Приключения Леди Барби и Кена Нуара

— Моя Леди, неужели ты все еще хочешь меня пристрелить? — Сейчас эта идея мне кажется очень удачной. — Дюпен-Чен отодвинулась от Агреста, бросив кнут на пол. — Жаль, что ничего не выйдет. — Почему же? Мой ангельский лик смог тебя переубедить? — Просто патронов нет. — Такой ответ заставил парня приостановиться при распутывании конечностей. — Я рад. — Взглянув на поникшую подругу, смотрящую в резиновое окно, он все-таки решил поговорить прежде, чем они выйдут (на смертный бой). — Мари, давай обсудим это. — Нечего обсуждать. Мало того, что ты сын известного дизайнера, сам модель, занимаешься фехтованием, фортепьяно, иностранными языками, при этом умудряешься не быть задавакой, так еще и, до кучи, оказался героем Парижа, всегда храбро идущим вперед, чтобы отвлечь внимание от простых граждан. — Девушка с каждым словом говорила все громче, но в конце понизила голос. — Всегда спасающий свою напарницу, не унывающий, несмотря на многочисленные отказы. Подставляющий спину, чтобы защитить неуклюжую девчонку, возомнившую себя супергероиней только из-за того, что носит на поясе волшебное йо-йо. А без него она даже пары шагов не может сделать. — Наконец, ЛедиБаг подняла взгляд на одноклассника. — Вот что ты во мне нашел? Почему не сдаешься? Я ведь столько раз тебя отвергала… — Маринетт, — Нуар потянулся, чтобы повернуть к себе ее лицо, когда-то вновь отвернулось к окну. В глазах обоих стояли слезы. — Все, что ты описала — это образ, настоящий «я» внутри. — Он прижал руку подруги к своей груди. — Я не такой уж храбрый и мне не нравятся все эти дополнительные занятия, кроме фехтования, пожалуй. На самом деле, даже Нуар стал образом. Все свои шутки я продумываю дома, у меня даже записная книжка есть, где прописано, в какой ситуации их лучше сказать. — В ответ раздался тихий смешок. Адриан понял, что надо продолжать. — А по поводу тебя я ничего не могу сказать. Слеза прокатилась по щеке девушки. Надо было продолжить, пока он не растоптал ее чувства. — Подожди, дослушай. Сначала ты показалась мне более неуверенной, чем я сам, поэтому я решил взять тебя под опеку. Ты сделала из меня защитника, потому что я не хотел видеть разочарование в твоих глазах, как вижу постоянно у отца. Потом ты стала ведущей в нашем дуэте, но я никогда не забывал тот страх, что видел в тебе, когда на город в первый раз напали. Понимаешь, я люблю тебя не за что-то, а вопреки. Вопреки твоим отказам; вопреки мнению окружающих, что ты недоступна; вопреки воле отца, считающего, что найдет мне подходящую невесту. Вопреки твоей таинственности; вопреки твоему страху и храбрости. Вопреки тому, что еще одна девушка смогла поселиться в моем сердце. Так скажи, кого мне выбрать: независимую ЛедиБаг или неуклюжую Маринетт? Ведь их обеих я стремлюсь защитить, вопреки тому, что они считают, будто в защите не нуждаются. Мари с надеждой смотрела в глаза Агреста и, наконец, видела не только человека в маске, но и личность за ней. Глаза не могут врать, а они у обоих парней, дорогих ей, одинаковые (разве что у Нуара белки тоже зеленые и зрачки вытянутые). — Знаешь, я ведь тоже люблю тебя вопреки всему. Вопреки твоей занятости, вопреки Хлое, вопреки моей собственной реакции на тебя. Вопреки твоему совершенству во всем. Только Кота я тоже люблю вопреки. Вопреки его постоянным каламбурам, вопреки неудачливости, вопреки тому, что вместо признания он хотел меня уничтожить. — На вопрос, появившийся во взгляде собеседника, она лишь покачала головой. — Вопреки постоянным вопросам о моей личности. И даже вопреки постоянному флирту с окружающими. — Подожди, я флиртую только с тобой. — Ну да, а с Маринетт ты не флиртовал разве? — Не считается, Принцесса, ты сама меня к себе отправила, чтобы защитить. Теперь хоть понятно, что за секретные дела у тебя тогда были. — Адриан все-таки решил задать вопрос, появившийся раньше. — А что ты имела в виду, когда сказала, что я хотел тебя уничтожить? — Когда Мари покраснела, ему еще больше захотелось узнать ответ. — Раз у нас тут домик откровений, может, все-таки расскажешь? — Да нечего рассказывать. — Девушка уставилась на свои коленки, только сейчас заметив, что на ней все еще одежда Барби, да и на Коте красовалась черная рубашка со все еще расстегнутыми пуговицами у ворота. Теребя бахрому на своей жилетке, она продолжила. — Помнишь Злобного Купидона? Ты тогда хотел мне что-то сказать, но закрыл от стрелы, попавшей в тебя. После этого все, что ты ко мне чувствовал, обернулось в другую сторону. Именно тогда я поняла, что ты не только считаешь меня близким другом, но еще и любишь. Представляешь, что стало, когда вся дружба и любовь превратились в ненависть. — Подняв голову, она заметила страх на лице друга, поэтому быстро закончила историю. — Но я тебя успешно расколдовала, а потом мы победили Кима. — Мне жаль, что для тебя было так тяжело, но лучше я, чем ты. Думаю, что не догадался бы, как снять с тебя воздействие. — Румянец вновь выступил на щеках девушки. — Или догадался бы? А как ты это сделала? Ответь, пока любопытство не сгубило этого Кота. — Кот, уверена, что ты бы сразу меня расколдовал. Вот что бы ты первым делом сделал бы? — Не знаю, план, обычно, продумываешь ты. Но в тот день я бы тебя поцеловал, все равно собирался признаться в своих чувствах. — Румянец стал еще ярче, распространившись на уши. До Адриана, наконец, дошло. — Так ты?.. И я этого не помню… — Да ничего не было, чмокнула и все. — Мари не знала, куда деть глаза. — Знаешь, это надо исправить. — Что исправить? — Дюпен-Чен взглянула на приблизившегося парня. — Мое «этого не помню» и твое «ничего не было». — Агрест притянул несопротивляющуюся любимую к себе и поцеловал.