Избавиться от наваждения

Пойти в клуб Мёна уговорили одноклассники. Не то чтобы он хотел с ними идти, но танцевать любил, поэтому и на компанию было плевать. Особых друзей среди них не было, но как старосту и отличника его приглашали довольно часто, тем более он всегда прикрывал прогульщиков и давал списывать контрольные, жалея обделенных умом и усидчивостью. Несмотря на привлекательную внешность, Джунмён никогда не считал это главным. На первое место он всегда ставил свои незаурядные умственные способности, терпение и настойчивость в достижении цели. И, что немаловажно, умение выбирать главное. Именно поэтому свою тягу к танцам он показывал только в клубах, не позволяя ей стать будущей профессией. Ведь танцы не обеспечат уверенность и спокойную жизнь, о которой так мечтал паренёк. С Ним они столкнулись на танцполе. Случайно наступив кому-то на ногу, Джунмён повернулся извиниться и натолкнулся на внимательный взгляд черных глаз. Слово за слово, и Мён был сражен воспитанностью и очарованием своего собеседника. Пару танцев вдвоем, и домой Мёна провожает новый знакомый. В тот вечер Мён впервые поцеловался. Вернее, целовали его, нежно, бережно удерживая в объятиях, не позволяя ничего лишнего, кроме обмена дыханием и ласкового касания языка и губ. Всю ночь парень не мог уснуть, вспоминая каждое мгновение, проведенное вместе. Но в школе "друзья" обломали его крылья. Свидетели клубного знакомства поторопились "одарить" знаниями о новом знакомом. Крис, как звали того, кто украл сердце Мёна за один поцелуй, учился в Китае на предпоследнем курсе. В Корею приехал на каникулы навестить семью, в том числе своего братика Исина, который учится в параллельном классе, и... своего парня, между прочим, истинного, Луханя, который учится в Сеульской Академии искусств на танцевальном факультете. Вот так за каких-то пару дней Джунмён сначала взлетел до солнца, а потом, спустя несколько часов, упал вниз, как Икар, сломав свои крылья. *** Второй раз они встретились в торговом доме спустя всего неделю. Выбирая спортивный костюм взамен прожженного утюгом, Мён потянул из ряда вешалок один приглянувшийся и не смог вытянуть, так как с другой стороны его кто-то удерживал. От досады парень прикусил губу и поднял глаза, с ужасом наблюдая напротив довольное лицо Криса. - Наконец-то я тебя поймал! Почему не отвечаешь на звонки и смс? - А ты их со своим омегой согласовывал? Лицо Криса вмиг стало серьезным. - Зачем мне согласовывать свой круг общения с какими-то омегами? - сощуренные глаза внимательно наблюдали за сменой эмоций на лице напротив. - Еще скажи, что Лухань не твой истинный? - Кто тебе это наплел? Да, мы когда-то встречались, но давно расстались, когда я уехал учиться. Ты поэтому мне не отвечал? Думал, я с тобой играюсь? - Крис вытянул омегу из под вешалок и, притянув к себе за подбородок, нежно куснул за нижнюю губу. - Пойдем в кафе? Нам нужно догонять упущенное время, через пару дней я возвращаюсь в Китай. В сердце Мёна, несмотря на позднюю осень, вновь зацвела сакура. Эти два дня были самыми счастливыми в его жизни: почти круглосуточные свидания, нежные поцелуи, ласковые объятия, прогулки под луной, ночные сеансы кино с поцелуями на заднем ряду и бесконечные разговоры обо всем на свете и ни о чём конкретном. Джунмёну казалось, что он нашел свою душу, родственную, ту, которая понимает его с полуслова, которая не ведется на приятный запах, как истинность, а дарит частичку своей души только за то, что принимает тебя таким, какой ты есть, без нагрузок в виде вожделения и похоти, без всей этой напускной сексуальной шелухи. Просто потому, что ты есть. В положенное время Крис уехал, и начались бесконечные переписки и звонки по скайпу. Казалось, последний год учебы Криса так и пройдет, но за месяц до его приезда к Мёну в столовой подсел милый парень, в котором он сразу признал Исина, младшего брата Криса. - Джунмён, мы официально не представлены, но, я думаю, ты знаешь, кто я такой, - дождавшись утвердительного кивка, Исин продолжил. - Ты очень хороший парень, именно поэтому я к тебе подошел. Пожалуйста, держись подальше от моего брата. В этот момент сердце Мёна грохнулось вниз к самым пяткам со скоростью лифта с оборвавшимся тросом. - Когда он приедет, у них с Лу будет свадьба, дата уже назначена. Да, они часто ссорятся, и ты попал в один из таких периодов, но они истинные и будут вместе, несмотря ни на что. Извини, что вмешиваюсь, понимаю, каково тебе сейчас, но я не хочу, чтобы потом тебе было еще больнее. "Где ты был год назад?" - хотелось крикнуть Джунмёну, но он только молча кивнул, криво улыбнувшись и, пробормотав "спасибо за заботу", ушел из столовой. А потом и вовсе из школы. Сидеть на уроках с умирающим сердцем было для него слишком. Неделю он отходил от потери половинки своего сердца, а потом погрузился с головой в учебу, благо последний месяц перед экзаменами был настолько загружен, что мыслей хватало только на то, чтобы придумать расписание подготовки на ближайшие выходные. А контакты Криса полетели в "черный список". И только после экзаменов и абсолютно незапомнившегося выпускного в одну из бессонных ночей мелькнула мысль "как хорошо, что мы не истинные - разум можно излечить". *** Спустя два года они встретились в клубе. Полупьяных, их потянуло друг к другу магнитом. Никто из них даже не заметил, как они оказались в номере отеля, а потом уже было не до выяснения отношений и мыслей о прошлом или будущем. Оба поняли, как скучали друг по другу, как не хватало обоим этого понимания с полувзгляда, с полувздоха. Лучшая ночь в жизни Джунмёна, первая ночь с альфой, с которым когда-то произошел первый поцелуй. С чужим альфой. Но сейчас, когда его так нежно и трепетно целуют в ключицы, когда так бережно ласкают между бедер, когда внизу живота долбят своим крыльями пресловутые бабочки, а по телу бегают табуны мурашек, это неважно, абсолютно. Об этом точно он будет думать намного позже. Они стали встречаться раза два-три в неделю, в отеле, иногда ночами, иногда днем, без каких-то графиков, просто по звонку или смс альфы. И никаких разговоров о семье или работе, только всепоглощающая страсть, бесконечная нежность и трогательные ласки. Как поцелуи в ладонь, или глаза в глаза, или посиделки с кружками кофе, завернувшись голыми в пледы, у окна в пол... Таких простых, казалось, моментов было не сосчитать за эти пару месяцев. А потом Мён столкнулся с ними в торговом доме. Крис нежно придерживал под локоть беременного и очень красивого омежку, что-то шептал ему в ушко, явно смешное, так как омежка фыркал и хихикал, сдерживая рвущийся наружу смех. Они направлялись в отдел для новорожденных, а Мён застыл столбом, вдруг осознавая, что всё это время упорно прятал в самом дальнем уголке сознания мысль о том, что у Криса есть семья, что он женат, причем на истинном, то есть они не разойдутся, и Крис никогда его не бросит. Особенно сейчас, когда у них скоро будет малыш. Осознание ударило обухом по голове. Сердце застыло камнем, а в голове билась одна мысль: "Какой же ты дурак, Ким Джунмён!" Контакты Криса опять полетели в "черный список" на долгие 10 лет. *** Спустя 10 лет Джунмён начальник отдела в известной крупной фирме по производству электроники, не женат, так как встреча с истинным подарила Мену только сына и полнейшее разочарование в личном счастье. Чонин сбежал во Францию вслед за мечтой стать известным танцором. Сбежал, не посмотрев на беременного омегу, истинность и отсутствие финансовых средств, слепо веря в мечту и удачу. Сехуни - единственное, что осталось от истинного, суровый, несмотря на возраст, альфочка, целью которого стало оберегать папочку от всего плохого. Поэтому остановившуюся на обочине машину с сидящим внутри альфой малыш воспринял как дракона, который хочет похитить его папу. Он грозно сдвинул бровки и угрожающе зарычал, когда взрослый альфа предложил их подвести. Слава богу, что папа покачал головой, указав на личный транспорт, припаркованный на школьной стоянке. Но приставучий альфа вышел из машины и настойчиво приглашал встретиться вечером. Сехун понял, что придется вмешаться, и утащил папу к машине, не позволяя ответить на вопрос. И всю дорогу до дома выглядывал в окошко, чтобы проверить, что этот "козёл" не едет за ними. *** Тао был когда-то одноклассником Джунмёна, потом однокурсником. Сейчас стал коллегой, почти близким другом, несмотря на различие полов. И, по сути, был в курсе их отношений с Крисом. Но никогда до этого вечера не раскрывал, что Крис является и его другом. Спустя пару месяцев он признается Мёну, что специально пригласил их в гости в тот день, заранее предвидя, чем все закончится, в целях устроить личную жизнь обоих. Как оказалось, родив Крису двоих сыновей, Лу стал более требовательным к их будущему и, не дождавшись от мужа больших карьерных высот, бросился на поиски нового, более состоятельного и финансово независимого. И истинность не помешала разорвать 12-летний брак. Конечно, это была версия альфы, и Мён понимал, вспоминая прошлое, что стопроцентной правдой она может и не быть. Но Тао подтвердил развод, а личное наваждение Джунмёна так сладко весь вечер пело на ушко романтические бредни, не забывая поглаживать под столом острую коленку, что сердце омеги вновь не выдержало, напоминая хозяину о длительном одиночестве резкими и частыми ударами о грудную клетку. Мён сдал свою крепость тем же вечером, когда Крис подвозил его до дома. Секс в машине был спонтанным, страстным и неудобным. Но даже синяки на локтях и коленках не позволяли Мёну заглушить рвущуюся из сердца радость и счастье в глазах. Они стали встречаться почти каждый день, вернее, ночь. Мён укладывал сына спать, звал в гости одинокого пожилого омегу-соседа, оставляя его ночевать в своей квартире и присматривать за Се в его отсутствие, а сам садился в машину и ехал в знакомый переулок, к дому одного небезызвестного альфы. Иногда прихватывал с собой ужин, иногда продукты, чтоб вместе приготовить, иной раз - какой-нибудь фильм. Каждая ночь была лучше предыдущей. Не было стеснительности юности, недомолвок молодости, только желание дарить друг другу наслаждение, упиваясь вседозволенностью и взаимным пониманием. Омега исследовал тело альфы на чувствительные местечки всеми доступными средствами, не гнушаясь использовать шелковый шарф, завязывая альфе глаза или связывая неугомонные руки. Иногда, когда Крис позволял себе выпить более двух бокалов вина, Мён садил его в кресло напротив постели и исследовал уже свое тело на глазах альфы, раскрываясь перед ним полностью, лаская пальцами собственный возбужденный член или трахая свою дырочку двумя пальчиками. Крису трогать без разрешения не позволялось, только дрочить на млевшего под горящим взглядом, ублажавшего себя омегу. После таких представлений Крис был особенно горяч и страстен, он не отпускал омегу всю ночь, а то и утро, меняя позы и места, не позволяя ни на минуту одевать штаны, только майки или рубахи, чтобы иметь постоянный доступ к заветному месту. Душ всегда заканчивался минетом, иногда обоюдным, а завтрак - жарким сексом на столе. Казалось, это никогда не надоест и они вечно будут наслаждаться друг другом. *** Новый год они решили встретить вместе. Крис настаивал на совместном ужине и последующем десерте из сливок на теле омеги. Джунмён был не против, но просил перенести это на 2 часа ночи, решив встретить 12-часовой период с сыном, который ни в какую не принимал альфу, несмотря на многочисленные попытки пары. Крис с трудом, но согласился, понимая, что сын для омеги всегда будет на первом месте. Встретив Новый год с сыном и соседом, невольным нянем сына, Мён накормил обоих вкусным ужином и уложил спать, торопливо собираясь к альфе. Уложив ужин в посуду, Мён прихватил подарок, собственноручно связанный свитер, и вызвал такси. Дожидаясь машину, омегу охватило странное предчувствие. Он не мог определить, хорошее оно или плохое, но явно поворотное в его судьбе. Крис встретил омегу в странном настроении. Не позволив даже толком раздеться, тем более разобрать сумки, альфа утащил Мёна в спальню, срывая по пути одежду и не переставая покрывать поцелуями холодное с улицы лицо. Как будто они не виделись больше месяца. Хотя только вчера они любили друг друга у камина на полу, освещенные оранжевыми всполохами огня. Всю ночь Крис не отпускал его даже попить воды или подарить ему подарок. Любил его то нежно, лаская каждый сантиметр его тела влажными губами, то жестко, вбиваясь в тело так, что кровать ходила ходуном, грозясь обломить ножки в самый ответственный момент. Когда измученный омега засыпал под утро в объятиях альфы, последнее, что он услышал, было "прости". Но сон слишком быстро затуманил сознание Мёна, не позволяя ему осознать значение слов альфы. А утром было уже поздно что-либо понимать. Потому что Мёна разбудил стук в дверь, и вошедший пожилой альфа спросил, когда омега покинет дом, так как новый хозяин прибудет уже через 3 часа, а ему еще дом убирать. Мён честно не мог понять, что от него хотят. Он просто спросил, где Крис. И увидел в глазах жалость прежде, чем услышал, что прежний арендатор уехал сегодня утром, уплатив все долги и не сообщив, куда направляется. Но уехал он на машине, которая приехала за ним, за рулем сидел красивый омега, а на заднем сиденье - двое детей, что называли альфу отцом. *** С тех пор Джунмён ненавидит Новый год, а единственным близким человеком считает своего сына. Только ему он верит на все 150 процентов. Только ему открывает свое сердце. Это единственный альфа, который вошел в его жизнь без сожаления с его стороны. И только для него теперь жил омега, для его счастья и его будущего.