Do you believe in vampires?

— И куда ты теперь? — спросил Стайлз, выбегая за Хоуп из школы. Уроки, кажется, уже начались, но всем, видимо, наплевать на это. — Подальше от людей, — просто ответила Хоуп, — ты же видел, что я сделала, — она кивнула на царапину Стайлза. — Мне не больно, — заверил её Стайлз, — а вот тебе — да. Я видел Скотта и Лиама. Их вены все время были черными. Тебе больно. — Да, Стайлз, мне больно, — Хоуп сдалась, — И этот чертов придурок все время и твердит мне о том, что я слабачка и позвоню родным. И, черт возьми, это правда. Я слабая и беспомощная, Стайлз. У Хоуп заслезились глаза. Она смотрит на Стайлза, будто ищет в его взгляде помощь. — Ты не слабая, Хоуп, — начал Стайлз, — ты самая сильная из всех людей, которых я знаю. Сильная, умная, храбрая, кра… — Стайлз неожиданно запнулся при этом краснея, — и то, что говорит охотник — ерунда. Делай то, что велит сердце. Они стояли на парковке. Хоуп облокачивается об свою машину, а Стайлз стоит перед ней слишком близко. — От меня одни неприятности, — шепчет она, кусая губы. — Ты это мне говоришь? — Стайлз тихо усмехнулся и ещё ближе приблизился к Хоуп. Их лица оказываются очень близко — они почти касаются друг друга носами. Неожиданно живот Хоуп заурчал. Стайлз, смеясь, отстранился. Хоуп тихо засмеялась, в тайне ненавидя свой желудок. — Не думал, что живот у вампиров может урчать, — улыбнулся Стайлз, — когда ты последний раз ела? — Когда на меня напал охотник? — улыбка на лице Стайлза мгновенно исчезла, — Можно сказать с того дня. — Больше двух недель, — удивленно произнес Стайлз, — как ты держишься? — Гибриды дольше держатся. Стайлз немного задумался. И через несколько секунд ответил: — Я очень сильно буду об этом сожалеть, — начал он. — Стилински, нет, — Хоуп сразу заметила что-то неладное, — и тут люди. Стайлз осмотрелся и заметил, что на парковке были несколько человек. А возле школы была Лидия с Эллисон, с интересом наблюдавшие за ними. — Поехали ко мне домой, — сразу принял решение Стайлз, идя к своему джипу. — А моя машина? — Я свой джип не брошу, — Стайлз усмехнулся. Хоуп постояла возле своей машины несколько секунд, а потом сдалась и прошла за Стайлзом. Она об этом пожалеет. Очень сильно пожалеет. *** — Как тебе удается так долго держаться? — спросил Стайлз. — Видел бы ты мою гостиную… — Хоуп грустно усмехнулась, — все в крови. Так что пока я не советую тебе приходить ко мне. Не хочу ещё рвоту убирать. Как там Эллисон? — неловко произнесла она. — С ней все в порядке. Раны зажили, — быстро проговорил Стайлз, — ты дала кровь Скотту, значит он намного быстрее вылечился, с Лиамом все в порядке, у него несколько царапин… — Можешь передать мои извинения? Стайлз кивнул и продолжил: — С Лидией… — Все шея в крови. Не умрет, — Стайлз понял, что про Лидию Хоуп не хочет разговаривать. Видно, у них какие-то личные проблемы. — Ты будешь звонить своему отцу? — Не знаю, — произнесла Хоуп через несколько минут. Это трудное решение. Ведь Клаус может забрать её обратно в Новый Орлеан, где она будет под крылом своих родных. И там они будут знать, что с ней, — есть большая вероятность того, что они меня заберут. Стайлз поморщился. Рана, нанесенная Хоуп, кровоточила. Она, почувствовав кровь, зарычала. Но Стайлз не испугался. Даже он сам удивился, что не отпрыгнул от неё, а наоборот сидел спокойно, прямо напротив Хоуп на своей же кровати. — Я приношу одни беды, Стайлз, — проговорила Хоуп, еле сдерживая голод, — мне лучше уйти. — Ты умрешь, — обеспокоенно проговорил Стайлз, садясь поближе к Хоуп. Глаза у Хоуп постепенно меняли цвет. Вены то появлялись вокруг глаз, то исчезали. — А сейчас ты можешь умереть, — она закрыла ладонями свое лицо, потому что… ну, потому что она монстр. Самый настоящий монстр. По ночам родители рассказывают своим детям сказки, и в них Хоуп настоящий монстр. Родители запугивают своих детей ею. А Стайлз… был бы он в средневековье, его бы называли рыцарем на белом коне. Он бы убивал таких, как Хоуп. Тем временем, Стилински ближе подсел к ней и закатал рукава своей рубашки. — Шея или рука? — неуверенно произнес он. Хоуп молча кивнула на руку. — Гребанный самоубийца, — сказала Хоуп, жадно смотря на руку. Стайлз отвернулся, так как ему не хотелось смотреть на то, как Хоуп будет пить его кровь. Хоуп посмотрела на вены. Кровь так и бежит по всему организму парня. Такая сладкая… — Может уже… Стайлз хотел договорить, но Хоуп не сдержалась и укусила его руку, не жалея своих сил. Цвет кожи постепенно возвращался. Стайлз неуверенно повернул голову и сдержал рвотный позыв. Также неуверенно он начал гладить Хоуп по волосам. Та, несмотря на действия Стилински, сильнее начала впиваться в его руку. — Х… Хоуп, — Стайлз сдержал болезненный крик. Хоуп будто его не слышала. Стайлз заметно побледнел. — Я… больше не могу, Хоуп, — медленно и тихо произнес он. Хоуп резко оторвалась от руки Стайлза. Губы были алыми, кровь ещё осталась на губах. Она посмотрела на него затуманенным взглядом. Голод охватил её. — Прости, Стайлз, — начала Хоуп, но Стайлз нагло прервал её. — Ничего страшного, — произнес Стайлз, стерев кровь с руки. Он посмотрел на Хоуп, — ты много дней не ела. Хоуп посмотрела на него. Она ожидала увидеть в его глазах разочарование, но нет. Стайлз улыбнулся и немного неуверенно касается её губ. Для Стайлза это не первый поцелуй, и почему-то он подумал, что у Хоуп-то это первый поцелуй. Но это была правда. Это был первый поцелуй Хоуп. Стайлз вложил в него все свои чувства. Хоуп чувствует, как бешено стучит сердце в груди. И она даже не понимает, когда отвечает на его поцелуй.