так у них хотя бы будет шанс подготовиться к вторжению и отразить атаку. После ссоры с мужем королева сидела в своей комнате и безутешно рыдала, переживая, что бросила Нитару на произвол судьбы и ничем не может ей помочь; время от времени она проваливалась в сон, но даже тогда ее преследовали кошмары и давящий ужас. На третью ночь, когда в королевском дворце все уснули, Эйя вдруг услышала, как в засове кто-то осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, поворачивает ключ. На счастье этого неизвестного, дверь отворилась без скрипа; королева привстала на постели, чтобы рассмотреть, кто вошел. На пороге стоял ее младший сын — Эйрен; он прижимал палец к губам, чтобы мать случайно не окликнула его. — Мама, только тихо… Я не хотел, чтобы папа кричал и на меня тоже, я же понимаю, что он просто за нас боится, но мне кажется, что он все-таки преувеличивает. Ведь то, что Нитара не вернулась, вовсе не означает, что ее убил Шэнг Цунг. Никто из нас не получал ни писем с угрозами, ни отрезанных частей тела нашей посланницы в коробке. Ведь есть же еще и такое понятие, как несчастные случаи. Может, ее поезд переехал или сосулька на голову упала. А может быть и так, что она жива и здорова, просто по каким-то причинам не может ничего нам о себе сообщить и добраться домой. Эйя обняла сына. — Как я рада, что ты у меня такой рассудительный. — Я решил помочь тебе отсюда выйти, но обещай мне, что действительно не пойдешь сразу же искать Нитару во дворце Шэнг Цунга, а попробуешь побродить по Внешнему Миру инкогнито и просто понять, куда именно она исчезла. — Хорошо, — согласилась королева с абсолютно честным выражением лица, хотя в глубине души она знала, что вовсе не собирается сдерживать обещание. — Только выведи меня отсюда как можно быстрее, у меня уже голова опухла тут сидеть. Я хочу знать, где Нитара и что с ней, пусть даже и не смогу ей ничем помочь. Она встала с кровати, держа за руку сына. — Береги себя, мама. Я все же надеюсь, что папа ошибся и на самом деле Нитара жива и здорова, просто пока что в силу каких-то обстоятельств не смогла добраться до нашей сферы. — А ты не говори ничего отцу, а то он тебя отлупит, пусть ты уже и взрослый, — улыбнулась Эйя, — и вообще, сегодня ночью ты спал глубоким сном. — И тебя не видел, — с хитрой усмешкой ответил Эйрен. — Все верно, и меня не видел, тихо отдыхал себе в своей комнате и думал, что я у себя. — Идем быстрее. Те, кто тебя тут стерег под дверью, решили, что ты уже ничего не учинишь, и легли себе спать, а я не только нашел в кладовке ключ, но и прекрасно знаю, что во дворце есть еще несколько боковых подсобных выходов. Сворачивай налево, тут как раз один из них. Эйя пригляделась: в стене темного коридора как раз виднелась какая-то невзрачная дверь. — Тебе сюда, — Эйрен осторожно, чтобы не создавать лишнего шума, отпер замок маленьким ключиком. — Надеюсь, нас никто не заметил. Удачи, мама, возвращайся скорее и желательно вместе с Нитарой. Эйя еще раз обняла и поцеловала на прощание сына. — Спасибо, мой дорогой. С этими словами она выскользнула из дворца в темноту ночи. * Когда принцесса Эдении наконец пришла в себя, то поначалу даже не смогла понять, где она и что с ней происходит; она даже не осознавала, где верх, а где низ, потому что вокруг нее была абсолютная темнота. Ощущения были совершенно жуткие: звон в ушах, нестерпимая боль по всему телу… Что с ней случилось? Куда она попала? Пощупав левой рукой то, на чем лежала, девушка ощутила под своей ладонью шероховатую поверхность — наверное, цемент или бетон. Опираясь на руки, Китана попыталась сесть, но не смогла и со стоном повалилась наземь. К горлу подкатила тошнота, и девушку вывернуло наизнанку; во рту она чувствовала противный горько-кисловатый привкус. Немного отлежавшись, Китана попыталась собраться с мыслями. Вчера был бой? С кем она сражалась? Неужели с войсками… имя своего недруга она никак не могла вспомнить, в ее помраченном сознании он представлялся ей огромной темной фигурой. Но что все-таки случилось? Кто победил? Где она? Она ранена? И вообще — почему она сражалась с этим… этим человеком, кто он такой? Китану снова замутило, но сейчас ее желудок был абсолютно пуст, и она, с трудом приподнявшись на локте, долго содрогалась в бесплодных рвотных спазмах. Потом силы оставили ее, и она снова почти без чувств упала на каменный пол. Вокруг по-прежнему было темно, и девушка не знала, сколько времени прошло и сколько она уже тут находится. В глубоком отчаянии она заплакала, и теплые слезы потекли из ее глаз на холодный камень. Кто она такая, как ее вообще зовут? Кажется, Китана? И как ей отсюда выбраться, что она здесь делает? Наверно, ей нужен доктор… когда она в детстве вдруг умудрялась пораниться, ее отец всегда звал к ней врача, а мать ее, кажется, умерла, когда она была совсем еще крошкой. Ее отец? Мать? Кто они? Где ее отец, почему он ей не поможет, не спасет ее, не поднимет с этого ледяного пола и не отнесет на руках в ее комнату, в кровать… вроде бы такое с ней однажды уже было. Чувствуя пронизывающий холод, девушка затряслась в ознобе и сжалась в комок, пытаясь согреться, но все ее усилия были тщетны — она по-прежнему дрожала и чувствовала сильную боль во всем теле; особенно нестерпимо болели голова и бок. Пролежав так какое-то время, Китана вновь впала в забытье, и в ее помутившемся сознании то и дело всплывали какие-то неясные образы и фигуры. * Пройдя вслед за черными магами в зал, Рейден обомлел от изумления: в огромной комнате стройными рядами стояли воины Онаги в полном вооружении, и каменное спокойствие их оцепеневших в вечности лиц почему-то внушало богу грома куда более сильный страх, нежели явная угроза на лицах обоих врагов, стоявших справа и слева от него. — Ты все видел, Рейден, — с нескрываемой злобой произнес Куан Чи. — Мы готовы оживить армию Онаги и окончательно уничтожить Старших Богов, да и Младших прикончить было бы неплохо, только сначала отделаемся от тебя. — Хрен вы от меня отделаетесь, — гордо заявил Рейден. — Ничего страшного, — придворный маг Шиннока со злорадной улыбкой размял руки. — Как любил говорить твой брат, нельзя отделаться — можно разделаться. — Пошел ты на… — начал было склочный божок, но его перебил Шэнг Цунг. — Слушай меня внимательно, ты, неумный, злобный, ограниченный тип. Тебе не кажется, что настало время ответить за все свои пакости? Прежде чем мы вернем к жизни армию Онаги, мы действительно с радостью разделаемся с тобой за все хорошее, что ты нам сделал. Как ни пафосно это звучит — за наши черные дни. За наших мертвых друзей и близких. За развязанные тобой войны. За нас самих, ты… — Двое на одного — это нечестно! — заверещал Рейден. — Как любил говорить ныне покойный лорд Энсенет, к смерти которого ты приложил руку, «я ценю достойных противников и стараюсь вести себя с ними благородно», — Шэнг сделал особый акцент на слове «достойных», — однако он был совершенно прав в плане того, что вести себя как благородный человек стоит только с хорошими людьми, а не со всеми подряд и уж тем паче не с трусами и интриганами. — Если ты еще не понял, ты к достойным, благородным и хорошим людям не относишься, — хмыкнул Куан Чи, с презрением глядя на бога грома. В этот момент в боковую дверь протиснулась зубастая голова Бараки, который на три дня приехал из Вэйналии в отпуск. — Господин, простите, я знаю, что вы заняты, но тут такое дело… — Да, Барака? — вопросительно посмотрел на него Шэнг. — Да тут этот Бо Рай Чо вроде бы как очухался, и его то рвота прохватит, то понос. — Ну и разберись с ним! — с ненавистью проорал черный маг. — Мы тем временем разберемся с этим вот типом! С этими словами Шэнг бросился в неожиданную и стремительную атаку, и Рейден едва успел сообразить, что происходит, и собраться с мыслями. Первый удар черного мага — ногой в бок — провалился в пустоту, поскольку его противник все-таки успел отскочить, но от последовавшего сразу за ним удара кулаком увернуться не успел; бога грома отшвырнуло назад, он потерял равновесие и с трудом удержался на ногах, едва успев метнуться в сторону теперь уже от Куан Чи. При помощи жестких блоков он погасил еще одну атаку придворного мага Шиннока; после этого Рейдену наконец удалось отбежать на сравнительно безопасное расстояние и остановиться, чтобы вытереть капающую из разбитого носа кровь. — Гады, — зашипел склочный божок. — Так нечестно. — Тебя заклинило? — Куан Чи, подскочив к Рейдену, снова бросился на него и нанес ему очередной удар теперь уже открытой ладонью в лицо, швырнув своего противника прямо на Шэнга. Тот, судя по всему, прекрасно понял замысел товарища и в свою очередь тоже засветил пошатнувшемуся богу грома кулаком в переносицу. Рейден качнулся в обратном направлении, точно ванька-встанька, и тут торжествующий Куан Чи метким и точным ударом выбил ему один из подпиленных клыков. — Это тебе за Хоуан, за мою семью и за наставника! — радостно воскликнул он. — Сколько лет я ждал этой минуты! В следующее мгновение Рейден схлопотал еще раз, теперь уже от Шэнга — кулаком в ухо. — А это тебе за Эсмене и Императора! — ухмыльнулся его заклятый враг. — А вот тебе за Шиннока! — теперь бога грома опять мотнуло в сторону Куан Чи, и протектор Земного Мира почувствовал, что лишился еще двух зубов. — А это тебе за меня, скотина поганая! — вовсю развеселился Шэнг и носком сапога прицельно пнул Рейдена в печень. Тот, выпучив глаза и оскалив окровавленный полубеззубый рот, дико взвыл и повалился на пол, пища и мелко суча ногами. — Что, неприятно? — снисходительно улыбнулся черный маг. — Мне тоже не очень приятно было, когда у меня из груди торчал полуметровый стальной клинок. Рейден попытался встать на колени, но Куан Чи быстрым ударом ноги в челюсть снова опрокинул его на пол. — А это тебе уже за меня, урод. За мое испорченное детство и отравленную юность, когда я ночевал в лесу, наломав себе лапника вместо постели, и не знал, буду ли завтра есть. За то, что у других детей были семьи и крыша над головой, а я был лишен всего этого! — Все, хорош читать ему мораль, добивай гада, — нервно прикусил губу Шэнг. — Его уже, поди, в аду ненаглядный братец-некрозооорнитофил заждался. Рейден, услышав слова своего недруга, все же успел собраться с силами и вскочить на ноги, но тут Куан Чи нанес ему прямой удар ногой теперь уже в середину груди. Бога грома снова отшвырнуло на пол, будто тряпичную куклу; на секунду ему показалось, что он лишился возможности дышать, а в горло ему залили расплавленный металл. Второй удар — ребром ладони по шее — он получил уже от Шэнга. Голова склочного божка бессильно откинулась набок, и он лишился чувств. Куан Чи подошел к неподвижно лежащему на полу Рейдену и с ненавистью пнул его ногой. — Наконец-то избавились, — с облегчением произнес придворный маг Шиннока, поправляя одежду. — Добить его или тебе оставить? Шэнг неожиданно рассмеялся. — Смотри, у него шляпа так и не свалилась. Интересно, на чем она держится? — в глаза ему бросилось то, что дурацкая шляпа Рейдена со стразами и подкладкой из стеганого синтепона была явно чем-то прикреплена к капюшону. Куан Чи подергал шляпу. — Сам подумай. Как прибили — так и держится. — Либо суперклей, либо двусторонний скотч. Тьфу ты. — Скорее суперклей, больно уж прочно прилеплена, — улыбнулся Шэнг. — Ладно, добей гада, и пошли чай допивать. Труп этого упыря пускай Кэно уберет, как вернется. — Ага, точно, — хмыкнул Куан Чи, доставая свой любимый изогнутый меч. — Жалко, что Бо Рай Чо так сюда и не пришел и не показал нам, какой он великий воин. Этот старый пердун достоин только того, чтобы заспиртовать его для будущих поколений. Экспонат кунсткамеры под названием «Последняя стадия цирроза печени: до чего доводит пьянство». После него во всем дворце аромат, как в отхожем месте. Метеоризм запущенный. Тоже мне, великий воин. — Он и так уже заспиртован. Заживо. Ничего, с ним Барака разберется. — Уж он-то разберется, — довольно произнес Куан Чи с кровожадным блеском в глазах. — Нашинкует вэйнальского придурка по всем правилам. Черный маг занес меч для удара, но в этот момент откуда-то снаружи раздался сильный грохот. — Это что, гроза? — удивленно спросил он. — Куан, ты что, откуда зимой гроза? — Вот и я про то же. Что это? — Куан Чи нерешительно опустил оружие, и тут грохот раздался снова…