Вырос рано.

      — Гарри, друг ты мой безмозглый, ответь мне Мерлина ради, читал ли ты то, что вот тут большими буковками написано? – Драко ткнул пальцем в предупреждение о наказании на первой странице книги.       Каникулы уже закончились и друзья Поттера, как и все ученики, вернулись в школу. Как только Малфой и Бутт переступили школьный порог на них тут же налетел их горячо любимый друг и не слова не говоря утащил в пустой кабинет, где и показал им книгу и рассказал о своих соображениях. — Конечно, читал, душа моя! Поэтому и поменял обложку! — Тупица! Можно подумать это поменяло её содержание! Да любой, открыв её, поймёт твой обман и куковать тебе в Азкабане, птичка! Хоть бы маскирующие и чары отвлечения внимания наложил, олух! Носишься по школе с запрещённой литературой и хоть бы что! Сложно что ли было на пергамент скопировать? Нет, он будет бегать перед всеми, выпрашивая срок в Азкабане! – злился Терри. — Или тебе с дементором чмокнуться не терпится? — Ой, да ладно вам! Это мои проблемы! – отмахнулся Поттер — Вы лучше вдумайтесь в суть! Это оно! Это точно оно!       Гарри с таким нетерпением ждал возвращения друзей, что, наплевав на всякую безопасность, сразу помчался к ним, как только те приехали. Все эти дни он перечитывал одну единственную главу как сумасшедший, строчил свои мысли в дневник и просто уже весь извёлся от нетерпения поделиться своей находкой. Он уже даже забыл когда вообще выходил из башни. Благо домовики заметив, что парень не ходит на трапезы в большой зал повадились доставлять ему еду прямо в комнату. — Да не ори ты! – Драко кинул заглушающее на дверь кабинета. — Ладно. Если честно то, да. Это и правда похоже на то, что сейчас происходит. Но это значит, что убийца хочет кого-то возродить. Кого-то для, кого враги маглорождённые. — Намекаешь, что это всё же последователи Воландеморта? – задумчиво протянул Терри. — Если подумать, то это возможно… кровь врага, плоть последователя. Но вот у Тёмного Лорда не осталось тела и душа его тоже вряд ли в этом мире. Да и 31 октября уже давно прошло. Если бы он стремился возродить Лорда, он бы уже сделал это. Не будет же наш убийца ждать ещё один год? — Да. Тут не вяжется. – согласился Поттер. — К тому же, если бы это дело касалось Лорда, им бы пришлось переться в мой дом. Вряд ли дражайшие родители разрешат кому-то в гостиной кровью пентаграммы чертить. — А то их спросят! – Драко развязал свой зелёный шарф и расстегнул зимнюю мантию. — Проклятие в темечко и всё. Ваш дом - наш дом. Кстати, я думал, что ты будешь жутко раздосадован последними новостями, а ты вроде вполне доволен.       Поттер не понимающе уставился на друга. — Если ты имеешь в виду новых жертв, мне конечно жаль и всё такое, но не до такой же степени чтобы убиваться по ним.       Терри закатил глаза. — Мерлин мой. Мы прекрасно знаем, что на маглорождённых ты плевать хотел. Ты что, кроме первой страницы в газетах вообще ничего не читаешь? - удрученно спросил он. — Нет. А зачем? Вся суть всегда на первой странице. - искренне не понял Гарри. — А за тем мой недалёкий друг, что там дальше тоже очень много интересного пишут. Например то, что к нам в школу едет твой дражайший прототип со своими подчинёнными, чтобы “научить новое поколение постоять за себя в любой ситуации”. - процитировал Малфой, изображая пальцами кавычки. — Чегооо? - не понял Поттер. — Драко хотел сказать, что твой отец едет в школу.

***

— Дорогие студенты! Я украду буквально несколько минут вашего внимания! – разнёсся голос Дамблдора по большому залу. ­— В этом семестре в связи со складывающейся ситуацией, коллегия школы решила порадовать вас новым факультативом! Один раз в неделю, а именно в субботу, для вас будет открыт Дуэльный клуб! Все желающие могут записаться у своего декана. Главным преподавателем клуба будет… профессор Джеймс Поттер! Вам слово профессор!       Зал взорвался громкими аплодисментами в которых и потонул болезненный стон Гарри Поттера который от безысходности уронил голову на обеденный стол. Он-то думал, что хоть в школе может наслаждаться отсутствием предков. — Здравствуйте, ребята! Наш Дуэльный клуб будет собираться каждую неделю в этом же зале в пять часов вечера. Преподавать у вас будут лучшие профессора академии Авроров, такие как Аластор Грюм и Кингсли Бруствер. У многих из вас в этом году экзамены по СОВ и ЖАБА. Я думаю, наш клуб окажет вам весомую помощь в выборе дальнейшей своей профессии. И в связи с сегодняшней ситуацией поможет вам в дальнейшей жизни! Ждём всех желающих, ребята!       Зал вновь взорвался аплодисментами. Больше всего отличились конечно же Гриффиндорцы. Ещё бы! Знаменитый Джеймс Поттер, выходец их факультета, будет сам лично преподавать! И не что-то, а боевую магию! Да и имена Грюма и Бруствера тоже были у всех на слуху.       Гарри же из всей речи вынес для себя только одно. Факультатив добровольный, а значит он вполне может и не участвовать в данной авантюре. Ещё Поттер искренне не понимал, когда это его дражайший папочка успел сдать квалификацию на профессора, но скорее всего здесь подобное звание присуждалось каждому, кто хоть как-то влияет на учебный процесс.       Ученики Хогвартса уже на следующий день ринулись к своим деканам для записи в дуэльный клуб. Что примечательно, даже Слизеринцы не побрезговали это сделать. Всё же опыт в боевой магии достаточно неплохой багаж в будущую жизнь.       Гарри же решил посвятить своё время тренировкам по квиддичу и конечно расследованию.       Драко и Терри были с ним полностью солидарны, так как никто из них в дальнейшем не планировал связывать свою жизнь с Авроратом. Бутт был фанатиком зелий, а Малфою просто не нравилась красная форменная одежда авроров. Да и вообще представить наследника достопочтенного семейства блюстителем правопорядка было очень и очень сложно. Узнай Люциус, что его сын запланировал стать аврором, тот бы сразу заавадил сам себя.       А вообще Драко гораздо больше привлекали политика и магическое право. Так что в дальнейшем он, вероятнее всего, пойдёт по стопам отца.       Гарри же никогда не рассматривал для себя возможность учиться в Аврорской Академии. Не то, чтобы ему было не интересно данное направление, а скорее из-за того, что он не хотел чтобы люди видели хоть какое-то его сходство с отцом. Да и вообще, его больше прельщал совершенно другой отдел Министерства магии.       Когда-то в детстве юный Поттер был там с Сириусом Блэком. И невнимательный крёстный проглядел тот момент, когда его подопечный куда-то ушёл. Заплутав в Министерстве Магии, маленький мальчик набрёл, на самое загадочное место, которое покорило его сердце. Это был отдел Невыразимцев. Все самые сокровенные секреты и загадки волшебного мира скрывались за дверью этого отдела. Всё, что обычные волшебники знать были не должны, находилось именно здесь. И тогда мальчик решил: в будущем он непременно узнает всё эти секреты.       Что же касалось Гриффиндорской троицы, то они, естественно, одни из первых записались в дуэльный клуб. Стоит сказать, что с появлением в школе Поттера-старшего жизнь их стала на много лучше. Факультет поумерил свою неприязнь из-за потерянных баллов, а вечерние отработки у Снейпа чудесным образом сократились до двух месяцев, причем 50% этих отработок будут проходить у новоиспечённых профессоров. Сложно сказать, как профессор зелий согласился на такой исход, но вероятнее всего к этому его подтолкнул Директор школы.       Занятия в клубе начались уже в конце первой учебной недели. Гарри конечно мало это беспокоило, но буквально вся школа гудела о том, какая же это замечательная идея открыть дуэльный клуб и как же они рады, что учатся у таких “крутых авроров”. Джозеф и Уизли опять стали разгуливать по школе с грудью колесом, ибо они, что не странно, сразу стали любимчиками преподавателей. Гарри, как и его друзей, подобный исход очень сильно раздражал. Они столько сил потратили, чтобы гриффиндорская троица заплатила за свои прегрешения, но в итоге тех простили и жизнь их почти не изменилась. Больше всего Поттера раздражал Уизли, тот смотрел на него с таким превосходством, будто обыграл его в какой-то невероятно важной игре. Гарри не забыл злополучный урок зелий и планировал отомстить рыжему в ближайшее время.       Гарри игнорировал все разговоры о клубе, ему в этом помогал донельзя загруженный график. Возобновившиеся тренировки, походы в библиотеку и гора домашних заданий вместе с повторением пройденного материала по блокам не давали ему спокойно вздохнуть.       Как-то раз, в пятницу вечером, продрогший от зимнего ветра и стужи парень возвращался после очередной тренировки по квиддичу, но спокойно доползти до родимой комнаты ему не дали. Непонятно откуда взявшийся в коридоре Джеймс Поттер, нарушил его грандиозные планы. — Здравствуй, Гарри. Возвращаешься с квиддичной тренировки? – произнёс отец, кивнув на метлу в руках парня. — Очевидно. - ответил сын. — Да уж, очевидно… – мужчина замолчал подбирая слова. Говорить с младшим сыном, он откровенно говоря не умел. – Как книга, что мы прислали на рождество? Помогает на тренировках? — Да. Теперь я точно знаю, когда стоит вдарить бладжером по ловцу. У тебя всё? – нетерпеливо затопал ногой Гарри. От спасительной постельки его отделял сейчас только его родственник. — Нет. Не всё. – произнёс Джеймс, немного теряясь после слов сына. — Я хотел поговорить с тобой по поводу дуэльного клуба. Почему ты не записался?       Парень изобразил задумчивое выражение на своём лице. — Ну даже не знаю… Может потому, что мне это не интересно, как думаешь? — Тц. Придержи свой сарказм! – старший раздраженно цокнул. — Ты должен пойти в клуб! Я жду тебя завтра на занятии. — С чего бы это? – Гарри сложил руки на груди. Он терпеть не мог, когда за него кто-то что-то решал. — Потому что ты – Поттер! Как мне смотреть в глаза своим подчинённым и ученикам, когда мой собственный сын игнорирует клуб, который я же организовал? — Ну до этого ты же как-то смотрел им в глаза и ничего живой и здоровый. Более того, твои подчинённые скорее всего и не догадываются, что у тебя оказывается два сына, а ученикам вполне достаточно и шрамоносца. Что касается фамилии, то мы можем её и поменять. Отрекись от меня и дело с концом. – уставший парень не был настроен на мирный диалог. — Не неси чепухи и не говори так о своём брате! Мои коллеги прекрасно знают, что ты мой сын. Так что я жду тебя завтра! Возражения не принимаются! Я уже записал тебя! И если Аластор скажет мне, что не видел тебя на занятии, на следующие каникулы ты отправишься вместе с братом в гости к Уизли! – Джеймс уже прекрасно понял, что рыжее семейство младший на дух не переносит.       У Гарри от такого заявления задёргался глаз. Он просто представил себя в окружении этой оравы, попивающим чай из побитой кружки на крошечной кухне разваливающегося дома. Но нужно было взять себя в руки. Показать, что угрозы на него не действую. — Ммм… – задумчиво протянул он, а потом добавил. — Как пофиг. Нет, ну серьёзно! Ты действительно думаешь, что я буду спокойно сидеть там и не сбегу к Сириусу? — Не волнуйся. Я заблокирую камин и на всякий поставлю антиаппарационный. А ещё, попрошу миссис Уизли глаз с тебя не спускать. — В таком случае глаз её ты больше не увидишь. Поверь, я позабочусь, чтобы от их курятника, хотя вроде это был свинарник, камня на камне не осталось. И вообще, если требуешь услугу надо не угрожать, а предложить что-то взамен. Ты что стратегии переговоров не изучал? Хотя, да. На Гриффиндоре подобным премудростям не учат.       Было видно, что Поттера-старшего эти слова раздражали и, чтобы говорить спокойно, он прикладывает усилия. — Хорошо. Что ты хочешь взамен?       Гарри хитро ухмыльнулся.

***

— Что ты попросил взамен? – потрясённо спросил Терри.       В субботу с утра парни по обыкновению сидели в самом дальнем углу библиотеки, обложившись литературой. — Мантию-невидимку до конца учебного года, – ухмыльнулся Гарри.       Драко скучающе посмотрел на друга. — Да, Гарри. Тебя, оказывается, так просто купить! Начерта тебе мантия?       Глаза Поттера заговорчески блеснули. — Нужно, мой друг. Нужно. — Ну и Мерлин с тобой! Захочешь, расскажешь. Лучше посмотрите вот сюда. – Бутт придвинул на середину стола копию фотографии учеников Хогвартса прошлых лет. Фотография была испещрена разноцветными кружочками. — Пока я был дома, решил более менее ясно разделить всех студентов по статусу крови. Зелёные — сто процентов чистокровные. Желтые — полукровки. Красные — малгорожденные. Все остальные — статус крови не известен. Зачеркнуты все, кто уже мёртв.       Малфой и Поттер склонились над фото внимательно вглядываясь в лица и перечитывая имена. Взгляд Гарри задержался на маленькой худенькой девочке Пуффендуйке, которая стояла в первом ряду. Его привлекло не то как она выглядела, а её имя. — Руида Бёрк. – вслух прочитал Гарри. — Мне кажется, я где-то слышал это имя, но точно не вспомню.       Драко заинтересовано вгляделся в фотографию, впрочем интерес его быстро потух. — Её можно вычеркнуть. Она чистокровная конечно, но она давным-давно умерла. Бёрки наши родственники уже и не вспомню по какому там колену. Я знаю, что она умерла. Несчастный случай или что-то такое. Не помню точно. Да неважно это.       Терри кивнул и взмахнул палочкой. Изображение девочки перечеркнула чёрная полоса.       Гарри ещё раз взглянул на девушку и на её имя, силясь вспомнить, где он мог его слышать. Но не найдя на периферии своей памяти нужного человека, он сдался. В конце концов за всю свою жизнь он слышал столько имён. Ну знакомо да знакомо. Что тут необычного? Может, читал где, может просто слышал в каком-то разговоре. Неважно!       Близилось время начала собрания Дуэльного клуба. Поттер, посмотрев на часы, громко застонал. — Ребята, не ради меня, а ради Мерлина нашего всевышнего, пойдёмте со мной в этот дуэльный клуб? Там же одни Гриффиндорцы! Я чокнусь с ними! — Мне интересно, как ты себе это представляешь? Я подойду к декану и скажу: “Дядя Северус, я хочу присоединиться к клубу Поттера, ты же не против? Да, я знаю, что ты ненавидишь его до колик в печёнке, но ведь ничего страшного… ”. Прости, Гарри, но жизнь мне дороже. – не отрываясь от книги, обозначил свою позицию Драко.       Поттер перевёл взгляд на Терри. — Даже не смотри на меня! У меня и так дел по горло. — Ты мне это говоришь? Я просыпаюсь, тащусь на уроки, потом в библиотеку, потом на тренировку и потом снова в библиотеку. Теперь ещё и этот факультатив! Ах да! Я совсем забыл упомянуть наше расследование! Конечно, у меня куча времени! - всплеснул руками Гарри.       Бутту стало немного стыдно. В конце концов он понимал, что другу и правда катастрофически не хватает свободного времени. Возможно, он сможет выкроить час-два, чтобы Поттеру было хоть немного легче сносить общество раздражающих его людей. — Сегодня я с тобой точно не пойду, так как нужно сначала у декана записаться, а потом посмотрим на твоё поведение.       Гарри просиял. — Терри, я когда-нибудь говорил, как сильно я тебе люблю! Даже чуть больше, чем Драко! — Я всё ещё здесь вообще-то! – возмутился Малфой. — Отстань, предатель. – отмахнулся Поттер. — И Терри, ты не беспокойся! Я сегодня с утра сходил к Флитвику и уже записал тебя!       Бутт обречённо застонал.

***

      Большой зал был полон студентов. Все оживлённо болтали в ожидании занятия. Сегодня было второе по счёту собрание Дуэльного клуба. Первое, вводное, проводили сразу трое авроров: Кингсли, Грюм и Поттер. Все последующие были разделены между ними. Каждый будет преподавать по очереди одну неделю и дальше они меняются. Это было сделано для того, чтобы авроры могли выполнять свои прямые обязанности, а не просиживать рабочее время в школе.       Из большого зала были убраны все факультетские столы. Лишь по середине стоял небольшой с непрозрачными склянками. Парт для студентов в зале так же не было и им приходилось просто стоять вокруг единственного стола.       Гарри и Терри пришли за пять минут до начала занятий. Было видно, что некоторые из собравшихся студентов не ожидали их здесь увидеть, а некоторые рыжие имбецилы и вовсе не хотели. — Вы что тут забыли? – негодовал Уизли.       Гарри закатил глаза. Как это недоразумение его раздражало. — А ты? — Я пришёл на занятие! — Представь себе, мы тоже. – Терри сложил руки на груди. — Ты же не хотел сюда приходить, Поттер? Что изменилось? Решил всем на нервы покапать? - продолжал Рон. — Ты арендовал этот зал, Уизли? – усмехнулся Гарри. — Сомневаюсь, что это так. Твоих денег даже на аренду коморки для швабр не хватит. Так почему ты считаешь, что можешь здесь что-то решать? Скажу тебе по секрету: видеть твою рожу лишний раз я не горю желанием, но ради получения выгоды, порой приходится жертвовать своим комфортом. А теперь сделай милость отойди и не раздражай меня. Настроения у меня сегодня и так никакого нет.        Рон, как всегда, рассвирепел, когда упомянули состояние его семьи. — Да ты! Ты! — Попой нюхаешь цветы! Я сказал: скройся с глаз моих! Не заставляй меня придумывать живописные метафоры в твой адрес!       Тут вовремя прибежала Грейнджер, которая, схватив вырывающегося Уизли за рукав мантии, утащила его подальше от Гарри.        Сегодня занятие проводил матёрый блюститель правопорядка Аластор Грюм. У новоявленного преподавателя была отталкивающая внешность. Лицо его словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшего резцом. Каждый дюйм кожи был испещрён рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, тёмным и блестящим. Другой — большой, круглый как монета и ярко-голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза — а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки.       Гарри, как и все, был наслышан о этом магическом глазе, который может видеть сквозь любое препятствие. Парню даже было интересно как часто аврор наблюдает за женскими телами сквозь одежду и наблюдает ли вообще. Вдруг у этого глаза есть ограничения или же в штанах у профессора находилось ровно тоже, что осталось от носа. Парень прыснул от такой догадки.       Факультатив условно делился на две части. Первая – теория, вторая – практика. — Итак, прямо к делу. Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым антизаклятиям и на этом остановиться. Я не должен показывать вам, каковы из себя запрещённые Тёмные заклятия, но профессор Дамблдор и глава Аврората - Джеймс Поттер придерживаются более высокого мнения о вашей выдержке, они считают, что вы справитесь, а я скажу так: чем раньше вы будете знать противника, тем лучше. Как можно защитить себя от того, чего никогда в жизни не видел? Волшебник, который собирается применить к вам запрещённое заклятие, не станет делиться своими планами, он не будет действовать открыто, на ваших глазах, вежливо и тактично. Вы должны быть готовы заранее. Вы должны быть бдительны и наблюдательны. Вы должны убрать это, мисс Браун, когда я говорю. Лаванда подпрыгнула и залилась краской — она как раз показывала Парвати новый выпуск какого-то журнала. — Итак… Кто-нибудь из вас знает, какие заклятия наиболее тяжело караются волшебным законодательством?       Неуверенно поднялись несколько рук, в том числе и Золотой троицы. Гарри же вопрос проигнорировал. Естественно, он знал. Мало кто в волшебном мире не слышал о Трёх Непростительных Проклятьях.       Грюм кивнул Уизли, хотя его магический глаз был по-прежнему устремлён на Лаванду. И Гарри был почти уверен, что тот любуется её телесами. — Ну, — робко начало рыжее создание. — Отец говорил мне об одном… оно называется Империус… или как-то так? — О да, — с чувством произнёс Грюм. — Твой отец должен его знать. Заклинание Империус доставило Министерству неприятностей в своё время.       Грюм с усилием переставляя ноги — живую и деревянную, подошёл к столу и стукнул палочкой по непрозрачной склянке. Дымка на стекле в мгновение растянулась. Внутри бегали три здоровенных чёрных паука.       Гарри с удовольствием наблюдал, как рыжий отшатнулся подальше — он ненавидел пауков.       Грюм поймал одного и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал: — Империо!       Паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шёлковой нити, раскачиваясь взад и вперёд словно на трапеции. Он напряжённо вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Грюм шевельнул палочкой, и паук, встав на две задние ноги, вне всяких сомнений, отбил чечётку.       Все засмеялись — все, кроме Грюма. — Думаете, это смешно, да? — прорычал он. — А понравится вам, если я то же самое проделаю с вами?       Смех мгновенно умолк. — Полная управляемость, — тихо заметил Грюм, когда паук сжался в комок и стал перекатываться по столу. — Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас…       Уизли невольно сглотнул. А Поттер почувствовал острое желание увидеть, как Грюм пихает паука в глотку рыжего. — Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы при помощи заклятия Империус, — продолжал Грюм, и Гарри понял, что он говорит о тех днях, когда Волан-де-Морт орудовал в полную силу. — Вот была забота у Министерства — попробуй-ка разобраться, кто действует по принуждению, а кто по своей доброй воле. Заклятие Империус можно побороть, и я научу вас как, но это требует настоящей твёрдости характера и далеко не всякому под силу. Если возможно, лучше под него не попадать. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! — рявкнул он, и все подскочили.       Грюм подобрал кувыркающегося паука и водворил обратно в банку. — Кто ещё знает что-нибудь? Другие запрещённые заклятия?       В воздух взвилась рука Грейнджер и ещё, к удивлению Гарри, Невилла Лонгботтома. До сих пор он не стеснялся показывать свои знания лишь на травологии — его, бесспорно, любимом предмете, потому что в других он был непроходимо туп.       Тот, похоже, и сам был потрясён своей смелостью. — Да? — сказал Грюм, и его магический глаз, провернувшись, уставился на Невилла. — Есть такое… заклятие Круциатус, — произнёс Невилл тихо, но отчётливо.       Грюм чрезвычайно пристально смотрел на Невилла, на сей раз уже обоими глазами. — Твоя фамилия Лонгботтом? — спросил он, и его живой глаз вдруг резанула печаль.       Все знали историю родителей Невилла. Они были мракоборцами. После того как Темный Лорд пал, на них напали супруги Лестрейндж и Барти Крауч младший. Их пытали Круциатусом в собственном доме на глазах маленького сына пять часов, пока наконец не прибыли авроры и не схватили Пожирателей. Алиса и Фрэнк Лонгботтом попали в Мунго в ужасном состоянии. Им чудом удалось сохранить рассудок после пыток. На лечение ушло два года и только после него они наконец смогли вернуться домой к сыну. Однако к своим должностям в аврорате они так и не вернулись. Просто не захотели. Решили уделить все внимание ребенку, который тоже очень долго отходил от потрясения. Пресса в то время долго еще трепала историю Лонгботтомов, стараясь показать все те ужасы, которые творили приспешники Волондеморта.       Невилл боязливо кивнул, но Грюм воздержался от дальнейших расспросов. Повернувшись к студентам, он вынул из банки следующего паука и посадил его на кафедру, где тот оцепенело замер, слишком напуганный, чтобы двигаться. — Заклятие Круциатус, — заговорил Грюм. — Надо бы чуть побольше, чтобы вы уловили суть.       Он нацелил палочку на паука и скомандовал: — Энгоргио!       Паук вырос — теперь он был больше тарантула. Уизли, махнув рукой на геройство, отошел как можно дальше от учительского стола.       Грюм снова поднял палочку и шепнул: — Круцио!       В ту же секунду ноги паука прижались к туловищу, он перевернулся на спину и начал ужасно дёргаться, качаясь из стороны в сторону. От него, разумеется, не доносилось ни звука, но Гарри был уверен — будь у паука голос, он визжал бы изо всех сил. Грюм не убирал палочки, и паук затрясся и задёргался ещё неистовей. — Прекратите! — воскликнула Грейнджер.       Гарри оглянулся на неё. Она смотрела вовсе не на паука, а на Невилла — руки у того были стиснуты в кулаки, костяшки пальцев побелели, а широко открытые глаза были полны ужаса. – Что с ним происходит? – шепнул Поттер другу. – Без понятия. – ответил Бутт.       В глубине души они оба понимали, что увиденные Невиллом в детстве пытки родителей, до сих пор в кошмарах преследуют его. А сейчас картинка просто вновь всплыла у него перед глазами. Непонятным было то, зачем Грюм решил поиздеваться над пауком на глазах у Лонгботтома, ведь Фрэнк и Алиса в прошлом были его подчиненными.       Грюм поднял палочку. Ноги паука расслабились, но он продолжал подёргиваться. — Редуцио, — приказал Грюм, и паук уменьшился до нормальных размеров.       Грюм посадил его обратно в банку. — Боль, — сказал он тихо. — Вам не нужно тисков для пальцев или ножей, чтобы пытать кого-нибудь, если вы можете применить заклятие Круциатус… И я мог бы просто описать вам его действие, не показывая на примере, но что вы из этого вынесете? Ровным счетом ничего! - рявкнул он. — Вы должны научиться быстро принимать решения, а не стоять и бояться пыточного проклятия. Вы когда-нибудь можете с ним столкнуться и лучше, чтобы это было в классе на уроке, а не тогда, когда ваша жизнь весит на волоске. Так… Кто знает ещё что-нибудь?       Скорее всего он хотел помочь Лонгботтому преодолеть детский страх шоковым методом, - подумал Гарри и огляделся. Судя по лицам, все были поглощены мыслями о том, что должно было случиться с последним пауком. — Ну? — Грюм оглядел толпу. — Авада Кедавра, — громко сказал Гарри и хмыкнул, поймав встревоженный взгляд брата. — Ага, ещё один Поттер! — ещё одна чуть заметная улыбка скривила неровный рот Грюма. Рот Гарри же перекосило как от зубной боли. “Ещё один Поттер” звучало так же мерзко как “ещё один Уизли”. — Да, последнее и самое худшее… Авада Кедавра… Заклятие Смерти.       Он опять запустил руку в банку, и, словно догадываясь, что сейчас произойдёт, третий паук отчаянно заметался по дну, пытаясь увернуться от скрюченных пальцев. Грюм его всё-таки поймал и посадил на стол. Паук бросился наутёк по деревянной крышке.       Грюм поднял волшебную палочку и каркнул. — Авада Кедавра!       Полыхнула вспышка слепящего зелёного света, раздался свистящий звук, будто что-то невидимое и громадное пронеслось по воздуху, и паук мгновенно опрокинулся на спину — без единого повреждения, но, безусловно, мёртвый.       Несколько девушек сдавленно вскрикнули. Уизли отпрянул назад и едва не налетел спиной на стоящую позади него Грейнджер, когда паук рухнул в его сторону. — Ни порядочности, — спокойно сказал Грюм, — ни любезности. И никакого противодействия. Невозможно отразить. За всю историю известен лишь один человек, сумевший выдержать это, и он сейчас находится среди нас.       Грюм вперил в Джозефа свой взгляд. Гарри же закатил глаза и подавил зевок. Начинается. Конечно, как при изучении такой темы не затронуть Мальчика-Который-Выжил?       Грюм заговорил вновь. — Авада Кедавра — заклятие, требующее для выполнения серьёзной магической мощи. Сейчас вы все можете достать свои волшебные палочки, направить на меня и произнести положенные слова — однако сомневаюсь, чтобы меня от этого хотя бы насморк прохватил. Но ничего, я здесь для того и есть, чтобы научить вас, как это делать. Возникает вопрос — если всё равно нет противодействующего заклятия, то зачем я вам это показываю? Затем, что вы должны знать. Вы должны ясно представлять себе, как выглядит самое худшее. Недопустимо, чтобы вы вдруг оказались в ситуации, где столкнётесь с этим нос к носу. БУДЬТЕ ВСЕГДА НАЧЕКУ! — взревел он. — Профессор! – вскинул руку Гарри. – Могу я попробовать? — Что попробовать? – не понял Грюм. — Ну как же, сер? Проклятье конечно! Вы сказали, что мы можем направить на вас палочки, произнести непростительное и у вас даже насморка не будет. — Поттер! Да, Джеймс говорил, что второй у него с.... с трудностями. – Уизли в этот момент даже не попытался подавить смех, впрочем, как и другие Гриффиндорцы. – Чёрт с тобой! Попробуй!       Гарри взбесило высказывание Грюма. Решил его клоуном для веселья выставить?       Поттер выхватил палочку и, направив ее прямо на профессора ни грамма не колеблясь, четко произнёс: — Авада Кедавра!       Кончик палочки слегка засветился зелёным. С лица Грюма слетело всё веселье. — Идиот! – взревел он, отпрыгивая с места, где стоял, едва не путаясь в ногах. — Ты что, парень, совсем с головой не дружишь? Какого Мордера ты произнес смертельное?!       Грюм немного успокоился, ибо зелёный огонёк с палочки Гарри так и не слетел. — Ну как же профессор? Вы же именно так и сказали! Если я произнесу смертельное, вам от этого ничего не будет. Так почему я не могу попробовать? – невинно хлопнул глазами Поттер.       Парня откровенно веселила сложившаяся ситуация. Грюм хотел посмеяться над ним, в итоге это обернулось против него самого. — Я думал, ты используешь Империус, глупый мальчишка! — Профессор, в таком случае вам нужно следить за словами, не правда ли? Вы же и словом не обмолвились об Империусе. Как же я мог догадаться, что у вас на уме? У меня нет глаза, чтобы видеть, что у людей в голове и… не только. – Гарри сделал многозначительную паузу. — Наглец! Выметайся отсюда! — Почему, профессор? Я пришёл к вам на факультатив! Почему же в своей неточной формулировке задачи вы обвиняете меня?       Грюм ещё что-то попыхтел, но выгонять больше не стал и поторопился перейти к практической части. — Он прав, - сказал Терри другу. — Ты точно не дружишь с головой. Это же додуматься надо было! — Ой-ой-ой, какие мы серьезные. Я же просто пошутил, - ответил ему Поттер.       Остаток занятия они провели, в попытках противостоять Империусу Грюма. И Гарри был рад, что до него очередь дойти не успела. По злобному взгляду профессора было видно, что ему не терпится преподать младшему Поттеру урок. В любом случае, Гарри удалось избежать неприятностей. И уже вечером парень держал в руках мантию-невидимку, что с таким недовольством отдал ему Джо. Знал бы он, для чего она брату, то в жизни бы не вручил ему её.