Инь, ян, хрень.

Кажется, Перри немного задремал. Приподняв голову, он опустил взгляд на Хайнца. Тот все еще был без сознания. Утконос посмотрел в окно. Уже темнело. Тяжело вздохнув, поправил шляпу на голове, с волнением теребя край белого халата на ученом. Ожидание было невыносимо… Скоро откроется вся правда… Но это не самое страшное. Больше всего Перри боялся того, что могут быть побочные последствия, ведь нагрузка на мозг была громадна. Удивительно, как Хайнц еще не умер от такого шока. Перри мотнул головой, отгоняя ужасные мысли, и нахмурился, с беспокойством поглядывая на ученого. Наконец, тот слабо приоткрыл глаза, потянувшись. Заметив утконоса, он удивился, резко сев. - Перри утконос? Что ты тут делать? – спросил он и тут же схватился за голову. – Ох, как кружиться голова… Стоп… Я… Я сделать инатор, чтобы вспомнить что-то, верно? Перри удивленно кивнул, посмотрев в глаза ученому. Утконос понял, что инатор не подействовал, и облегченно вздохнул. Хотя и появилась в душе какая-то тоска. - Погоди-ка! – встрепенулся вдруг Хайнц. – Я вспомнить кое-что! Перри замер, чуть съежившись под гневным взглядом ученого. - Тот кассир неправильно дать мне сдачу! – заявил Хайнц, недовольно уперев руки в бока. Перри чуть не свалился с дивана. Кажется, все обошлось. Перри, наконец, выпустил из лапок уже помятый халат ученого и уже собрался было спрыгивать, как мужчина вдруг прошептал: - Без-толерантность-инатор… Утконос застыл, а потом бесшумно попытался слезть с дивана, чтобы как можно быстрее убежать, но Хайнц успел его схватить за запястье. - Стой…, - он говорил очень тихо, но Перри все слышал. – Это сон? Или… Или ты быть человеком? Это все сон, или же… Воспоминания? Агент опустил голову. Он боялся этого дня. И не только потому, что чувствовал вину за произошедшее и видел, как Хайнц страдал от неизвестности, а еще потому, что теперь он не знал что делать… Надо было соврать, притвориться, что не понимает о чем речь и сказать, что это лишь сны и фантазии ученого, но… Он не хотел врать своему врагу. И не только потому, что хорошие парни не врут… В глубине души он очень хотел, чтобы когда-нибудь Хайнц вспомнил то, что происходило. Ведь все эти годы до того момента ученый считал, что Перри его ненавидит. Поэтому и не мог сказать то, что чувствует. - Нет, это… Невозможно, - вдруг пробормотал Хайнц, отпуская Перри. – Не обращать на меня внимания, я просто немного устать… Утконос вздохнул, спрыгивая с дивана. Момент признания был упущен. Возможно, он еще долго будет жалеть об этом, но так должно быть. Они враги, они не смеют просто относиться друг к другу как-то по другому. И уж тем более признаваться в своих чувствах. Перри сел в летомобиль, напоследок обернувшись к Хайнцу. Тот сидел на диване, растерянно смотря прямо перед собой. Утконос отвернулся и вылетел из квартиры, не видя больше смысла чтобы дальше оставаться здесь.