Мой персональный демон

      Ночка выдалась тяжёлой. Как Джонатан и предполагал, Сак не упустил возможности поиздеваться над человеком, пугая того во тьме и не позволяя сомкнуть глаз ни на минуту. Мелкого пакостника ужасно забавляла Джонова фобия мрака. Выключив во всём доме электричество, он то набрасывался на блондина, то обкидывал его скользкими трупами рептилий. Или же оставлял его в этой тиши одного, в ожидании худшего. Благо, с первыми солнечными лучами демон наигрался и оставил несчастного в покое, за счёт чего Комбс, наконец, встретился с любимой кроваткой, не удосужившись даже стянуть с себя толстовку.       «Плюсы есть всегда и во всём, так что не ной!».       Эту фразу, однажды сказанную отцом ещё мелкому и глупому, как ракушка, Джону, блондин запомнил раз и навсегда. И теперь, нежась в постели, он снова её вспоминал — как ни как, после такой ночи ужасов и беготни бессонница отступила, и парень наконец-то выспался по-человечески.

***

      Джо сладко потянулся в постели, перевернувшись с живота на спину и при этом заняв всю площадь своей огромной кровати. Но стоило ему раскрыть глаза, как даже она не смогла удержать напуганного до потери пульса увиденным парня от близкого знакомства с полом. А увидел он — ничего. Мрак. Тьма, царившая в комнате не нарушалась ничем — не было ни лунного, ни солнечного света, и ночник, представлявший из себя пластмассовый костёр инквизиции, в этот раз почему-то не работал.       Страх медленно сковывал тело. Джо осознавал, что сейчас уже послеполуденное время, и солнце должно быть в зените, но его не было. Не было ни единого, хоть крохотного, источника света. Мрак почти физически давил на лёгкие, не позволяя вдохнуть жизненно необходимый кислород, отчего разум заволокло лёгкой дымкой, рисующей образы всех сокровенных тайн и страхов юноши. Фобия плавно брала контроль над человеком, подчиняя его собственным страхам. Сжав волю в кулак и засунув гордость в жопу, Джо тихо обратился в пустоту: — Сак?.. — раз, два, три… Отсчёт секунд до того, как призрак ответит, колокольным звоном отбивался в голове у Комбса, болезненно ударяя по барабанным перепонкам. Лишь на пятнадцатом микровзрыве головного мозга, наконец, демон дал о себе знать: — Добрый день, спящая красавица!       Никогда бы Джонатан не подумал, что будет рад слышать этот голос. Никогда ранее.       Сейчас же он был готов броситься к Саку, словно мальчишка, нашедший защиту в этом рыжем бестии; прижаться к нему, словно лишь он способен дать ему чувство безопасности; остаться с ним, словно только он сможет оберегать парня от всех бед и несчастий.       С трудом поднявшись на подкосившихся ногах, как можно осторожней, чтобы скрыть дрожь в голосе, блондин произнёс: — Сак, з-забери меня отсюда… — Ты просишь меня о помощи, но ты делаешь это без уважения! — театрально изобразив интонацию «Крёстного отца», насмешливо проговорил демон, неизвестно откуда говоривший. Сейчас Джо не был настроен на спор и колкости, и поэтому просто, вынужденный покорно смириться, сделал шаг вперёд. — Ч-что тебе нужно? — Ты ведь и сам знаешь ответ.-усмехнулся Дьяволёнок, и смертный почувствовал обвившуюся о шею удавку. — Табуреточку подставить? — Сак, твою мать, это уже не смешно! -всего на мгновение гнев поборол страх, но как только исчезли признаки присутствия Совачовски, паника снова разлилась по всему телу, подавляя любые порывы Джона сбежать отсюда. Не в силах даже вдохнуть, парень бессильно скатился на пол, хватаясь за собственную толстовку и проклиная всех и вся за то, что ему приходится терпеть. В этот момент гордость нашла выход наружу, и Джо с ненавистью отшвырнул удавку, так любезно оплетённую о его шею Саком. — Хер тебе, мудопляс лохматый! На зло тебе, сука, до старческого маразма доживу! — слова его звучали чётко и ясно, гулко отбиваясь от невидимых во тьме стен. Прошла минута, другая, третья… Несчастный человек сбился со счёта, сколько времени он ещё просидел в компании своего страха, перед тем, как неожиданно в комнату вернулся солнечный свет. — Ты выиграл бой, но не войну! И с тебя печеньки! — неизменно улыбавшийся демон сидел на подоконнике, внимательно изучая своего человека взглядом.       В следующее мгновение виновник происшествия вынужден был позорно удирать от взбесившегося блондина, на лету отругиваясь от злобного прокаста шесть матов в секунду, которому позавидовали бы даже Eminеm* и Invoker**. Не прекращая этого оскорбительного речитатива, Джонатан умудрялся ещё и швыряться первыми попавшими предметами в нахала, но, к несчастью, они всё равно пролетали сквозь цель, не причиняя ей никакого вреда.

***

      Постукивание дождевых капель о оконное стекло приглушалось звуком кипевшего чайника и голосами беседовавших на кухне людей. Произошедшее тремя часами ранее событие уже нисколько не заботило юного Джонатана Комбса. На данный момент его интересовало лишь то, что Люси Комбс — мать парня — наконец вернулась с гастролей. Работала женщина оперной певицей одного из крупных театров страны, и из-за постоянных выступлений она имела возможность появляться дома не чаще раза в неделю, по пятницам, в свой единственный выходной. И этого самого дня Джо всегда ждал с нетерпением и трепетом, ведь невероятно любил своих родных. А с момента гибели отца Джо, они с Люси стали ещё более дороги друг другу.       Мать и сын мирно беседовали за столом, попивая чай, и даже Сак, неизменно жаждущий испортить жизнь Джону, теперь сидел смирно, чувствуя себя частью этой, пусть и не большой, но дружной семьи.

***

— Джо, а почему ты боишься темноты? — Нашёл, когда спросить… Четыре утра, фашист! — блондину уже практически удалось уснуть после нелёгкого денька и затянувшегося разговора с матерью, как назойливый демонёнок неожиданно решил удовлетворить своё любопытство, за что в него и кинули будильником. К слову, этот предмет уже второй раз за день встречается со своей рыжей, не менее громкой заменой, но, как и в первый раз, пролетает насквозь и ударяется о стену. Второго сотрясения шестерёнок механизм не выдержал, и издав противный предсмертный писк, погасил циферблат навеки. — А почему ты убил своих родных и себя? — задал встречный вопрос Джо, не желая продолжать разговор на эту тему. — Я… я не знаю… — Вот и я не знаю. — Но с чего-то же твоя фобия началась. -призрак осторожно присел на край кровати, от чего та неожиданно скрипнула и прогнулась, как под живым телом. — Если ты думаешь, что заставишь меня боятся ещё какой фигни, то можешь даже не пытаться. — Хи-хи, это было бы довольно забавно, но как показала практика, до самоубийства тебя подобным не довести. — Полу-усмехнувшись, Сак взглянул на собеседника, обращаясь к нему: — Вообще, я считал, что эта работа будет куда проще. — Не на того напал, козявка! — хохотнув, Джо собирался шуточно отмахнуться от призрака, но его рука наткнулась на вполне осязаемую человеческую плоть. Мигом позабыв о том, что организм требует сна в срочном порядке, он поднял удивлённый взгляд на рыжего, на чьём плече сейчас и лежала его рука.        Разглядев немой вопрос во взгляде подопечного, Совачовски развёл руками и, как всегда задорно, протараторил: — Я же демон! Или ты думаешь, что мои подарочки сами у тебя в комнате вскрывались? — на этих словах он достал из кармана жилетки свой излюбленный нож, выпачканный уже засохшей кровью невинных животных. — Теоретически, я могу тебя прикончить? — А вот и не угадал! Пусть я и могу создать себе материальное тело, но факт того, что я умер, остаётся. — Я всё равно могу тебе отомстить… -блондин оскалил зубы в кровожадной ухмылке, достойной фильма «Чужие», плавно приподнимаясь с кровати. -думаю, я знаю, какая фобия может быть у такого назойливого хоббита***, вроде тебя… — Тебе не удаст… Аааа! — Дьяволёнок уже собирался толкнуть пафосную речь о том, что простому смертному никогда демона не одолеть, естественно делая уклон на то, что самоубийство Джона решит эту проблему. Но его нахально оборвали на середине фразы, грубо повалив на пол. — Молись, демон! — паренёк ещё не успел от вселенского ахуя отойти, как восседавший на нём блондин принялся за запрещённый приём — щекотку. О, Сак боялся её до чёртиков! Хрупкое тело мальчишки слишком остро реагировало на любое прикосновение, содрогаясь в попытке выбраться. Но человек был непреклонен. Он упорно продолжал издеваться над уже хнычущим пареньком, в отместку за все те проебанные нервы, что пришлось потратить по вине этого недомерка. Те ничтожные пару минут, что пытал его Джонатан, Саку казались вечностью, но, наконец, это прекратилось.       Кое-как придя в чувства, рыжик обиженно зыркнул на своего мучителя, но тут же смягчился и ласково улыбнулся, как только увидел забавную картину происходящего: этот серый комок угрюмости сейчас больше походил на милого котёнка, крепко уснувшего во время игры. Протянув руку, Сак осторожно коснулся щеки парня, так и не успевшего встать со своего демонёнка, и спавшего прямо на нём. — У меня нет фобий, мистер. Но есть одна слабость…