Кошка

Мало кто об этом знал, но МакНейр очень любил котов. Поэтому встретив как-то вечером во время дождя мокрого и явно продрогшего чёрного кота, взял его с собой. Уже дома оказалось, что это не кот, а кошка. Полностью чёрная, только с небольшим белым пятнышком на правой задней лапке. Отогревшись, она легла возле камина и внимательно смотрела на него своими ярко-зелёными глазами. Уолден назвал её Герой. И хоть он и не закрывал её, она осталась. Теперь она будила его по утрам, заставляла позавтракать и не забыть её покормить, по вечерам лежала на его коленях в кресле возле камина и тихонько мурчала. А ночью она обычно спала рядом, а временами вообще на нем. Домой он теперь приходил именно к ней. Ей же он рассказывал, как прошёл день, что нового происходит в мире и его отношения к этому. А она только смотрела на него своими невозможно яркими глазами и, казалось, всё-всё понимала. Это было странно, но... Если бы она хотела сделать, что-то плохое, то давно бы сделала. Возможностей было много. Так, например, во время обезвреживания сошедшего с ума гиппогрифа, тот своими когтями его здорово поранил. Перемещался домой он в невменяемом состоянии и почти ничего не понимал. Так Гера, как только его увидела, тут же притащила в своих зубах зелья. Кроветворное и Востанавливающее. МакНейр, совершенно на автомате, выпил предложенные пузырьки и тут же почувствовал, что ему стало легче. После он уже сам наложил заживляющие заклинания, но первоначальная помощь Геры была неоценима. Он вполне мог тогда умереть от простой потери крови, не имея возможности добраться до зелья. Как-то раз его вызвали в Хогвартс и он, сам не зная почему, взял с собой Геру. Обычно он брал её с собой только тогда, когда точно знал, что сегодня ему светит только бумажная работа. Он сам сидел в кабинете и разбирался с бумагами, а Гера лежала на столе или его коленях и дремала. Почти весь путь: от дома до Министерства, от Министерства до конца антиаппарационного барьера Хогвартса, и от барьера до самого замка она провела лёжа у него на плече. Кошка обвилась вокруг его шеи как воротник и только внимательно смотревшие зелёные глаза показывали, что она живая. Только когда они вступили под своды замка, она спрыгнула на пол. Но даже так шла около его ног. - Нашлась, паршивка! Голос Снейпа раздался совершенно неожиданно. Уолден как-то совершенно не заметил, как он оказался рядом. А особенно когда он успел схватить Геру за шкирку. А главное за что. Но как бы то ни было именно так всё и было. Северус слегка труснул её и внимательно посмотрел в глаза. - Это моя кошка. Отпусти её. - Твоя?! – Снейп презрительно фыркнул. – Не думаю. Это всегда была крайне... Свободолюбивая особа. - Ты уже видел её раньше? - Было бы странно, если бы это было не так. Кстати, и где ты нашёл это несчастье? - На улице. Был дождь, и я решил забрать кошку домой. - Кошку?.. Подожди, так ты не в курсе... – декан Слизерина приподнял бровь. – Ну, что юная леди, будете сознаваться? Или мне применить... Методы внушения?.. Раздавшийся голос был полной неожиданностью для МакНейра: - Не надо. Только давай не на людях, – негромкий, с небольшой хрипотцой он явно разносился от кошки. Но ведь кошки, даже магические, не разговаривают! Однако она говорила. Уолдену только и оставалось, что послушно пойти за Снейпом в покои декана Слизерина. Оказавшись там, Северус наконец-то выпустил Геру. Та проворно приземлилась на все четыре лапы и одним прыжком оказалась на стоящем рядом кресле. После чего немного потопталась там и села, при этом внимательно на них глядя. - Ну? Мне, - тут он глянул на МакНейра и поправился, - нам, долго ждать? Гера ещё раз внимательно посмотрела ему в глаза и как-то странно, всем телом, передернулась. Впрочем, буквально через секунду, все вопросы у него исчезли. Хотя и появилась парочка новых. На месте его домашнего любимца сидела Гардения Поттер. - Итак. Рассказывай. - Я... Северус... Просто так надоело это всё... И эти грифиндурки... И даже Драко... Так достало всё... Вот я и пошла развеяться... А там... Сначала дождь, потом МакНейр... Я просто не могла уйти!.. - А обо мне подумать ты могла? – обманчиво тихо произнёс Снейп. – А не исчезать никому ни слова не сказать, ты могла?! А не пропасть на полгода и время от времени присылать малопонятные писульки на тему: «Все нормально, жива-здорова»?! - Прости... – еле слышно прошептала она и спрятала лицо в коленях. Уолден испытал иррациональное желание подойти и обнять её. А также утереть слёзы, если они есть, и поцеловать? - Прости?! Была бы ты младше, я бы без разговоров тебя выпорол. Впрочем, можешь не сомневаться, если ещё раз такое повторится, то я долго думать не буду! Неделю сесть не сможешь! - после он глубоко вдохнул и уже спокойно продолжил. - Я сейчас пойду на урок, а вы пока разберитесь между собой. Но, чтобы когда я приду, ты была здесь. Ясно? - Да, Северус. Я никуда не уйду. - Смею надеяться, - тот хмыкнул. - Кто он тебе? - после недолгого молчания спросил МакНейр. - Отец. Вернее опекун, но он вырастил меня. Для меня именно он отец. Папа. Самый дорогой человек, который у меня есть. Ну... - она отвела взгляд. - До недавнего времени. - А что изменилось? - Я познакомилась с тобой, - она чуть улыбнулась. - И... Даже если мы чертовски разные, это не повод не любить. Вернее... Попробовать? * * * Когда через пять лет трехлетний карапуз называл Северуса Снейпа "деда", тот только морщился, но послушно брал его на руки. Октавиус Уолден МакНейр-Поттер был очень обаятельным ребёнком. И настоящей гордостью своих счастливых родителей. И даже деда.