Не в своей реальности.

Небечено флешбек — Я хочу немного дать времени Намджуну и Сокджину, чтобы они все хорошенько обдумали. Но репортеры не дают покоя, если ты заметил, то у главного входа их там целая толпень стоит, так и ждут, когда кто-нибудь из них приедет. И отвлечь внимание поможешь ты, Чимин. — Но как? — Мне недавно пришло предложение выставить кого-нибудь на выступление с другим артистом. Узнав, кто именно это будет, я сразу подумал про тебя, и в голове сразу выстроился план. Кстати, этот человек так же высказал свое желание выступать именно с тобой. Ты знаком с ним, он хороший альфа и отличный танцор. Сейчас я говорю о Тэмине. — Вы простите меня выступить с ним? Но как это поможет? — И выступить и завести с ним роман. — Что?! Я не могу этого сделать. — Чимин, только подумай, как ты поможешь своим хенам! К тому же это никак не повредит твоей репутации. — Мне плевать на свою репутацию, я не могу. — Тогда подумай о репутации Сокджина! Представь, что будет, когда узнают о том, что Сокджин потерял ребёнка! Вот это вот точно подорвет его и вашу общую репутацию, и ты этого хочешь? — Нет… — Тогда тебе придётся это сделать, хочешь ты этого или нет. Можешь идти, остальную информацию тебе передаст менеджер. Чимин вышел из кабинета и, шагнув один шаг, упал на пол. Менеджер, ожидавший его снаружи и слышащий весь разговор, подбежал к омеге. Пак не плакал, не кричал, не истерил, просто его глаза были пустыми, будто его сейчас лишили права на свободу выбора во всем: с кем жить, с кем общаться, кого любить. — Ты справишься с этим, Чимин, — тихо подбадривал менеджер. По дороге домой он долго думал о том, как сказать об этом Юнги. Он то точно этому не обрадуется и не оставит все как есть, поедет разбираться с директором. Из этого бы вышло ещё больше шумихи и скандалов, чем есть сейчас. Этого Чимин не хотел совершенно. Он прекрасно видит состояние Юнги, Сокджина и Намджуна. И ему до ужаса хочется им хоть чем-то помочь. Но что он может сделать своими руками? Время поворачивать вспять он не может, воскрешать мёртвых тоже. Хоть таким способом, но Чимин поможет своим хенам. Говорить об этом Юнги он так и не решился, может и удастся все скрывать это до конца, а там как сложится. — Да ты свихнулся?! Зачем ты согласился на это? — шепотом кричит на Чимина Мон. Об этом ему сказал менеджер, потому что лидер должен знать о положении своих одногруппников. — Я хочу помочь вам. — Чимин! Ах, да что ж ты за человек-то такой?! Намджун по просьбе Чимина пообещал не говорить об этом никому, а особенно Юнги. Так же Джун сказал, что постарается все скорее уладить, чтобы Чимину не пришлось делать глупостей. Намджуну не хочется, чтобы из-за него и его проблем кто-то лишался своего счастья. Пак кратко рассказал его разговор с директором Юнги, умалкивая самую главную суть их разговора. Альфа реагирует очень сердито на сказанное, повышает голос, но потом успокаивается. Чимин еле сдерживается, чтобы не расплакаться, потому что любит он Юнги очень сильно и врать ему не хочет. Сам альфа выглядит очень загруженным и уставшим, скорее всего из-за нервов. Чимин не узнает того Мин Юнги, который был в другой реальности. Тот Юнги был очень холодным и закрытым, его не волновали чужие проблемы, он бы и пальцем не пошевелил, если бы у кого-нибудь случилось несчастье. От него редко можно было услышать добрые слова, да и говорил он отстраненно. Не хотел видеться с людьми и вообще с кем-нибудь общаться. Зато теперь Мин Юнги походит на свою собственную противоположность. Он стал более открытым, нежным, он проявляет заботу по отношению к другим. Сейчас в этой реальности Юнги много разговаривает с Чимином и не забывает говорить, что любит его. В такие моменты Чимин почему-то краснел и мило смущался. Настоящий Юнги волнуется о чужих проблемах, пропуская через себя всю боль и отчаяние других. И Чимин любит его вне зависимости от того, какой он. Потому что у любви нет формата. Радовало одно, что репетиции проходят в своём агентстве, где чувствуешь себя чуть больше уверенным. Но на самом деле это было сделано для того, чтобы пресса тупо заметила, что Чимин и Тэмин взаимодействуют между собой. Пока Пак слушал мелодию, под которую должен будет ставиться номер, в зал вошёл высокий светловолосый парень. По запаху корицы Чимин понимает, что пришёл Тэмин. — Ну, вот мы и встретились снова, — улыбается парень и снимает кожаную куртку, кидая её на диван. Чимин тихо здоровается и теряется в своих действиях, пытаясь выглядеть более уверенным. Но Тэмин явно видит его смущение и только ухмыляется. — Твой директор мне все объяснил, и я даже очень не против завести с тобой роман. А как же на это отреагировал твой парень? — Чимин молчит, — Ах, он не знает? Какая досада! Я бы хотел посмотреть на его реакцию, он наверняка бы бурчал, как старичок. — Не говори о нем так! — Ну раз ты просишь, то так уж и быть не буду. Их содержательный разговор прервал пришедший хореограф. Чимин старается не разговорить и вообще не смотреть на Тэмина, ему хочется домой, где рядом будет Юнги. Но Тэмин нагло вторгается в личное пространство, трогает за талию, хватает за руку, чтобы тот обратил на него внимание. Чимину становится противно от самого себя, что позволяет трогать себя чужому альфе. Когда они закончили, и тренер, попрощавшись с ними, ушёл, Тэмин предложил ему прогуляться. Пак, не раздумывая, сразу отказал. — Я думаю директор такого твоего решения не одобрит, к тому же смотри, как много народа ждёт у входа. Чимин выглядывает в окно и видит толпу людей, какая была и с утра. Потом вспоминает слова директора, и все-таки соглашается. Когда входные двери открываются, яркие вспышки от фотокамер слепят глаза. Чимин прикрывает глаза ладошкой и неуверенно идёт вперёд. Тэмин, не теряя времени и шанса, берет Чимина за руку и тянет вперёд. За ними до самой машины следовали репортеры, задавая вопросы, фотографируя. Тэмин сажает на переднее сидение Чимина, а потом сам садиться на водительское. Они уезжают прочь от фотокамер в сторону парка Хангана. Чимин, нехотя, отвечал на вопросы Тэмина, желая как можно скорее попасть домой. Хоть альфа это и видел, но тянул время, не желая отпускать омегу домой. Так продолжалось целую неделю. Приходя домой, Чимин чувствовал холод по отношению к себе. Юнги был слишком занят чужими проблемами, не замечая, как Пак одними глазами просил о помощи. Иногда сил не оставалось, и Чимин оставался в агентстве на ночь. Охранник где-то нашёл тёплый плед и разрешил пользоваться автоматом с едой, который выключался на ночь. Уже какой раз мужчина выручает Чима. Даже чужой человек заботиться о Паке, но только не Юнги. А недавно ему высказал и Джин, который каким-то образом прознал об этом. На самом деле он просто увидел статью в новостях, о якобы романе Чимина. А Тэмин наглеет с каждым разом все больше. Мало того, что он обнимает Чимина при всех, так он в последний раз поцеловал его. Это увидели все, и в сети сразу же появились новые фотографии. Джин строго на строго запретил ночевать вне дома, поэтому пришлось идти домой. После случившегося ему хотелось остаться одному, чтобы отойти от всего. Но дома его ждёт гневный Юнги, который в прямом смысле разгромил их комнату к чертям. Чимин стоит в проходе и боится что-либо сказать, потому что Мин правда выглядит раздражённым. — Какого хуя? — Я все объясню. — Какого хуя ты с этим педрилой? Значит репетиции?! Обжиматься и сосаться тоже входит в план репетиции? Ахуеть дожили! У нас хуй пойми что происходит, а ты развлекаешься! Ебать ты молодец, конечно. Иди и дальше с ним обжимайся, даже потрахаться можете! У Чимина истерика подступает незаметно, слёзы быстро капают на щеки. Сквозь пелену воды он наблюдает, как альфа из шкафа достаёт сигареты и закуривает. И Юнги явно не настроен разговаривать, а Чимину больно внутри, потому что Юнги ему не верит. И он просто не выдерживает и уходит быстрее, чтобы никто не остановил. В голове будто дежавю: он опять идёт в неизвестном направлении, слезы стекают по щекам, на улице пусто. Опять тот же перекрёсток, тот же раздирающий крик. И ноги ведут в том же направлении, охранник так же приветливо встречает Чимина и провожает до их зала. Спрашивать, что случилось, нет смысла, потому что Чимин не ответит, он то знает — не впервые. Мужчина просто накрывает омегу пледом и уходит обратно, прикрывая за собой дверь. конец флешбека — Какого ебать хуя?! Почему я об этом не знал?! — кричал Юнги на Намджуна, который чувствовал себя виноватым перед старшим. — Чимин попросил не говорить тебе. — Чёрт! Где мне его искать теперь?! Я даже понятия не имею! — Не волнуйся, он в агентстве, охранник позвонил сказал, что Чимин опять пришёл туда ночевать. — Опять?! Я еду к нему! — Нет, ты не поедешь к нему. Туда уже поехали Чонгук и Джин, они заберут его и приведут домой. А тебе лучше остыть и убрать то, что ты тут натворил. Юнги спорить не стал и ушёл в комнату. Ущерб его злости был довольно-таки велик: он разбил настольную лампу, каким-то образом сломал рабочее кресло и своим броском телефона в стену сделал небольшую вмятину. Чего уже не говорить о прожженном ковролине и сломанном вдребезги телефоне. Но альфа все же прибирает мусор и спокойно ждет, когда приедет Чимин. Через минут сорок двери открываются и Чонгук на руках вносит спящего Чимина. Он укладывает его на кровать и укрывает одеялом. Юнги выглядывает из-за плеча и смотрит на бледного Чима. Сокджин оттягивает того за ворот из комнаты и тащит на кухню. — Чтобы ты знал, он не хотел ехать домой, мы минут двадцать его уговаривали! Я впервые его таким вижу, не знаю, как ты будешь просить у него прощение. — Спасибо, — очень тихо говорит Юнги. — И да, лучше к нему тебе не ходить. Он явно не хочет тебя видеть. Сокджин уходит ещё раз проверить состояние Чимина, а потом и в свою комнату. Юнги остаётся на кухне, ему хочется закурить. Да вот только нечем, потому что пачку он выбросил в открытое окно. В общаге стоит гробовая тишина, никто не смеётся и не разговаривает. Они пришли к своему финальному концу. Утро было таким же тихим. Сокджин, проходя мимо комнат, заметил сидящего на полу Юнги возле двери и понял, что Чимин заперся изнутри. На полке с лекарствами не было ни одного, которые недавно покупал сам Джин. Он перерыл всю аптечку, но так и не нашёл. — Доброе утро, хен. Представляешь, мне такой сон странный приснился: будто мы в другую реальность попали, и ты там омега был, и у нас там вообще такая каша была, — спросонья рассказывает Чонгук, не замечая удивленное лицо старшего. — Чонгук, это был не сон, — серьёзно говорит Сокджин и быстро идёт в зал. По телевизору ничего, упоминающего о альфах и омегах не было. Если этого нет, лекарства исчезли и запахов больше не чувствуется это может означать только одно — они вернулись обратно.