Заморочки Грейнджер

***

      Было воскресное утро декабря, когда первый раз пошел снег. Он медленно падал с небес, не долетая до земли, быстро таял. Было в этом что-то хорошее, радостное. Возможно, просто приближение Рождества, перед которым все сходят с ума? Разговоры будут только о празднике, подарках, елках и каникулах... У Драко Малфоя будет типичное для него Рождество, которое повторяется из года в год, хотя он уже давно не ребенок и должен справлять праздник со своей семьей. Поправочка: если бы была семья. Нет, у него есть мать, отец, куча родственников, но нет собственной. Ему уже 25, а он ни с кем не заводит отношения. Проблема, конечно, не в девушках. Они толпами записываются только к нему на прием, что, впрочем, неудивительно. Драко был очень мужествен на вид: голубые глаза, блондинистые волосы, отличная прическа, белоснежная улыбка, отличная фигура, да и богат, ко всему прочему. Что еще нужно для счастья? Малфой был старых моральных принципов, поэтому всегда учитывал такое чувство, как любовь. Он смотрел на снежинки через окно светлого помещения в салоне красоты. И как он дошел до такой жизни? На самом деле, ему нравится своя работа. Учился он в престижном институте на политика, но делал это только из-за одолжения отцу. Можно ещё добавить, что он был одним из лучших студентов, несмотря на незаинтересованность этой областью. Его отец -- Люциус, так сильно желал от сына такой же отдачи, как и от себя, хотел оставить Драко на своем посту после себя, но его мечтам не суждено было сбыться. Был огромный скандал по поводу выбора Драко. Не обошлось без криков, лишения денег с кредитки, слез матери. Первое время Драко ходил на курсы в обычной захолустной парикмахерской, где никто не знал его статуса. Постепенно он освоился с техникой стрижки, плетения и так далее. Нарцисса Малфой часто созванивалась с сыном по телефону и перечисляла деньги в тайне от мужа. Только она могла оказывать влияние на Люциуса, как вода стачивает скалы постепенно, но точно. Вскоре отец принял его выбор, но устроил на другое место. «Малфои должны работать в лучших заведениях, несмотря на профессию» - он пробежался по знакомым, в итоге Драко здесь, в «TONI&GUY». Элитный салон красоты, куда ходят только обеспеченные люди, но, как уже говорилось ранее, к парню записывались только дамы. Талант Малфоя помогал ему в сложных прическах, а его пальцы умело и ловко заворачивали локоны в чудные узоры и фигуры. Девушки и женщины мечтали, чтобы его пальцы применили себя в совершенно другом деле. Они красочно представляли в голове разные картинки взрослого содержания, немедля краснели и глупо хихикали, как школьницы. Для тех, кто не интересовался Драко в этом плане, он стал хорошим слушателем - парикмахер это еще и психолог. Он внимательно слушал клиенток, кивал и вставлял комментарии в нужных местах. Взамен ему давали хорошие чаевые. От разных мыслей его отвлек голос напарницы Камиллы: — Драко, хорош прохлаждаться! У нас клиентка. — громкий голос девушки нарушил тишину, в которой сидел парень. — Так обслужи ее. — ответил Малфой, рисуя пальцами узоры на окне. — А вот и нетушки, Драко. Она не по мою душу пришла. Ей нужно сделать что-то с волосами. — девушка нетерпеливо стучала каблучками по кафелю. Драко соизволил отвлечься и посмотреть на напарницу. Камилла была сногсшибательной девушкой. Увидев, вы бы наверняка ее запомнили. В свои 23 она стала обладательницей ярких, голубых, как море, глаз; пухлых губ, все время подкрашенных любым цветом помады и блеска; да и блондинистых волос до плеч, которые сначала были выкрашены в розовый цвет, но, как только она переступила порог этого салона, то управляющая заведением сунула ей в руки краску для волос. Ее волосы часто были в беспорядке - вьющиеся, как после сна. Драко предлагал ей помочь с прической, ему это было не тяжело, но Нери послала его куда подальше, то есть в другую комнату к клиенткам. Камилла Нери была настоящим чудом: веселая, бойкая, не стоящая на месте, Камилла производила хорошее впечатление на всех, с кем знакомилась. Ее способность забалтывать клиенток, пока она делала им маникюр, педикюр была поразительной и отлично сыграло на руку владельцу салона. Каждый, кто пришел к ней один раз, больше не сможет ходить к другому специалисту. Раз она такая замечательная, то почему Драко за ней еще не приударил? На самом деле приударил. В первые дни работы, как только он узнал девушку, он пригласил ее на свидание, на что получил очаровательно-звонкий смех блондинки. Малфоя это даже оскорбило. Он никогда особо не старался заполучить девушку, потому что его внешность делала все за него. Улыбочка, слегка прищуренный взгляд, бархатный, вкрадчивый голос и комплименты. После такого никакая девушка не устоит…если только она не лесбиянка. Увидев оскорбленное лицо Драко, Камилла вежливо пояснила, что парнями не интересуется…вообще. Плюс, у нее есть девушка - Кэт. После неловкой ситуации, как считал Драко, они стали неплохими друзьями. — У меня перерыв, Ками, отвали. — Малфой продолжил смотреть в окно и пить крепкий кофе. — По уставу, Малфой, у тебя перерыв, когда нет посетителей, а у тебя клиентка, так что подними свою накаченную попку и иди твори на башке этой мадамы. — У меня клиентка через 15 минут, — попытался соскочить Драко. — Твоя Люсиль укатила в Англию с новым парнем, поэтому позвонила Шоне и отменила стрижку. Место оказалось пустым и какая-то девушка пришла на ее время. Она в первый раз в нашем заведении, поэтому сделай все возможное, чтоб она вернулась снова. — телефон девушки завибрировал от сообщения, спустя мгновение зазвонил. Драко надеялся, что подруга отвлечется и уйдет, но нет. Она взяла трубку и сказала: «Кэти, я перезвоню. Не могу заставить блондинистого придурка идти и делать прическу еще одной девицы, старающейся засунуть ручки к нему в штаны. Целую.» Девушка поманила Драко пальчиком и вышла из комнаты. Ранее говорилось, что она чудо? Нет, это монстр с ангельской внешностью. Именно так и сравнил ее Драко. Он сделал последний глоток напитка и встал. Расправив свою форму, состоящую из обычных брюк и футболки с логотипом салона, он вышел вслед за Нери. Пройдя по хорошо освещенному коридору, он уже не видел Ками, но отчетливо слышал стук ее каблуков. Выйдя из коридора, он сразу пошел к своему рабочему месту. В кресле действительно сидела девушка с волосами цвета молочного шоколада и рассматривала журнал. Нельзя было сказать привлекательна она или нет, но спина у нее была прямая, красивый изгиб шеи. Хоть клиентка и сидела напротив огромного зеркала, ее лица не было видно из-за того, как сильно она опустила голову, а волосы закрыли ее лицо. Вздохнув, Драко нацепил дежурную улыбочку и направился к ней. — Добрый день, милая леди. Добро пожаловать в самый лучший салон во всей Англии - «TONI&GUY». Сегодня я буду вашим крестным феем и преображу вас на любой случай жизни. — Драко стал готовить разное оборудование. Девушка сдунула прядь волос и раздраженно посмотрела на Драко. — Ну наконец-то! Во всех дорогих и популярных салонах приходится ждать чуть-ли не пол часа, чтобы буквально подровнять кончики? — деловитый тон девушки так и сочился сарказмом, который она даже не пыталась скрыть, как все другие богатые девушки, но голос Драко казался ужасным знакомым, поэтому он резко повернулся. На его лице сначала было удивление, а потом появилась та самая противная улыбочка, которую он раньше применял все время. — А, это ты, Грейнджер. Казалось, девушка была так удивлена, будто увидела его не в элитном салоне, а возле мусорного бака, доедающего объедки. Гермиона Грейнджер. Та еще штучка. Они учились вместе в одной группе. Удивительно, но эта, на вид хрупкая, как кукла, девушка умела оставаться холодной и жестокой, когда это требуется. Сейчас она сидела пред ним с таким смешным выражением лица - ее карие глаза были широко раскрыты, нижнюю, розовую губу она прикусила ровными, белыми зубами, волосы были выпрямлены, хотя раньше она предпочитала ходить с кудрями. Драко не мог не признать, что выглядела она весьма хорошо, хоть и недолюбливал ее. Когда он встретил ее первый раз, подумал, что она ошиблась аудиторией, но нет. Женщина-политик - это что-то с чем-то. Она была единственной девушкой на несколько групп. Все думали, не продержится и до первой сессии, но какого было удивление всех, когда она стала первой ученицей и обходила многих старшекурсников. Разные споры с ней почти всегда оканчивались поражением ее соперника, только в некоторых случаях Драко удалось урвать победу. Он не ненавидел ее, просто она ему не нравилась и не казалось такой интересной, как остальным. — Что, Малфой, не нашлось для тебя подходящего местечка даже со связями твоего папочки? Ты поэтому пошел в парикмахеры? — откровенно издевалась чертовка. Драко ухмыльнулся и взял ножницы. — Я бы на твоем месте не скалился, Грейнджер. Ведь в моих руках твои чудные волосики. — для устрашения Драко пощелкал ножницами. Гермиона возмущенно и испуганно. Она вскочила, но Драко силой опустил ее на место. — Да ладно тебе, Грейнджер. Я шучу, — она спокойно вздохнула, — Или нет? — Малфой! — сквозь зубы процедила Грейнджер. — Успокойся, для меня профессионализм превыше всего. Ну, что заказываете, мисс Грейнджер? — он так бережно перекладывал пряди волос с одной стороны на другую, что Гермиона не сразу собрала мысли в кучу. — А…мне кончики подстричь. — тихо сказала она. Малфой нахмурился, а потом рассмеялся. — Ты серьезно, Грейнджер? Ты пришла в дорогущий салон для того, чтобы подстричь кончики? Да в домашних условиях можно с легкостью это сделать. — Делай, что сказала, Малфой. Или мне пожаловаться руководству? — нервничала девушка, на что Драко лишь пожал плечами и принялся за дело. Спустя некоторое время тишины Гермиона робко спросила: — Малфой, ты можешь мне покрасить одну прядь? — блондин остановился и внимательно посмотрел в зеркало прямо на девушку, выискивая улыбку, но ее там не было. — Ты просишь меня покрасить одну прядь? Только одну? — Да. — уверенно ответила Гермиона. — Ладно. Желание клиента — закон. — Малфой открыл шкафчик с баночками с краской разных цветов от темных до светлых. — Светлый оттенок или темный? — спросил он у Гермионы. — Красный, Малфой. — тот удивленно посмотрел на девушку. — Ты издеваешься надо мной, Грейнджер? Какой нафиг красный? Ты головой не ударялась? — она серьезно смотрела на него. — Просто…сделай это Малфой и все. От тебя ничего сверхъестественного не требуется. — Драко все еще думал, что она спятила. — Хорошо, Грейнджер. — он начал искать краску. Делал это он в полной тишине, так как Гермиона не спешила делиться с ним со всяким дерьмом, которое происходит у всех в жизни. Драко начал разводить краску. — Ну давай, Грейнджер, рассказывай. — О чем ты, Малфой? — Грейнджер сидела, поджав губы. — С чего такие перемены? Тебе же нужно выговориться. Давай. Я никому не скажу. Парикмахер — как врач. Могила. — он подмигнул ей в отражении. Она посмотрела на него. — Ладно, Малфой. Раз хочешь слушать - слушай. — она прочистила горло. — Это началось в последнем классе, ещё в школе…

***

      Гермиона всегда отличалась от своих одноклассниц. Её не интересовали вечеринки, шмотки, парни - девушка всегда старалась получить максимум знаний, чтобы позже поступить в успешный институт. И все бы ничего, но в старших классах она поняла, что ей тоже хочется человеческого тепла рядом. На роль парня она сразу выбрала Рона Уизли, что было неудивительно, ведь она, Рон и Гарри были всегда вместе, этакое неразлучное трио. Рон был приятным на внешность, с ярко-рыжими волосами и веснушками, зеленые глаза всегда отдавали теплом. Он был вратарем в команде по футболу, поэтому и его тело всегда было в порядке. На нем часто висли девушки, но все его внимание было посвящено друзьям. Спустя время, с удивлением Гермиона обнаружила, что Рон действительно похорошел и кидает на нее частые, долгие взгляды. Сама же Гермиона поняла, что она так долго была слепа, когда Гарри признался, что Гермионе пора бы уже обратить внимание на друга, или намекнуть о том, что он ее не интересует. Грейнджер поняла, что парня лучше Рона не найдешь. Первый шаг на пути к отношениям сделала Гермиона. Она первая признала то, что Рон ей очень нравится и она надеется, что это взаимно. Вот так тихо и незаметно они стали парочкой в школе. У Гермионы все было впервые вместе с Роном: первое свидание, первый поцелуй, первый секс и, конечно, знакомство с ее родителями. Друзья считали их самой милой (тошнотворно-милой) парочкой, а одна из лучших подруг — Лаванда Браун, говорила, что даже завидует отношениям Гермионы. Когда Гермиона обучалась на последнем курсе в институте, они все еще были вместе, и дело шло к свадьбе. Рон и Гермиона уже давно жили вместе и ни для кого не секрет, как Гермиона хотела сначала обеспечить себе хорошую работу с высокой должностью, а потом можно было бы уже и завести детей, но против свадьбы ничего не имела. Она, как могла, намекала обо всем Рону, просила Гарри и сестру Рона — Джинни, поговорить на эту тему, но все было безрезультатно. Уизли будто не понимал намеков и этих странных разговоров друзей и родственников, продолжал спокойно работать над карьерой футболиста. Гермиона могла бы смириться с постоянно проживающими в их квартире родственниками (очень дальними и не очень) «жениха», могла бы смириться с постоянным бардаком (который, слава Богу, успевала устранять дом-работница), могла бы смириться с ревностью (когда на ее парня запрыгивают фанатки и просят расписаться на груди) — со всем этим она прекрасно справлялась, пока в один момент ее не терпение не выдержало измены. Нет, она не застала их вместе, когда вернулась пораньше с работы, нет, она не получала анонимных писем с фотографиями и угрозами, все было честно и открыто, насколько это возможно в этой ситуации. Грейнджер сидела и обедала в своем любимом кафе, когда к ней за столик неожиданно присела Лаванда. — Лав! Рада тебя видеть. — удивленно, но радостно сказала Гермиона. В ответ на радостное приветствие Лаванда сохраняла необычную для нее серьезность. — Гермиона, ты должна понять, что ваши отношения с Роном длятся уже долго, чувства уже остыли… Просто прими это и отпусти его. Он уже давно не твой. — медленно, с расстановкой наконец проговорила Браун. Гермиона нахмурилась и отложила недоеденное пирожное. — О чем ты говоришь, Лаванда? Наши отношения с Роном скоро перейдут на новый уровень и… — На новый уровень? А он хочет этого? Ты думаешь, что он просто не понимает намеков, но это не так! — перебила девушку Лаванда, — Мы с тобой подруги, Гермиона, но я так больше не могу. Я думала, что ты видишь, что ты умная и должна все понять, но нет… Ты никогда не замечала моих чувств к нему. — Лаванда нервно теребила салфетку, словно собираясь с мыслями. — Что? Но я… — у Гермионы словно кончились слова. Конечно, она постоянно замечала, как Браун расхваливает Рона, часто они гуляли втроем, точнее Лаванда сама напрашивалась на их свидания, превращая их в дружеские посиделки. Теперь Гермиона в каждом поступке Лаванды видела какой-то скрытый смысл, каждое ее слово теперь имело другое значение, — Но Рон… Он любит меня, а не тебя Лаванда... И это слишком с твоей стороны просить меня отпустить его, когда он не хочет быть с тобой! — уже почти кричала Грейнджер. — Мы встречаемся с ним уже два года, Гермиона. — поджав губы, сказала Лаванда. — И какими бы мы ни были подругами, ты ему надоела. Наскучила или любовь остыла, называй как хочешь. Он давно мне признавался в том, что хочет быть со мной, но не хочет тебя обидеть. Гермиона не верила в это. Это же Лаванда! Она бы никогда так не поступила с ней. И Рон… Ее Рон никогда бы не обидел Гермиону. — Лаванда, — Грейнджер не верила в то, что говорила подруга. — Прости, Гермиона, просто ты должна была знать это. Я устала скрывать нашу любовь. Я понимаю, тебе нужно время, чтобы принять это, но я надеюсь на то, что наша дружба на этом не кончится. — быстро проговорила Браун и поспешила удалиться, оставив Гермиону переваривать услышанное. Уже позже, вечером, она вернулась в пустую квартиру, ведь Рональд усиленно готовился к решающему матчу, собрала самые необходимые вещи, нацарапала записку, где объяснила причину ухода и уехала жить к бывшей однокласснице и подруге - Полумне Лавгуд. Конечно, Гермиона думала, что это розыгрыш или попытка Лаванды заполучить Рона, рассказав Гермионе ложную историю, она ждала звонка от Уизли с объяснениями и просьбами вернуться домой. Полумна не торопила Грейнджер, разрешила остаться до тех пор, пока она сама не захочет уехать. Но не через день, не через неделю он так и не позвонил. В конце концов Гермиона, подняв звонящую трубку, услышала голос Уизли. Только не Рона, а Джинни, которая трещала без остановки. Словно оглушенная, Грейнджер слушала обрывки фраз: «...как так-то?», «…Лаванда шлюха…», «…мой братец-имбецил…», «…женятся…». — Женятся. — эхом вторила девушка, присаживаясь на коленки. Молчание слишком затянулась, когда Джинни продолжила: — Гермиона, мне так жаль. Я была уверена, что вы созданы друг для друга! Мы с мамой так долго ждали свадьбы, а тут приперся Рон с Браун и заявил, что они подали заявление... Приезжай к нам. Ты же знаешь, мама будет рада тебя видеть! — Не сейчас, Джи. — сказала Гермиона и бросила трубку.

***

      — На этом можно и закончить мой рассказ. — вздохнула Гермиона и сделала глоток воды, который ей любезно предложила сотрудница салона, пересохшими от рассказа губами. Малфой уже заканчивал свою работу, состригая кончики. — И как ты чувствуешь себя сейчас? — Уже лучше, я почти и забыла те чувства. Возможно, все они были отголосками первой влюбленности, которая, увы, не переросла в нечто большее чем то, что случилось с нами. — на глаза девушки попала ярко-алая прядь. Немного ярче, чем она планировала, но и это неплохой оттенок. Прядь так и маячила перед глазами, словно красуясь перед Гермионой. Не успела Грейнджер и подумать, как Драко ловким движением руки убрал прядь с лица, и теперь девушка увидела результат полностью. — Так и зачем тебе красная прядь? — блондин неудовлетворенным взглядом скользил по волосам Гермионы. «Такой красивый цвет волос, а она портит их такой безобразной выходкой!» — Пусть это будет напоминанием о нем, о нас и о том, что я чувствовала к нему. — Гермиона заправила прядь за ухо, сняла накидку и встала с кресла. — Почему именно красный? — вопрос, волнующий Драко на протяжении всей истории, — Красный ведь ассоциируется с любовью? — Для меня красный ассоциируется со страстью. Те сумасшедшие ночи, что провели мы с ним, та потеря самоконтроля, когда он прикасался ко мне, то, как страстно я его ненавидела после всего. Наверное, любви и не было. Только влюбленность и страсть. — уходя, произнесла Гермиона Грейнджер. «Сумасшедшая» — про себя хмыкнул Драко, надеясь не увидеть больше эту мадам.

***

Ожидания Драко не оправдались. Через два месяца к нему опять заявилась Гермиона Грейнджер. Был март, когда звякнул колокольчик на входной двери - появилась девушка в красном пальто, подстать пряди волос, выбивавшейся из пучка на голове. — О, Малфой, а я к тебе. — кивнула девушка парикмахеру, кидая пальто на диван, и распустила пучок. Волосы локонами рассыпались по плечам, что привлекло внимание Драко. Он всегда тщательно рассматривает чужие волосы, замечая любые изъяны. Издержки профессии, что сказать. И в этот раз он сразу понял, зачем явилась Грейнджер. — Ты явилась на покраску твоей пряди? Она немного поблекла, но мы быстро вернем ей яркость. — тоном профессионала заявил Малфой. — Нет, Малфой, меня полностью устраивает этот цвет. Я снова к тебе… подстричь кончики. — Гермиона немного покраснела, что было видно по ее ушам. «Ужасно краснеет» — подумал парикмахер. — Что-то ты темнишь, Грейнджер. Тебе повезло, что сейчас у меня нет клиентов, а так-то надо записываться. — Драко кивнул Шоне, которая в это время разговаривала по телефону, записывая очередную клиентку. — Пошли, после стрижки подойдешь к Шоне, девушке на ресепшене, и оплатишь все. Также спроси телефончик, чтобы в следующий раз не полагаться на волю случая. — Драко шел, уверенно маневрируя между столиками, стульями и прочей фурнитурой, чего не скажешь о Гермионе. Прямо сейчас она споткнулась о провода и чуть не разбила себе нос, если бы не вездесущие руки Драко. — Спасибо, — сказала Гермиона, выпутываясь из объятий. — Ты уже надеешься, что я приду к тебе вновь? Но я и без тебя все прекрасно знаю, куда мне обращаться. Я уже была здесь, если ты забыл. — съязвила Грейнджер, но это было впустую, так как Малфой отвлекся на Камиллу Нери. — Драко, у Кэт сегодня важное мероприятие, поэтому не мог бы ты выделить немножко времени и сделать ей приличную укладку? Пожалуйста - пожалуйста - пожалуйста! — блондинка сложила свои наманикюренные ручки вместе в умоляющем жесте. — Ладно. У меня освободится время около двух, сойдет? — спросил Малфой, подходя к своему рабочему месту. Он пригласил Гермиону жестом сесть в кресло, а сам пока начал готовить оборудование. — Отлично! Люблю тебя, дракончик мой. Ты мой герой! И, кстати, девушка, приглашаю вас на первоклассный маникюр или педикюр. Поверьте, на ногти мужчины обращают внимание не меньше, чем на грудь или задницу. — подмигнула Нери Гермионе. М — Маркетинг. Грейнджер улыбнулась в отражение зеркала. — Обязательно, только немного позже. — Грейнджер подняла волосы, чтобы Драко смог застегнуть накидку. Камилла отправилась восвояси на голос клиентки, а Драко вновь спросил Гермиону: — Только кончики? — Нет. Нуууу… Я решила, что неплохо бы разнообразить цвет моих волос. Поэтому я хочу, чтобы ты снова покрасил мне одну прядь. — немного смущаясь, произнесла девушка. Блондин посмотрел на нее странным взглядом. — Лааадно. И твой цвет? — …Зеленый. Молчание воцарилось на несколько минут. За эти минуты Гермиона могла с точностью передать словами, с описанием чего-либо у нее никогда не было проблем, изменение эмоций на лице Драко. Малфой в свою очередь, впиваясь в отражение Гермионы взглядом, пытался понять, шутит ли его клиентка или нет. — Зеленый? Серьезно, Грейнджер? Ты на своей работе настолько переутомилась, что тебе моча в голову ударила? Ты хочешь походить на светофор? А как отреагируют на твой работе? Женщин-политиков и так не любят в политической сфере общества, а если ты будешь выглядеть, как попугай, то тебя вообще серьезно воспринимать не будут. — сделал попытку отговорить девушку Малфой. «Она точно сошла с ума. Уродовать так свою внешность… Уму непостижимо.» — Отстань, Малфой. Мой внутренний мир от этого не изменится, и я все так же, с легкостью, смогу заткнуть за пояс любого мужчину. Желание клиента — закон, так ведь? — Гермиона надула губы. Слова бывшего однокурсника ее реально зацепили. — Как скажете, мисс. — сквозь зубы проговорил Драко. Он подошел к ящику с краской и поинтересовался оттенком. — Эм... Ну, зеленый такой, — Гермиона ну вообще не разбиралась в этом. В чем-чем, так в подборке разных цветовых гамм, различии оттенков и остальном прочем, она была не сильна. Увы, природа обделила ее этой областью знаний, хоть она и пыталась ходить на курсы дизайна. — Ты знаешь, значение слова «оттенки», Грейнджер? Ладно, упростим тебе задачу. Малахит, Зеленый луг, Нефрит, Трилистник, Шартрез, Мята, Аспарагус, Виридан? Что-нибудь заинтересовало? — спросил парикмахер, перебирая имеющиеся краски. К стыду Гермионы, большую часть цветов она не только слышала впервые, но и не представляла значение этих слов. По виду Гермионы было ясно, что она в полной растерянности. — Хорошо, выберу на свой вкус. — сказал Малфой, вытаскивая тюбик с краской. Он начал не спеша разводить краску, пока Гермиона теребила край футболки. — Что, даже не спросишь, почему зеленый? — нетерпеливо произнесла девушка. Драко посмотрел на отражение ее лица и увидел на нем желание чем-то поделиться. — Ладно. Рассказывай, Грейнджер, почему ты решила покрасить прядь в зеленый? — наиграно-заинтересованным голосом спросил Драко. — Итак, это снова связано с парнем. Точнее с бывшим парнем. И ты его, кстати, тоже знаешь. — И кто он? — Драко и вправду не мог даже предположить, кто из его бывшего окружения, смог бы иметь такую девушку, как Грейнджер. — Теодор Нотт. — Гермиона со сладкой улыбкой наблюдала за лицом Драко, который чуть не опрокинул чашку с краской. — Тео?! Ты шутишь? — о, да, Драко был удивлен, — Как так получилось, вы же с ним почти никогда даже словом не переговаривались! — Все началось…когда?.. Хм. Ах, да! Через пару дней после твоего приема!

***

Гермиона сидела дома и пила чай с мелиссой, когда ей на телефон пришло уведомление. Джинни просила оказать ей услугу и прийти на девичник Лаванды. «Ну, Гермионаааа, плз. Ты хочешь оставить меня наедине с Лавандой?! Я же не вытерплю ее компании целый вечер!» — гласило сообщение. Хоть Гермиона и стала терпимее к Рону и Лаванде, смогла отпустить бывшего парня, но перспектива быть рядом с бывшей лучшей подругой ее не прельщала. Посидев дома еще час, Гермиона плюнула на все и пошла выбирать платье. Она решила оттянуться на всю катушку, да и партнера на ночь неплохо было бы найти. Из шкафа она достала самое подходящее платье, что у нее имелось. Это было до неприличия короткое вечернее платье с рукавом три четверти, расшитое золотыми пайетками. Оно полностью облегало фигуру Гермионы, но оставляло место для фантазии. С волосами она особо не заморачивалась, а закрутила в крупные локоны и не забыла сбрызнуть лаком. Алая прядь смотрелась, как никогда, гармонично с этим образом Гермионы. Не забыв сделать роскошный вечерний макияж, Гермиона сделала особенный акцент на глаза. Надев платформы под цвет платья, Гермиона взяла черный клатч, закинула туда кредитку, телефон, ключи и всякую мелочь из косметики. Накинув на себя плащ, Гермиона спустилась на улицу, поймала такси и направилась в клуб. Клуб «Crystal» был популярен, как среди молодежи, так и среди людей побогаче и обеспеченнее. Делился он на две зоны: бесплатная и vip. Отписавшись подруге, Гермиона уже подъезжала к зданию. Оплатив проезд, она подошла ко входу в vip-зал. У входа ее ждала Джинни, которая попросила охранника пропустить Грейнджер. — Я рада, что ты пришла! Огромное спасибо. — обняла подругу рыжая девушка. Гермиона же ничего не ответила и, сняв плащ, отправилась внутрь. Внутри все поражало роскошью. Это было единственное отличие от бесплатного зала. Тут так же играла громко музыка, парни и девушки толпились на танцполе, а бармен, не прекращая, раздавал алкогольные напитки. Уизли повела Гермиону к одному из столиков, располагавшихся на балконе. Там уже сидела Лаванда и фотографировала себя на телефон. — Гермиона! Как здорово, что ты пришла! Ты больше не обижаешься на нас с Роном? — девушка обняла Гермиону. — Уже нет, Лав. — Грейнджер окинула взглядом будущую жену своего бывшего парня. Лаванда выглядела потрясающе: короткое красное платье с большим декольте, выпрямленные темно-русые волосы, макияж и ее любимая алая помада на губах. На безымянном пальце красовалось кольцо, которое так долго ждала Гермиона. — Вот и отлично. Ты же знаешь, что мы будем рады видеть тебя на нашей свадьбе. Ты моя лучшая подруга, Гермиона! Конечно, я понимаю, что просить тебя быть свидетельницей - было бы жестоко, поэтому на эту роль я пригласила Парвати, помнишь ее? А что за прядь такая? — Лаванда легким прикосновением руки провела по всей длине алого локона, слегка задержавшись у самого конца. — Довольно необычное сочетание для тебяю — тихо прошептала Браун так, что никто этого не услышал. Лаванда резко отдернула руку и радостно закричала: — Оторвемся по полной в последний свободный день моей жизни! Три девушки веселились у себя за столиком. Они много пили, танцевали, да и смеялись тоже очень много. Но Гермиона пришла сюда не за этим. Отмазавшись в туалет, она спустилась вниз и пошла к бару. Она была недостаточно пьяна для того, чтобы подцепить кого-нибудь. — Мне, пожалуйста, мохито. — сказала Гермиона, присаживаясь за барную стойку. — Два, пожалуйста, и за мой счет. — произнес приятный мужской голос у нее за спиной. Обернувшись, Грейнджер увидела его. Теодор Нотт был третьим красавчиком у нее на факультете. Девушки с других факультетов всегда завидовали Гермионе, потому что она училась в окружении мужчин, где не было соперниц - все внимание было обращено на нее. Нотт славился большим количеством женщин в своей постели. Он был высоким, подтянутым парнем, с очаровательными, немного кудрявыми темными волосами, голубые глаза отличались добродушностью и умели заманивать дам. Для Гермионы на тот период времени существовал только Рон, но что она любила в Теодоре, так это его одержимость пальто. У него их было очень много. Черные, синие, красные, серые — на любой вкус. Можно было сказать, что в нем умер отличный стилист. Нотт умел сочетать цвета одежды, подбирать одежду по новым трендам, у него имелся свой собственный стиль. Теодор постоянно носил шарфы, даже находясь в помещении. Это была его изюминка. А как они прекрасно сочетались с пальто! Гермиона даже и мечтать не могла, чтобы Рональд хоть раз надел пальто. И вот он здесь. Грейнджер повстречала уже двух однокурсников только за пару дней. — Грейнджер? Вот это сюрприз. Давно не виделись. Отлично выглядишь. — Теодор широко улыбнулся, обнажая ровные белые зубы. — Привет, Теодор. Спасибо, ты тоже ничего. — он и вправду выглядел очень даже ничего. Белая, полурасстегнутая рубашка, светлые джинсы и дорогие кеды. «Надеюсь, он все еще придерживается своего стиля, а то так он выглядит…обычно? Сексуально, но обычно» — подумала Гермиона. За разглядыванием Теодора она и не заметила, как напитки были поданы. Грейнджер взяла высокий бокал в руки и медленно начала тянуть напиток через соломинку. При этом она постоянно сохраняла зрительный контакт с Теодором. Он улыбался ей уже не так широко, а только уголком губ. «Я думаю, он сойдет.» — подумала Гермиона и слегка потрясла стакан. Потом она аккуратно откусила дольку лайма и поставила стакан на место. — Не хочешь потанцевать? — спросил Теодор. — Я и пришла сюда за этим. — ответила Гермиона, когда уже тащила парня на танцпол. Музыка была ритмичная, зажигающая и будоражащая кровь, а прикосновения Теодора обжигающими, невероятно требовательными и даже удивительными. Их танец не продолжался долго, потому что оба знали, что последует за ним. И вот уже Гермиона, не заботящаяся о подругах, мчит на заднем сиденье такси, параллельно целуясь с Ноттом. Ночь была полна удивительных приключений в постели, а утро было весьма приятным. К удивлению Гермионы, Теодор не уехал ночью домой, а предпочел остаться у нее. Утром Гермиона, как гостеприимная хозяйка, приготовила завтрак. Смотря на Теодора, который полуголый, только что вышедший из душа с еще мокрыми волосами уплетал ее яичницу с тостами, Гермиона придумала отличную идею. — Не хочешь со мной сходить на свадьбу? — спросила она. — Да, можно и сходить. — просто ответил Теодор и улыбнулся своей великолепной улыбкой. Именно сейчас Гермиона поняла, почему по нему так горят все девушки. Их отношения закончились так же спонтанно, как и начались. Два месяца Гермиона жила, словно в своих мечтах: вместе с Тео у него в квартире, готовила ему завтрак, потом они вместе отправлялись на работу, под вечер она готовила ужин, а иногда Теодор баловал ее своей стряпней, ночью они забавлялись либо в постели, либо смотрели какие-нибудь фильмы. Эта рутина была такой привлекательной и затягивающей, как черная дыра. У них не было скучной повседневности. По выходным они часто выбирались из дома, будь то парк или поход к друзьям. Она познакомила Теодора с друзьями на свадьбе Лаванды, а потом и с родителями. С друзьями Нотта она тоже была знакома, и они часто встречались, чтобы провести время большой компанией. Гермиона лично была удостоена честью лицезреть гардероб Теодора, а он был ее верным спутником в магазинах. Все было настолько замечательно, что Гермиона боялась все сглазить. Это был обычный выходной, который они собрались провести дома. Она читала книги, а он занимался своей работой. Иногда он обращался за советом к Гермионе, а она цитировала ему понравившиеся строки. Звонок в дверь был так некстати. Теодор надел на себя футболку и пошел открывать дверь. Гермиона встала на выходе из комнаты, откуда было прекрасно видно коридор и входную дверь. Парень посмотрел в глазок и сделал шаг назад. Он стоял, смотря на дверь, пока в нее трезвонили, как проклятые. — Кто там? — спросила Гермиона. Тео посмотрел на нее и молча открыл дверь. На пороге сразу же появилась девушка. Незнакомка была красива. Она была чуть выше Гермионы, имела волосы цвета какао, которые небрежными кудрями рассыпались по ее плечам, большие выразительные светло-карие глаза, пару небольших родинок под нижней губой. Губы были тонкие, но так обворожительно складывались в трубочку, прямо как сейчас. Но первое, что бросилось Гермионе в глаза — это ее большой живот. И нет, она не была толстой. — Фиби? Ты…что здесь делаешь? — спросил Теодор. Он переводил взгляд то на ее лицо, то на ее живот. — Тео, я совершила такую ужасную ошибку! Я беременна от тебя, понимаешь? Но я не сказала, потому что… Когда об этом узнала твоя мать, она дала мне деньги на аборт, но я не могла от него избавиться! Прости, но я… Я не смогу одна! — из ее красивых глаз потекли слезы. Слеза за слезой, они превращались в небольшие ручейки. Выглядела она, так сказать, не очень. Красные, зареванные глаза, покусанные губы, да и сопли текли из носа, но Тео это не волновало. Гермиона смотрела не на нее, а на него. Он так смотрел на эту девушку. Гермиона видела один раз такой взгляд, но это был не Теодор и не она сама. Гарри всегда смотрел так на Джинни. Они молчали втроем, но тишина казалась неуютной только из-за присутствия Гермионы. — Эм… Ладно. Я, пожалуй, пойду, а вы тут разберитесь, — Гермиона ушла обратно в комнату, напялила какую-то блузку и джинсы, накинула пальто и взяла сумочку и сапоги в руки. Как могла, так быстро постаралась пересечь коридор, но в отражении зеркала, краем глаза, успела увидеть, как Теодор обнимает эту Фиби. Стоя на лестничной площадке, Гермиона надела сапоги и застегнула на пуговицы пальто. Ехать по ночным улицам было одно удовольствие - никаких пробок. Припарковавшись возле знакомого дома, Гермиона поставила машину на сигнализацию и поспешила войти в дом. Грейнджер открыла дверь, встречаясь с зеркалом напротив - прямо на нее смотрело ее отражение. Красное пальто хорошо сочеталось с прядью такого же цвета, даже казалось, будто это теперь ее изюминка. Это пальто в подарок преподнес ей Нотт, считая, будто у каждого цивилизованного человека должно быть хотя бы одно пальто. И тут она расплакалась, ей стало так обидно. Она спустилась по стенке на колени и тихо заскулила. — Я так понимаю, тебя снова бросили? — спросила Полумна, выйдя в коридор с весьма заспанным лицом. — Прости, что опять тебя потревожила, — шмыгнула носом Гермиона. — Ничего, Грейнджер, я уже привыкла. — и Луна достала из кармана носовой платок. Гермиона рассмеялась, но перед глазами у нее все та же девушка в красном пальто и с заплаканными, одинокими глазами.

***

      — Так… Он все-таки остался с ней? — спросил Драко, высушивая волосы. — Ага. Он сказал, чтобы я попыталась его понять, ведь не может же он бросить беременную девушку. Тем более я видела его глаза, когда он смотрит на нее… На меня он так никогда не смотрел. — с грустной улыбкой произнесла Гермиона. Малфой смотрел на ее отражение и спрашивал себя, как много еще ей придется перепробовать до тех пор, пока она не встретит своего мужчину? — Ну-ка, теперь расскажи мне, почему именно зеленый? — Малфой уже закончил работу, но Гермиона не спешила уходить. — Теодор Нотт был для меня как…всепоглощающее спокойствие, стабильность. Для многих людей зеленый цвет означает рост и развитие. Мне кажется, я многое получила из наших с ним отношений. Он стал толчком для пути моего совершенствования. С ним я чувствовала себя гармонично. Мы дополняли друг друга, наверное, поэтому зеленый. — сказала Гермиона и встала со своего места. Она улыбнулась своему отражению, заправила за ухо светло-зеленую прядь. — Спасибо, Малфой. Хорошая работа. Надеюсь, я больше не приду к тебе увечить мои волосы. — рассмеялась девушка и вышла из зала, прихватив с собой красное пальто. «Удачи, Грейнджер. Не облажайся в следующий раз.» — мысленно сказал он.

***

      Долго ждать Грейнджер не пришлось, так как она заявилась к нему через…три недели? Когда Драко разговаривал с Линдси, своей новой клиенткой, попутно доделывая ей укладку, в зал вошла Гермиона. Малфой кинул на нее взгляд, моля о том, чтобы она пришла на маникюр к Камилле. — Грейнджер, надеюсь, ты не ко мне? — спросил Драко, пока Линдси восхищенно осматривала свою новую прическу. — К тебе самому, Малфой. Сегодня я по записи, просто немного раньше пришла, — радостно сказала Гермиона. — Драко, ты такой потрясающий! Спасибо тебе огромное за эту работу! — восклицала Линдси, кружась перед зеркалом. — Может созвонимся как-нибудь и встретимся после работы? — кокетливо подмигнула она Драко через отражение в зеркале. — Я подумаю. А теперь иди, у меня клиентка. — отмахнулся от нее парикмахер. — Если что, мой телефон возьмешь у Шоны. — на прощание она чмокнула его в щеку и прошла мимо Гермионы, смерив ее подозрительным взглядом. Как только эта дамочка ушла, Гермиона спросила: — И часто у тебя так? — Постоянно. Что решила поговорить о моей личной жизни? — усмехнулся Малфой, усаживая Гермиону в кресло. Он собрал её волосы и под ними провел накидку. От этих действий у девушки почему-то пошли мурашки, когда он невесомо коснулся ее шеи. — Мхм. Надо же как-то отвлечь себя. — пыталась отогнать ненужные мысли Гермиона, но все закончилось прахом, когда Драко положил ей руки на плечи. От разных ассоциаций уши Гермионы покраснели, но, к счастью, за волосами этого не было видно. — Так в какой цвет нам предстоит красить сегодня? — поглаживая плечи Грейнджер, спросил Малфой. Гермиона легонько дернула плечами, тонко намекая Малфою, что ему стоит убрать ручонки. — Оранжевый, мистер Малфой. — Гермиона подумала, что Малфой привык к ее загонам, поэтому даже не стоит стесняться. — Предпочтения в оттенках? — безэмоционально спросил Драко. «Мне уже все равно, что это дуреха будет делать со своими волосами» — Хочу оранжевый, как… как закат! Вот такой хочу. — широкая улыбка Гермионы отпечатком врезалась в память Драко. — Ясно. Подберем что-нибудь. — блондин начал копошиться в ящиках с краской. — Ты сегодня неразговорчивый. Кстати, мои коллеги по работе очень дурно отозвались о моем новом стиле. Обсуждали всем коллективом, как будто больше нечего обсуждать у нас в стране. Хотя бы подискутировали на сложные темы, но нет! Мы хотим обсуждать причесон Гермионы Грейнджер! Фу, она глупая баба, так еще и выглядит как панк! Не солидно. — басом копировала коллег Гермиона. У нее очень хорошо получалось, но Драко бы никогда не признался в этом. Он стопроцентно уверен в том, что именно так мужчины и считают, когда видят девушек в их деле. Он сам так считал, пока не встретил Гермиону Грейнджер. Хотя, после последних ее выходок, мозгов у нее явно поубавилось. — Как там твоя партия? Продвигается? — решил поинтересоваться парикмахер. — Куда уж там. Не так много людей нас поддерживают. Хоть я и стараюсь часто прибегать к помощи СМИ, но толка от этого почти нет. — грустно сказала Гермиона. Малфой тактично промолчал, потому что ее партия и вправду была отстойная. — Я могу начинать? — после некоторых раздумий спросила девушка. — Начинать что? — Изливать душу о непрочных отношениях с Фредом Уизли? — Грейнджер закусила губу, вспоминая в голове все от начала и до конца. — Да, пожалуйста. Мне все рав… Еще один Уизли? — вспомнил знакомую фамилию Драко. — Ну… Так получилось. Это его брат. Слушай и не перебивай! Кхм-кхм. Итак…

***

      Гермиона всегда хорошо ладила со всеми членами семьи Уизли. Ее любил каждый носитель рыжей шевелюры. Надежды на дальнейшую совместную жизнь Гермионы с Роном пошли крахом, но это не остановило Молли Уизли. Она долго еще надеялась на воссоединение парочки, но на свадьбе своего сына она впервые увидела реальность. Гермиона была с неизвестным спутником и выглядела счастливо, а Рональд женился, к большому сожалению, не на той, на которой хотелось бы. И Молли Уизли смирилась. После окончательного расставания с Теодором, Гермионе как никогда хотелось мужского присутствия рядом. Грейнджер настолько отчаялась, что решила заглянуть на сайт знакомств, но через пару минут ее решительность куда-то испарилась, а тучи писем от явно извращенных парней полетели в корзину. Даже Полумна Лавгуд пыталась познакомить ее со своими знакомыми, но, в силу некоторых обстоятельств, в виде работы Полумны в странном журнале, у Гермионы ничего не получилось. В один из вечеров, которые, в основном, она проводила одна, потому что Полумна тщательно проверяет свой материал и отправляется в различные места, неожиданный звонок в дверь прервал подготовку Гермионы к новым дебатам. Открыв дверь, Гермиона даже взвизгнула от неожиданности, когда в считанные секунды она парила в воздухе, а сильные мужские руки обхватывали ее талию. — Фред! Отпусти! Немедленно! — громким, хорошо поставленным голосом сказала Гермиона. — Не понимаю, как ты нас отличаешь, Грейнджер? — прищурив свои добрые карие глаза, спросил Фред Уизли. Гермиона смотрела в эти глаза и, что странно, не видела в них ничего общего с Роном. Он был совершенно другим. — Я и сама не знаю, Фред. Просто смотрю на тебя и вижу, что ты это ты. — Гермиона медленно осматривала гостя. Фред был красивым. Его красота была простой, незапоминающейся, но в то же время оставляющий неизгладимое впечатление. Он был высоким, вполне накаченным парнем в возрасте 27 лет, хотя по своим поступками он остался еще в возрасте подростка. На его лице всегда красовалась широкая улыбка, которая заставляла улыбаться любую девушку, веснушки хаотично располагались на щеках и на носу, а выразительные, но определенно теплые карие глаза смотрели на тебя, выражая бессменное веселье. Раньше Фред носил длинные волосы и это смотрелось очень гармонично с его морковными волосами, но теперь, подняв свой взгляд выше, Гермиона не обнаружила там прежней прически. На голове Фреда был легкий беспорядок, волосы цвета капучино красиво переливались на искусственном свету. — Ты решил изменить имидж? — удивленно спросила девушка. — Ага. Теперь нас с Джорджем легко различить. Ты так решила начать с чистого листа после Рона? — спрашивая это, Фред неуклюже провел по своим волосам. — Не только из-за него, ты же помнишь Тео? С ним мы тоже расстались. — Гермиона неловко покачивалась на носочках. — Может зайдешь? Выпьем чего-нибудь, поговорим о жизни, — Гермионе определенно нужна была компания, а Фред был весьма заманчивой персоной. Парень широко улыбнулся, возможно, даже слишком широко — Я уж думал ты и не спросишь, Гермиона. Они проболтали всю ночь, а когда до рассвета оставалось пару минут, им было уже не до разговоров. Что уж говорить, Фред Уизли был отличным любовником, и он принес Гермионе то, что она не встречала ни с Роном, ни с Теодором — оживленную жизнь. Оживленную, но не долгую. Сначала все было замечательно, и Гермиона, все так же наивно, предположила, что наконец-то она нашла свой типаж. Фред на следующий день переехал к Гермионе, получив разрешение от Лавгуд, которая все равно не появлялась дома. Гермиона утром просыпалась в объятиях парня, слушала его шутки по поводу завтрака, который она усердно готовила каждое утро, одевалась под пристальным взглядом Уизли, уходила на работу и возвращалась вечером, приготавливая ужин, слушала рассказы о работе Фреда. Всегда происходило что-то смешное, а вечер всегда заканчивался страстно, как и полагается в здоровых отношениях молодых людей, которые наполнены любовью. Все это превратилось в рутину, пока однажды Гермиона не отравилась съеденным на обед салатом. Вернувшись домой, она с удивлением обнаружила у входа знакомые кроссовки. — Фред? — удивленно позвала она парня, который преспокойно лежал в гостиной на диване, усердно тыкая пальцами по клавиатуре ноутбука. Уизли от неожиданности резко захлопнул крышку ноутбука. — Гермиона? Ты чего так рано пришла? — закусывая губу, спросил парень. — Тошнило на работе, видимо я отравилась салатом, который заказала в кафе. А что тут делаешь ты? — Фред поспешно встал с дивана и снял легкую курточку с плеч девушки. — Ахахах! Ты не поверишь! Значит, прихожу сегодня на работу, а там один парень, мой коллега Роберт-пухлый-зад, помнишь? Так вот он, ахах, представляешь? Он умудрился как-то сломать кран в туалете и весь офис залило водой. Мы со всеми дождались мастера, но начальник сказал, что нет смысла работать дальше и отпустил нас домой. Итак, раз уж мы оба дома, сходим в какой-нибудь ресторанчик? Какую кухню предпочитаешь? — Фред начал собираться, ища приличную одежду, а Гермиона только отмахнулась от него и от закрадывающейся мысли, которая могла разрушить то, чем сейчас наслаждалась Гермиона. В конце концов, они выбрали неплохой китайский ресторанчик за углом. Еда была очень привлекательной, и Гермиона, которая сначала отказывалась есть из-за проблем с животом, не удержалась и попробовала жаренный рис с яйцом. Весь вечер они обсуждали посетителей заведения. Гермиона, как всегда, была очень наблюдательно и отмечала каждые мелочи, а Фред придумывал остроумные комментарии, чем смешил свою собеседницу. Бокал следовал за бокалом, вечер только начинался, но у парочки уже были веселые планы. — Гермиона, заплатишь за сегодня? Я все деньги проспорил Джорджу, — виновато улыбнулся Фред. Грейнджер ободряюще сжала его руку и подозвала официантку. Оплачивая ужин, Гермиона заметила, что он никогда ни за что не платил. Это было странно, учитывая то, что Гермиона придерживается таких понятий как равноправие и общий бюджет. Вспоминая все их выходы в свет, она с удивлением поняла, что у него никогда не было с собой денег. То он оставил кошелек дома, то отправил всю свою зарплату болеющей бабушке, то спорил с братом, причем ни раз, а этих «то» набиралось сотни. — Фред…ты никогда не платил за нас. Ты знаешь, что я не из тех девушек, которые требуют постоянных подарков от своих парней, но даже за ужин ты никогда не платил! Скажи, у тебя какие-то проблемы с финансами? — спросила Грейнджер уже на выходе, крепко держа за руку парня. Тот замялся и отводил взгляд, но все же глубоко вздохнул и признался: — Прости, Гермиона. Ты же знаешь, как я люблю тебя и всегда завидовал Рону из-за того, что у него такая прекрасная девушка. Как я радовался, когда он сказал, что расстался с тобой, и я попытал удачу. Мне никогда не было так хорошо, как с тобой, поэтому я не хотел тебя терять. Дело в том…что меня уволили с работы, и я безуспешно пытался найти новую. — плечи Фреда опускались все ниже и ниже, а головой он уткнулся в плечо Гермионе. — Мне так жаль, но ты бы могла подумать, что я альфонс какой-нибудь и хочу жить за твой счет, но это не так! Просто тогда ты бы точно увидела, как я тебя не достоин. — его слова были такими обжигающе-приятными, что у девушки из глаз потекли слезы. — Надо было сразу сказать, Фред. Я бы поняла тебя, все в порядке. Больше ничего от меня не скрывай, понял? — Гермиона водила руками по широкой спине и шептала, что все понимает. Через неделю Гермиона пригласила на обед свою подругу Рейчел. Как ни в чем не бывало они заказали салат и пару булочек с корицей. Из напитков они предпочли капучино и распивали, пока время обеда не подошло к концу. — Я заплачу. — сказала Гермиона, отдавая обратно подруге деньги. Когда подошел официант, Грейнджер протянула ему карточку и спустя некоторое время работник сообщил, что на карте нет денег. — Этого не может быть! — воскликнула Гермиона. Это была карточка, на которую ей перечисляли зарплату. На ней точно должны были быть деньги, так как зарплата была недавно. — Ничего, возьмите деньги. — Рейчел передала официанту деньги, и они с Гермионой вышли из кафе. — Заплатишь в следующий раз, когда разберешься с карточкой. — чмокнула на прощание подругу Рейчел. — Спасибо. — все так же удивленно смотрела на свою карточку Гермиона. Позже она выяснила, что на всех ее карточках нету средств. Еще позже она поняла, что незадолго до этого она потеряла пару украшений. Следующим на счету оказались банковские счета, которые также оказались пусты. Пока она созванивалась с банком, Гермиона не заметила, как к ней подошел начальник. — Мисс Грейнджер, попрошу вас пойти со мной в мой кабинет. Грейнджер поняла, что сегодня не ее день, когда ее уволили. Она думала, что хуже быть не может, но дома ждал сюрприз куда лучше. Не казино, не покер, не ставки на спорт - финансовые пирамиды. Гермиона никогда и не думала, что кто-то в 2018 году верит в успех финансовых пирамид. А Фред увлекся именно этим. — Гермиона, пожалуйста, прости, что взял твои деньги, но послушай меня! Мы сможем получить гораздо больше денег, чем было раньше, причем за короткий срок! Главное привлечь больше людей, и дела пойдут в гору. — Фред… Ты потратил все? — упавшим голосом спросила Грейнджер. Она села в кресло и устало потерла виски. Голова была тяжелая и ватная, но ей необходимо было все обдумать, что и как поступать. — Нет, только половину. Там и не надо все! Просто чем больше вкладываешь, тем больше получаешь. — Отдай мне мои деньги. — железно произнесла девушка. Уизли подчинился и беспрекословно положил деньги на стол. — А теперь уходи. Не хочу тебя видеть. — произнесла Гермиона и даже не посмотрела на него. Она только услышала, как захлопнулась дверь.

***

      — Господи, Грейнджер, что ж тебе так везет? — цокнул Малфой. — Сама не знаю, что я такого сделала, чтобы заслужить столько неудач в отношениях. — вздохнула Гермиона, осматривая отражение в зеркале. — Ну что? Довольна цветом? — Малфой нагнулся, оперся руками о спинку кресла и прошептал ей это на ухо. Он не знал, зачем это сделал, но покраснение ушей Грейнджер явно доставило ему удовольствие. — Отлично. А теперь не нарушай мои границы! Или хочешь тоже оставить на мои волосах свой отпечаток? — ухмыльнулась Гермиона. — Там и так все мои отпечатки, Грейнджер! Но я, пожалуй, откажусь от такой чести. — Малфой выпрямился и стал собирать оборудование, — Так ты теперь нищая? — спросил он. — Семья Уизли вернула почти все мои деньги, хоть им и было тяжело их собрать. Джинни мне рассказала, что Фреда они выгнали из дома тогда, когда он начал таскать вещи. Больше отношений они с ним не поддерживали, но отголоски его поступков до них доходят. Но теперь у меня есть проблема важнее, чем очередной провал в отношениях. Не думаю, что денег мне хватит настолько, чтобы жить припеваючи до старости. Надо искать новую работу. — Нехорошая ситуация, но я не удивлен, что твоя паршивая партия закрылась. Как бы ты не пыталась, Грейнджер, но из дерьма не сделаешь конфетку. — У нас была неплохая партия, Малфой! Да, пусть не самая популярная, но… — Оранжевый. — перебил вставшую Гермиону Малфой. — Что? — не поняла девушка. — Почему оранжевый? — О! Ну, несмотря на то, что я осталась у разбитого корыта, Фред принес много красок в мою жизнь. Он всегда представлялся мне добродушным, позитивным человеком, кроме этого… Думаю, я сама немного изменилась. Теперь во мне больше энтузиазма, чем было до этого. Он помог развить во мне целеустремленность, поэтому, я считаю, что без проблем найду хорошую работу. — И, надеюсь, ты больше не придешь ко мне, Грейнджер, а то я устал от твоей психологии цвета.

***

      Драко не видел Гермиону уже четыре месяца. Не то, что бы он считал, хотя, признаться, первое время ждал Грейнджер. Через два месяца он благополучно решил, что либо девушка отреклась от жизни с мужчинами, либо она наконец-то нашла нужного партнера по жизни. На самом деле, его часто посещал образ Гермионы, в основном во снах. Драко решил, что пора и ему остановить свой выбор на ком-нибудь. На пятый месяц исчезновения Грейнджер, Драко расстался с Линдси. Она была абсолютно не той, кто нужен был ему, но его это не расстраивало. И вот, конец августа был жарким, его подруга Камилла — все такой же очаровательной, а Грейнджер сидела на своем месте — в красном кресле, перед огромным зеркалом, удивляя позади стоящего Малфоя. — Я уже и не думал тебя встретить здесь. Или ты по обыкновенной причине? — привычная усмешка, беглый взгляд и кульбит сердца. Гермиона глядела в отражение и радостно улыбалась. — Соскучился, Малфой? Увы, будь мы с тобой вместе, на моей голове сразу же появилась прядь серебряного цвета. — хмыкнула девушка, кладя ногу на ногу. Сегодня на ней была джинсовая темно-синяя юбка, легкая фланелевая красная рубашка в клетку с закатанным рукавом, на запястьях дорогие часы «Overseas». Это бы сразу бросилось в глаза Малфою, если бы не сказанное предложение Гермионы. — Серебряная? — Не важно. Я пыталась записаться раньше, но мне сказали, что ты в отпуске! — Гермиона прокрутилась в кресле и уже сидела лицом к лицу с парикмахером. — Представляешь, Грейнджер, я тоже иногда хочу отдохнуть. Ездил в Грецию с родителями на три недели. Что на этот раз тебя привело? — Драко облокотился о стену, скрестив руки на груди. — Все тоже самое. — вздохнула Гермиона, но, к удивлению Малфоя, она не выглядела расстроенной, как в предыдущих случаях. Драко подошел к девушке, поставил руки по обеим сторонам кресла так, что Гермиона оказалась словно в ловушке, и крутанул кресло. Всего пару секунд, но и этого хватило, чтобы мозг лихорадочно стал подкидывать разные картинки. — Цвет? — спросил Малфой, все еще сбитый с толку своим поступком. — Голубой! И я подготовилась весьма хорошо к сегодняшнему приему, поэтому сразу выбрала оттенок. «Голубой цвет острова Капри». — довольная своими знаниями в этой области Грейнджер терпеливо ждала, пока Малфой посмотрит этот цвет в наличии. — Этого оттенка мы не имеем. Похожий по оттенку есть «Цвет кюрасао». Они немного отличаются. Пойдет? — А, давай. — Малфой принялся готовить волосы к покраске. — Готов слушать? — Грейнджер, можешь и не спрашивать. Это моя работа - выслушивать проблемы клиентов. — отозвался парень. — Хотелось бы, чтобы ты с интересом слушал только мои проблемы. — пробурчала Гермиона, но тем не менее начала свою новую историю отношений.

***

      Гермиона только недавно начала думать о том, с каких пор она стала настолько влюбчивой. Судя по ее прошлому опыту в отношениях, Гермиона либо часто влюбляется, либо слишком неразборчива в парнях. Конечно, ей хотелось думать о первом варианте. Когда Гермиона стала лихорадочно искать работу, оказалось, что это не так легко. В более уважаемые и популярные партии ее не хотели принимать, искать работу по специальности она уже не видела смысла, а идти подрабатывать в каком-нибудь Макдональдсе не хотелось. В итоге Джинни подсунула ей объявление, где требовалась секретарша. — Ты думаешь, я пойду секретаршей к какому-нибудь похотливому, думающему, что он владыка вселенной, мужику? Не, это не для меня. Но спустя неделю, Гермиона как-то оказалась на собеседовании. Ее оправдания по поводу начальника полностью оправдались. Блейз Забини — так звали ее потенциального начальника — был типичным представителем типажа «альфа-самцов». Он был красивым, мускулистым и, определенно обладающим харизмой, мулатом. На нем была классическая белая рубашка, расстегнутая на пару пуговиц, на манжетах были дорогие запонки, в руках дорогое перо, а пристальный взгляд остановился в районе выреза на рубашке девушки. Потом его глаза блуждали по открытой шее, спускались к выглядывающим ключицам и заканчивали в области ног. — Милая прическа. — саркастично сказал мистер Забини. Конечно, он думал, что отличается особенным взглядом на людей и он единственный, кто решает шутить на эту тему. — Спасибо, сэр. — как бы этот человек не был неприятен Грейнджер, он все же определит, будет ли Гермиона работать в офисе или будет делать фаст фуд. — Можно просто Блейз, дорогая. Не думаю, что я намного старше тебя. Тем более, если ты станешь моей секретаршей, мы будем с тобой в близких отношениях. — слегка ухмыльнулся он. — Если вы рассчитываете на это, то вы глубоко ошибаетесь. — гордо вздернула подбородок девушка. — Я имел ввиду, что ты станешь моей правой рукой. А о чем подумала ты? — его ухмылка стала шире. — Вы невыносимы! — сказала Гермиона и встала со стула. Она уверенным шагом прошла к двери и уже взялась за ручку, как он произнес: — Останься! Ты единственная, кто хотя бы сможет выполнять что-то помимо готовки кофе и раздвигания ног. Хотя, насчет последнего… Я был бы не против включить этот пункт в наш договор, — Забини тоже встал со своего места и подошел к девушке. — Запомните, мистер Забини, если я и буду вашей секретаршей, то у нас будут чисто деловые, возможно приятельские, отношения. Я никогда не лягу к вам в постель, так что свои похабные шуточки оставьте при себе. — Гермиона смотрела ему в глаза, не отрывая взгляд, что Блейз Забини, возможно, принял как вызов. — Никогда не говорите никогда, мисс Грейнджер. — стоя возле двери рядом с ним, Гермиона чувствовала напряжение всем своим нутром. В горле пересохло, а желание ощутить чужие руки на себе казалось, как никогда, сильным. — Тогда вы приняты, мисс Грейнджер. И да, не думайте даже и мечтать обо мне в своих непристойных снах. — сказав это с привычной усмешкой на губах, он вернулся на свое место за столом. «Я еще пожалею о сказанных словах» — подумала Гермиона. И была права. Она думала о своих обещаниях, даже лежа в кровати спустя месяцы их служебного романа. — Кофе в постель для моей любимой дамы. — Блейз Забини зашел в комнату с подносом в руках, на котором лежали яичница с беконом, сверху щедро посыпанная сыром, и кофе, источавший восхитительный аромат. — Спасибо. Яичница выглядит очень даже аппетитно. — похвалила Гермиона и привстала, забирая поднос из рук своего босса. — Ну, уж с двенадцатой попытки я смог ее приготовить. — посмеялся Забини и плюхнулся рядом, да так, что половина кофе вылилось на кристально чистые простыни. Кофе не обошло и Гермиону стороной, зацепив только пальцы, но все равно было больно. — Гермиона! Прости-прости, я случайно. Сейчас вытру, только давай сначала разберемся с твоими пальцами! — Блейз схватил Гермиону на руки и помчался в ванную. — Блейз! У меня проблема не с ногами, я и сама дошла бы! Да и вообще ничего страшного не случилось, а ты слишком впечатлительный. — возмущалась Гермиона, хотя в душе она была тронута такой заботой парня. Смотря на то, как он бережно взял ее за руку и опустил под холодную воду, а затем обработал охлаждающей пенкой, Гермиона поняла, что такого, как он, парня она еще не встречала. Блейз Забини и вправду отличался от остальных парней. На работе он был грозным, строгим и безжалостным начальником, который мог за любую, даже малую, провинность уволить с работы, но, когда он был наедине с Гермионой, то вмиг становился ласковым, заботливым и принимающим все близко к сердцу. Удивительно, но он лучше Гермионы разбирался в дизайне (это выяснилось, когда они с Полумной решили поменять обстановку в своей квартире), в модных тенденциях (каждый раз, когда Гермиона сопровождала его на вечерних мероприятиях, одевал ее всегда он), а также за активные вечера вместе отвечал тоже он. Это было так непривычно для девушки, но до жути приятно. Они встречались довольно долго, и Гермиона даже успела уже познакомиться с его семьей. Встреча их прошла немного сковано, но, как сказал Блейз, его родители одобрили кандидатуру, а младшая сестра была в восторге от Гермионы. Почти каждые выходные Гермиона приезжала и виделась с его сестрой и родителями, и все больше нравилась ей та обстановка, что царила в доме. Хоть они были и обеспеченной семьей, Грейнджер не почувствовала никакого снобизма в их сторону. И все эти месяцы Гермиона была по настоящему счастлива. — Со мной уже все в порядке. Иди, тебе надо собираться на работу, а там заключить контракт с важной персоной. -- сказала Гермиона, пока Блейз забинтовывал ей руку, — Это всего лишь небольшой ожог. — Но он появился из-за меня, так что потерпи еще чуть-чуть моей заботы, я уже все равно заканчиваю. — сказал он, завязывая аккуратный бантик на запястье, а потом поцеловал ручку, --Как твой начальник заявляю, можешь не приходить сегодня на работу. И это не обсуждается. — добавил Забини, увидев, как Гермиона уже открыла рот для возражения. — Ладно. — согласилась девушка, понимая, что спорить с ним бесполезно. — Тогда я пошел собираться, жди меня поздно. — он чмокнул девушку в нос и вышел из ванной комнаты. Гермиона же решила принять ванну, раз спешить ей все равно не надо. Сделав все процедуры, Гермиона просто наслаждалась горячей водой, размышляя о своей жизни. Через некоторое время у Гермионы появилось тревожное ощущение, будто скоро ее мирной жизни придет конец. Свои размышления она высказала Полумне и Джинни, на что первая ответила, будто во всем виноваты магнитные волны, а вторая объяснила состояние Гермионы ее неудачными прошлыми отношениями. — Гермиона, просто твой мозг уже зациклен на плохом. Если у тебя все хорошо в отношениях, то он будет подкидывать тебе плохие картинки, объясняя тем, что все уж подозрительно гладко проходит, но это не так! У большинства людей хорошие, счастливые и долгие отношения, вот например мы с Гарри. И у тебя с Блейзом все отлично, просто не обращай внимания. Кстати, ты слышала, что Рон развелся с Лавандой? Там был такой скандал… Грейнджер решила последовать совету подруги и оставила все свои сомнения на задний план, ведь она не сомневалась в Забини. Он практически все время проводил или на работе, или с ней. На работу он ездил со своим личным шофером, а по телефону и ноутбуку ему звонили и писали только сотрудники и бизнес-партнеры, в контактах даже не было ни одной женщины, кроме самой Гермионы, его мамы и сестры. Гермиона вошла в офисное здание, где у входа ее встретила Алиса Уот — ее коллега, замещающая Гермиону, когда той нет на рабочем месте. — Гермиона! Как прошла деловая встреча? Мистер Фелтон готов встретиться и обсудить договор с мистером Забини? — Все сложилось так, как я и планировала. Пришлось долго уговаривать мистера Фелтона встретиться с Бле… Кхм-кхм, мистером Забини, но у меня получилось. — Гермиона до сих пор не могла отвыкнуть называть его Блейзом после всего того, что между ними было, но она умело спрятала свою оплошность за кашлем. — Это же просто замечательно! Не зря мистер Забини назвал тебя лучшим работником месяца, — улыбнулась Алиса, а затем подмигнула Гермионе. — Может еще и зарплату повысит, или премию выдаст. — Хаха, было бы неплохо. Слушай, я зайду к мистеру Забини, доложу ему о встрече и отдам необходимые бумаги. Он у себя? Алиса задумалась и замялась в ответе: — У него в кабинете сейчас мистер Диперсон, помнишь того, который молодой и наглый мужчина, получивший компанию в наследство от отца? У нас еще тогда было много проблем от того, что он отказался сотрудничать с нашей фирмой. У них вроде вот-вот появился контакт, и мистер Забини попросил никого не впускать. — Да ладно, я его личная секретарша, поэтому я тихонечко зайду, передам папки с документами и мы с тобой сходим пообедаем, окей? — Алиса вздохнула, но пропустила девушку, предупредив, что это будет на ее совести. Гермиона прошла к лифту и поднялась на 16 этаж. Дверь кабинета Блейза было найти не сложно, потому что, в отличие от остальных, она была сделана из красного дерева, да и к тому же табличка с именем имелась. Гермиона постучала три раза, открыла дверь и тут же ее захлопнула. Дыхание сбилось, а сердце начало стучать чаще. Она еще с минуту постояла в коридоре, держась за ручку двери, а потом быстро пошла к лифту. Внизу ее ждала Алиса, но Гермиона не хотела с ней сейчас видеться, поэтому резко свернула к другому выходу. В голове еще стояла та картина, которую никак не мог переварить ее мозг. Девушка вышла на шумную улицу и направилась в ближайшее тихое заведение. Это оказалась кофейня, на которую Грейнджер до этого момента не обращала никакого внимания. Народу в заведении не было, так как рабочий день был в самом разгаре. Грейнджер села за свободный столик возле окна и заказала себе чай с молоком. Она смотрела на машины, стоящих в пробке, на людей, снующих туда-сюда, на велосипедистов, проезжающих не часто, на бездомных животных, выглядящих настолько жалко, что хотелось их пригреть. Ее чай уже давно остыл, когда Гермионе пришло смс. Несколько смс. Она посмотрела на светящийся экран и кратко напечатала ответ. За окном мельтешили люди, капал дождь, о котором ни слова в прогнозе погоды, а пальцы сжимали ручку чашки. Колокольчик оповестил о прибытии нового посетителя. «Где ты? Нужно поговорить.» Он обвел взглядом весь зал, остановившись на девушке. Нам все равно необходимо все выяснить. Он уверенно подошел к столику. Или ты хочешь остаться без объяснений? Блейз Забини сел напротив девушки и подозвал официантку. Гермиона смотрела на него и в который раз убеждалась в том, чтобы завести себе кучу кошек. — Я знаю, у тебя сейчас в голове много несостыковок, но я хочу тебе все прояснить. Надеюсь, по окончанию это разговора, ты поймешь меня. — начал спокойным голосом Блейз. Официантка поставила чашку с крепким запахом кофе на стол и оценивающе взглянула на парня. Тот же просто дал ей пару купюр из своего кошелька, подмигнув красавице. Девушка удовлетворенно взяла деньги и, как бы незаметно, подложила под чашку салфетку с номером. Когда она ушла, Гермиона тупо спросила: — Так ты гей? Забини мешал ложечкой сахар в кофе, но на вопрос ответил: — Да, но, как ты знаешь, с женщинами я тоже могу заниматься сексом. Давай-ка я постараюсь тебе объяснить свои действия. Знаю, тебе неприятно, сидеть с человеком, которому ты доверяла, а он тебя предал, но попытайся выслушать меня. Да, я знаю, я мразь. Я скотина, которая не может удержать свой член в штанах, но я такой и я действительно пытался с этим бороться. Встретив тебя, я реально думал, что у нас с тобой может все получиться. И вправду, жизнь с тобой была прекрасна, а вот секс… не удовлетворял все то, что я желал. За это время ты, определенно, стала мне близка, Гермиона, но мое нутро берет свое. Сейчас я понимаю, что скорее относился к тебе, как к сестре. Я прошу прощения, что не поговорил с тобой раньше, но мне нужна была девушка. Моя семья не знает о том, что я гей, да и вся общественность тоже. Поэтому они очень обрадовались, когда я привел тебя, потому что до этого я никого не приводил. Поэтому они так быстро к тебе привязались. Гермиона, если мы с тобой обсудим наши «отношения», то мы сможем прийти к компромиссу. Например, я буду не против, если ты заведешь себе любовника, только чтобы другие не знали о его существовании. — Гермиона сидела, раскрыв рот. «Ну, надо же! Может он еще и контракт предложит составить?!» — Прости, Блейз, но я так не могу. Мне противно осознавать, что ты врал мне… — Я немного не рассказал о себе, а не… — Что ты отсасываешь всем своим деловым партнерам? Да, я думаю, это такая вещь, что о ней нужно рассказать перед тем, как начинаешь строить отношения, особенно с ДЕВУШКОЙ. — у Грейнджер уже голова шла кругом. Она даже и в мыслях не могла подумать о том, что когда-нибудь ей изменяет с мужчиной. — Я должен извиниться. Неужели ты так сильно влюбилась в меня? — спросил Блейз. Он не выглядел виноватым, видимо давно принял тот факт, что он такой, и никто не сможет помочь ему измениться. — Влюбилась, да разлюбилась. Сейчас я сделала все, на что была готова. А теперь будь добр, дай мне свободно уволиться из твоей конторы и исчезнуть из твоей жизни. — Гермиона встала из-за стола, оставила деньги за свой невыпитый чай и вышла из кафе, обернувшись только на улице. Она посмотрела в окно, где парень сидел все на том же месте и с грустной улыбкой смотрел на нее.

***

      — Скажи мне, Грейнджер, что сподвигло тебя построить с ним отношения? Разве твое девичье сердце не почуяло, что ты не его поля ягодка? — усмехался Драко, закручивая плойкой последнюю прядь. — Ой, заткнись, Малфой, если бы ты его увидел, никогда бы не подумал, что он гей. — поджала губы Гермиона. «Недовольство ей к лицу» — невзначай подумал Малфой и зафиксировал укладку лаком. — Так ты теперь снова безработная? — спросил парикмахер. — Нет. Я просто остыла спустя некоторое время, да и, признаться честно, деньги начали заканчиваться, а тут Блейз со своим предложением, от которого я не смогла отказаться. Он открывает филиал неподалеку от города и назначает меня руководителем. Сказал, что увидел во мне не только мой шарм и сексапильную задницу, но и мое блистательное будущее в этой сфере в качестве лидера. Так что я не бедствую и могу приходить к тебе в салон хоть каждый день. — проговорила Гермиона, вращаясь в кресле. — Твоей компании мне хватит и раз в пять лет. — съязвил Драко. Не то, что бы это было правдой, но по другому он не мог. — Голубой цвет — гей. Как оригинально, Грейнджер. Сразу видно всю глубину твоих мыслей. — усмехнулся парень, убирая принадлежности. — Это не с этим связано! Хотя и очень подходит. — Гермиона встала со своего места и покрутилась вокруг зеркала. Голубая прядь смотрелась так, словно она находится в нужном месте. — Ладно, человек-радуга, идем, я тебя провожу. — сказал Драко и взял девушку за локоть. Прикосновение показалось приятным для обоих, но виду, конечно, никто не показал. — Если тебе интересно, то голубой цвет у меня ассоциируется с аристократами, а уж аристократом его точно можно назвать, так же он отличался беспроигрышной интуицией, невероятной решительностью и целеустремленностью, что мне тоже нравилось в нем. Но несмотря на эти качества, для меня голубой цвет — цвет чувствительности. Блейз был для меня, на первый взгляд, поверхностным мужчиной, но в тот же день я поняла его взгляд, направленный на меня. Не пошлый, а просящий заглянуть внутрь него. — тихо говорила девушка, пока Драко вел ее по коридору. — Видимо, ты его очень хорошо узнала за это время. — Я думаю, что я знала его, как никто другой. — Гермиона остановилась и развернулась к Драко. До конца коридора оставалось пару шагов, но никто из них не двинулся с места. Между ними витало какое-то напряжение, это чувствовал каждый, но ни один из них не знал, было ли у другого ощущение особого момента. Трель звонка раздалась настолько громко в тихом коридоре, где до этого были лишь звуки частого дыхания, и, казалось, оглушила двоих. Драко достал мобильный из кармана. «Мама» — Мне нужно ответить. — Драко указал головой на телефон, но трубку брать не спешил, словно ожидая, что Гермиона скажет еще. — Да, конечно, я дойду сама. До встречи, Малфой. — она уже отвернулась от блондина, но он остановил ее касанием руки к плечу. — Грейнджер, — продолжил говорить он под рингтон телефона, — Не хочу тебя больше здесь видеть. Стань уже счастливой, заведи хорошие, крепкие отношения и не приходи сюда. Гермиону эти слова немного задели, но, когда она услышала конец предложения, рука с ее плеча исчезла, а по коридору отчетливо слышалось: «Привет, мам.» Сделав глубокий вдох и собрав все свои мысли в кучу, Грейнджер напоследок крикнула: «Не дождешься, Малфой!» И скрылась из виду, не увидев парня с трубкой возле уха, откуда доносился приятным женский голос: «Драко, кто это был?», но он не слушал, а только улыбался.

***

      Это была середина октября. Драко занимался своими обычными делами дома. В своей квартире он недавно сделал ремонт, а теперь наводил там порядок. Когда он закончил, ему нечем было заняться. Он подумывал пойти в клуб, но, на самом деле, чувствовал себя каким-то старпером, поэтому отмел эту идею. Можно было пойти тусить с друзьями, но, так получилось, что таковых, кроме Камиллы, у него не было. Драко валялся на кровати и тупо пялился в потолок. Ему надо точно с кем-то сойтись, а то одиночество давит на него со всех сторон. Малфой сел и начал собираться. «Зайду в салон что ли, может у Нери перерыв, и мы пообедаем с ней вместе.» — подумал Драко, закрывая дверь. На улице стояла довольно неприятная погода. Недавно был дождь, на это указывали большие лужи, которые нельзя было обойти, и грязь, грязь, грязь. Драко ненавидел слякоть, но все равно решил пойти. На улице видимо похолодало, это почувствовали все, даже те, кто совсем недавно гонял в легких кофточках. Сейчас абсолютно все люди были укутаны в шарфы так, что были видны только глаза, и теплые куртки или пальто. Резкое похолодание вдобавок лужи наверняка приведут к гололеду, и тогда передвигаться будет еще затруднительней. Драко остановился перед входом в салон. Внутри было мало людей, а значит точно приближается перерыв. Он открыл дверь, колокольчик звякнул пару раз. Шона выскользнула из-за стойки со словами: «Добро пожаловать в салон «TONI&GUY»!» — Спасибо-спасибо. Так встречали меня только в первый раз, когда я сюда пришел. — рассмеялся Малфой. Девушка, увидев, кто посетитель, закатила глаза и принялась вновь листать журнал. — Что ты здесь делаешь, Драко? У тебя же отгул. — Да вот, решил зайти к Камилле. Когда у неё перерыв? — переобуваясь в чистую обувь, спросил блондин. — У нее последний клиент, но она уже заканчивает. — нехотя ответила Шона. Удивительно, но она недолюбливала Драко, а тот сам не знал почему. Малфой отправился в ту часть салона, где Нери творит свое искусство. Один раз она даже Драко покрасила ногти, пусть и прозрачным лаком, но он чувствовал себя не в своей тарелке, когда понимал, что на его ногтях что-то инородное. Он зашел в комнату и, прежде чем увидел двух девушек, услышал их голоса и смех. У Нери действительно была клиентка и эти волосы Малфой никогда и ни с чем не перепутает. — Грейнджер? — Драко стоял возле двери и смотрел на то, как девушка обернулась на свою фамилию. На ее лице сначала отразилось удивление, но потом улыбка осветила ее лицо. — Малфой! Не знала, что ты здесь. — Драко! А я Гермионе сказала, что ты отгул взял. Ты чего тут забыл? — Камилла уже не делала свою работу, а просто разговаривала с Гермионой. — Да так, хотел с тобой пообедать. — просто ответил Драко. Гермиона встала со своего места. — Ой, это так мило с твоей стороны, прийти сюда, пока на улице твоя нелюбимая погода. Все ради меня? Но прости, мой милый, я уже договорилась с Кэт, а ты будешь третьим лишним, понимаешь? Я бы взяла тебя с собой, потому что и Кэт тебя тоже любит, но мы так давно не виделись… Надеюсь, ты не обижаешься? — Камилла Нери сложила руки в умоляющем жесте и закусила губу. Как можно обижаться на девушку, которая так выглядит? Вот и Драко не мог, хотя довольно неприятная перспектива вновь идти домой не радовала. — Может, тогда займешься мной? — спросила Гермиона, но через пару секунд, покраснев, дополнила — Точнее мои волосами…кхм. Драко подумал, что это самое оптимальное решение, тем более раз уж он здесь, то почему бы и нет? — Да, конечно, пошли. — Малфой пропустил девушку вперед, но перед тем, как покинуть комнату, обернулся на блондинку. Та показала большой палец и подмигнула, а Драко подумал, что у нее свои мысли насчет происходящего. — Так ты подружилась с Камиллой? — спросил Драко, когда Гермиона села в кресло. — Да, она веселая и... — Лесбиянка? — перебил Малфой. — Да, я знаю, но меня это не колышет. Тем более тебе не интересно, почему я снова пришла? — спросила Гермиона, поднимая голову вверх. Драко расчесывал ее волосы, проводя расческой от корней до самых кончиков. — Тебе снова разбили сердце? Ты что, Грейнджер, мазохистка? — Вообще-то в этот раз причиной расставания стала я. — сказала Гермиона и сама выдвинула ящик с краской. Она долго копошилась, перед тем как достала оттуда пачку краски. — Розовый? — спросил Малфой. — Ага, хочу быть как жвачка бабл-гам. — довольно произнесла Грейнджер. — Дело твое, но позволь спросить, какой же мужчина у тебя ассоциируется с розовым? — Гермиона непозволительно долго молчала. — Сегодня пойдет рассказ о девушке, только ты не удивляйся сильно.

***

      Сразу после того, как Гермиона вышла из коридора, после визита к Малфою, она наткнулась на Камиллу. — О, привет! Ты же постоянная клиентка Драко? Гермиона, да? Необычный цвет волос, кстати. Не хочешь сделать себе маникюр, ты мне как-то обещала, помнишь? — затараторила Нери, и Гермиона не поняла, как оказалась за столиком, а Камилла уже обрабатывала ногти пилочкой. — Нарастим ноготки? Или оставим такую же длину и форму? А цвет? Что-то в холодных или теплых тонах? Яркий или пастельный? Блестящий или матовый? С рисунком? Без? Стразы? — Камилла не умолкала, а у Гермионы кругом пошла голова. — Давай ты просто сделаешь на свой вкус? — попросила Гермиона. Нери хитро улыбнулась. — На свой, так на свой. Я знаю, как тебе будет лучше, ведь я профессионал! — блондинка с энтузиазмом принялась перебирать флакончики с лаком, при этом хвалила Грейнджер за смелость ее образа. — Твои волосы прекрасны! Обожаю все такое необычное. Я и сама раньше красилась в розовый, но на работе не разрешили, видите ли здесь солидное место и клиенты соответствуют ему, так же как и персонал... Что заставило тебя изменить цвет волос? Или это твоя давняя мечта? — щебетала девушка. Гермиона подумала, что такая подруга была бы для нее самой лучшей, ведь Грейнджер не так чтобы сильно любит болтать, она любит слушать. Камилла выглядит же одной из тех, кто легко заводит разговор и является душой компании. Незаметно Гермиона уже начала рассказывать Камилле все, от начала и до конца, все ее отношения, чувства и переживания. Надо отдать должное, Камилла не перебивала девушку, спокойно занимаясь своей работой, а когда Гермиона закончила, то Нери отложила лак и сказала: — Слушай, Гермиона, а ты не думала, что тебе не везет с отношениями, потому что…это парни? — Гермиона опешила. «Как это?» — Прости, что? — Ну, я имею ввиду, что можно попытаться построить отношения не только с парнями. — хихикнула блондинка, но потом добавила, — Только ты не подумай, что я к тебе подкатываю. У меня девушка есть. — Ты лесбиянка? — сказать, что Грейнджер была в шоковом состоянии, ничего не сказать. — Да, а тебя это смущает? — напрямую спросила Камилла. — Нет, что ты! Дело-то твое. — Гермиону и вправду не волновала чья-то ориентация, тем более она знала изнутри, каково быть в «близких» отношениях с геем. — Я, конечно, не заставляю тебя, но на выходных в кафе «Rosebud» проводятся Тайные встречи. Это фишка их кафе, что каждые выходные девушки могут прийти на анонимное свидание или свидание вслепую, как тебе больше нравится. Суть в том, что в небольшой комнатушке, в темноте, будете сидеть вы вдвоем и приятно проводить время. Спустя два часа, когда ваше время истечет, то у вас появится выбор: раскрыться или просто уйти оттуда. Если ты захочешь показать свое лицо и увидеть лицо партнера, то надо выйти через специальную дверь, а твоя спутница, если захочет, выйдет через другую. Это достаточно веселое занятие. Там я и нашла Китти, свою девушку. — Камилла порылась в своей сумке и достала фото, на котором была изображена сама Камилла, обнимающая какую-то девушку, видимо, ту Китти. Обе счастливо улыбались, а глаза излучали любовь. Гермионе даже стало завидно. — И спустя сколько таких свиданий, ты познакомилась с Китти? — Мм… по-моему на свидании десятом. Сначала, правда, она не хотела показывать себя, но я убедила ее еще на несколько таких свиданий, ведь Кэт потрясающая! Вскоре она сдалась перед моим обаянием и вышла через другую дверь. Помню, я так волновалась в тот момент, когда проворачивала ручку двери, потому что, будем честны, в основном некрасивые люди не хотят раскрывать свою личность, но, увидев прекрасную девушку возле моей двери…я думала, что умру прямо там. — Нери протянула Грейнджер буклет с красной розой на главном плане, где было написано: «Кафе «Бутон розы» приглашает всех одиноких девушек/женщин/бабушек провести выходной вечер в компании. Вы обязательно найдете здесь приятеля на вечер, подругу на года, а может и спутницу до конца жизни! Запись по телефону: …» — Спасибо, я подумаю над твоими словами. — лак на ногтях Гермионы высох и девушка засобиралась домой. — Приходи еще и обязательно расскажешь, как сходила. — подмигнула Нери, словно знала, что Грейнджер ни за что не пропустит сие мероприятие. На улице Гермиона вдохнула воздух полной грудью. В руке она держала буклет, который привлекал ее внимание своим красным цветком, но Грейнджер все еще с сомнением смотрела на него. Вокруг нее ходили люди, а в частности парочки. Они так мило держались за руки, парни обнимали девушек за плечи, а девушки хохотали над шутками своих бойфрендов. На миг Гермионе стало так завидно, и ее рука с силой сжала листовку. В тот момент Гермиона не думала о том, куда звонила. В тот момент Гермиона машинально сообщила свои данные и обговорила дату. В тот момент Гермиона считала до зубного скрежета правильным тот звонок. Но сейчас Гермиона Грейнджер находилась в темной комнатке, где слабо различались силуэты мебели, где ее разум начал потихоньку оживать. Ей хватило пары минут, чтобы понять, что ей здесь не место. Она уже встала с кресла, как увидела тоненькую полоску света и услышала хлопок двери. Цоканье каблуков по кафелю указывало на то, что спутница Гермионы уже вошла. — Эм… Привет? В смысле, здравствуйте… Ну, я пойду? — приятный и такой родной женский голос явно дрожал, но Гермиона понимала причину. Ей казалось, что, если она заговорит, будет звучать так же. — Подожди, раз пришла, давай хоть поговорим. — Гермиона все еще стояла, но ее ноги немного подрагивали. Спутница так и стояла у двери и Гермиона, недолго думая, подошла к ней, взяла ее за руку и отвела за стол. Девушка покорно шла за Грейнджер, лишь молча сжав ее руку. Когда они обе уселись на диван, повисла неловкая тишина, которую разбавляла неожиданно появившаяся тихая музыка. К удивлению Гермионы, музыка возымела расслабляющий эффект, поэтому, взяв заранее приготовленный бокал с вином, Грейнджер начала рассказывать незнакомке всю свою историю. Все свои переживания она старалась описывать наиболее подробно, надеясь таким образом избавиться от неприятного осадка, который остался после предыдущих отношений. Девушка, сидящая рядом с ней, молча пила вино. Гермиона, несмотря на то, что она не видела свою партнершу, могла с уверенностью сказать, как та выглядела. По тому, как стучали ногти по бокалу, она узнала, что мисс Х длинные ногти; по тому, как ее волосы щекотали обнаженное плечо Гермионы, она узнала, что у мисс Х длинные волосы; по тому, как мисс Х пыталась поместить ноги под стол, Гермиона поняла, что у нее длинные, модельные ноги (или стол был очень низким, но Грейнджер предпочла бы первое); наконец, по тому, как незнакомка случайно дотронулась до ее руки, а не до бокала, Гермиона почувствовала, какие приятные, гладкие на ощупь и очень притягательные ее руки. Эта мысль подкралась ей в голову незаметно, но Гермиона списала это на то, что в темноте чувства обостряются, к тому же она была немного пьяна (вином, а не любовью). — Так ты поняла, что ты лесбиянка, потому что у тебя не складывалось с мужиками? — спросила девушка, но ее голос проник Гермионе прямо в сердце, но в то же время ей стало немного не по себе, потому что он ворошил в ней старые воспоминания. — Я не лесбиянка, просто решила попробовать, но вообще-то так и есть. — призналась Гермиона. — Может уже представимся? Я Мия. Извини, но это не настоящее имя, пока мы не продолжим наше общение. — Хорошо, Мия. Меня зовут тогда… Роза. Хочешь услышать мою историю осознания? Ее история была довольно проста и обыкновенна. Сотни девушек таким образом понимают, что они играют за обе команды. Но на Гермиону она произвела особое впечатление и даже казалось, будто она сама лично в ней участвовала. Роза считала себя натуралкой, потому что ни в старших классах в душевых ее не привлекали одноклассницы, ни в институте сокурсницы. Она встречалась с парнем и ее вполне все устраивало, она даже вышла за него замуж, пока в один момент не обнаружила, что смотрит на свою подругу иначе, особенно тогда, когда она преобразилась. Казалось, она заново оценила ее совершенно нетипичным для нее взглядом и от этого ей стало страшно. В последующие недели она все думала о ней и даже часто фантазировала, когда расслаблялась в ванной, но ничего не предпринимала, даже не встречалась с ней. Вскоре ее муж изменил ей с какой-то молоденькой девочкой. Она даже не расстроилась, а просто развелась и ушла. Это стало шагом к тому, чтобы посмотреть на других девушек по другому. С удивлением, она обнаружила, что все они намного красивее мужчин и определенно ей захотелось попробовать, испытать новые ощущения с девушкой, поэтому она здесь. — Довольно обычно. — Да и твоя ситуация, я бы сказала, не блещет индивидуальностью и не является единичным случаем. — посмеялась Роза, но смех ее резко оборвался. — Мия, я хочу кое-что попробовать. — тихо сказала она и перебралась на колени к Гермионе. Грейнджер, осмелевшая от вина и настроя девушки, схватила ее за талию и прижала ближе. Теперь она точно имела представление о типе фигуры, что было надето на девушке, а самое главное — имя. Р.О.З.А. По буквам звучало еще слаще, пусть она и понимала, что это ее ненастоящее имя. Их губы прижались к друг другу и растянулись в медленном поцелуе… Гермиона ждала на улице, дул холодный, пронизывающий ветер, но сильнее ветра в ее голове сквозила мысль: «А что, если?» Ее сводящим с ума мыслям не суждено было сбыться, потому что другая дверь отворилась. Гермиона замерла в ожидании увидеть свою Розу, но, каково было ее удивление, когда она увидела… —…Лаванда?! Браун (Уизли) встала, как вкопанная у двери, своими длинными ногами, хлопала своими нарощенными ресницами, теребила прядь длинных волос (таких мягких на ощупь), поджимала прекрасные губы, вкус вишни которых отпечатался на губах Грейнджер. Все сложилось в единую картину. Ощущения близкого человека, история, рассказанная ею… — Гермиона…я. — Молчи, ни слова. — приказала Грейнджер и, подходя к блондинке, схватила ту за руку и повела в свою машину. Отношения с Лавандой были…сладкими? И очень похожими на те, что были у них с Гермионой в расцвет их дружбы. Да, лесбийский секс это, конечно, было необычным экспериментом в жизни Гермионы, но особо ее не зацепил. Он был всего лишь вишенкой на торте под названием «Лаванда Браун». Она была на вкус словно клубничный торт, стоило только снять с нее обертку. Раскрылась Гермионе она быстро, все-таки родной ее человек, поэтому жизнь Грейнджер наполнилась тем, чего ей в последнее время не хватало — позитива, креатива и оптимизма, что ей и дала Лаванда. В большем количестве, конечно, она подарила ей свою любовь. У них постоянно были какие-то милые свидания, посиделки или просто уютное времяпрепровождение. Но вместе с плюсами у Браун, как и у любого смертного человека, были свои минусы, причем ОГРОМНЫЕ минусы, которые Гермиона смогла узнать о них, только начав встречаться с Лавандой. Во-первых, Лаванда оказалась жуткой ревнивицей. Это выяснилось на одном из свиданий в ресторане, когда официантка пролила шампанское на блузку Гермионы. Взяв на себя всю инициативу, девушка начала оттирать мокрое пятно с груди с уже испорченной блузки. Грейнджер пыталась ее остановить, но официантка так раскаивалась, что она не стала ее останавливать. Через пару дней Гермиона узнала от Лаванды, что она добилась увольнения той официантки, ибо недопустимо вести себя так с клиентами. Второй звоночек прозвенел, когда Гермиона просматривала журналы, пока ждала Лав, когда она соберется. — Эти голубоглазые модели выглядят как ангелы. Особенно их красоту и изящество подчеркнули длинными светлыми волосами. — восторженно произнесла Гермиона, когда Браун вышла из ванной. На следующий день девушка вернулась уже блондинкой с нарощенными волосами. Во-вторых, как бы то не было, но с Лавандой было очень трудно найти общие темы для разговора. На выставке Гермиона пыталась завести разговор о настоящем искусстве, красоте стилей, а так же смысле картин, Лаванда комментировала наряды приглашенных гостей, официантов (к ним у нее была отдельная неприязнь) с глупыми выражениями лиц; в парке Гермиона заговаривала о поэзии, пыталась привлечь внимание Браун к тем или иным видам растений, Лаванда рассказывала свежие сплетни из жизни звезд, да и из жизни своих знакомых. Это довольно долго копилось в девушке и даже не с кем было поболтать, потому что всех подруг Браун исключила из круга общения Гермионы, опасаясь, что ее уведут. Исключением стал Блейз Забини, с которым, несмотря на все разногласия, Грейнджер поддерживала приятельские отношения. Он стал ее отдушиной. Долго их отношения не продержались и расстались они очень плохо. Лаванда не хотела ее отпускать, говорила, что любит ее и изменится, но одно Гермиона поняла точно - встречаться с Лавандой было ее ошибкой, ведь они абсолютно несовместимы. Теперь ей предстояло взять на себя роль «разрывателя отношений» и это было тяжело: она до сих пор помнит ту разбитую посуду, горшки с цветами, фарфоровые статуэтки и Лаванду в центре, всю такую зареванную, взлохмаченную, с поджатыми губами и глазами, как у собаки. А Гермиона, захлопывая дверь, ощущала запах ванильных духов, остатки клубничного крема от торта на губах и в памяти отчетливо всплыл вкус губной помады, которая отдавала вишней.

***

      — По твоим рассказам эта Лаванда была той еще не интересной особой, чем же она тебя завлекла? - удивлялся Драко. «Эта девушка просто кот в мешке какой-то. И она сведет меня в могилу» - думал про себя он. — Это не так! Она была по-своему привлекательна, просто не для меня. Лаванда стала для меня неким символом романтизма. Ты не представляешь, насколько сильно она любила романы, где история любви была похожа на сказку. Эта сторона открылась для меня только тогда, когда мы начали встречаться. Она могла меня так быстро успокоить, как не делал никто. Как только я начинала злиться, она одним прикосновением прогоняла агрессию. Еще, я думаю, она любвеобильна и чувственная, но я не могу сказать, что эти черты плохи в ней. Она так противоречива для меня. — Ты, похоже, действительно ею вдохновилась, — с долей зависти произнес Малфой. Розовая прядь, как никогда смотрелась органично в комплекте с другими. — Да, спасибо тебе, Драко, я пойду. Кстати, я, скорее всего, больше к тебе не приду. Через месяц улетаю во Францию. Блейз предложил неплохую работу. Так что спасибо вообще за все. Ты оказался неплохим парнем. — она встала и легкой походкой уходила от него, но в этот раз для него казалось все каким-то неправильным. — Грейнджер! — неожиданно для себя и для нее, окликнул Малфой. Она обернулась, смотря ему в глаза с толикой удивления, а может и надеждой, кто поймет этих девушек. Драко медленно прошел взглядом по каждой черте ее лица, отмечая то, насколько оно стало идеальным для него. — Не хочешь сходить со мной на свидание? — уверенно, как может только Малфой, спросил он. Драко видел, как непонимание сменялось ясностью, а ясность - искрой в глазах, только он не понимал, что означала та искра и поэтому ждал ответа. — Прямо сейчас я свободна. — Грейнджер подмигнула и, повернувшись, зашагала к выходу, словно зная, что он последует за ней хоть на край света. А в волосах Гермионы Грейнджер так и не появилась серебряная прядь.