О стеснительности, обнимашках и поцелуях

Молодой парень лежал на кровати на животе, укрытый до копчика. Облокотившись о локти, он держал в руках какую-то книгу в оранжевом твёрдом переплёте. Его серые глаза внимательно и быстро скользили по напечатанным чёрным строкам на белой бумаге, между тонких губ, временами зачитывая вслух некоторые строчки, скользил заострённый на конце язычок, а ярко выраженный кадык при каждом сглатывании слюны поднимался и опускался. Иногда на впалых щёчках сероглазого был заметен румянец, то лёгкий, то ярко-выраженный. Всё это время из ванной комнаты доносился звук воды и стуки каких-то баночек друг от друга. Но парень этого не замечал, полностью увлёкшись книгой, иногда хмуря тонкие тёмные брови и ерзая на месте, отчего тонкое одеяло сползало ниже. Дочитав страницу, парень перевернул её с чуть покрасневшим видом, сразу же натыкаясь глазами на очередной интересный момент. — Он требовательно проникает языком в мой рот, овладевая мной, и я наслаждаюсь его силой. Чувствую его всем телом. Он хочет меня, и от этого внутри возникает странное, но восхитительное ощущение, — зачитал только что появившиеся перед глазами строчки сероглазый, вновь чуть покраснев и взъерошив тёмные, с фиолетовым отливом, волосы. Возбуждение понемногу опять начало нарастать, заставляя парня покраснеть и смутиться ещё больше. — Хооо… — раздалось прям над самым его порозовевшим ухом, опаляя горячим дыханием. Юноша дёрнулся, резко повернулся и сел, натягивая одеяло повыше, глядя на нарушителя. Его лицо стремительно стало ярко-красного цвета, дыхание участилось, а глаза с каким-то испугом смотрели на человека напротив. Какаши любил появляться в неожиданные моменты. — Решил прочитать мою книгу, Юкио? Это получилось как-то томно, с произношением его имени, тем более, с его голосом-то… Брюнет шумно выдохнул и отвёл взгляд. Ему просто было интересно… какие романы читал этот мужчина, если есть он, Юкио?.. — Я… — начал паренёк, но голос дрожал от волнения, а смущение нарастало всё быстрее. Глаза постоянно натыкались на чёрный глаз, что следил за ним, на сильные руки, длинные, умелые пальцы, накаченное тело, по которому стекали капли воды, и от которого исходил приятный запах миндаля. И как назло, взгляд парнишки фокусировался только на его теле и небольшом полотенце вокруг его бёдер, которое вполне можно отбросить куда-то в сторону, запустить руки в непослушные белые волосы и… — О чём задумался, Юкио? — спросил мужчина и, судя по щёлочке глаза, улыбнулся, половина его лица была закрыта какой-то повязкой. Брюнет отругал себя за такие пошлые мысли в неподходящий момент, и вообще, он как бы стеснительный молодой парень, младше на десять лет. Негоже ему думать о таких непристойностях. Он смущённо потупил взгляд. — Ни о чём. — Так, — выдохнул беловолосый, усаживаясь поудобнее и явно веселясь с реакции парнишки, который шугался его в этот момент и следил за его телом, — зачем ты читал мою книгу? И что Юкио должен ответить? Он не просто так, для общего развития, уже несколько недель думал, как бы аккуратно стащить у учителя эту книгу, чтобы понять, что не так в нём или самом Какаши. Но пристально следящий тёмный глаз бывшего члена АНБУ заставлял поёжиться, вновь отвести взгляд и признаться. — Потому что это странно, — начал брюнет, смотря куда-то в сторону, но чётко ощущая заинтересованный взгляд Какаши. — Мы с тобой вроде как встречаемся, спим вместе и всё такое, но… ты читаешь эти книги, — шиноби приподнял руку с книгой, обращая на неё внимание. — И я не понимаю, в чём дело: то ли я тебя не удовлетворяю, и ты ищешь утешения в этих книгах, то ли ты всё же не по мальчикам и лишь играешься со мной. Юкио выглядел расстроенным, продолжая испепелять не мигающим взглядом книгу и поджимая губы. Хатаке, всё это время смотря только на юношу, вдруг хмыкнул и, улыбнувшись, привстал, пододвинулся поближе и обнял паренька, утыкаясь подбородком ему в макушку. Парень удивился. Очень сильно. И немного засмущался. Он никак не ожидал такого развития события. Он вообще не думал о том, что будет потом. Его волновал вопрос с книгой, остальное пока не было таким важным. Запах миндаля усилился, а рукой парень чётко чувствовал каждую мышцу, каждый изгиб. Хотелось прижаться, обнять его в ответ и забыть об этом. Ради такого милого и нежного Какаши он готов на многое, если не на всё. Но… Он же сейчас типа взволнован и обижен. Он не должен поддаваться на все эти его провокации. — Я никогда бы и не подумал о таком, — резко сказал Какаши, поднимая голову Юкио, опуская свою повязку и мягко целуя брюнета. Тот застонал в поцелуй, стремительно краснея и отвечая. Губы Хатаке пухлые и очень мягкие, брюнет любит их касаться и целовать. Беловолосый постоянно ходит в маске, даже дома, при Юкио. Хоть тот уже много раз видел лицо учителя. И он постоянно дуется, когда Какаши отказывается снимать при нём маску просто так. Какаши действительно очень красивый, а его губы так и манят к себе прикоснуться. Но с другой стороны, юноша рад, что никто не видел лица мужчины, иначе его точно уже давно кто-то увёл бы. — М, ты опять покраснел~ — прекращая поцелуй, сказал дзёнин, улыбаясь и прикрывая правый глаз. Брюнет покраснел ещё больше и уткнулся носом в шею мужчины, вдыхая приятный запах тела. Парень чувствовал учащённый пульс Хатаке под кожей, и это заставляло его улыбнуться, понимая, что это из-за него. Через время, когда тело затекло находиться в таком неудобном положении, Какаши лёг под одеяло, сгребая в охабку уже очень покрасневшего Юкио, который как бы и не против такой близости, но как бы ему сейчас неловко. И было бы неплохо принять душ, одеться, поесть и пойти домой. Книга была откинула на какую-то тумбочку. Про неё уже забыли. — Юкио, запомни, — после очень длительного молчания и ещё пары коротких поцелуев вдруг заговорил Какаши, — ты меня удовлетворяешь. Мне с тобой очень хорошо, а в твоём присутствии спокойно. Ты мне… думаю, ты мне нравишься. Очень сильно, — от таких приятных слов сердце брюнета забилось быстрее, на глаза отчего-то начали наворачиваться слёзы, в горле словно ком застрял, а губы начали растягиваться в глупой, но счастливой улыбке. Никогда ещё беловолосый не был таким откровенным и милым. — А то, что я читаю эту книгу, не имеет к тебе никакого отношения. Я ведь очень давно читаю подобное, ещё до наших отношений. Мне это просто нравится. Знаешь, если бы в наших отношениях было то, что меня что-то не устраивало, я сразу бы сказал. Не стал бы томить или обманывать до последнего. Не волнуйся. У нас всё хорошо. Юноше было очень хорошо и тепло от всех этих слов. И от этого… «у нас»… Они теперь точно едины. Пусть Какаши и не сказал, что любит его, Юкио, но и этого вполне достаточно, зная, что Хатаке в принципе не особо богат на подобного рода слова. Прижавшись к мужчине и уткнувшись куда-то в ключицы, сероглазый чуть задрожал и шумно выдохнул. Обладатель шарингана лишь улыбнулся, обняв его покрепче и накрывая одеялом больше, понимая его и без слов. Чуть отстранившись от паренька, Хатаке собрал губами маленькие капельки, что уже вот-вот собирались скатиться по розоватым щёчкам шиноби. От глаз перешёл на скулы, щёки, кончик носа и сами губы. Парень начал отвечать, притянув мужчину к себе за шею. Но вскоре сам же отстранился и, удобно пристроившись под боком беловолосого, пробормотал: «Давай так полежим немного» и начал засыпать. Копирующий нинзя, ухмыльнувшись и натянув ранее стянутую повязку, тоже начал засыпать. Пока у них всё хорошо. И это главное. Уже потом они будут задумываться о чём-то более великом, серьёзном, задумаются ещё раз о своих отношениях и, возможно, что-нибудь изменят. Но это не сейчас. Сейчас им надо поспать, потом одеться, поесть, сделать вид, что они выходят из дома Какаши после какого-то разговора о чём-то важном или после небольшого отдыха и продолжать втайне ото всех скрывать свои отношения. Они вполне довольны таким развитием событий. И ни какая книга не испортит и не разрушит их отношения.