Ты будешь моим... - так хотелось на этом и остановиться, - замом?

Вдоволь насмеявшись, Марк затих и молча сидел напротив Джексона, взглядом сверля в нём дырку. Как ни странно, Джексона это не смутило, напротив, он начал кривляться в попытке вызвать у Марка ещё одну порцию смеха. Однако, что бы он ни делал, Марк был непоколебим. Казалось, он был в своём мире, где Джексона ещё не было, но Марк как раз работал над этим вопросом, решая какую роль ему отвести. — Это ведь не ты, правда? — будто моля о подтверждении, вдруг спросил он. — Нет, не я, — ответил его мольбе Джексон. — Неужели у тебя и правда возникали мысли о том, что это могу быть я? Ты ведь знаешь меня, пусть и недолго. — Верно. Как я мог подумать, что это можешь быть ты? Прости, — Марк действительно был подавлен всей этой ситуацией. — Ты так искренен со мной и открыт, а я… ничего дальше своего носа не вижу. Джексон не мог смотреть на такого Марка. Даже когда парень не показывал всю цветовую гамму своих эмоций, ограничиваясь нейтральным белым, Джексон знал, что эти нейтральные эмоции имеют светлый оттенок, но сейчас… Марк в полной мере показывал Джексону контраст его чувств, что называется из крайности в крайность. Не выдержав долгого напряжённого молчания, Джексон встал с места и подошёл к Марку. Он сел рядом с ним на корточки, осторожно развернул его к себе и увидел, как ему тогда показалось, самое страшное в мире — выступающие из глаз Марка слёзы, готовые в любой момент скатиться по его щекам. — Марк, — заговорил он нежно, насколько это, конечно, возможно с его сильным низким голосом, будто боясь спугнуть, сам не зная, что, — я не мог этого сделать по крайней мере потому, что, кажется, мне нравятся парни. И сейчас…- Джексон сделал небольшую паузу, чем и воспользовался Марк. — Не надо, не продолжай, — сказал Марк, не дав ему договорить. — Я не могу сейчас думать об этом, поэтому прошу, не надо. — А если бы не вся эта ситуация, ты бы хотел услышать продолжение? — Если бы не вся эта ситуация, мы бы и не встретились, — улыбаясь скорее глазами, ответил Марк, — и не думаю, что был бы этому рад, — к глазам он добавил улыбку на губах и ласковым жестом дотронулся рукой щеки Джексона. — Марк, ты… Джексон не успел договорить, так как Марк одарил его нежным, едва ощутимым поцелуем. Снова отклонившись, Марк также нежно посмотрел в удивлённые глаза Джексона и лишь попросил отложить этот вопрос до счастливого конца истории его сестры. После этого Джексон подумал, что, возможно, именно об отношениях и его роли в своей жизни думал Марк несколько минут назад. Теперь, зная, что есть надежда, Джексон был не против подождать. Он не хотел никуда торопиться, ведь Марк рядом и он никуда не денется. Все его мысли в данный момент были прерваны Марком, от души зевнувшим во всю варежку и чуть было не разрушившим такой прекрасный момент. — Поели, можно и поспать… Где спальня? — спросил Марк, давая понять, что домой он сегодня не собирается, чем вызвал у Джексона довольную улыбку. … Вдоволь наевшись, Юн Ги развалился на диване в гостиной Чи Мина, который в свою очередь сразу начал убирать со стола. Однако Юн Ги это не вполне устраивало, сегодня он не хотел быть один, поэтому он за руку притянул суетившегося парня к себе. Потеряв равновесие от такого вмешательства, Чи Мин упал прямо на Шугу. Лицо упавшей хозяюшки мгновенно вспыхнуло, его щёки тут же покрылись румянцем смущения. Он попытался подняться, но тщетно. Шуга ловким движением перевалил его через себя, в крепких объятиях уложив его под свой бок. — Что ты делаешь? — смущённо спросил Чи Мин. — Давай полежим так ещё немного. — Не заставляй себя быть со мной таким милым, — неуверенно промямлил сжатый сильными руками Шуги Чи Мин. — М? О чём ты? — сначала Юн Ги и правда не понял того, что сказал его парень, но когда до него дошло… — Дурашка, — посмеиваясь, сказал он и несильно ударил Чи Мина в лоб. — Если я не хочу, меня никто и никогда не заставит что-то делать, — он нежно поцеловал место, которое только что ударил. — Я не позволю, — поле его действий расширялось: поцелую подверглась левая щека, — тебе одному, — затем правая, — делать шаги навстречу, — наконец очередь дошла до губ. Мягкой и нежной кожи губ Шуга коснулся ещё более ласково и осторожно, но в следующую секунду Чи Мин дал понять, что хочет пойти чуть дальше, приоткрыв рот и давая своему парню больше свободы действий. И Шуга, конечно, не мог отказаться от такого любезно предоставленного шанса. Он стал действовать всё более решительно и уже через минуту исследовал каждый уголок рта своего парня своим языком, чем тот был несказанно доволен. Прервав поцелуй, Чи Мин робко сказал: «Давай не будем торопиться» и прижался к груди Шуги. После такого сладкого поцелуя они пролежали так ещё недолго и вскоре мирно засопели, уснув в обнимку. … — Конечно люблю, глупый, — улыбаясь, Чон Гук подполз к своему парню и, притянув его одной рукой к себе, поцеловал. Сначала он будто сомневался в правильности своих действий, но потом, обретя смелость благодаря крайней податливости Тэ Хёна, он уселся на его бёдра и нерешительный поцелуй стал страстным. «Не знал, что ты можешь быть таким горячим» — усмехаясь, сказал Тэ Хён. На самом деле он был несказанно счастлив в данный момент, ведь он сам хотел того же, но почему-то так и не осмеливался, поэтому был рад, что Гук взял инициативу на себя. Чон Гук игриво чмокнул его в губы в ответ на его слова и перевернулся через него на другую сторону кровати. — Ты же знаешь, что я сейчас счастлив? — спросил он. — Могу только догадываться, судя по себе, но… — ответил Ви, немного недоумевая о причине того, что Гук развернулся к нему спиной, — зачем ты отвернулся? — Чтобы не наброситься на тебя, — уткнувшись в подушку ответил Чон Гук. — Жаль, — Ви вздохнул, — я был бы не против.