Люблю твои запутанные волосы

Таня вздернула веснушчатый нос, показывая всем своим видом, что она само внимание. Рядом с ней примостился Ягун на подлокотнике кресла. Он весело молол всякую чушь, потому что сейчас в нем находились, по меньшей мере, несколько стаканов огневиски. Англичане с виноватой улыбкой отказывались от спиртного, потому что у профессора МакГонагалл особый нюх на всякий вид алкоголя. Гробыня шастала по всему залу, пытаясь отыскать бутылку, впервые не чувствуя угрызений совести. Катя примостилась на коленях Ягуна. С ее плеч спадала занавеска, которую на нее нацепили, как плащ, во время одного конкурса. Рона и Гарри было не отыскать в этом шуме и гаме, поэтому компания друзей просто сидела на одном месте, ожидая их появления. Ровно десять минут назад парни отправились на поиски нормальной еды, а не объедков оставшихся после ухода преподавателей. Вдруг в толпе показалась знакомая рыжая макушка, а потом и сам Рональд Уизли. У него в руках оказались две скатерти-самобранки. Поттера с ним не было, что сразу вызвало у всех огромное удивление. — Гарри в огромной опасности, — он плюхнулся на диван, разворачивая скатерти прямо на сидушке, рядом с Катиными ногами. — Его окружили четверокурсницы, кажется, он там надолго. Таня поднялась с дивана и, схватив только что появившийся пирожок с капустой, двинулась в ту сторону, откуда появился Рон. Там она и наткнулась на Поттера, окруженного группкой девушек, мило щебечущих о какой-то чепухе. Таня поймала на себе взгляд Гарри и засмеялась. Он лишь кисло улыбнулся. Девушки обернулись на Таню и сразу убежали восвояси. — Спасибо, — Гарри благодарно ухмыльнулся и отряхнул мантию, сверкающую блестками, которые принесли на себе четверокурсницы. — Ты теперь фея, — заметила Гроттер, убирая с его головы конфетти, казалось, над ним взорвалась пиньята. — Пойдем, Рон нашел еду, — она схватила его за руку и потащила к друзьям. Учителя ушли еще полтора часа назад, на часах уже красовалось половина двенадцатого, а праздник был в самом разгаре. В одном углу выпускники учили друг друга пить водку с локтя, в другой стороне девушки в своих пышных платьях плясали на столах. В центре зала развалились остальные, у которых уже просто не хватало на это сил. Таня приземлилась между близнецами, утягивая бутерброд со скатерти. Гарри сел на соседнее кресло и откинулся на спинку, попивая из бутылки сливочное пиво. Гроттерша влилась в разговор с Гермионой и Катей о том, каким образом они собираются отправиться по домам. Девушка совершенно не обратила внимание на то, как рядом началась какая-то взбучка. Когда она подняла глаза на мальчиков, они повскакивали со своих кресел и вскинули палочки и кольца. Таня поднялась на ноги и обошла их. Ну, естсественно, Валялкин! Она было собралась что-то сказать, как в нос Ваньке прилетел кулак от Гарри. Гроттер успела только икнуть от неожиданности, потому что потом началась настоящая драка. Ягун, с криками: «Ну какой праздник без драки?!», бросился в кучу. Кажется, уже никто не понимал, с кем и против кого дерётся, потому что кулаки летели во все направления. Девушки непонимающе переглядывались, но ринуться растаскивать их не решались. — Что происходит? — заорала Катя, когда Ягун вылез из самой гущи драки и было уже кинулся обратно. — Кажется, Валялкин снова задел самую больную тему, — парень помедлил. — Что-то там про Гроттершу, я уже, честно, и забыл. — Таня, тем временем, сквозь пальцы рассматривала синяк на его скуле. Потом Ягун исчез. Катя ударила себя по лбу и села в кресло. В одно мгновение по залу пронесся оглушительный грохот. Это вся посуда в зале лопнула и разбилась. — Разошлись все мигом! — крикнула Гроттерша, и все осколки посуды склеились обратно. Мальчики поднялись и посмотрели на нее. Девушка недовольно покосилась на Поттера и сжала губы. — Устроили тут балаган! Валялкин, пошёл вон отсюда, от тебя одни проблемы! — она отвернулась. На щеках у Ягуна и Рона красовались синяки. У Поттера была разбита губа, и очки потрескались. Гуня потирал разбитые костяшки пальцев, а Бейбарсов, в стельку пьяный, светил фингалом на левом глазу. Оглянуться Таню заставил лишь вскрик Гермионы. Она обернулась и обнаружила, как Уизли поддерживает Гарри под локоть, пока тот обеими руками стиснул голову. Гроттер рванула к парню. — Сириус, — пробормотал он. — Сириус. Он держит Сириуса там, в Отделе тайн, — он стал крепче на ноги и посмотрел на Гроттер. — Сириус, — Джинни высунула голову из-за дивана. Гермиона и Рон подскочили, как будто их ударили током. — Он убьет его, — сказал наконец Поттер. — Надо спасти его, — он завертел головой. — Как отсюда выбраться… Мне надо… надо… — Так! — в центр вышел Ягун. — Стоп бардак! Во-первых, ты никуда один не пойдешь! Во-вторых, ты уверен, что-то, что ты видел и есть правда? И в-третьих, метлы можно взять в кладовке! — Вы никуда не летите, — отрезал Гарри. — Я не могу подвергать вас такой опасности! Тем более вы все пьяны, а я нет! — Мы тоже! — вскрикнула Джинни. — Мы тоже не пили! Мы полетим, — она указала на себя, Гермиону и Рона. — Я тоже! — Таня взмахнула руками в разные стороны. — Нет! — крикнул Гарри громче обычного. — Ты точно остаешься здесь, — она вскинула на него глаза, демонстративно отвернулась и кинулась к своему контрабасу, который лежал на сцене у стены. Она так спешила, что неудачно запрыгнула на сцену и приземлилась на колени, хватаясь за лодыжку. Девушка скинула с ног дурацкие туфли на каблуках. Её подхватил на руки Гарри и ещё раз повторил свои слова: — Ты остаешься здесь! — Таня насупилась и послала благодарный взгляд Гробыне, заставившей Таню надеть злополучные туфли на каблуках. А всё из-за дурацкого проигранного желания! Гарри передал девушку в руки Ягуна, а тот усадил её на кресло. Гермиона и Рон что-то нервно шептали Гарри на ухо. Джинни так же нервно переминалась с ноги на ногу. Близнецы отбыли уже как два часа назад, поэтому остановить ее было некому, разве что Рон, но он, кажется, уже ни о чём, кроме всплывшей вдруг проблемы, не думал. Таня переводила взгляд с одного человека на другого, потирая ногу. — Значит, надо спешить! — огласил Гарри так, что на него оглянулись все англичане. — Нам надо на чём-то добраться до Министерства, — он озадаченно потер ещё болевший шрам. — Метлы, — повторил Ягун. — В кладовой осталось несколько метел и еще пару летающих инструментов! Я могу показать, — он махнул головой в сторону выхода. Гарри наклонился к Тане и поцеловал её в губы. Гроттер ничего не сказала, лишь недовольно сморщила нос. — Гроттерша, ну пойми ты, не надо тебе с нами! Пожалуйста, посмотри на меня, — она подняла глаза. — Мы не скоро увидимся, я не хочу чтобы ты обижалась, — она ухмыльнулась. — Я надеюсь, вы останетесь живы, — шепнула она и вновь поцеловала его в губы. — Береги себя и напиши, как только будешь в безопасности, обещай мне, — он кивнул. — Общаю, — они вновь прикоснулись друг к другу губами, и Гарри ушел, кинув на неё лишь один прощальный взгляд. — Гроттерша, жди, я вернусь и отнесу тебя к Ягге, не напрягай ногу! — и он ушел. Катя присела рядом с Таней и виновато улыбнулась. Гробыня осушила бокал с шампанским. — Теперь мне придется просто ждать? — спросила Таня, словно у воздуха, потому что ответа так и не последовало. Она свернулась калачиком, и стала наблюдать за тем, как зал потихоньку пустеет, все отправляются по спальням, понимая, что веселье кончилось. Через неопределенный отрезок времени вернулся Ягун с кислым лицом и отнес Гроттершу к Ягге, которая только недовольно фыркнула и выпроводила внука, огрев его скалкой за запах алкоголя. Таня провела в больничном крыле всю ночь, пока Ягге хлопотала над ее лодыжкой. Правда, старушка быстро управилась и сразу велела засыпать. Гроттер, естественно, не смогла заснуть, до самого утра ворочалась на больничной койке и пыталась не волноваться. Под утро она-таки заснула, правда, всё ещё беспокойно. Снилось ей что-то непонятное и пугающее. А особенно в её сознание врезались красные глаза. Она проснулась от того, что уже больше не могла терпеть этот ужас. На улице уже было светло, на часах восемь. Она откинула одеяло и соскочила пол. Из комнаты Ягге слышалось сопение. Девушка накинула халат на пижаму и отправилась к жилым комнатам. Хромая, она добралась до комнаты лучшего друга и осторожно постучалась. Послышалось шуршание, и Ягун отворил дверь. На удивление, на нем не было ни одного следа сонливости. — Гроттерша, ты с ума сошла?! А ну, мигом в кровать! — воскликнул он. — И тебе доброе утро, — она присела на стул, кутаясь в халат. Ягун застыл в дверях. — Новости есть? — тот вздрогнул и отвернулся. — Ну же, не тяни кота за больное место, — она откинулась на спинку стула. Ягун молчал. Таня ждала. — Ягун, ты заснул там? Я всю ночь себя изводила! Не было никаких писем? Ягуууун! — Сириус погиб, — он резко повернулся к ней лицом. Таня икнула. — В Министерстве было нападение, их всех чуть не поубивали Пожиратели! Это вроде была ловушка, Гарри специально заманили туда… я не знаю зачем, — Таня подавилась воздухом. — Письмо пришло час назад, когда их только забрали из Министерства, Гермиона написала короткую записку, — он показал на помятый кусок бумаги, лежавший на столе. Таня взяла его и прочитала. «Сириус погиб, остальные живы. Это была ловушка, нас спас Орден. Как будет время, напишем подробно. Гарри в отчаянии, не говори Гроттер!» — Что делать? — беспомощно спросила Гроттер, из нее как будто высосали всю энергию, приобретенную за ночь. — Сириус был последним его близким человеком… — Не скажи, — Ягун присел на свою кровать. — Остался ещё один… — Кто? — Гроттер все ещё теребила письмо. — Ты…