Академия Икс

      — Знаете, я преподаю тут уже около двадцати лет и за все это время не встречал группу, которая бы завалила тест на знание правил Академии Икс! — Северус возмущенно ударил тетрадками по столу. — Нет, это же надо так! Двадцать один человек, и все… все обосрались! Позор!       Гермиона сидела за первой партой и даже не пыталась понять смысл происходящего. Все мысли занимал только секс с Тео.       Прошло несколько дней с тех пор, как они начали подготовку ко второму этапу отбора.       Каждый день она приходила к нему домой, они занимались решением разных ситуаций и… переходили границы дозволенного. Снова и снова, как два изголодавшихся наркомана.       Готовиться к тесту по правилам академии? Нет.       Нарушать правила? Да.       За эти дни Гермиона узнала много нового о сексе, и, черт… как же ей нравилось, что Тео с ней делал. Но даже несмотря на их страстные вечера, они придерживались четкого правила — секс для цели. Это было без чувств, только практика и ничего личного. По крайней мере, так она себе говорила, раз за разом переступая порог его дома.       В академии они вели себя как обычные друзья, изредка кидая друг на друга взгляды, полные желания и страсти. Единственное, что могло их обличить, — его метки по всему телу. Но и тут они все продумали: Тео ставил метки там, где их можно закрыть одеждой.       — Для вас особое приглашение нужно, мисс Грейнджер? — Гермиона даже не заметила Северуса, стоявшего напротив ее парты и пристально разглядывавшего ее лицо. — Не злите меня.       — А? — Она с непониманием посмотрела в темные глаза.       Почему все выходили из аудитории?       — Бэ, — передразнил он. — Я понимаю, утренняя пара, мозг еще в сонном состоянии, но порой мне кажется, что вы — исключение. У вас мозг просто отсутствует. — Северус смерил ее тяжелым взглядом. — Я сказал, мы идем на экскурсию.       — Какую? — Кажется, этим вопросом она разозлила его еще больше.       Откуда ни возьмись появилась Чжоу и схватила Гермиону за руку.       — Она правда еще спит, мистер Снейп, извините! — Чжоу смиренно поклонилась и, потянув Гермиону на себя, быстро направилась на выход, где уже ожидала вся группа. — Тяжелая ночь? — Она обеспокоенно посмотрела на нее.       — Да… ночь выдалась продуктивной, — промямлила Гермиона, вспоминая, как в полпервого все еще развлекалась с Тео, отыгрывая роль наездницы. — А что, куда мы идем?       Группа медленно направилась к лестнице.       — То есть ты вообще не слушала Северуса, когда он говорил, что мы бездари и совсем не понимаем, куда поступили?       — Честно? Нет. — Гермиона виновато посмотрела на Чжоу, у которой поднялись брови, вырисовывая ровную складку на лбу.       — Из-за того, что мы все завалили тест на правила академии, он думает, что мы не понимаем, куда поступили. Поэтому сейчас мы идем на съемочную площадку.       У Гермионы перехватило дыхание, в глазах блеснул недобрый огонек. Мысль, что она, наконец, увидит процесс съемки порно, вдохновила ее. С того момента, как она заинтересовалась порноиндустрией, она мечтала попасть на съемки. Кто же знал, что ее мечта осуществится так скоро.       Зона съемок находилась на пятом этаже главного корпуса Академии Икс. Это было огромное помещение, поделенное на множество комнат с хорошей звукоизоляцией. При входе группу встретила стройная девушка в костюме и спросила цель визита. Конечно, встречающая знала Северуса Снейпа, но по регламенту она была обязана спрашивать и отмечать в программе каждого, кто приходил сюда. Зачем? Скорее всего, для безопасности, на которой был зациклен нынешний ректор.       Северус сразу перешел к делу, спросив о возможности показательных съемок для группы ПА1-1.       — Минутку, — протараторила девушка, быстро водя пальцем по планшету. — Да, есть. Комната шестнадцать. Там сейчас снимается групповой секс с элементами БДСМ. Подойдет, мистер Снейп?       — То, что нужно, — без раздумий ответил он, поворачиваясь лицом к группе. — Возможно, для вас это будет слишком, но так даже лучше. Сразу поймем, кто из вас не способен продолжать дальнейшее обучение.       Северус знал, где находилась каждая из комнат, поэтому отказался, чтобы встречающая проводила их. Он проигнорировал перешептывание группы и сразу пошел в направлении шестнадцатой комнаты.       Идя по длинному черному коридору, Гермиона то и дело с интересом задерживалась на месте, прислушиваясь к звукам из комнат: где-то это были крики, где-то стоны, а где-то мольбы о пощаде. Но так или иначе это будоражило и наталкивало на мысль, что она сделала правильный выбор профессии.       Секс… он мог быть таким разным. И сколько бы ты им ни занимался, все равно будет что-то, чего ты еще не знал. Чувство неизведанного одновременно пугало и чертовски возбуждало.       Перед комнатой номер шестнадцать Северус резко остановился, из-за чего Гермиона врезалась в идущего впереди Тео.       — Извини, — прошептала она.       — Дома извинишься, — так же шепотом ответил он и повернул к ней голову, чтобы Гермиона увидела хитрую ухмылку.       — Итак, я понимаю, что вам нет смысла объяснять правила — все равно ни хрена не запомните, но все же… Сейчас мы зайдем в комнату, что разделена на несколько частей зеркалом Гезелла, то есть актеры нас видеть не будут, а мы их будем. Прошу не стучать по стеклу и не вести себя как неандертальцы, это может сбить режиссера, оператора, актеров и прочих людей с темпа съемок. Да, они готовы к тому, что на них могут смотреть, но это не значит, что можно вести себя как дети в зоопарке. Сегодня мы посетим съемку режиссера Сивиллы Трелони. Не позорьте меня.       Северус кинул злой взгляд на группу и, убедившись в их внимании, открыл высокую металлическую дверь. Из комнаты сразу послышались крики:       — Я вижу ваше будущее, Малфой. И в нем вы опозорили свою семью! Что за движения?! А вы, Поттер, вам память отшибло за неделю? Почему вы забываете текст?!       Только Гермиона услышала «Малфой», сердце бешено забилось от волнения.       Ей удавалось все эти дни скрываться от него, пропуская пары по теннису одну за другой. Она понимала, что рано или поздно они встретятся. И чем дольше она скрывалась, тем больше росла его злость. Гермиона это осознавала, но надеялась, что ситуация разрешится сама. Наивно.       Когда группа прошла в комнату, Северус закрыл дверь и, скрестив руки на груди, грозно зашипел:       — Кто отвернется — минус сорок очков личного рейтинга. Приятного просмотра.       После этих слов он нажал на кнопку рядом с зеркалом, чтобы подать сигнал о посторонних.       — Замечательно! На вас, таких неумех, пришли посмотреть. — Трелони села в режиссерское кресло, закидывая ногу на ногу. — Еще раз с момента, где Драко связывает Асторию. И, Поттер… по сценарию вы с Драко старые друзья, а не враги, что за взгляды?! Итак, три, два, мотор!       Под объектив камеры вышла девушка с хлопушкой.       — Сцена один, дубль три, — громко проговорила она и скрылась из виду.       В эту же секунду началась съемка. Гарри сидел в кресле, одетый в дорогой на вид костюм, медленно крутя в руке стакан с коричневой жидкостью, напоминающей виски. Он с весельем смотрел на полуголого Драко и обнаженную Асторию, сидящую на коленях с опущенной головой.       Драко оценивающим взглядом прошелся по ее телу.       — Неплохой товар, Смитт. — Он вальяжно присел на одно колено перед Асторией, приподнимая ее лицо за подбородок. — Посмотри на меня. — Она не подняла взгляд, только отвернула голову. — Но, к сожалению, совершенно не умеет слушаться. Исправим, — без каких либо эмоций сказал Драко и резко ударил Асторию тыльной стороной ладони по щеке, отчего она упала на пол.       Внутри Гермионы все перевернулось. Она почувствовала странную тягу внизу живота. Неужели… ее возбудила его грубость?       — Больно… — прошептала Астория, потирая место удара.       — Я не разрешал тебе говорить. Вставай, — скомандовал Драко, хватая со стола плетеную веревку из сизаля. — Спиной ко мне.       И только он замахнулся, чтобы в очередной раз ее ударить, как она покорно встала к нему спиной и лицом к зеркалу, за которым стояла группа студентов. В ее глазах не было ничего, кроме страха.       «Действительно ли ей страшно? — подумала Гермиона, рассматривая нынешнюю обладательницу титула „Соблазнительница“. — Какая же она все-таки красивая».       — Ну и ну, друг мой. Не видел тебя всего три года, а ты уже потерял хватку, — со смешком сказал Гарри, наблюдая, как Драко связывал новоиспеченную рабыню.       — Стоп! Стоп, я говорю! — выкрикнула Трелони, быстро подходя к Драко со сценарием в руках. — Я не понимаю, что с тобой происходит? Что написано в сценарии? Теусиро сибари, Малфой, теусиро! Ты какого хрена ей ноги связываешь? А ты, — она нагнулась, проведя пальцами по половым губам Астории, — ты почему не мокрая? Хочешь, чтобы они тебя брали насухую?! Что за цирк сегодня происходит?       Пока Трелони отчитывала актеров, Гермиона заметила на себе странный взгляд Тео. Он смотрел так прямо и с нескрываемым отвращением, что ей на секунду показалось, что в его голове разрабатывался план по ее уничтожению.       По спине прошли неприятные мурашки.       — Нормально ее завяжи и продолжим со следующей сцены. — Трелони вернулась в кресло, ожидая, пока Драко соизволит верно связать Асторию. — А ты возбуждайся. И мне плевать, что тебе не хочется. Мне хочется! Сама изъявила желание сниматься в таком, теперь не косячь!       Астория горделиво приподняла нос и что-то прошептала Драко на ухо. Вероятно, это было что-то пошлое и абсурдное, раз на его лице появилась усмешка. Затянув веревки, он строго посмотрел в центр зеркала, ровно в то место, где стояла Гермиона.       — Твою мать… — тихо вырвалось у нее, прежде чем она прикрыла рот ладонью. Он же не мог знать, кто стоял по ту сторону? Не мог же?..       — Сцена два, дубль два, — прокричала девушка-ассистентка после того, как увидела, что Астория покорно сидела связанной на коленях перед Драко.       Гарри опустил стакан на стол и встал.       — Проверим ее на прочность? — предложил он.       Драко усмехнулся, потянув за веревку, прикрывавшую грудь. Астория послушно кивнула и виновато посмотрела на него, как бы извиняясь за недавнее поведение. Заметив ее реакцию, он одобрительно хмыкнул, намотал длинные волосы на кулак и потянул за них к своему паху, заставляя ее тереться аккуратным носом о постепенно твердеющий член.       — И что, оставишь меня без внимания? — со смешком пожаловался Гарри, смотря на то, как Астория умело стягивала зубами спортивные штаны Драко.       — Имей совесть, у нее только один рот, а руки, как видишь, связаны, — в такой же веселой манере ответил он, помогая ей оголить член.       — Стоп! — вновь прокричала Трелони. — Малфой, какого хрена у тебя не стоит на момент съемки члена крупным планом?       Она кинула в него сценарий, матерясь на всю съемочную площадку.       — Но он стоит! — попыталась защитить его Астория.       — Девочка моя, — успокаиваясь, прокряхтела Трелони, — ты не знаешь размера своего коллеги? Где, твою мать, ты тут видишь восемь с хером дюймов?! — Она вновь начала кричать. — Господи… перерыв. Мне нужен перерыв!       С этими словами она покинула комнату, выйдя на балкон.       Гермиона не могла оторвать взгляда от процесса съемок. Эта атмосфера возбуждала ее, и, даже несмотря на то, что у актеров не все получалось и Трелони постоянно на них орала, она чувствовала, как в ней разгоралась загадочная искра, подталкивая к более пошлым и смелым мыслям.       А Драко… Она, наконец, увидела его голым, утоляя любопытство. Татуировка змеи и правда обвивала торс. Это казалось настолько сексуальным, что Гермиона не могла сдержать желание прикусить нижнюю губу. Ее взгляд медленно блуждал по его накаченному телу, плавно спускаясь к члену — он был ровный, красивый, с аккуратно обрезанной крайней плотью.       Гермиона невольно облизнулась. Дыхание участилось, щеки запылали от жара. Как ей хотелось сейчас быть на месте Астории…       Драко снова посмотрел в сторону Гермионы, в этот раз нахально улыбаясь и медленно ведя пальцами по змее вниз.       «Он дразнится? Черт, что он… о… — кричала про себя она, наблюдая, как Драко остановился на члене и начал его ласкать, видимо, выполняя поручение Трелони. Он должен был полностью возбудиться. — О чем он сейчас думал?»       — Ну что, надеюсь, успели возбудиться? — Трелони вернулась с полуулыбкой на лице.       — Я им дала афродизиак серии Эль, — тихо ответила ассистентка.       — Дура! Он же действует лишь десять минут… господи… — Трелони ударила себя по лбу. — Давайте тогда сразу седьмую сцену!       — Сцена седьмая, дубль первый!       «Твою же мать!» — пронеслось в мыслях у Гермионы, когда актеры приняли ее любимую позу в этом жанре.       Драко вальяжно расселся на диване, медленно поглаживая твердый член. Он с животным голодом смотрел на Асторию, чьи руки были связаны толстой веревкой. К ней сзади подошел полуголый Гарри и накрыл ее глаза черной атласной лентой.       — Ты хорошо потрудилась, но можешь лучше. — Он грубо толкнул ее к Драко. — Лови.       Астория упала к его ногам.       — Не, так не пойдет. — Драко потянул веревку на себя, заставляя Асторию залезть на диван, уперевшись половыми губами в член. — И чего ты ждешь? — Он грубо сжал ее лицо.       — П-простите, — прошептала Астория, вслепую пытаясь сесть на член.       — Как же долго! — нетерпеливо рыкнул Драко и схватил ее за ягодицы под резкий заход.       Астория сильно выгнулась от неожиданности. И если бы ее вовремя не прижал телом Гарри, медленно начав тереться членом об анал, она бы упала с дивана, наверняка разозлив Драко неуклюжестью. Она тихо проскулила и еще раз извинилась перед ними.       Гарри громко ударил ее по правой ягодице, оставив красный след от ладони. Он медленно приоткрыл рот, позволяя слюне стечь с языка на тело, и, размазав ее головкой члена по аналу, плавно вошел внутрь, рыча.       — Наслаждаешься, Смитт? — обратился Драко к персонажу Гарри. — А вот наша сучка, по всей видимости, нет. — С этими словами он потянул Асторию на себя так, чтобы ее грудь плотно уперлась в спинку дивана, открывая оператору хороший ракурс для съемки двойного проникновения.       Убедившись, что камера направлена на них, парни ускорили темп проникновений, не щадя Асторию. По крайней мере, так казалось на публику.       Видя это, Гермиона приложила к губам указательный палец и слабо прикусила его.       Астория так сладко стонала от двух членов, что зависть медленно сжимала горло, затрудняя дыхание. Насколько это приятно? Анальный секс вперемешку с вагинальным.       Внизу живота вновь поселилось приятное чувство возбуждения, разыгрывая фантазию, будто сейчас на съемках занималась сексом вовсе не Астория, а она, Гермиона Грейнджер… Это в нее с животной страстью входил Драко Малфой, ее грубо за волосы оттягивал Гарри Поттер, заставляя болезненно выгибаться, меняя угол входа. Это она получала невероятное наслаждение от соперничества членов внутри себя… она…       — Ах… — тихо сорвалось с губ. Держать эмоции под контролем становилось с каждой минутой сложнее.       — Как ты можешь возбуждаться от такого? — спросила рядом стоящая Чжоу. Вид у нее был странный. — Я не могу… мне дурно… — едва слышно добавила она, предвидя вопрос о состоянии.       Гермиона взволнованно оглядела ее: бледная кожа, болезненный взгляд, неуверенная поза — все буквально кричало, как Чжоу плохо.       — Помнишь, что сказала режиссер? Препарат действует десять минут. Осталось совсем немного. — Гермиона подошла к ней, предоставляя плечо для опоры.       — Спас… сибо, — на выдохе проговорила Чжоу.       — Снято! — прокричала Трелони, подпрыгивая с места. — Хорошо, это было хорошо! Драко, твое действие было не по сценарию, но… молодец, хвалю! — Она подошла к ним, протягивая воду. — Полчаса перерыв, и продолжим.       После этого Северус похлопал два раза в ладони, привлекая внимание студентов.       — Итого десять человек потеряли сорок очков, — безэмоционально проговорил он, отмечая в планшете итоги первой половины. — Грейнджер, вам такое нравится? Пометку сделал. Мисс Чанг, вам плюс десять очков за стойкость и, так уж и быть, можете время от времени не смотреть. — И только Гермиона открыла рот, чтобы спросить о продолжении, как Северус добавил: — У вас есть полчаса, чтобы отойти от увиденного. Кто не вернется, автоматом минус двадцать очков. И да, мисс Грейнджер, раз уж вам так нравится — у меня к вам предложение: сделайте конспект по теме «Групповой секс. Гэнг-бэнг». Если будет хотя бы немного интересно, я начислю вам двадцать баллов в личный рейтинг, но, если будет скукотища, в чем я уверен, вы лишитесь этих очков. Принимаете риски?       «И что это он так расщедрился? Где-то точно подвох», — подумала она, но быстро отмахнулась от сомнений. У нее и так исчезали очки из-за тенниса. Нельзя упускать возможность набрать баллов.       — Я согласна!

***

      После экскурсии Гермиона направлялась на следующую пару по психологии.       «Да… то, что нужно после двухчасового наблюдения съемок порно, в котором не можешь поучаствовать! Черт…» — выругалась про себя она, нахмурившись.       Внутри все ныло от желания.       Ей срочно нужен был секс.       «Черт… еще, как назло, с Тео сегодня не увижусь, да за что? — Она шла по длинному черному коридору. — Кажется, было плохой идеей самой попытаться найти выход из зоны съемок, да тут же настоящий лабиринт!»       — Мне было больно! — донеслось из-за поворота. Гермиона остановилась, интуитивно прижавшись к стене.       — Преувеличиваешь. — Этот голос… Драко.       У Гермионы пошли мурашки от воспоминания, как в одной из последних сцен он грубо тянул Асторию за волосы вверх, ударяя членом по губам за то, что она ослушалась его приказа. Кажется, она тогда плакала и мучительно стонала от боли.       — Драко! Я твоя девушка… — Гермиона не видела, что у них происходило, но она была готова поклясться, что Астория плакала.       — Кто тебя просил оставлять заявку на съемку такого жанра?       «Он с ней так холоден… На съемках казалось иначе… Так вот что называют актерским мастерством?» — подумала Гермиона.       И почему она не уходила?       Попадется на глаза — уже не сможет убежать.       — Я хотела быть ближе к тебе… — В ее голосе была слышна еле заметная наигранность.       — Мм… — устало выдохнул Драко. — Иди сюда. — Гермиона слегка заглянула за стену и увидела, как он обнимал Асторию, поглаживая по голове. — Все, поедем сейчас ко мне, я тебя накормлю лососем, как ты любишь. Согласна? — Заплаканное лицо Астории засветилось от счастья.       «Кажется, мне пора… я не должна быть здесь», — кивнула себе Гермиона, но не спешила убрать голову.       — Я только забегу за скрипкой в деканат и поедем!       — Давай, — расслабленно проговорил Драко.       — Люблю тебя, — промурлыкала Астория и, поцеловав его в щеку, убежала к массивной двери.       «Сколько в ней лжи… Как она может говорить слова любви, трахаясь с его лучшим другом?» — Гермиона настолько сильно вытянулась, что не удержалась и упала, обращая на себя внимание.       Неосторожность — ее самый злой враг.       — А вот и ты, Грейнджер, — со смешком проговорил Драко, делая неспешные шаги к ней. — Я почему-то был уверен, что сегодня на съемке была именно твоя группа.       Дыхание сбилось моментально. Каждая секунда, казалось, длилась минуту. Звук от соприкосновения грубой подошвы ботинок с полом эхом отдавался в ушах. Страшно. Стало очень страшно. Гермиона смотрела в одну точку, чтобы хоть как-то успокоиться. Сейчас она ощущала себя зайцем, что вот-вот будет съеден волком.       Расстояние сокращалось — сердцебиение учащалось. Резкий запах пломбира отчетливо ударил в нос, увеличивая чувство тревоги в разы. Его взгляд… он кровожадно смотрел на нее, будто она и правда сейчас станет его обедом.       — Ты прогуляла еще две мои пары, Грейнджер, — с хрипотцой сказал Драко, наблюдая, как она вжималась от волнения в бетонную стену узкого коридора. — Ты же знаешь, что, если у тебя будет ноль очков, ты автоматом вылетишь отсюда? — Смешок.       Ее брови удивленно поползли вверх.       — Оу, так ты не знала, — с издевательскими нотками прошептал Драко и разместил свои руки по обе стороны от ее головы. — Попалась. — Он плавно переместил руку на закрытую зеленым шарфом шею. — Почему ты доставляешь мне так много проблем? — Его ладонь постепенно сжималась, вынуждая Гермиону приоткрыть рот. — Почему я должен выполнять штрафные работы из-за твоих прогулов? — Каждое слово резало воздух, словно заточенный нож резал бумагу.       В конце концов Драко настолько сильно сжал шею, что Гермионе пришлось положить руку поверх его, пытаясь смягчить силу.       — Д… Драк-ко, — хрипло прошептала она, ощущая нехватку воздуха.       Почему он не останавливался?       Гермиона приподнялась на носочки, чтобы хоть как-то облегчить боль.       — Нравится ходить по тонкому льду? — зло спросил он, не отрывая взгляда от ее затуманенных глаз. — Нравится чувствовать адреналин от игр с опасностью, да, Грейнджер?! — Драко повысил голос, внезапно разжимая пальцы и откидывая Гермиону на пол.       — Это… не так! — возмущенно ответила она, поднимаясь.       — Да ну? — усмехнулся он, блуждая взглядом по ее шее. — Ты еще и трахаешься с кем-то на первом курсе? Думаешь, это останется незамеченным?       Он снова поймал ее за нарушением правил. Снова угрожал разоблачением.       — Не надо… — Гермиона суетливо поправила шарф, скрывая оставленные Тео метки.       — Не надо что? Идти к ректору и сдавать тебя? — Драко раздраженно ухмыльнулся, и Гермиона неуверенно кивнула. — Ты, кажется, не понимаешь, — холодно проговорил он и, нависнув над ней, многообещающе провел большим пальцем по нижней губе. — Давай кое-что проясним.       Гермиона шумно сглотнула, приоткрывая дрожащие губы. Она чувствовала себя в клетке, в которой с каждой минутой становилось все меньше кислорода, словно он опять сжимал шею.       — Хочешь нарушать правила? Нарушай. Мне откровенно плевать на твое обучение здесь. Но, — Драко намеренно сделал паузу, приближаясь губами к уху, — твои действия не должны касаться меня. Никак. — Последнее слово он прошептал с особой интонацией — манящей и пугающей одновременно. — Ты меня поняла, Грейнджер?       Его давление ощущалось каждой клеточкой тела, пронизывая насквозь невидимыми молниями. Гермиона тяжело выдохнула и сдавленно ответила:       — Да.       — И только попробуй доиграться до отчисления. Ты же помнишь, что кое-что должна мне?       Она почувствовала горячее дыхание на коже, и по ней пробежал табун мурашек.       — Помню, — только и ответила Гермиона, борясь с внутренним желанием простонать.       — Как же я устал от тебя, Грейнджер… — устало произнес Драко и сомкнул зубы на мочке. — Зачем ты вообще появилась в этой академии?

Несколькими днями ранее

      — Он ждет тебя, Драко, — спокойно сказала мать, приветствуя его на входе в дом.       После встречи с Полумной он ушел в глубокие раздумья. Ему казалось, что он стал частью какой-то интересной истории, в которой играл не последнюю роль. Мысли, что родители Грейнджер не хотели несколько лет продавать земли, а затем внезапно поменяли мнение, не давали покоя.       В тот вечер он вместе с Полумной перерыл кучу новостных лент десятилетней давности, но, кроме общей информации о сделках, они ничего не нашли.       Возникал вопрос: «Почему об этом так мало информации?». Ответ был только один — если информации мало, значит, ее кто-то скрывал. А если кто-то скрывал, значит, была какая-то тайна, которая теперь стала его головной болью.       — Подождет, — сухо ответил Драко, снимая с себя пальто.       — Ты слишком груб к отцу. — Мать строго посмотрела на него. — Он твоя кровь.       Драко еле сдержал саркастичный смешок. Решив, что их диалог не имел смысла, он проигнорировал мать и прошел на второй этаж в кабинет к отцу.       Высокие и оформленные под старину стены поместья тяжелым грузом давили на плечи. Он ненавидел это место. Все было мрачное, черное… острое. Пафос и величие отталкивали. Драко с детства не хотел долго находиться дома, поэтому каждый раз сбегал в лес тренироваться, за что впоследствии получал наказание от отца.       Он устал. Он действительно устал за этот день. Ему не хотелось выслушивать очередное недовольство в его сторону. Эти высокие запросы и принципы давили. Порой Драко хотелось и вовсе не рождаться в этой семье.       Ровно четыре стука о металлическую поверхность — код, оповещающий о прибытии члена семьи.       — Входи, — послышалось по ту сторону двери.       Драко вошел в кабинет, выполненный в черно-металлических оттенках. Кабинет отца — это, пожалуй, единственное место в доме, где острые наконечники были в большем количестве, чем остальные элементы декора. Это напрямую отражало его отношение к окружающему миру — недоверие и борьба.       — Отец, — сухо поприветствовал Драко отца, сидящего в кресле.       Длинные белоснежные волосы, строгий подбородок и пустые серые глаза — три особенности, по которым можно было с точностью сказать — Люциус Малфой. Как всегда, одетый во все черное и по-аристократичному строгое.       — Драко, у нас существуют правила. Ты же помнишь их? — Он поднялся из-за стола, уперевшись в него двумя руками. Отец всегда так делал, когда хотел надавить на собеседника. — Праздники семьи пропускать нельзя. Где ты сегодня был?       — Зачем спрашиваешь, если знаешь, где я был? — Драко держался с ним на равных. Он не боялся.       Отец выдержал необходимую для доминации паузу и продолжил:       — Мать расстроилась, что ты пропустил день рождения ее сестры, твоей тети, прошу заметить.       — Я был занят. — Драко присел в кожаное кресло рядом со столом.       — С каких пор посещение клуба «Нагайна» приоритетнее семьи? — Его голос стал более грубым.       — С таких, когда тебе, как главе семьи, стало все равно на просьбы твоего родного сына! — повысил голос Драко, чувствуя, как ярость обожгла горло. У него возникло желание ударить отца.       Тот выпрямился во весь рост, свысока смотря на Драко.       — Ты еще слишком юн, чтобы за тобой не следить. Ты совершаешь много ошибок, из-за которых страдает репутация семьи. И мне особенно жаль, что ты не понимаешь этого. — Слова были настолько резкими и холодными, что Драко бросило в мелкую дрожь. — Сделка с Теодором Ноттом? Тебе не хватило того, что произошло два года назад? Я еле успокоил прессу, чтобы это не стало серьезным скандалом, от которого пострадал бы рейтинг нашей компании. Семья Гринграсс до сих пор не в состоянии нам этого простить. Удивляюсь, как ты можешь встречаться с Асторией.       Упоминание о событиях двухлетней давности лишь подожгли растущую ярость.       — Семья… репутация… рейтинги… Да сколько можно?! — Драко быстро встал с кресла, ударив со злости ладонью по деревянной поверхности стола. — А чувства твоего сына? Это пустой звук?       — Репутация семьи важнее личных чувств, Драко! Как ты не можешь этого понять?       — Мне уже не десять лет, я все прекрасно понимаю! — Скоро… скоро он сорвется.       Каждый раз. Каждый гребаный раз Драко не мог сдерживать эмоции в присутствии этого человека. Он ненавидел его. Презирал. Сколько раз Драко жаловался Всевышнему на несправедливость рождения в этой семье — один, пять… сто? Когда он в последний раз получал искреннюю улыбку от отца? Наверное, когда тот узнал, что у него будет сын, а не дочь.       Правила, осуждения, наказания — три основных слова, которые могли охарактеризовать детство Драко. И все почему? «Нужно сохранять репутацию семьи. Ты ее будущее», — вечно твердил ему отец.       — Неважно, сколько тебе лет, ты не готов принимать самостоятельные решения без последствий. — Отец спокойно сел обратно в широкое кресло, показывая, как ему все равно на реакцию Драко. — Ты представляешь, что Нотт сделает, если ты проиграешь ему? — Драко промолчал, не желая отвечать. — Он созовет прессу и объявит об этом, делая из нашей семьи посмешище. Проиграть девушку, являясь наследником чистого слизеринского рода, — позор. — Он скрестил пальцы в замок, кладя их на стол. — Ты понимаешь, что наша компания сразу же упадет в рейтингах?       Его слова немного отрезвили Драко, поэтому, вернувшись на свое место, он выдохнул и сквозь зубы прошипел:       — Понимаю, отец.       — Я уже готовлю план на случай, если ты облажаешься.       — Этого не будет. — Драко сжал кулаки, серьезно посмотрев на отца.       — Надеюсь на это, Драко.

Наше время

      От неприятных воспоминаний об отце Драко сильно прикусил мочку Гермионы, тяжело прошептав:       — Зачем ты вообще появилась в этой академии?       Но ответа Драко не дождался. Отстранившись от Гермионы, он с удивлением заметил, какими глазами она на него смотрела. Ожидаемого испуга не было… лишь томный, полный желания взгляд.       «Тебя такое возбуждает, да?» — подумал Драко и усмехнулся.       Ее поведение было странным, непонятным и невыносимо раздражающим. Обычно ему не стоило труда проанализировать человека, но Грейнджер… То дерзила, то вжималась в стену от страха, а сейчас и вовсе страстно смотрела на него, наверняка желая, чтобы он ее поцеловал.       Какое нелогичное поведение.       Драко отстранился от нее, рассматривая веснушчатое лицо. Ему захотелось подразнить и раззадорить ее, чтобы потом резко уйти.       Захотелось увидеть в ее глазах нетерпение и… разочарование.       — Отойди от нее, Малфой, — послышался до боли знакомый голос.       — Нотт, — прошипел Драко, нехотя отворачиваясь от Гермионы к только что появившемуся раздражителю. — Ты куда-то шел? Вот и не останавливайся.       Драко вновь повернулся к Гермионе, немного ослабил шарф и коснулся губами шеи в месте, где красовался засос. Он провел языком по метке так, будто его слюна имела заживляющий эффект.       Краем глаза Драко заметил, как Тео напрягся, сжимая пальцы в кулак.       «Что за реакция, Нотт? Неужели это твои метки? Мм…» — игриво улыбнулся Драко и приблизился к уху раскрасневшейся Гермионы.       — Ты же хочешь остаться в академии? — тихо, чтобы услышала только она, проговорил Драко, снова кусая мочку. Еле заметный кивок с ее стороны, и на его лице вновь появилась усмешка. — Хорошо, тогда сделай так, чтобы Нотт нам не мешал.       Драко сделал шаг назад, позволяя Гермионе выйти из его тени.       — Тео, все норм-мально. — Ее голос дрогнул, выдавая волнение.       Тео с подозрением посмотрел ей в лицо. Интересно, заметил ли он, как Гермиона раздевала Драко глазами?       Не успел Драко скрестить руки на груди, как Тео быстро настиг его и ударил кулаком в челюсть, заставляя простонать от боли.       — Тео! — вскрикнула Гермиона, вставая между ними.       Драко медленно покачал головой, стирая большим пальцем кровь с нижней губы.       — Так вот с кем ты трахаешься, Грейнджер. — Поведение Тео послужило достаточным доказательством их связи. — Какая удача. Думаю, твой папочка обрадуется, когда узнает, что его непутевого сына выперли со Слизерина с позором, — рявкнул Драко, рассматривая профиль Гермионы.       «Кого же ты сейчас защитишь? Своего ебыря или человека, от которого зависит твое будущее порноактрисы?» — с особым весельем размышлял Драко, наблюдая, как она мучилась в выборе.       — Тео, ты чего?! — Наконец, она встала перед Драко спиной, будто защищая его. — Я же сказала, все нормально!       — Я не слепой, я же вижу, что…       — Да что ты можешь видеть, Нотт? — сказал Драко, подливая масла в огонь.       Он принял это как генеральную репетицию перед вечеринкой, где она должна будет сделать выбор между ними — он победит, и отец будет доволен и, может, перестанет следить за его личной жизнью.       Чувство собственного превосходства приятно растеклось по телу.       И только Тео хотел опять замахнуться, как Гермиона мягко остановила его руку.       — Прекрати, пожалуйста. Я договорю с Драко и пойду к Пэнси в кафе. Еще раз: все хо-ро-шо, — по слогам произнесла она и опустила его руку.       — Я подожду тебя у входа С, — на выдохе произнес Тео, сощурившись. — Тебе повезло, что она на твоей стороне. Хотя, как по мне, ты этого не заслужил, — зло шикнул он Драко, который никак не мог нарадоваться такому исходу событий.       Тео последний раз вопросительно посмотрел на нее и, получив одобрительный кивок, ушел к выходу с этажа.       — Неплохо, Грейнджер. — Драко с удовольствием заметил, как на ее предплечьях появились мурашки. — Но за то, что он мне подпортил лицо, отвечать тебе. — Он приблизился к ней сзади, медленно разворачивая к себе за талию. — И как?       — Что? — хрипло прошептала она, стараясь казаться невозмутимой.       — Как тебе трахаться с Ноттом? Хорош? — Смешок.       — Не твое дело, — возмущенно ответила она.       — Осмелела, я смотрю? — Указательным пальцем он приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Сначала жадно смотришь на меня, а теперь дерзишь? У тебя раздвоение личности?       С минуту она молчала, будто думая над следующим шагом, а потом неуверенно отстранилась, переводя взгляд в пол.       — Убегаешь, Грейнджер? — Драко не собирался так просто ее отпускать. Он хотел поиграть с ней, увидеть в ее глазах нетерпение и разочарование. — Думаешь, я позволю?       — А почему нет?       «Потому что я так хочу», — хотел сказать он, но вместо этого произнес:       — Потому что за все твои выходки ты должна быть наказана. — Он постарался, чтобы голос прозвучал двусмысленно и опасно.       Заметив на ее лице легкий испуг и вновь вспыхнувший интерес, Драко неодобрительно покачал головой и, схватив Гермиону за руку, с силой толкнул в первый попавшийся кабинет.       Ей потребовались усилия, чтобы не упасть перед ним на колени.       — Какого черта ты… — вспылила Гермиона, но вдруг замолчала, посмотрев на возвышающегося над ней Драко.       — Что за взгляд? — Он вопросительно приподнял бровь, замечая, как ее губы снова задрожали от предвкушения.       «Как же быстро она переключилась… это и пугает, и вызывает интерес одновременно», — пронеслось в голове.       Драко закрыл дверь, погружая комнату в темноту, нарушаемую тусклым светом из маленького окна.       Помотав головой, Гермиона повернулась к нему спиной и стала рассматривать улицу. Она правда надеялась, что можно так просто обуздать возбуждение?       «Ну нет… ты должна ответить за мои потрепанные нервы», — усмехнулся Драко и прижался к ее спине.       Он склонился и тихо, еле слышно проговорил:       — Хочешь меня, Грейнджер?       И снова увидел пробегающие по шее мурашки. Черт, это начинало его возбуждать. То, как она легко и быстро поддавалась чувству желания, — действительно возбуждало.       — Да, — прошептала Гермиона, чем слегка удивила Драко. Он не ожидал, что она признает это так скоро.       — Мм… хорошо, — вполголоса усмехнулся он. — Значит, я не ошибся с наказанием.       Это было последнее, что он сказал, прежде чем отдалиться от разгоряченного тела и покинуть комнату, закрыв дверь на замок с помощью отмычки, что так удачно осталась в кармане после съемок с наручниками.       Гермиона, видимо, не сразу поняла, что он ушел, поскольку ее крик он услышал только через несколько минут.       — Какого хуя? Драко, ты козел! Выпусти меня! Выпусти!       «Тебе будет полезно посидеть взаперти и подумать. Может, после этого ты перестанешь доставлять мне проблемы», — кивнул себе Драко и ушел с этажа.