Шкурка саламандры

Итак, Донахью отправил письмо Блэкам. Теперь Северусу оставалось только ждать. И стараться не думать о том, что вот-вот что-то случится. Не думать помогали медитации. Теперь времени было больше, и Северус честно старался вспомнить то, что забыл в прошлой жизни. Не получалось. Все упиралось в какую-то вязкую белую стену, а если Северус пытался за нее заглянуть, то его отшвыривало, причиняя весьма сильную боль. - Никогда о таком не слышал! – прокомментировал проблему Алхимик. - Это точно не обычный «Обливейт», - вздохнул Северус, - похоже, что тут поработали зельем, но такие зелья очень опасны. - Еще бы, - буркнул Алхимик, - как еще идиотом не стал. Зелья и подобные заклинания не сочетаются. - Думаете, кто-то подстраховался? – Северусу ощутимо стало не по себе. - Или один напоил зельем, а второй шарахнул «Обливейтом», - предположил Алхимик, - такое тоже может быть. - И что я такое видел? – Северус схватился за голову. - Может и ничего такого, - сказал Белл, - если речь идет о преступлении. Опасной для преступника может стать и какая-нибудь мелочь. Но у вас, похоже, уничтожили память о нескольких годах жизни. Меня все больше и больше пугают возможности волшебников. - Память могут стереть и тому, кто видел что-то странное, - ответил Северус, - я сейчас уже ни в чем не уверен. - Думаю, что не стоит себя насиловать, - сказал Нокс, - вы говорили, что часть воспоминаний как-то пробилась. Возможно, это вопрос времени. Или какое-то событие может помочь вам вспомнить забытое. Так тоже бывает. Северус тяжело вздохнул. Он чувствовал себя совершенно беспомощным. Опасность никуда не делась, а он мог снова попасть в ловушку. - Послушайте, - сказал он, - я солью часть воспоминаний во флакон и спрячу его тут. Если со мной что-нибудь случится, пожалуйста, напомните мне об этом. - Разумеется, - согласились призраки, - это разумное решение. Тайник Северус устроил в спальне. Визит Ориона Блэка пропустить было сложно. Разумеется, он первым делом направился к ректору. Тот сумел вызвать Донахью. В конце концов, было решено пригласить для разговора Северуса и Мирабель. - Мы не утверждаем, что речь шла именно об убийстве вашей родственницы, - сказал Донахью, - но имеющиеся сведения говорят о самом худшем. Поэтому с вами и связались. - Значит, вот кто был свидетелем, - проговорил Блэк, внимательно разглядывая Северуса. Мирабель, которой было строго сказано, что превращаться в ящерку при посторонних нельзя ни в коем случае, спряталась за его спину. Северус выдержал тяжелый взгляд отца своего школьного недруга. Тот хмыкнул. - История действительно странная, - сказал Орион, - и здесь есть о чем подумать. Моя супруга знает, какие именно ритуалы проводила леди Поттер. Это действительно постепенно ослабляло ее и делало уязвимой. Но было ли это попыткой убийства? - А кто такой Джон? – спросил Северус. – Это ведь он настоял, чтобы кольцо с Лили Эванс снимали в доме Кернов. Если бы он обратился в аврорат, то кольцо можно было бы не уничтожать. Тогда ваша родственница могла остаться в живых. - Хм… - Орион Блэк скользнул взглядом по оратору, - ты слишком много знаешь о таких вещах, мальчик. - Я консультировался у призраков, которые живут в Университете, - ответил Северус, - среди них есть те, кто при жизни был волшебником. - Я не знаю, кто такой Джон, - ответил Орион Блэк. Северус на мгновение прищурился. Он остро почувствовал ложь. Это было странно. Разве что таинственный Джон являлся кем-то из родственников Блэков. Или Поттеров. Это было логично, старые семьи предпочитали решать такие проблемы в своем кругу. - В любом случае, благодарю вас за информацию, - наклонил голову Орион. Северус взял Мирабель за руку. - Мы можем идти, сэр? - Кстати, эти дети наверняка представляют для вас обузу, - сказал Орион Блэк, - вы ведь оба не являетесь волшебниками. Я мог бы взять на себя заботу о них. Северус замер. Подобная благотворительность могла оказаться опасной. - Никаких проблем, - ответил МакГрегор, - так получилось, что у меня есть знакомые волшебники, которые предложили помочь в случае чего. Кроме того, дети приглянулись общине призраков Университета, и их взяли под покровительство. Так что мы с женой всего лишь выполняем их волю. - Вот как? – удивился Блэк. – Никогда о таком не слышал. Я видел бумаги на опеку. Оба ребенка записаны как Снейп, но у девочки была фамилия Керн. Северус продемонстрировал обручальные кольца. - Нас обвенчали в новогоднюю ночь с помощью магического артефакта. Так что никакого обмана. - Тот самый артефакт? – поджал губы Блэк. – Я слышал эту историю. Да, в таком случае, все в порядке. Еще раз спасибо за информацию. И Северус, вежливо поклонившись присутствующим, увел Мирабель в башенку. Ему ужасно не понравился этот визит. - Неприятный тип, - прокомментировал ситуацию Алхимик, - и он врет. Я тут присматривался из угла. - Он наверняка понял, кто такой этот таинственный Джон, - заметил Белл. - Интересно, что теперь будет? У волшебников нет традиции кровной мести или чего-то подобного? Северус покачал головой. - Официально нет, - ответил он, - но вполне могут просто убить. Главное, что от нас с Бель отстанут. Маги все тащат под себя – редкие книги, артефакты. И стараются прибрать к рукам сильных волшебников и магических существ. - А проделать это втихаря сейчас ни у кого не получится, - кивнул Белл, - понятно. Так что продолжайте свои занятия. А мы будем учить девочку. - Косточки! – обрадовалась Мирабель. Никаких последствий от визита Блэка пока не последовало. По крайней мере, Северус о них ничего не слышал. Он накопил пятьдесят галлеонов и уже собирался открыть себе счет в Гринготсе, как случилось страшное. В результате несчастного случая в биохимической лаборатории пострадало несколько студентов. Больше всех пострадал двоюродный племянник мистера МакГрегора. Талантливому парню требовалось длительное лечение. И то врачи не гарантировали, что он сможет вернуться к нормальной жизни. - Я бы мог модифицировать одно зелье, - сразу же сказал Северус, - оно варится в течение суток. Мне нужно докупить только некоторые ингредиенты. - Если речь идет о деньгах… - начал было ректор. Северус покачал головой. Они с Мирабель и так были обязаны ректору и его супруге. Делать нечего, он купит недостающие ингредиенты и использует порошок из шкурки саламандры. Собственно, проблема была в том, чтобы незаметно дать зелье магглу. Но это была уже не его проблема. - Узнают, - тяжело вздохнул Алхимик, наблюдая, как Северус добавляет в зелье драгоценный ингредиент, - но делать-то нечего. Я бы тоже так поступил. - Может, еще и не узнают, - не очень уверенно проговорил Северус. Но он прекрасно понимал, что о том, что за зелье он варит, уже догадался аптекарь. И это только начало. - Ты уверен, что поможет? – спросил мистер МакГрегор. Донахью нашел для него колдомедика, который взялся лечить пострадавшего. Целитель осторожно взял в руку флакон, проверил зелье. Оценил расчеты на листке пергамента. - То, что нужно, - кивнул он, - и сварено изумительно. У кого заказывали? Северус тяжело вздохнул. МакГрегоры пообещали ему сохранить тайну, но это гарантией не было. - Впрочем, нам пора, - целитель решительно направился к двери. - Думаешь, что влип? – спросил у Северуса Алхимик, когда тот вернулся в башенку. - Конечно, - ответил тот, - но деваться-то некуда. Разумеется, зелье помогло. Как и остальное лечение. МакГрегоры радовались, а Северус становился все мрачнее. Приближалась Остара. И он опасался, что на этот раз им не избежать весьма пристального внимания к окрестностям Университета. Даже если не найдут место танца Мирабель, могут попытаться перехватить его самого. В момент аппарирации ко входу он практически беззащитен. И логичнее всего, что именно там ему могут устроить ловушку. - Придется ставить чары и рунный круг в саду, - сказал Алхимик. - А то как бы действительно в беду не попасть. И вроде бы все прошло благополучно, но на следующий день мистеру и миссис МакГрегор нанес визит директор школы чародейства и волшебства Хогвартс Альбус Дамблдор, а сопровождал его - декан Слизерина Гораций Слизнорт. Северусу ужасно не хотелось идти на эту встречу, но он чувствовал, что без него его опекуны могут и не справиться. Мирабель оставаться в башенке не захотела. Поэтому ей было строго наказано, чтобы она при чужаках не превращалась и никому не позволяла до себя дотрагиваться. - Это и есть те самые дети? – спросил человек, которого Северус ненавидел больше, чем Волдеморта. - Да, - ответил мистер МакГрегор, - как видите, у них есть все необходимое. Я понимаю ваше беспокойство, но мы довольно тесно контактируем с миром волшебников, так что дети получают необходимые знания. Северус замер. Вон оно что. - Я слышал, что для вашего родственника кто-то сварил очень сложное зелье, - Дамблдор сладко улыбнулся. – Но таких специалистов сейчас немного, и не один из них заказа не получал. А люди говорят, что этот мальчик настоящий талант. - Я варил зелье под руководством призрака уважаемого Алхимика, который много лет живет в Университете, - сказал Северус. - Я почти ничего не понял, но нарезать и растереть ингредиенты мне вполне по силам. И помешивать, сколько и как мне скажут. - Вот оно как… - проговорил Дамблдор, - но в любом случае - талант налицо. А мастер Слагхорн готов взять такого ученика. Разве ты не хотел бы поехать в Хогвартс? - Нет, - ответил Северус, - здесь намного лучше. Слагхорн демонстративно рассмеялся и уже порывался что-то возражать, как вдруг из стен начали просачиваться призраки. - Вы сомневаетесь, что достойные ученые и профессора смогут научить этих детей? – ядовито поинтересовался Алхимик. Дамблдор достал волшебную палочку. - Только попробуй! – сказал ему Алхимик. – И здесь будет весь аврорат Шотландии. Северус, Мирабель, бегом отсюда! Было соблазнительно прихватить с собой волшебную палочку директора, из-за которой он и погиб в прошлой жизни, но Северус решил не мешкать. Мало ли что. Он схватил за руку Мирабель и выскочил из комнаты, на ходу набросив на обоих чары хамелеона, и резво преодолел расстояние до башенки. - Там были плохие дяди? – спросила Мирабель, когда Северус плотно запер дверь на засов. – Мы опять будем прятаться? - От этих гадов просто так не спрячешься, - выдохнул сквозь зубы Северус, - пошли-ка вниз. В кухне было спокойнее. Чтобы хоть чем-то заняться, Северус решил приготовить чай. Мирабель развернула конфету. Вообще, это очень нехороший сигнал. Дамблдор был чрезвычайно любопытен и жаден до всего необычного. Северус только в конце своей прошлой жизни догадался, что власть старика и его влияние на волшебный мир имели в своей основе владение информацией. Причем любой, часто вообще незначительной. У этого явления была и обратная сторона: Дамблдор буквально тонул в информационном море, путался в событиях и легко мог прийти к неправильным и часто опасным решениям. И что самое противное, однажды придя к такому решению, он претворял его в жизнь с маниакальным упорством выжившего из ума осла. Ребенок, способный хотя бы и под чутким руководством опытного наставника сварить сложное зелье, для мира магии был необычным. К тому же этот ребенок явно имел доступ к редким ингредиентам. И вот директор Хогвартса решил, что все необычное должно принадлежать ему. Он действовал в этом случае, как обычный маг, но был опаснее даже Каспера. Хотя Северус был уверен, что если бы кто-нибудь сказал Дамблдору, что он во многом хуже преступника из Лютного, то старик страшно возмутился бы. А ведь суть одна. Разве что Каспер не скрывал, что действует в собственных интересах. А у Дамблдора было некое мифическое «общее благо». Которое почему-то всегда выходило боком всем облагодетельствованным. Нет уж, от Хогвартса нужно держаться подальше. А экзамены можно и потом сдать. Но расчет старика был очевидным. Юные маги грезили волшебной школой. За возможность попасть туда раньше, чем придет заветное письмо, в своей прошлой жизни Северус был готов продать душу. Вот только теперь он слишком хорошо знал, какой страшной ловушкой может оказаться древний замок. Ну его… Здесь у него гораздо больше возможностей. Беседы с умными людьми, занятия, изучение редких старинных книг. В Хогвартсе этого не будет. Слагхорн, убедившись, что мальчик справляется с варкой зелий, быстренько спихнет на него обеспечение всем необходимым Больничного Крыла. Дамблдор не упустит шанса покопаться у него в голове. А так как Северус помнит слишком много далеко неблаговидных поступков «великого светлого волшебника», то тотальное стирание памяти ему гарантировано. Мирабель тоже не ждет ничего хорошего, в этом он был уверен. И был шанс, что с его помощью попытаются прибрать к рукам книги, спасенные Алхимиком. А их тоже было жалко. Так что вывод был один – держаться до конца, надеясь на свой опыт и знания. - Хочешь конфету? – спросила Мирабель, когда он налил ей большую чашку чаю. - Конечно, Бель. Спасибо! - И тебе спасибо! – важно ответила девочка. Некоторое время они молча смаковали ароматный напиток. Наконец в помещение просочился Алхимик. За ним появились Нокс и Белл. - Какие отвратительные типы! – проворчал Нокс. - Они не заколдовали мистера и миссис МакГрегор? – тут же спросил Северус. - Нет, - ответил Алхимик, - и ничего не подбросили. Я лично следил. А потом посоветовал позвать аврора и все проверить. - Должен заметить, что мне эти визитеры тоже не понравились, - сказал Белл. - Все выглядело весьма странно. Я так понял, что приглашение в Хогвартс вы должны были принять как дар небес? - Что-то вроде того, - ответил Северус. - Все дети-волшебники очень ждут заветного письма с приглашением учиться. Это подтверждение того, что ты достаточно сильный волшебник. Но нам с Мирабель там делать нечего. - Это так, - проворчал Алхимик, - здесь ты учишься, чему сам хочешь. А там тебе быстро рога обломают. И на себя работать не получится. Это я давно помер, а там все есть-пить хотят, да ни абы что. - Дамблдор любит говорить, что все могут найти помощь в Хогвартсе, - сказал Северус, - но эта помощь далеко не бескорыстна. Белл усмехнулся. - Этот старик был бы глупцом, если бы не пользовался своим положением. Но, насколько я понял, он вполне способен злоупотребить своей властью? - «Это для твоего же блага, мальчик мой!», - поморщившись, процитировал Северус. Призраки переглянулись. - Самый худший вид тирании, - проговорил Нокс, - это тирания под видом любви и заботы. Тебе нечего противопоставить тому, кто печется о тебе. Более того, человек чувствует себя неблагодарной скотиной. И вынужден отказываться от своих планов, целей, от самой своей жизни. Это ужасно! - И отвратительно, - согласился Белл. Северус кивнул. Как все-таки хорошо, когда тебя понимают! - Но теперь тебе вообще не выбраться на волю, - буркнул Алхимик. – С одной стороны – это и неплохо, сиди себе в башне и вари зелья. С другой же… - Все равно придется выбраться наружу, - вздохнул Северус, - но пока будем сидеть здесь. А для связи с внешним миром у нас сова есть. Буду тщательно проверять все посылки и письма, чтобы какой порт-ключ не подсунули. - Осторожность – прежде всего! – важно поднял палец Белл. - Совершенно верно! – согласился с ним Нокс. Так что теперь выбираться «в люди» у них получалось нечасто. Бель качалась на своих качелях, читала сказки и заучивала латинские слова по анатомическому атласу. Северус штудировал книги, варил зелья. Вечера они все так же часто проводили с МакГрегорами. Прошел Белтайн, подаривший еще одну шкурку. Копилочка наполнялась полновесными галлеонами. Пора было открывать счет в банке. Идти на Витч-роуд было боязно. Но, в конце концов, Северус решился. Не прятаться же всю жизнь. Хватать их посреди людной улицы точно не осмелятся, а в сомнительные заведения он сам не сунется. Блэков и Поттеров он счел пока неопасными. Дамблдор, скорее всего, решил отложить дело до того времени, когда ему, Северусу, придет письмо из Хогвартса. Сейчас интерес директора школы к двум сироткам выглядел подозрительным. А вот потом можно будет поднять волну на предмет того, что детям надо учиться и общаться со сверстниками. Нет, прощупывать почву Дамблдор будет, тут Северус не обольщался. Необычных детей в покое никто не оставит. Но на небольшую передышку Северус рассчитывал. Оставался еще таинственный Джон… Но тут могли помочь Блэки. Миссис МакГрегор с удовольствием согласилась посетить колдовскую улочку. Она была совершенно согласна, что деньги лучше хранить в банке. А заодно хотела купить себе чего-нибудь необычного. Так они и отправились. МакТавиш страшно обрадовался визиту своих поставщиков. - Теперь все зельевары заказывают яйца пеплозмея у меня, - сказал он, - так что я добавлю пару сиклей сверху к обычной цене. У Малпеппера покупают только школяры, которым качество не так важно. Кровь и шкурки саламандр тоже отменные. Больше ничего нет? - Нет, - Северус взглянул прямо в глаза хитро улыбающегося аптекаря. Тот усмехнулся. - Ну, раз нет, - проговорил он, - значит, нет. Но если что появится, то дорогу в мою аптеку знаешь. Держи деньги. Заказ будет? - Сегодня нет, - ответил Северус, - пока все есть. - Ну и славно. Золотые и серебряные монетки перекочевали в кошелек Северуса. - Теперь в банк? – спросила у него миссис МакГрегор. – А потом по магазинам? Северус кивнул. Пока все было тихо. С ними привычно раскланивались знакомые. На Мирабель многие поглядывали с улыбкой. Она оглядывалась в поисках любимых леденцов. - Хочешь, малышка? – послышался мужской голос. Северус резко прижал к себе Мирабель. Перед ними стоял и протягивал девочке леденец тот самый Джон. - Она не хочет! – отчетливо проговорил Северус. - А почему ты так в этом уверен? – Джон понял, что привлек ненужное внимание и напрягся. - Кто вы такой, что вам нужно? – спросила у него миссис МакГрегор. – Не трогайте ребенка! - Эй, парень! Ты чего к женщине пристал? – послышался чей-то голос. – А ну, отойди! Джон резко шагнул к Мирабель, но Северус не менее резко отпрянул вместе с девочкой. - Не трогай малышку! – догадался заорать он. - А ну, стоять! Ступефай! Экспеллиармус! Но Джон успел аппарировать. - Да что же это такое! – возмутилась миссис МакГрегор. Мирабель заплакала. - Вот гад! – возмутилась продавщица леденцов. – Ребенка напугал! На-ка, детка! Этот леденец Северус тщательно проверил на любые чары и только после этого передал его Бель. Она, все еще всхлипывая, принялась за лакомство. - Может быть, стоит вернуться? – не очень уверенно проговорила миссис МакГрегор. – Правда, я не уверена, что в следующий раз не будет еще какого-нибудь сюрприза. Северус вздохнул. - В банке безопасно, - сказал он, - а потом я смогу вас по очереди аппарировать. - Тогда давай откроем счет, - кивнула миссис МакГрегор, - а потом сразу же домой. Бель, ты успокоилась? Мирабель шмыгнула носом и кивнула. - В аврорат надо заявить, - сказал пожилой маг, бывший свидетелем происшествия. - Непременно, - ответила ему миссис МакГрегор, - так и сделаем. - Странный какой-то тип, - заметила торговка сладостями, - он тут давно крутится. Но к другим детям не приставал. Значит, вас дожидался. Не знаете, кто таков? - Убийца! – ответил Северус. Все, кто его слышал, ахнули. Миссис МакГрегор решительно повела своих подопечных в сторону банка. Гоблины безо всяких возражений открыли счет на имя Северуса. Они принципиально не вмешивались в дела волшебников. Их не интересовал возраст и статус – только платежеспособность. Если дошел до банка, то счет откроют, деньги в сейф положат, предоставят возможность снять или обменять. Северус и кошелек себе оформил, оговорив сумму лимита в десять галлеонов и пятьдесят фунтов. Теперь он мог пополнять счет, не приходя лично в банк. Это было удобно, учитывая возможные препятствия. Северус выдохнул с облегчением. Теперь у него всегда будут деньги. - Ну что, домой? – тоже облегченно вздохнула миссис МакГрегор. - Домой, - согласился Северус. Желание погулять по магазинам как отрезало. Они зашли в маленький проулок, где никого не было. Мирабель обернулась ящеркой и спряталась за пазуху Северусу, а он взял миссис МакГрегор за руку и аппарировал в небольшой закуток рядом с главным входом в здание Университета. - Ну вот, - вздохнул он, - ничего не вышло. - Главное, что не вышло у этого типа, - ответила миссис МакГрегор, - я так поняла, что это и был тот таинственный Джон? Раз ты назвал его убийцей? - Да, это он, - подтвердил Северус. Они прошли в квартиру ректора, и миссис МакГрегор занялась приготовлением чая. - Мне это ужасно не нравится, - сказала она, - он ведь может знать, насколько необычна малышка Бель. А раз у него не получилось прибрать ее к рукам, то он может назло проговориться об этом. Северус задумчиво кивал. Мирабель с аппетитом лопала печенье. - Но я не думаю, что он желает девочке зла, - сказал Северус, - узнать бы, кем он приходится Кернам. У них же были какие-то родственники. Возможно, через аврорат как-то узнать? Хотя он может и не быть родственником. Но с другой стороны, родственники, если они общались с Кернами, могли его знать. Ох, я уже запутался во всех этих секретах и аферах. - Я попрошу мужа спросить Дэйва про родственников Кернов, - сказала миссис МакГрегор, - даже странно, что нам не пришло это в голову раньше. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. И да, мне все это по-прежнему не нравится. - Было бы странно, если бы это кому-то нравилось, - проворчал Северус, - здесь столько всего накручено, что я уже ничего не понимаю. В кухню подтянулись призраки. Все произошедшее пришлось повторить для них. - Вот как? – задумчиво проговорил Белл. Нокс встревоженно наблюдал за Мирабель. Алхимик качал головой. - Я не удивлюсь, если этот человек теперь вынужден скрываться, - сказал Белл, - в таком случае девочка ему нужна в качестве источника денег. Северус кивнул. Если Джон долго и хладнокровно вынашивал планы по убийству леди Поттер, то его вряд ли будет интересовать благополучие маленькой саламандры. А для скрывающегося преступника такой источник денег – истинное благодеяние. - Теперь стоит затаиться, - сказал он, - думаю, что Джон никак не изменил внешность, чтобы не пугать Мирабель. Он ведь бывал в доме. Бель, ты помнишь того человека, который угощал тебя леденцом? - Да, - ответила девочка, - он приходил к бабушке и дедушке. На меня смотрел. Белл подплыл по воздуху ближе к ней. - Бель, - сказал он, - а ты не помнишь, как он обращался к твоим дедушке и бабушке: называл их мистер и миссис Керн? Или как-то еще? Северус замер. Действительно, такая простая вещь могла им здорово помочь. - Он бабушку тетей называл, - ответила Мирабель, - а дедушку дядей. Присутствующие переглянулись. - Значит, все-таки родственник, - пробормотала миссис МакГрегор, - это многое объясняет. - Конечно, - согласился Белл, - он мог быть в курсе всех семейных дел. - А еще он сам мог поместить ребенка к родне, чтобы наблюдать за ней, - сказал Нокс, - ведь Северус говорил, что инициация произошла спонтанно. Как бы узнать, где он взял девочку, в таком случае… Глаза призрачного хирурга сверкнули. Северус давно замечал, что доктор Нокс испытывает к Бель сильные чувства. Он как будто нашел для себя какой-то дополнительный якорь. В этом не было ничего неприятного, нет. Призрак с колоссальным удовольствием занимался с девочкой и страшно гордился ее успехами. Словно… словно она была его любимым ребенком. Спрашивать Северус не хотел, все-таки тема деликатная. Если что, сам потом расскажет. Очень может быть, что малышка напоминала доктору дочь. Может, у него умер ребенок в таком же возрасте. Кто знает? В любом случае, пока они могли не покидать территорию Университета. В хорошую погоду Бель играла в садике около башни. Северус изучал книги и торчал в лаборатории. Он решил, что некоторое количество зелья «Феликс Фелицис» лишним точно не будет. Злоупотреблять им было опасно, но для будущих визитов на Витч-роуд оно могло пригодиться. Лето вступало в свои права, на клумбе, устроенной миссис МакГрегор для Мирабель, цвели цветы. Жизнь была прекрасной.