Встреча, ценою в жизнь...

      Pov Шун.        Я и Дэн дружим с самого раннего детства. В начале мы испытывали неприязнь к друг другу, часто соперничали, но всегда в конце мирились. Я помню, как внутренне радовался, когда мама говорила, что сегодня приходят миссис Кузо и её сын. Это было так давно… мне больно и приятно одновременно вспоминать о тех беззаботных днях. Всё шло своим чередом, я рос обычным подростком, пока… с неба не посыпались карты. Карты, из которых выходили живые существа. Конечно, тогда я об этом не знал, для меня и Дэна это стало игрой, которую мы придумали. С этого рокового дня началась рушиться вся моя жизнь. Я не заметил, как словно песок в песочных часах уходит здоровье матери, не заметил, или не хотел замечать, как стал зависим от присутствия Дэна Кузо в своей жизни. Когда я всё понял — было уже поздно. Мама впала в кому, но перед этим подарила мне Скайресс. Уйти из игры бакуган было моим обдуманным действием. Я ушёл, не потому что игра стала для меня не интересной, а потому, чтобы не видеть Кузо, не смотреть на него, убить в себе те нелепые чувства, которые возникали в присутствии Дэна. Даже когда пришли Руно и Маручо, я смог убедить себя, что моя помощь им не так уж и необходима. Но… встретившись с Дэном, я не устоял и присоединился к Отчаянным бойцам бакуган. Сейчас мне шестнадцать, более трезво смотрю на жизнь и почти излечился от своей болезни под диагнозом «Дэн Кузо».

***

       Ведётся ожесточённая битва, можно сказать война между Вексами и нами, Фронтом сопротивления бакуган. Сейчас у нас выдался небольшой перерыв в виде поездки на Землю. Честно, для меня это моральные муки. Видеть каждый раз Дэна и Руно вместе — тяжело. Видеть счастливое лицо любимого человека не рядом с собой, а с другой — больно. Я всё для себя решил. Я не скажу Кузо ничего, ведь он уже нашёл своё счастье в лице Мисаки. За всеми этими внутренними переживаниями у меня появилась тяга к сигаретам. Об этом никто из бойцов не знал, да и не к чему это им. Идя незаметной тенью за Дэном, я не замечал присутствия других в своей жизни, не замечал окружающих меня людей. Это стало началом моего конца в жизни среди бойцов. Это стало началом того, как объект моей любви стал недосягаем для меня, однако взамен этому я обрёл смысл своей жизни…

***

       После очередной сцены нежности со стороны Руно по отношению к Дэну меня начало мутить. Чтобы ненароком не выдать себя, я вышел на балкон, проветриться, не забыв прихватить ветровку, где лежала пачка сигарет. Сильно задумавшись о прошлом, о Скайресс, о навалившихся на меня проблемах, я не услышал, как кто-то зашёл на балкон. Вздрогнув от заданного вопроса и замешательства, я чуть не выронил сигарету:        — И когда ты собираешься рассказать ему о своих чувствах? Или так и будешь просто смотреть на его счастливую жизнь, а сам мучиться? — это был Эйс. Я не посмотрел в его сторону. Откуда он знает? Голова раскалывалась от понимания, что меня раскрыли, но несмотря на это, максимально сделав свой тон нейтральным, спросил:        — О чём ты, Эйс? — я спиной почувствовал, как он ухмыляется.        — Не строй из себя идиота, Казами. Думаешь вокруг тебя находятся слепые? Очнись, это не так. Если и есть тот, кто ничего не понимает, так это Кузо.        — Зачем ты мне всё это говоришь? Раз ты всё понял, то должен понять, почему я молчу. — мне всё меньше нравился этот разговор. Интуиция кричала об опасности, но я её игнорировал.        — Если кому скажу, никто не поверит. — он рассмеялся, а я вздрогнул от холода резанувшего меня словами: — Мне нравится, как ты мучаешься, Казами. Другими словами, мне нравится ломать тебя. Нет, не физически, а морально. Ну же, признайся хотя бы мне, что ты чувствуешь по отношению к Дэну, раз не в силах признаться в этом ему. — недокуренная сигарета всё-таки выпала из моих онемевших рук… это был мой проигрыш. Не сдержавшись, я развернулся лицом в сторону Грита, и хриплым от волнения и немого раздражения от его присутствия я громко проговорил:        — Люблю я Дэна, теперь доволен?! — и с ужасом осознал, что свидетелем этой сцены был никто иной, как сам Дэн Кузо.        — Что это всё значит, Шун? — он на меня смотрел как на прокажённого, а Эйс только довольно улыбался. Я глубоко вздохнул. Мне нужно успокоиться. Плавными шагами направился в сторону двери, ведущую из балкона назад, в особняк Маручо, чтобы покинуть этот дом. Когда я проходил рядом с Дэном, он от меня дернулся, на что я в мыслях горько усмехнулся «А ты рассчитывал на понимание? Это было глупо с твоей стороны…»        — Это началось давно, вряд ли ты меня поймёшь…

***

      Я бродил бесцельно по улицам, не обращая внимания ни на что. Ночной город был особенно красив… Яркие огни вывесок и фонарей, слепящие глаза и усыпанное звёздами небо. Впервые в жизни захотелось напиться до состояния нирваны. Хотелось просто забыться среди потока бесчисленного количества людей. Решив воплотить в жизнь свою мимолётную прихоть, о которой я безусловно буду жалеть, зашёл в ночной клуб под названием «Сгорающий Феникс». Даже не посмотрев на танцпол, быстрыми шагами направился в сторону барной стойки. Заказав чего-нибудь покрепче, решил оглядеться, пока будут готовить мой заказ. Не увидев для себя ничего интересного, уставился на ярко-зелёную жидкость в бокале. Через пару-тройку глотков всё напряжение, которое преследовало меня на протяжении долгого времени, спало. Когда я потягивал через трубочку третий по счёту коктейль, ко мне подсел парень, перекрыв ор музыки, прокричал:        — Ты знаешь, что пить в одиночестве называется свинством? Где ты живёшь, давай провожу, думаю, сам ты не дойдёшь! — он был прав. От второго бокала, я уже опьянел, мой организм не привык к такой «пище». Сфокусировав взгляд, увидел ангела воплоти. Яркие, насыщенный светлые волосы, тёплые карие глаза и мягкая улыбка. Длинные ресницы и еле заметные веснушки. Подумав, что пялиться откровенно на человека не прилично отвёл взгляд, при этом тихо пробормотав:        — У меня нету дома. Точнее, я его лишился сегодня. — несмотря на грохот музыки, он всё услышал. Поэтому поговорив о чём-то с барменом, потащил меня к выходу. Когда холодный вечерний воздух немного отрезвил меня, я так, для галочки, решился спросить: — Куда мы едем? — меня уже усаживали на такси.        — В гостиницу. А там, завтра подумаешь на трезвую голову, что тебе делать.       Ехали мы недолго, однако я успел задремать в тёплом салоне автомобиля. Долго не задержались и за стойкой, нам выдали ключи, мы как-то слишком быстро оказались у номера или мне это показалось? В общем, это неважно. Стоило только окунуться в полумрак гостиничного номера, на меня что-то нашло. Обняв со спины ничего не подозревающего юношу, я с каким-то трепетом вдохнул его запах полной грудью. Не знаю почему, но на душе мне стало легче. Не отдавая себе отсчёта в действиях, я повернул его к себе лицом и мягко, насколько позволяло моё состояние, коснулся его тёплых губ, своими ледяными. Он долго смотрел мне в глаза, а потом, к моему удивлению, прикрыл их и обнял меня за плечи. Не отрываясь от таких сладких и мягких губ, я как-то сумел довести нас до кровати, куда мы оба рухнули. От нелепости ситуации, мы оба в голос рассмеялись. Более-менее отдышавшись, я снова припал к его губам, в этот раз углубив поцелуй и сделав тем самым более страстным. Расстегнув одной рукой пуговицы рубашки небесно-красивого юноши под собой, я пробежался пальцами по рёбрам, обвёл ореолы сосков и только после этого снял с него эту вещь. Вдоволь налюбовавшись телом партнёра и его ярким румянцем на щеках, блестевшими глазами, я аккуратными поцелуями-укусами спустился к шее. Медленно, мучительно-тягостно я изводил его своими губами и руками, хотя сам был на грани. К тому времени, как я добрался до пупка, мы были полностью обнажены. От его стонов срывало крышу. От алкоголя в моей крови не осталось и следа. Сколько раз я представлял, как Дэн стонет подо мной? Сотни, тысячи? Сейчас, смотря на полу-прикрытые от возбуждения глаза, разгорячённое ласками тело, я не могу представить на его месте Кузо. Это невозможно, неправильно. Оставив размышления на следующий день, я взял губами головку возбуждённого члена, стал катать его на кончике языка. Ответом мне стал громкий, хриплый стон и пальцы, ухватившиеся мне за пряди, не сильно, но требовательно подталкивающие к продолжению. Весь его я взять не смог, хотя и знал теоретически всё, что связано с сексом с парнем, но на практике пробою впервые. Поэтому я усиленно работал языком, очерчивая вздутые венки. Я уже чувствовал, что приближается его разрядка: он стал чаще дышать, стоны стали громче, стоны от которых я чуть сам не кончил, но внезапно он отстранил меня от себя…, а потом…        — Пожалуйста… хватит издеваться надо мной… сделай это, иначе я взорвусь… — эти слова выбыли весь воздух из лёгких, сердце забилось чаще. Я взглядом спросил, уверен ли он, не пожалеет потом, на что мне последовал уверенный кивок. Я попросил его облизать мои пальцы, так как у нас не было смазки… он покорно берёт их губами, посасывает, отчего не выдержав жестом показываю, что достаточно. Тут же, как мои пальцы покинули жаркую глубину рта, я накрыл горящие губы, при этом вставив один палец. Он не заметил, увлёкшись поцелуем, чем я бессовестно воспользовался, добавив к первому второй. Растягивая его, я не забывал про эрогенные зоны, которые обнаружил при своём обследовании этого сводящего с ума человека. Дискомфорт от третьего добавленного пальца, я удалить не смог, однако противовес этому обнаружил простату, от которого моё солнце дёрнулось и он уже сам начал насаживаться на пальцы. Решив, что я достаточно его растянул, я смазал свой горящий от нетерпения и дикого возбуждения член слюной и приставил головку ко входу. Одним резким движением вошёл в него и остановился, от истошного крика боли, собирая губами слёзы и неся всякую сентиментальную чепуху, лишь бы он больше не плакал. Я готов был остановиться. Но вопреки моим ожиданиям он сам медленно подался назад, а потом вперёд. Расценив это как согласие на продолжение, через несколько неудачных попыток, я всё-таки нашёл ту заветную точку, которая заставила выгнуться солнышко дугой и вырвав из него самый сладостный и сильный стон. Это сорвало мои последние тормоза… я перешёл на бешеный темп. Нас надолго не хватило… кончили мы почти одновременно. Эта эйфория… я не знаю как описать те чувства, что испытывал в этот момент… незабываемые, первые, лучшие… Негласным решением было принято, что душ принимать мы будем завтра. Однако я не дал заснуть ему сразу же. Контрольно нежно поцеловав его искусанные после оргазма губы, я спросил:        — Как тебя зовут? — на что мне сонно пробормотали:        — Джудо…, а тебя? — я обняв его со спины, прошептал на ухо — Шун.

***

       Проснувшись, я первым делом облапал постель рядом с собой. Никого там не оказалось. Быстро приняв освежающий душ и осмотрев гостиничный номер полностью, догадаться было не сложно, что от меня нагло сбежали.Спустившись вниз и вернув ключи, обратился к девушке за стойкой вопросом, какое время назад покинул гостиницу мой спутник. Мне ответили, что он ушёл полтора часа назад. Я поблагодарил девушку, вышел на улицу и с лёгкой ухмылкой на губах проговорил:        — Я обязательно найду тебя, Джудо, и в следующий раз, ты от меня просто так не сбежишь…