Спасая тебя...

      Подойдя к нашему столику сквозь танцующую толпу, я прильну к сидящему ко мне спиной Вонхо, дедушка мельком взглянул на меня, улыбнулся, и встал из-за стола, доставая из кармана пиджака пачку сигарет. — Пойду покурю, проветрюсь, а то здесь до ужаса душно становится. — проговорил он, оставляя нас одних.       Парень обернулся через плечо, задержав на мне взгляд, который я ранее не видела, отвернулся, и допил стакан с виски. Где он взял виски? Кто сказал виски? Я тоже хочу виски! Да, нам определенно нужен виски. — Скучаете, молодой человек? — улыбнулась я, прикусив мочку его уха. — Да не сказал бы, допустим, только что, мне строила глазки, и почти показал цвет своих сосков вон та дама в синем платье. — решил мне подыграть парень. — Но вы, пришли в том момент, когда она почти отодвинула лиф своего платья, чем расстроили меня. — Ах, вот как? — соблазнительно улыбнулась я, сев рядом с Вонхо, и закинула ногу на ногу, демонстрируя кружевную резинку черных чулок, которые обнаружила в подарочной коробке, которую он же мне и подарил ранее вместе с черным кружевным бельем. — Мне жаль, честно, — я взяла бокал в руку и отпила. Парень поднялся взором по моей ноге к резинке чулка, по телу к моим губам и взглотнул.       Мимо нашего стола к своему пронесся ветром Шону. Я даже не взглянула на него, но почему-то его слова по поводу Вонхо, снова отозвались в моей голове. Тихо! Даже не смей! Он это специально сказал! Не вздумай портить настроение себе и парню! — Я так понимаю, вы поговорили… — проследил за ним Вонхо, вернувшись к бутылке с виски, налил себе, а когда хотел поставить, я протянула ему свой опустевший бокал. — Поговорили. — И? — он его наполнил. Ох, кто-то будет в небесную синеву, пьяный. — Не хочу сейчас это обсуждать, давай потом, — честно призналась я. — Не хочу о нем. — Хорошо, потому что я не намерен тебя сегодня отдавать ему. — впился он в меня взглядом. — А я не против, — закусив губу, произношу я чуть тихо. — Черт, — парень, закидывает голову, рукой через карман поправляя стояк. — Ты решила меня сегодня до белого каления довести? Твое платье меня с ума сводит, так ты еще и дразнишь меня… Мои губы растянулись в улыбке, но она тут же померкла, когда напротив нас встал мой отец в компании отца Вонхо. Балу у моих ног зарычал. — Привет, Юна, рад тебя сегодня видеть. — произнес он, и перевел взгляд на парня рядом со мной. — Не думаю, что это взаимно, — оскалилась я. — Молодой человек, позволите украсть мою дочь? — игнорируя мои слова, обратился он к моему спутнику. — Он не возражает. — за Вонхо ответил его отец, пригвождая его к стулу взглядом. Вонхо взглянул на меня с сожалением, и я, неизвестно откуда взявшемуся порыву, поцеловала его на глазах у наших отцов. Парень оторопел, но я почувствовала, как его губы растянулись в улыбке. — Я не долго, — проговорила я, и проведя рукой по его плечу поднялась. — Буду ждать. — ответил он с нежностью. Проигнорировав руку мужчины, и чувствуя на себе взгляд Вонхо вышла из зала.       Отец схватил меня за предплечье и силком поволок за собой, лишь в известном ему направлении, рука болела, но я покорно шла за ним, потому что знала, что стоит мне начать вырываться, он не посмотрит на то, что рядом снует туда-сюда обслуга, что гости то выходят, то заходят в курилку, а он просто возьмет и устроит моральную расправу надо мной при свидетелях. Так было не впервой.       Когда он вывел меня на балкон, я скрестила руки на груди поежившись, прохладный ветер пронесся по коже оставляя мурашки,. Цокнув, отец расстегнул пуговицы пиджака и кинул мне. — Надень, жалко смотреть. Стиснув челюсти, я не поймала, специально, от чего вещь опустилась на пол у моих ног, не позволю ему в очередной раз оскорбить меня. — Что ты пристал к моей внучке? — рядом раздался голос, и из-за тени вышел мой дедушка. — Не лезь не в свое дело! — рявкнул отец, продолжая сверлить меня взглядом. — Мне надо поговорить с дочерью! — Господи, Сокджин, тебя ничему жизнь не учит. — выдохнул дедушка в небо клуб дыма от сигареты. — Иди Юна, развлекайся. — обращается он ко мне, но я и не стараюсь отказываться, отец-это последний человек, с кем бы я сейчас хотела находиться наедине. — А ты, слушай сюда… Я выхожу, быстрее не дослушав конца фразы.       Вонхо с отцом мечут в друг друга молнии, когда я подхожу к столу, оба стоят друг напротив друга и кажется, скажи лишнее слово, они сцепятся. Отец Вонхо одет в черный классический костюм, и ничуть не уступает в росте парню, его телосложение так же крепко, как и у него самого, но черты лица более жестче, или просто так кажется из-за накалившейся обстановки. — Я тебя предупреждаю Хосок, если ты не оставишь в покое эту девчонку, я перекрою тебе кислород, и заберу у тебя все! Хосок? Почему он назвал его другим именем? — Ты и так у меня забрал все что мог. — огрызнулся парень. — Ты меня услышал, отстань от нее! — А то что? Думаешь я не выживу без твоих подачек и связей? Я уже взрослый мужчина, и в состоянии сам решать, что мне делать и с кем встречаться. Мужчина стиснул челюсти, а мой пьяный мозг подал сигнал что надо бы вмешаться, и я не успеваю сообразить, как оказываюсь рядом с Вонхо цепляясь за его пальцы своими. Отец Вонхо переводит взгляд с сына на меня, ухмыляется как-то странно, я даже скажу опасно, и кивает. — Хорошо, но я предупредил. — еще раз обведя меня взглядом, он уходит, и лишь когда мужчина скрывается в толпе, допивает виски. — Почему он… — начинаю я свой вопрос, но он прерывает меня помотав головой, разворачивается, взяв меня под локоть ведет мимо столов в танцующую толпу, и как только вокруг нас смыкаются гости, обвивает мою талию гуляя кончиками пальцев по открытому участку спины, и зарывается мне в волосы носом. — Вонхо… — Тшшш… помолчи пожалуйста, просто танцуй со мной.       Обвиваю его шею руками, перебирая пальцами короткие волоски на его затылке, на что молодой человек касается губами моего виска и шумно выдыхает.       Это кажется таким странным, мы вроде и знакомы с ним не так давно, но между нами будто возникает связь, усиливающаяся каждый раз, когда мы вместе. Может это и алкоголь во мне говорит, а может я раньше, как дура этого не замечала, но не могу ничего с собой поделать, меня будто тянет к нему невидимыми нитями, и я не в силах сопротивляться. Сейчас я чувствую, что нужна ему так же сильно, как и он мне. Он обнимает меня руками, касается пальцами обнаженной кожи, и мы будто растворяемся друг в друге. Почему я раньше этого не замечала? Потому что ты просто хочешь трахаться! Ой, заткнись! Это не так! Музыка сменяется на быструю, но мы все так и стоим в объятиях, покачиваясь из стороны в сторону в медленном ритме танца. — Если хочешь, мы можем уйти, — тихо говорю ему я. — Ну что ты, разве тебе не весело? — в его голосе сарказм. — Ты не обязан здесь быть. — Я там, где хочу быть, и плевать на всех. К тому же, здесь много красивых дам, и бесплатный алкоголь. Я замираю. Что этот сукин сын себе позволяет? Он издевается? Парень сильнее начинает прижимать меня к себе, когда чувствует, что я хочу отодвинуться. — Уверена, здесь много вариантов, кто не прочь бы сегодня помочь скоротать тебе вечер. — цежу я, и снова хочу вырваться, но его сильные руки не пускают. Ему что, нравится бесить меня? — Ох, я уверен, что произвел впечатление на всех дам здесь, две так вообще не сводят с меня взгляда. — он ухмыляется, и я всеми силами подавляю в себе желание сбить эту ухмылочку с его наглой морды. И покажите мне этих баб, я выбью им глаза! Боже, да ты ревнуешь! Нет! Да! — Я даже приметил тут одну, которая сегодня будет классно смотреться на мне. — Боже, фу, даже не хочу этого знать. — рычу я. Рука на моей спине напрягается. — Сюда идет твой отец. Я мысленно пытаюсь успокоиться, считая до десяти, и не прикончить их обоих одновременно, но голос отца прерывает меня на цифре шесть. — Хосок, я все же украду у тебя свою дочь? — я встречаюсь взглядом с мужчиной, что называет себя моим отцом. — Не уверен, что она захочет… — он заслоняет меня своим тело вставая напротив отца. — Это не займет много времени. — с нажимом говорит тот. — Лишь один танец с дочерью. Юна, ты же не откажешь отцу с таким подарком? — Вонхо колеблется, я вижу как напрягаются его плечи, и молю его, чтоб он не отдавал меня ему на моральную расправу. — Уверяю, это не долго. Мне всего лишь нужно с ней поговорить. — А вы не против, если я против вашего разговора? — парень делает шаг в его сторону, но я останавливаю его за руку выходя из-за его спины. — Не нужно, я поговорю с ним. Чтож, пора посмотреть тигру в глаза, не смогу же я игнорировать его вечно. — Уверена? В ответ я киваю. Парень стискивает челюсть, ласково целует меня в губы и отходит, а я уже жалею, что согласилась. Мужчина провожает взглядом моего спутника, и ухмыляется. — Да уж… ты знаешь кто этот парень? — Он не рассказывал, а я не спрашивала. — цежу я сквозь стиснутые зубы, отец притягивает меня в танце к себе. — А я знаю кто он, и знаю какое у него будущее. — Да неужели? — О да, но в его будущем нет тебя. Я стискиваю челюсти еще сильнее. — Да? А он сам в курсе? — Скоро будет. — будничным тоном отвечает он. — Смотри, — кивает он в сторону, и я перевожу взгляд на то куда он смотрит. Внутри что-то переворачивается. Не успел Вонхо дойти до стола, как из неоткуда выпархивает Нана, и начинает что-то щебетать ему. Парень хмурится, находит меня глазами, а за тем кивает ей, они уходят, а внутри меня все холодеет. — На тебя у меня другие планы, а Хосока оставь. — Это что, заразно? — подняла я бровь. — С начала его отец угрожал ему, чтобы он перестал со мной общаться, теперь ты тоже самое говоришь мне. Пап, я уже давно не девочка, и ты не имеешь права что-либо мне запрещать. Лучше бы занялся воспитанием своей младшенькой. — с нескрываемым отвращением проговорила я. — Она скоро весь Сеул своими трусами соберет. — Слышал, твою мать скоро выписывают, — задумчиво произнес он, игнорируя мои слова, — Ты уверена, что она уже хорошо себя чувствует? Может ей еще остаться на парочку месяцев? Я силой отталкиваюсь от мужчины. Внутри меня пылает гнев, я готова вцепиться ему в кадык. Да! Да! Набей набей жениху лицо на его же свадьбе!!! — Ты не посмеешь! — Кто сказал? — Она тебя простила, за все что ты сделал, за все что сделали они, — кивнула я в сторону его новоиспечённой супруги, — а ты ей угрожаешь? — Я предупредил, что будет, если ты не послушаешь меня. — Какой же ты ублюдок! — выплюнула я ему в лицо. — Ненавижу тебя! — Я стараюсь как лучше для тебя, детка, ты же моя дочь, и я хочу, чтобы у тебя было прекрасное будущее. — Только по бумагам я твоя дочь, а так я давно перестала считать тебя своим отцом. — Как жестоко. — усмехнулся он. — Ну ничего, как раз сегодня решится твоя судьба, видишь ли, я пригласил на свадьбу несколько своих коллег, у которых есть сыновья, и так сказать я предоставляю товар. Я не верила своим глазам и ушам. Я совсем не узнавала своего отца. Он конечно был подонком и сволочью, но никогда не опускался до такого. — Что, прости? Товар? Ты продаешь меня как товар? Меня отрезвляют его слова. — Нана уже пристроена, Хосок для нее лучший вариант, а так как ты старшая сестра… Я, не дослушав его, иду к столу отвязываю Балу от стула, и направляюсь к выходу. Хочу уйти отсюда. — Юна! — голос Шону преследует меня, но я не оборачиваюсь. Собака рядом будто чувствует мое настроение, и прибавляет скорости своим лапам, и вот мы на улице, пытаюсь вдохнуть воздух в легкие, но не получается, внутри все сковало, меня начинает трясти, и поводок падает из моей руки на асфальт. — Юна? — кто-то накидывает мне на плечи пиджак и встает напротив. — Что случилось? Он ударил тебя? — поднимаю на парня глаза, но будто не вижу, поднимаю руки смотря на свои трясущиеся пальцы, а внутри будто деревенеют все органы. Я понимаю, что не могу дышать.       Он назвал меня товаром. Отец, сказал, что я товар. — Малышка, тихо, успокойся, что произошло? — выбеленные волосы Вонхо мелькают перед глазами, и он аккуратно берет меня за плечи. — Юна, детка, — его пальцы касаются моих щек, — Расскажи мне. — Он сказал, что я товар… — тихо произнесла я, глаза парня расширились. — Он хочет продать меня как товар. — Я сверну ему шею! — стиснув челюсти, он хотел было пройти мимо меня обратно, но я вцепилась в его руку. — Нет, пожалуйста, не уходи. Давай просто уедем. Прошу тебя. — С начала я набью ему морду, а потом мы уедем. — Вонхо, пожалуйста. — молю я, пытаясь успокоить злого как черта парня. Рыкнув проклятье, он стиснул меня в объятиях прижимаясь лбом к моему. — Почему наши отцы такие уроды? — Вот вы где, я вас потерял. — узнаю голос деда, и парень выпускает меня, но не убирает руки. Дедушка подходит к нам держа в руках мой плащ, и отдает его Вонхо. — Ее отец опять что-то выкинул? Предупреждал же я этого сукиного сына, ну я ему задам! — Я увезу ее, вы не против? — Да, конечно, на этом балу Сатаны слишком много демонов. Собака с вами едет? — Да, пускай побудет с хозяйкой. — кивает Вонхо. — Хорошо. — дедушка подходит ко мне, кладя руку мне на плечо. — Держись, девочка. Прости, что не уберег тебя от него. Я поднимаю на мужчину глаза, но вместо него за его спиной замечаю белое пятно… белая мазда моей новой названной сестры, а перед ней черный, припаркованный автомобиль бизнес-класса — отец.       Демон во мне скалится, и я не замечаю, как стою рядом с ними, а в руке оказывается камень, поднятый у декоративного фонтана, замахиваюсь и кидаю в белый автомобиль, он начинает орать сигнализацией, но я не останавливаюсь, поднимаю еще один камень, и он улетает в лобовое стекло машины отца, она тоже начинает пищать. Я осыпаю камнями машины, и готова поклясться, что соседним автомобилям тоже прилетело парочку раз. На моих глазах будто пелена, с каждым броском я выплескиваю всю ненависть, всю злость на этих людей, что с удовольствием показала бы на них самих. Разбивается стекло, а мою руку перехватывают и меня отрывают от асфальта. Последний раз кидаю, и снаряд все же долетает до адресата, снова звук разбивающегося стекла. — Нет, пусти меня! Отпусти! — пинаюсь я, и пытаюсь отбиться от крепких рук. — Юна, все, все, успокойся, ты уже добилась того чего хотела, — быстро тараторит Вонхо, и запихивает меня в машину на заднее сидение. Мы уже в такси. Балу следом запрыгивает рядом со мной на сидение, когда водитель хочет возмутиться, парень сует ему купюру, и тот замолкает.       Смотрю в окно и вижу, как у входа столпился народ, среди которых узнаю виновников торжества, Нана ошарашено смотрит на автомобили, а отец не сводит взгляда с меня. Я улыбаюсь ему, и показываю средний палец. Знаю, что это так по-детски, но ничего не могу с собой поделать, адреналин, виски и вино все же дали о себе знать и я себя не контролирую. Дедушка стоит на последней ступени у выхода, скрестив руки на груди, и ухмыляясь. Да, он в восторге, да и признаться тоже стала чувствовать себя лучше, кровь бурлит. — Господи, женщина, — сидящий рядом с водителем Вонхо, оборачивается ко мне. — Ты невероятная! У все еще улыбаюсь, и подавшись вперед, целую его губы. — Мне понравилось. — запыхавшись говорю я, только сейчас осознавая, что руки устали. — Куда мы? — Скоро узнаешь.       Я откидываюсь на спинку сидения и вдыхаю парфюм от пиджака Вонхо что на моих плечах. Балу положив голову на мои колени громко зевает, и я зарываюсь в его густую шерсть пальцами. Сейчас действительно чувствую себя лучше, чем когда-либо. Хотя понимаю, что мою выходку отец не спустит с рук, и она мне аукнется в десятикратном объеме. Мне даже может должно быть страшно, и возможно лучше мне сбежать куда подальше, но…       Рука Вонхо касается моей голени, и он поднимает ею выше до колена. По коже рассыпаются электрические разряды, я перевожу взгляд на водителя, который не замечает что рядом с ним сидящий пассажир задумал неладное, но молчу, придвигаясь ближе к его руке. Молодой человек поднимается выше, но преграждает ему путь голова собаки на моих ногах, он мельком оборачивается, его губ касается улыбка, и горячая ладонь исчезает. Я выдыхаю. Уже хочу туда, куда меня везут.