so cool jimin.

чимин сидит на паре, сложив голову на скрещенные на парте руки, и ему скучно. он рассматривает аудиторию, однокурсников, серый и унылый пейзаж за окном, что угодно, только не преподавателя. снаружи холодно и мерзко, слякоть, дождь, поэтому помещение университета кажется ему тёпленькой кроваткой с бонусом в виде неинтересной сказки, произносимой гадким сиплым голосом старого и до ужаса занудного препода. осветлённая чёлка падает на глаза и чимину приходится её сдувать. парню хочется спать, но нельзя, он сам себе пытается запрещать, что, надо заметить, не имеет должного эффекта. ещё на него пялится какой-то стрёмный одногруппник, прямо пожирает взглядом, и непонятно что с чимином в своём воображении творит; чимин не хочет знать, что конкретно. толстая линия подводки на глазах вызывает нездоровый интерес не только у женской половины университета, видимо. парень поворачивается в другую от озабоченного одногруппника сторону и закрывает всё-таки глаза, проваливаясь в сон. просыпается он от того, что какая-то девочка тормошит его по плечу, приговаривая «оппа, оппа, вставай». судя по лицу девочки, чимин ей совсем даже не оппа, но ей похер. хорошо, тогда чимину тоже похер, пускай она хоть елизаветой второй его зовёт, раз она готова будить его, когда надо переходить в другое помещение. чимин скомканно произносит «сенк ю» потому что девочка — студентка по обмену, и, подхватив сумку, лениво тащится к расписанию. но стоит ему лишь вырулить из комнаты, как его ловит та же самая девочка, которая по обмену, и на ломаном корейском бормочет: «оппа, у нас сейчас мероприятие для всего потока в актовом зале». чимин кивает, и на не менее ломаном английском, чем корейский у одногруппницы-иностранки, благодарит, направляется к актовому залу. актовый зал у них большой, огромный, можно сказать, поэтому на всех студентов хватает с избытком. чимин лениво топает к последнему ряду и садится примерно посередине, бросая сумку под кресло. он планирует доспать на этом мероприятии, а не внимательно слушать, что им будут втирать, поэтому усаживается поудобнее и снова засыпает. но вдруг чимин чувствует что-то странное. одна половина его сознания ещё спит, а другая бьёт тревогу, и у парня в голове высвечивается красным «дангер! дангер!», только вот он в первые секунды после пробуждения не может понять, почему это происходит. когда просыпается полностью, то до него доходит наконец-то, в чём подвох — он ляжкой чувствует инородный предмет. такой большой и тёплый инородный предмет. чимин достаточно умный мальчик, поэтому даже определяет, что этот предмет — ладонь, а раз ладонь, а не кирпич, фор экзампл, то всё хорошо, можно дальше спать. хотя нет, подождите, что делает чужая ладонь на ляжке чимина?! это ляжка чимина и ничья больше, значит, трогать её можно только чимину! чимин подскакивает на кресле и распахивает глаза, поворачивает голову в сторону обладателя наглой руки.  — привет, давно не виделись, — говорит хитрый рукоблуд и ухмыляется. чимин малость в шоке и не может соображать.  — юнги?... — непонятно, спрашивает чимин или констатирует. — ты что тут делаешь? юнги ухмыляется ещё больше и отвечает:  — учусь, что ж ещё-то? это удар под дых для чимина. из того, что он знает, юнги — крутой и очень харизматичный рэпер, но как такие матерящиеся через слово куски дерзости могут учиться в его ботанском престижном универе? он пытается соображать как никогда быстро, раскручивает заржавевшие шестерёнки, и понимает, что да, юнги может, а откуда ещё он такой умный? всё получается очень логично, картина происходящего сходится, как пазл, но чимин всё равно не может поверить и смотрит в пустоту. потом кое-как фокусирует взгляд на сцене. там стоит несколько каких-то скучных дядек и тётек в строгих костюмах и они рассказывают что-то жутко неинтересное и скучное, подходя по очереди к микрофону, и ослепительно улыбаются. фу. юнги однозначно в сотни раз интереснее, поэтому чимин поворачивается к нему. и почему этот хитрый лис-рукоблуд не прекращает улыбаться? а, всё, чимин понял, почему. юнги тихонько усмехается и ведёт рукой, всё ещё покоящейся на чиминовом бедре, вверх, к паху. чимин несдержанно стонет, тут же зажимая рот рукой. вот будет весело, если кто-то посмотрит в их сторону… в любом случае, никто не смотрит, и на их ряду кроме них самих никто не сидит, поэтому юнги позволяет себе всё, что хочет: сжимает член чимина через штаны, а чимин смотрит на его руку и ловит кайф. на самом деле, сейчас больше чем секса чимину хочется ржать, как коняка, как он умеет, заливисто так и тупо, будто он лишился рассудка. потому что, если всё пройдёт хорошо, то это будет их второй акт спаривания с юнги, и они, кажется, не умеют выбирать места. пак душит в себе дурацкий смешок, и как раз примерно в это время юнги переходит к более решительным движениям: расстёгивает ширинку на штанах чимина. младший давится стоном и кусает руку. тупая ситуация. чимин, конечно, не раз думал о продолжении банкета после того случая в клубе, но он даже не представлял, что они снова выберут интересное место. вот почему бы им просто не поехать в отель, например?.. чимин даже собирается подумать об этом побольше, но юнги решает иначе. пак опоминается, поняв, что с него уже спустили боксеры. чимин, будучи человеком, в принципе, не стеснительным, безбожно краснеет, потому что что вообще происходит? он сидит в актовом зале своего университета со спущенными трусами и стоящим членом, в то время как самый конченый рэпер из всех, что он знает, начинает надрачивать ему? именно это и происходит или чимину снится? на самом деле он очень надеется, что второе, потому что ему настолько стыдно в первый раз в жизни. вторым в списке постыдных поступков чимина идёт секс в туалете клуба. но юнги, видимо, на чиминские заморочки насрать, он же вообще без башки. а ещё он водит по чиминовому члену медленно вверх-вниз, хотя самому уже возбуждение в узкие штаны упирается. чимин смотрит на всё это великолепие и ему даже становится интересно, чем всё закончится. внезапно до его слуха доносится тёткино «спасибо за внимание, хорошего дня!» и он слышит, что все собираются уходить. почему он забыл про то, что эта встреча с занудами может кончиться? хотя, если говорить на чистоту, он на некоторое время имя своё забыл, не то что про каких-то там зануд. юнги резко скатывается по креслу вниз на пол и тянет за собой чимина, спасибо, что не за член. они так и сидят за креслами, не двигаясь, пока шум не стихает. юнги, перестав слышать шаги, робко поднимает голову над рядами, осматривает помещение и вытягивает за собой чимина: все ушли.  — на этот раз, — говорит он, резко разворачивая чимина к себе спиной и толкая, чтобы тот опёрся о кресла, — у меня с собой есть резинка. я её теперь всегда с собой беру. чимин думает, что это очень мило и хмыкает, пока юнги стягивает с него штаны прямо до колен. сохранять рассудок получается ровно до тех пор, пока в его заднице не оказываются сразу два юнгиных длинных пальца, и чимин хочет орать, как кит, выброшенный на берег, но вовремя вспоминает, что они, чёрт подери, в университете, и что у него, по-моему, сейчас ещё какая-то пара должна была быть, или лекция, или… юнги, судя по всему, решает, что двух пальцев и нескольких движений вполне достаточно, чтобы растянуть неподготовленную к форс-мажору задницу бедного парня, потому что чимин слышит, как тот стягивает и с себя штаны, а потом роется в карманах. боковым зрением пак видит полетевшую на пол блестящую упаковку от презерватива. но, постойте, чимин ещё не готов верещать, как сучка, потому что нет, мин юнги, двух пальцев и нескольких движений совсем-совсем не достаточно! единственное, о чём успевает подумать чимин, прежде чем вскрикнуть каким-то тупым, чуть ли не предоргазменным девичьим голосом от охренеть какой сильной боли в заднице — это то, что у мин юнги совсем, совсем нет мозгов. он, сначала плавно двигаясь вперёд-назад, внезапно входит на всю длину и чимин кусает спинку чёртового кресла, потому что укуси он так руку — она истекала бы уже кровью. спустя несколько минут адских мук и чиминовых желаний забиться к маме под крылышко, ему наконец становится нормально. ещё пока не хорошо, но нормально, а всё потому, что мин юнги не думает головой. когда ещё через некоторое время юн проезжает головкой по простате, чимин чуть голос не срывает, потому что спинки рядом не оказывается. и с этого момента он становится самым счастливым человеком, потому что ему реально лучше всех. а ещё он слышит, как сзади него хрипит юнги, и забивает, в конце концов, на грязную спинку кресла, стонет в голос. юнги от этого сносит крышу и он начинает быстро-быстро дрочить чимину рукой, свободной от чиминового же бедра и кончает, за ним и, собственно, чимин. юнги садится на кресло, едва натянув штаны обратно и тяжело дышит, чимин опускается на колени на пол. он чувствует, как по его бедру стекает чужая сперма и чуть-чуть злится.  — что за дебильная привычка — кончать в меня? — возмущается. юнги заливисто ржёт и достаёт из кармана небольшую пачку сухих салфеток, протягивает её чимину. и вот всё у него, у придурка, предусмотрено, вы посмотрите. чимин гортанно рычит, но пачку принимает и пытается привести себя в порядок. белёсое пятно чиминовой спермы некрасиво смотрится на бордовом кресле, поэтому он пытается затереть и его, но получается плохо, и парень снова краснеет, становясь похожим на тринадцатилетнюю школьницу. о боже мой, бедная уборщица. юнги — придурошный, снова ржёт, потом хватает чимина за руку, подбирает с пола его сумку и они покидают место преступления. …чимин думает, что юнгина рука, которая держит чиминову, некоторое время назад держала его член. …а ещё о том, когда, и, — главное, — где они потрахаются в следующий раз.