Vecordia

Первый вопрос: почему здесь так темно и сыро? Второй вопрос: что я здесь делаю?       Первые два вопроса, которыми я задалась, почувствовав, соответственно, сырость и ничего не видя перед собой.       Взяв себя в руки, я настроила себя не на панику и страх перед неизвестностью, а на поиск выхода из этого места, и для начала протянула одну руку вперед. Ничего не случилось. Так. Пространство, возможно, большое. Затем я встала и сделала шаг с вытянутой перед собой рукой. И опять же ничего не почувствовала и никуда не уткнулась. Осмелела и сделала еще несколько шагов в темноту. И тут моей ноги что-то коснулось. Быстро, резко, внезапно. Я впала в ступор. Не двигалась. А потом быстро рванула с места и побежала, не зная куда, но все же с вытянутой рукой.       Следующее, что произошло после этого – я, хватаясь рукой за воздух при падении, зацепилась за какую-то ткань и уже мертвой хваткой в нее вцепилась. Ткань, а именно, как я поняла, одежда, принадлежала кому-то, кто находился в данный момент рядом со мной. После того, как я схватилась за ткань, этот кто-то схватил мою руку, которой я держалась, и попытался резко отцепить ее от своей одежды. Но я сразу попыталась зацепиться за что-то выше нынешнего места захвата. И у меня получилось.       Видимо, когда этот кто-то стал отцеплять мою руку, он присел. И в следующий момент я достала до его лица. Но успела лишь оставить возможные царапины от своих коротких ногтей на лице человека, просто не найдя ничего, за что можно было зацепиться. И все же упала.       А где-то позади меня раздался негромкий басистый смех, будто наслаждающийся моей беспомощностью.       И вот на этом самом моменте я проснулась, судорожно трогая постель вокруг себя, и пытаясь успокоиться, понимая, что я дома, и это всего лишь сон.       Я разблокировала мобильный и взглянула на время. 5:15. Начинает светать, поняла я, когда посмотрела в сторону окон.       А включив свет, я увидела на полу красную ленту, которая вела от кровати до журнального столика поодаль, и заметила на нем что-то, но что это было, я пока не могла понять, так как зрение у меня было не такое уж и хорошее, а столик находился на достаточном для этого расстоянии.       На столике лежали браслет и записка. Я быстро развернула листок и прочитала: «Можешь встретиться со своими друзьями и родными в последний раз в течение двух часов. Я позволю тебе, раз уж ты мне понравилась. И все же следов я оставлять не должен. Ничего личного, ты уж прости.»       Я сразу схватила браслет в надежде, что пойму, зачем он здесь. И поняла. Это браслет Лисии.       Что –то внутри меня перевернулось. Я сразу решила, что это тот самый мужчина, ведь он был с Лисией вчера вечером, и только он меня видел. И так странно смотрел. Неужели он? Но писать все это – все равно что выдать себя полностью, показать кто ты такой. Что-то здесь не то.       Он написал, что я могу попрощаться в течение часа. Во-первых, я так поняла, он собрался меня убить. А во-вторых, что же мне делать, если у меня есть два часа? Я должна сообщить полиции об этом.       С этими мыслями я бросилась к телефону, но там, где он был ранее, его уже не было сейчас. Тумбочка, на которой он лежал, когда я смотрела время, была сейчас пуста.       - Так… Спокойно… Я просто положила его в другое место и забыла об этом… Мне нужно только поискать его рядом…       Тихо говоря это себе под нос, я стала искать в постели и под кроватью. И когда я как раз заглядывала под кровать, увидела чьи-то ноги с другой стороны. Кто-то стоял по ту сторону кровати. А потом стал ее обходить. И я тут же встала, готовясь к тому, что кто-то на меня нападет.       Но мужчина просто остановился, сделав пару шагов. Он высок, на нем был темный костюм. Пиджак простой повседневный, рубашка расстегнута на несколько пуговиц. Стало понятно, что этот человек очень не любит «удавки». Я заметила, что волосы у него темные удлиненные, небрежно заправленные за уши.       Однако весь этот внешний вид меркнет на фоне самого главного, что я заметила с самого начала. Длинную иглу он вертел в руке так, будто это какая-то безделушка, подбрасывая и ловя двумя пальцами.       Я взглянула в темные глаза проникшего без приглашения мужчины. В них не увидела ничего, кроме равнодушия и пустоты. А внимание затем мое привлекла его немного безумная улыбка. Он будто говорил: «Так весело наблюдать за тобой. Ты такая смешная».       - Ч-что вам нужно?.. – я попыталась спросить ровно, холодно, но не смогла. Вместо этого получилось настолько жалко, что будь я в другой ситуации, рассмеялась бы над этим.       - Знаешь… - мужчина с самодовольной улыбкой стал делать шаг за шагом в мою сторону. – Ты весьма не кстати оказалась вчера рядом с кафе «Италиано»… Он остановился и будто бы задумался.       - Ты ведь слышала слухи о мафии, что открыла это кафе? Я робко кивнула.       - Это неправда. Однако… Он выдержал паузу и посмотрел на меня снова.       - Кафе открыл обычный человек, который все же помогает клану. И не по своей воле, а по своей однажды сделанной глупости. Итак. Не могла бы ты назвать свое имя и фамилию?       Он смотрел на меня в упор и ждал ответа, который я просто обязана была дать немедленно.       - Кэсси Нойс… Мужчина не отрывал взгляда ни на минуту. И в следующее мгновение просто произнес:       - Маленькая лгунья. Это не твое имя. Затем он перестал крутить в пальцах иглу, посмотрел на нее, а затем на меня.       - Эта игла способна проткнуть твою шею насквозь, а в твоих органах сделать тонкие дырки, через которые все их содержимое медленно потечет в брюшную полость. А умирать ты от этого будешь долго и мучительно, - он сделал паузу, а затем продолжил. – Я даю тебе вторую попытку. И она последняя. Какое же у тебя имя, дорогая?       Я сбивчиво дышала, но изо всех сил старалась дышать глубоко, не выдавая своего страха. Наивно было полагать, что он не видит этого страха в моих глазах.       - Ф… Феми… Ланкастер…       - Учтивая*, значит… - он задумался. – Я уже изучил твою биографию, Феми. И на самом деле, ты взяла фамилию матери. А фамилия отца не написана нигде. Так какая она?       Если бы не все, что произошло до этого, судя по выражению его лица сейчас, я бы подумала, что он мило смотрит на меня. Так, как смотрят на детей.       - Оуэн… - ответила я, не понимая, какое значение играет отцовская фамилия.       - Вот оно! – резко и громко сказал мужчина, направив иглу по направлению ко мне. – Подумать только! Я хотел тебя убить, ты ведь понимаешь? А теперь, жаль, конечно, что не могу поиграть с тобой… - он сделал грустное лицо, а затем посерьезнел. – Так как ты стала свидетелем убийства, я должен был тебя убить, но так как ты Оуэн, не могу этого сделать не потому что не хочу, а потому что пока не вправе решать твою судьбу без одобрения босса. Ты идешь со мной, маленькая лгунья.       И сразу после этих слов он просто подошел, крепко взял меня за запястье и повел ко входной двери, как бы я ни сопротивлялась. Я даже пнула его, чтобы высвободить руку, но вместо этого просто получила сильный удар по щеке.