Мона Лиза

Котенка притащил в начале зимы Вонючка, коварно воспользовавшись отпуском Лося. Отогревшись и поев, серый беспризорник первым делом располосовал руку благодетеля и забился под кровать Сиамцев, шипя и завывая от любой попытки извлечь его из убежища. Рекс, презрительно наблюдавший за процедурой кормления, демонстративно сплюнул и ушел, быстро оглянувшись на Макса. — Почему он не идет к Горбачу? — Кузнечик отскочил от кровати и затряс оцарапанной ногой. — Это как-то странно. — Почему он не идет ко мне — вот что странно! — Вонючка разрисовал зеленкой пострадавшую руку и, увлекшись, заодно и угол тумбочки. — Ведь я же сама доброта и щедрость! Приятный во всех отношениях! — Кошки — они другие. Не стайные, — тихо сказал Макс. — У старших вот вроде ручные, а тоже как будто дикие. Внезапно возникнув из укрытия, полосатая лапа в белом «носке» ударила Горбача по протянутой ладони и опять спряталась в пыльную темноту. — Точно, дикий, — подытожил Горбач и благоразумно отошел в сторону. — Ну-ка! — Волк рывком сдернул покрывало и решительно нырнул под кровать — чтобы в следующую секунду отползти, отчаянно ругаясь. Ему вторил грозный утробный вой. — Голосистый! — гордо кивнул Вонючка. — Мелкий, а орет на весь Дом! — Мало нам тебя, — Волк отобрал у него зеленку. — Ну и пусть там сидит. Проголодается — вылезет как миленький. — Бедный, там темно и пыль, — вздохнул Кузнечик и негромко позвал: — Эй, киса-киса, серенький, выходи. — Ладно, — Волк хлопнул в ладоши. — Приручение дракона оставим на вечер, я кисель хочу. Кто-нибудь, выньте Красавицу из душа, и пошли уже. Где Слон? — А как же мы... ой! — Кузнечик ошалело уставился на Макса, который сидел на полу и осторожно гладил всклокоченное серое чудовище. Позабыв про полдник, Дохляки замерли и глядели на неожиданно мирную картину. — Ты колдун, что ли? — Горбач недоуменно наблюдал, как котенок ластится к Максу. По затихшей спальне разнеслось громовое мурлыканье. — Не исключено. — Волк наступил в миску с остатками кефира и снова выругался, спугнув котенка. Тот вскарабкался на ойкнувшего Макса и засунул голову ему за воротник. — Рыцарь может быть магом, если даст клятву не применять способности против своих. — Ну, я так не играю. — Вонючка обиженно засопел. — Я же тебя принес, неблагодарное ты существо! Спас от голода и холода! Можно сказать, вырвал вот этими вот руками из злобных щупалец Наружности, а ты!.. — Смешной, — улыбнулся Кузнечик, глядя, как Макс пытается отцепить от себя вкогтившегося «дракона». — Да ну, облезлый какой-то, — бесшумно возникнув рядом, буркнул Рекс. — Просто худой. Будет красивый. — Макс усадил котенка на колени, и тот снова заурчал, не обращая внимания на собравшихся. — Откормим. Поймает нам крысу, которая тумбочку прогрызла, — обрадовался Горбач. — Кличку надо. Это вообще он или она? — Э, нет, я к нему не полезу, — дал задний ход Вонючка. — Пусть Макс смотрит. Или — ну его?.. Будет загадка. До весны! — Можно ведь нейтральное что-то. — Кузнечик сел на корточки перед кроватью и попытался рассмотреть полосатого найденыша. — «Лапка» там или «Облачко»… — Или Исчадие, — Волк лизнул оцарапанный палец. — Или «Кш»! Отличное имя. — Или никак, — сказал Рекс. — Начнет тут гадить. Кто за ним будет убирать? Нафиг оно нам надо, все равно убежит. Или Ральф выкинет. Ответом ему было осуждающее молчание. — Ну? — не выдержал Горбач напряженной тишины. — Девочка, — Макс подул на клочковатый серый пух и неуверенно добавил: — Кажется. — Женщина на корабле! — от вопля Вонючки котенок взвился с колен Макса и, загребая лапами, устремился в спасительный угол под кроватью. — Точно дикая, из Наружности. Во дворе серых нет, только рыжие. И черные у старших еще, — закивал Горбач. — Маленькая, — позвал Макс. — Хорошая. — Да что вы носитесь с этим огрызком! Еще в очередь встаньте, как в музее! — зыркнул на них Рекс. — Тоже мне, Мона Лиза! — Мона, — Макс взял на руки серый комок. — Как тебе? Кошка боднула его в подбородок. — Ты ж моя красотуля, дай поцелую! — воскликнул Вонючка. Мона повернулась к нему и предупреждающе зашипела. — Она еще не привыкла. — Макс загородил котенка ладонью от прожигающих Вонючкиных взглядов. *** К вечеру новый питомец успел оцарапать и перекусать всех Чумных, кроме Слепого и Макса. Если первого Мона тихо обходила по дуге, то со второго не слезала, пересидев на обоих плечах, за пазухой, на руках, на коленях, и опять пыталась залезть ему на голову. — Лучше бы щенка завели, его хоть можно научить вещи приносить, — бросил Рекс, наблюдая, как кошка настойчиво пытается умыть отмахивающегося Макса. — Можно кого угодно научить чему угодно. Про это книжка есть. «Кама Сутра» называется, — Вонючка свесился с коляски и заворковал: — С живностью надо добром. Мона, радость моя, принеси-ка Рексику тапки, дорогуша. Поморгав в ответ на Вонючкины ужимки, кошка не спеша слезла с Макса, подошла к кедам Рекса и аккуратно уселась на них. — Вот умница, прелесть наша, может, ты в прошлой жизни была соба... — Эй, что она делает?! — Рекс отшвырнул котенка и затряс мокрым кедом. Под хохот Дохляков Мона прошествовала к кровати и снова завела свою громкую песню. — Может быть, она глухая? — Горбач пощелкал пальцами. — И тупая, — Рекс поглядел на Макса, который увлеченно искал для вредной скотины пустую обувную коробку и какие-нибудь тряпки. — Э... это вообще-то мои носки, — напомнил Горбач, а проходящий мимо Макс одарил его теплой улыбкой. — Спасибо, Горбач, — он уложил носки на дно коробки и бережно перенес капризную Мону туда. — Ужин, — прошипел Рекс, ни к кому конкретно не обращаясь, и демонстративно вышел в коридор. — Я останусь, — сказал ему в спину Макс. — А то она кричать будет. Вдруг Ральф услышит. Придет — и в окно ее. Он может. *** Подходя к двери, Рекс не слышал ни мурлыканья, ни раздражающего кошачьего писка. Мелькнула надежда, что Макс наконец-то проявил благоразумие и выкинул животное. Как бы не так. Оказалось, кошка перебралась на кровать. На их общую с Максом кровать. Рекс задумчиво наклонил голову. Макс, высунув язык от усердия, увлеченно строчил очередное письмо, а Мона примостилась у его живота, играя с биркой и талантливо делая вид, будто не замечает столпившихся вокруг них Дохляков. — А где будет спать Рекс? — захлопал глазами Красавица. — Ничего себе, она правда перестала шипеть на нас, — удивился Кузнечик. — Может быть, у нее живот болел? — Святая простота, — Волк плюхнулся к себе на кровать. — Я знаю эту кошачью сущность. Вот видишь, брат, — он посмотрел на Рекса, — непорочная полосатая душа уже выбрала свое место. И твое место, — он выразительно посмотрел на сдвоенную кровать Слона. Рекс показал Волку средний палец. А Макс ничего не сказал. — Она уже совсем как дома, — Кузнечик засмеялся. — И спит на кровати, как человек. — Так у нас новичок,— хихикнул Вонючка. — Пусть будет, — бестелесно отозвался Слепой, которого до этого никто не замечал. После легкого припадка общего волнения выяснилось, что он, как и Макс, не ходил в столовую, и так, наверное, все время и пролежал пластом на кровати, сливаясь с серым покрывалом. — Во вторник вернется Лось и выкинет вашего новичка, — прошипел Рекс, тщетно оглядываясь в поисках поддержки. — Не выкинет, — сказал Слепой так, что все почему-то сразу ему поверили. *** Сиамцы шептались, сдвинув головы: — У тебя температура опять. Вот она и лезет. — Да хорошо сегодня. Правда ничего не болит. — Правда? — Ага, кошки ведь вроде чуют больное место. — Тогда не будем ее сгонять, — решил Рекс и отвел взгляд. — А я на самом деле буду спать со Слоном. — Ну... — Да ладно, кровать не такая уж и маленькая. — Рекс? — Да все нормально, — сказал Рекс и взял подушку. Не удержавшись, едко посмотрел на кошку. Она ответила полным непоколебимой уверенности взглядом, запуская коготки в пижаму Макса и не переставая урчать так звонко, что Рексу казалось: еще чуть-чуть — и его голова расколется, как орех. «Ну хоть ночью не буду слышать этот звук», — успокоил он себя и со вздохом отправился к Слону. Надо было еще как-то объяснить тому, что нынешней ночью придется немного забыть о своих привычках раскидываться поперек кровати и спать ногами на подушке, а главное — делать пруды в собственной постели. Рекса перекосило. *** — Рекс холодный. — Слон, заткнись. — У Рекса ноги — ледышки. — Слон, ты надоел! Пойдешь спать на подоконник! Ну, эй, не реви... — Рекс с трудом обнял Слона и забормотал: — Спит Слоненок, баю-бай, все хорошо у Слоника. В тапки никто не нассыт, нога у Макса не болит, Слоник спит, Вонючка спит, Кузнечик спит, Волк спит, Слепой... опять гуляет, Горбач спит, Фокусник спит у Пауков, бедолага, Красавица тоже спит. — А Рекс? — робко спросил Слон. — И Рекс спит, — мрачно ответил Рекс и закрыл глаза.