Огнем и Стволом. Новая версия

— Да говорю вам, я видел над Куо громадную черную дыру! — из разбитого окна вылетел стул, который разбился об осколки того, что некогда также относилось к категории школьной утвари. — Да че ты нам заливаешь, Сэй?! Какая к херам дыра? Может ты увидел промежность своей жирной мамаши? — второй класс старшей школы Destroy High разразился громким гоготом. — А ты чего как ботан сидишь, Куджо? — все посмотрели в сторону витающего в своих мыслях парня. Мидорима Куджо сидел за своей разрисованной партой и выглядел так, словно совсем не спал и всю ночь разгружал вагоны. Его чуть более средней длины черные волосы неопрятно лежали на голове, под глазами были синяки, а кожа бледная. Его форма, которую он и так обычно носил не особо по правилам, была в нескольких местах помята и даже порвана. За этим никто никогда не следил в мужской академии Destroy High, в которой обучалась не самая приличная и лучшая часть общества. И Мидорима Куджо был одним из её учеников. Но с недавнего времени кое-что изменилось. Он снова посмотрел на свой палец, на котором остался небольшой шрам. Рана, оставленная Хёдо Иссеем в один выходной. Закрытый перелом был неожиданно получен, и также неожиданно восстановлен, оставив лишь небольшое напоминание о себе после посещения врача. На удивление Мидоримы — он даже не злится из-за этого, скорее наоборот — он увидел, к чему надо стремится. И он сейчас говорил не о красоте и моде, этого было не отнять у Хёдо Иссея, но его впечатлило другое. Сила, навыки, решимость и собранность. Вначале Мидорима хотел быть похожим на него, чтобы быть сильнее других, но спустя всего несколько дней у него возник другой вопрос, который полностью изменил направление его мыслей. А откуда у его одногодки из другой академии такие силы? Ответ на этот вопрос нашелся очень неожиданно. Все дело в том, что ты готов сделать ради того, что тебе дорого? Самое забавное, что эту фразу он увидел в каком-то аниме, которое смотрел его младший брат за ужином. И его резко осенило, да так, что он полностью изменил свое свободное времяпрепровождение. Перед его глазами все еще был парень с крашенной челкой, что без страха был готов защищать свою девушку не потому что так должны поступать парни, а потому что иначе он не может, но главное, он знает, что сможет это сделать, ведь иначе и быть не может. Из-за этого Мидорима стал меньше спать, развлекаться со своей компанией, больше времени проводить за учебниками и тренировками. Его жизнь изменилась, но чего-то не хватало, какого-то толчка, но он не мог понять, какого? Вдруг дверь в их класс с грохотом распахнулась ударом ноги. В класс вошел молодой парень, еще не мужчина, но уже не подросток. Черные вьющиеся волосы, легкий загар с широким разрезом глаз и необычно высокий для японца рост выдавали в нем иностранца. Его темные глаза внимательно осмотрели в миг стихших школьников, после чего он криво усмехнулся. — Чумные крысы выглядят милее ваших бандитских рож, — сказал он. — Слушать сюда, дохлый сельдерей, мое имя Энцо Адрэно, я ваш новый классрук, сицилиец, двадцать четыре, — он вел себя нагло, вызывающе и всем своим видом показывал свое превосходство. — А кто сказал, что нас это устраивает? — выкрикнул кто-то. — А вас не спрашивают, карповы выродки, — фыркнул новый учитель. — Мне тут наказали не принижать своих полномочий и вообще макать вас в птичьи помои почаще и поглубже, чтобы вы пропитались этим едким запахом, и когда-нибудь, стали настоящими людьми. — Да кто будет тебя слушать? — один из самых массивных одноклассников Мидоримы встал и с готовностью отправился на нового учителя. — Вы все, — удар ученика прошел мимо головы, толчок учителя отправил того в доску на стене, ломая тому нос. — Иначе будут приниматься разнообразные… — удар сзади прошел над головой. Еще один легкий толчок сбил с ног беднягу и тот врезался челюстью о трибуну учителя, делая в ней трещину. — …меры. Что, мало? — еще один уход от удара, очередной легкий толчок, наиболее напоминающий касание, и незадачливый драчун вылетает в открытое окно. — Низко летит, к дождю, — прокомментировал он. — Или ко второму этажу, — пожал он плечами. — Есть еще какие-то вопросы, помет грантов? — Мидорима не полностью понял слова учителя, но был согласен с остальными учениками, которые молча заняли свои места за партой. — И сходите кто-нибудь за вываляшкой, староста у вас есть? — все потупили взор, старосты у них не было. — Ладно, ты, ветеран школьных войн, — он тыкнул пальцем в сторону Куджо, который вздрогнул от этого. — Побудешь пока старостой, назови имя и марш за моим подопытным. — Мидорима Куджо, Адрэно-сенсей, — отозвался тот и подорвался с места, выбежав из класса. Ему настойчиво казалось, что лучше с этим человеком не выпендриваться и не показывать свой характер, когда это не надо. Но непонятная ясность в голове придавала сил и вдохновения, заставляя его тело быть быстрее, а мозг действовать на всю катушку. Он еще не осознал этого, но… Это и был «легкий толчок».

Шинтаро. На следующий день после возвращения сил.

Итак, что мы имеем? Да многое, если подумать. Теперь я снова могу пользоваться почти всеми силами, даже теми, которые мне были не по силам. Они и сейчас мне не по силам, но благодаря упорности Серафолл… Кхм, мда, до сих пор нет слов, только улыбка идиота и мечтательные глаза. Ну и малое количество сна, и как Иссей умудряется так мало спать и быть бодрым? Чертов солдафон, я ему даже завидую. Что, впрочем, не отменяет того факта, что время, проведенное с Серафолл, было одним из самых лучших в моей жизни. И самое главное, что это не в последний раз! Дьявол, если бы мне дали выбор, снова стать личом или продолжить вот это, то я бы сказал «пока» себе-оригиналу и продолжил бы самостоятельную раскачку. Первый сексуальный опыт состоялся с Владыкой Ада. Это ли не победа? Кхм, ладно, это я оставлю на более правильное время и трезвые мысли. Теперь у меня есть силы, не в полной мере, я все еще ограничен своей маной и зарядом в посохе. Серафолл сказала, что он называется Черной Гидрой, явно из-за змей, что держат сосредоточение моих сил. Сам же посох состоит из маг металлов, а наконечник на самом конце вообще из адамантина, как большая часть доспехов Ланселота. То есть в случае нехватки маны или иного выхода, я могу вдарить этой хренью по лбу врагу и тот откинется в мир иной. Ну или станет на шаг ближе к этому, как повезет. Заряд же в посохе восполняется во время приятнейшего времяпрепровождения. Но это уже делает меня в разы сильнее, чем в битве против Кокабиэля. К слову о ней. Я вырубился во время последнего рывка, потому не знал, что именно случилось там, но Иссей и другие мне рассказали. Кокабиэль получил серьезную рану от совместных действий Артура, Робина и Зиновии с Дюрандалем под усилением Исэ. Но тут все узнали, почему барьер распался, а сфера начала уменьшаться — вмешался Хакуръёку. Вмешался по приказу Азазеля, которому не понравились дела Кокабиэля и приказал насильно вернуть его. Не знаю, что случилось с ним потом, но на этом закончилась эта длинная ночь. Во время этого открылось, что Бог мертв. Новость потрясет весь мир, если распространится, а она распространится, и поэтому надо действовать. Серафолл сказала, что она с остальными Владыками уже послала сообщения лидерам ангелов и падших. Мне же она наказала заняться вопросами этого города от её имени, дав лишь несколько указаний и запретов. Что же насчет Бальбы… Его схватили люди Люцифера и отправили в кандалах на ковер к Мао, ко всем четырем. Они решат, что с ним сделать, но скорее всего будет суд, мне Сера пришлет сообщение. Так что я лучше займусь более насущными вещами. И сейчас эти более насущные вещи гонятся за мной по школьным коридорам и норовят растворить мое лицо в магическом кипятке. Насущная вещь имеет небольшой рост, скромную фигуру, короткие черные волосы и отзывается на «Кайчо» и «Сона Ситри». Претензии же она ко мне предъявляла вполне по существу и даже, отчасти, заслуженно, но вот виноватым я себя не ощущал совсем. — Стоять-бояться! — услышал я за спиной, отчего решил поступить ровно наоборот — ускориться и отвечать нахальнее. — Кайчо, успокойтесь, вздувшиеся вены вам не к лицу! — кричал я через плечо. Хотя было время обеда, людей не то, чтобы мало, но маневрировать реально. — С дороги перед президентом студсовета! — я с трудом сдерживал смех, было весело. — Я тебе покажу, как предъявлять такое, «братец»! — люди, мимо которых мы пробегали, пучили глаза и всячески пытались понять, спят они или нет. Строгая и неприступная президент студсовета несется по школьным коридорам и намеревается если не убить, то явно покалечить ученика первого года старшей школы. Не в характере строгой, холодной и жесткой Кайчо, мягко говоря. — Да ладно тебе, все хотят иметь младшего братика! — в чем же причина? — Сюда, Шинтаро-сама! — один из классов был открыт и из него выглядывала шевелюра Саджи. Я смог вписаться в поворот и оказаться в классе, двери которого сразу закрылись. Я для большей уверенности наложил легкий барьерчик, который без магии не сломать. Что в наполненном людьми коридоре нереально, если не желаешь спалиться. — Спасибо, Саджи, я твой должник, — уселся я на пол, прислонившись спиной к стене, пытаясь отдышаться. Все же бежали мы быстрее многих, но это и не заметят. — И чего она так взъелась? Я же не стал её братом, пока что. — Шинтаро-сама, — заговорил он. — Что происходит? — он не понимал причины происходящего. — Ну, — я пытался подобрать слова, за дверью слышалась злая ругань и удары по ней, — понимаешь, Саджи, когда люди любят друг друга и соединяют себя узами брака, то их семьи тоже становятся в какой-то мере родственниками. Потому та же невеста может называть брата своего жениха братом и наоборот. Вот Сона и взъелась на меня за это. Точнее не совсем за это, там госпожа ей сообщение оставила, ей оно не понравилось. — Постойте, но ведь… — я отчетливо видел, да и слышал, как его шестерни в голове крутились, обрабатывая полученную информацию. Спустя пару секунд его глаза округлились донельзя, а рот открылся, пытаясь выдать хоть слово. — Не так скоро, но в принципе да, — кивнул я. — Но госпожа… Или в таких случаях мне звать её по имени? В общем она напрямую мне заявила об этом и попросила особо не распространяться на этот счет, — вздохнув я добавил: — Но видимо сестренка не дочитала до этих строк, — называть Сону — сестрой, кто еще может себе это позво… Кроме Куро, Широ и Исэ, да. Все равно это особая честь. Я уже это не скрывал, так как гонка Соны со мной будет известна всем в академии за час максимум, да и за пределами некоторым тоже. В общем невероятно разумная Сона поступила не очень разумно. В глазах Саджи читалась только одна фраза: «почему он, а не я»?! Ну, в определенном смысле я даже его понимаю. Ладно, сгоняю-ка я куда-нибудь, пока время обеда. Я успел перекусить, да и утром сытно позавтракал. Хм, вроде как Исэ хотел сходить в КОИ. Ладно, там мой способ перемещения никого не удивит. — Удачи, Саджи, вряд ли Сона обрадуется твоим действиям, — ничего она ему не сделает, разве что грозно посмотрит. В руках оказалась Черная Гидра, стукнув по полу я перенесся в гостиную КОИ, где на диване лежал Исэ, у открытого окна сидел Киба, и в кресле расплылась Асия. Мир и покой. Как же я хочу с ними. — Аригато в хату, бисёнены и бисёдзе, — поприветствовал я их. — Чего творим? — Киба и Асия поздоровались со мной. — Шин, не играйся с оружием, поранишься, — усмехнулся Исэ, повернув голову в мою сторону. — Скажу маме и плохо будет тебе, — передразнил его я, а то я не знаю, что у тебя кобура и ножны висят на теле, хоть и их не увидит никто. — А где все? — Заказов накопилось достаточно, Шинтаро, госпожа и другие ими занимаются, — ответил мне Киба. — Мы с Асией тоже ждем нашей очереди. — Один ты, филонишь, братец, — усмехнулся я. — Каюсь — грешен. Лучше скажи, какие у тебя планы, может что надо сделать? — Иссей явно отдыхал от последних дней, как и мы все, но все же был готов к действиям. — Хм, — я задумался. В этот момент мне пришло сообщение от Серафолл. Я прочел его и усмехнулся. — Мне только что сообщили, что в скором времени состоится суд над жирным еретиком, ты можешь присоединиться, Исэ, а ты, Киба, вообще приглашен через меня, — не то, чтобы это было обязательно, но в этом был реальный смысл и жест доброй воли. — Если твоя госпожа позволит, то у тебя будет одно из лучших мест, да и свидетельствовать против тоже можешь, — насколько знаю суд демонов не сильно отличается от земного, так что такую возможность не стоит исключать. — Только скажи — я приду, — твердо высказал свое намерение Киба. Брат тоже кивнул, хоть и позы не сменил. — И если увидите Артура раньше меня, то передайте ему, что он тоже приглашен, — если ему не сообщит отец или кто-другой. — У вас есть что пожевать? — Сейчас принесу! — всполошилась Асия и убежала в подсобку. Я заметил, что Исэ как-то странно проследил за ней взглядом. — Брат, хватит, у тебя уже достаточно дам, — нет, взгляд его не был наполнен похотью или тому подобным, просто я сам не смог распознать, что значил этот взгляд. — У тебя больше, — парировал он. — Я знаю, но мы о девушках, — Исэ издевательски приподнял бровь. — Ты забыл про Мур-нян и Кирю-семпай. — Мур-нян свой боккен больше воспринимает как любовника, — усмехнулся Иссей. — А Кирю… Пока забудем, между нами нет таких отношений, — отмахнулся он. — «Пока»? — ладно, братец, потом так потом. Спустя немного времени к нам присоединились Пташки, что были заняты в последнее время работой на студсовет по моему приказу, а также остальной КОИ, Куро была дома. Она уже пришла в сознание, но в Академию ей еще рано. Мы с ней часто сидим и развлекаемся дома. Ох, как она удивилась, когда почуяла, что мы с Серой стали ближе, но и при этом искренне порадовалась. А я, если бы не верил в чувства Куро к нам, добавил бы, что теперь никто не имеет право её судить и при этом не быть наказанным. Вечером я отправился в торговый центр. Хотелось развеяться, да и Куро кое-что прикупить. Да и, чего уж таить, может придет в голову, что подарить Серафолл, той, которая заняла главное место в моем сердце. Ох, громкие, но хотя бы искренние слова. Я как раз завернул в проход с магазинами, когда чуть не влетел лицом в Артура. — Шинтаро-сама, — поздоровался он. — Просто Шин, Артур, ну или Шинтаро, — отмахнулся я. — И тебе привет, отдыхаешь? — я осмотрел его. Раны на нем почти все зажили, разве что на некогда сломанной руке были бинты, а на лице пару пластырей. — Что-то вроде, — кивнул он. — Одни? — Да, когда в доме живет почти девять человек, включая самого себя, хочется иногда побыть вне этого. — Понимаю, — кивнул он. — В моем доме на постоянной основе всегда находились минимум четверо: отец, мать, старший брат и племянник, — о, а вот и момент. — Слушай Артур, твой отец как-то всегда умалчивал вопрос семьи. Не то, чтобы я спрашивал, но интересно. — Да это не секрет особо, — пожал он плечами. — Мою старшую сестру зовут Авалона — жена второго сына Рашеля Фенекса, Ризивера, у них есть ребенок, мой племянник, Мерсер. Старший брат, Гайвер — известный в определенной степени дуэлянт, медиатор и в принципе компанейский парень, — я усмехнулся. — Мою же мать зовут Гвиневра, «Прекраснейшая», «Умнейшая» и остальное в этом духе все также к ней относится, даже несмотря на то, что она уже давно не королева. — Все-таки она, — кивнул я, познакомиться бы, как выдастся возможность. — Она работает в СМИ подземного мира, она очень популярна, — верю, надо бы как-нибудь настроить наш телевизор на их передачи. — Однако, — кивнул я, — то есть ваша семья теперь родственники Фенексам? — Да. В какой-то мере эта связь поддерживает деловые и дружеские отношения между Ситри и Фенексами. Но, что удивительно для нашего мира, Авалона и Ризивер действительно любят друг друга, хоть их история и не так популярна, как история Грейфии Люцифуг и Сазекса Люцифера, но и она уже превратилась в известную романтическую историю в Подземном мире. — Хотелось бы услышать, — правда, надо будет попросить Серу обо всем этом рассказать, она-то к семье Артура имеет непосредственное отношение. — Ладно, Артур, скажи лучше, чем собираешься заняться теперь? — Побуду пока в вашем городе, — пожал он плечами. — Чем смогу — помогу, а там посмотрим. — Хорошо. Артур, тебе рассказывали, что намечается суд над Бальбой в Преисподней? — Отец упоминал, что с ним будет, — кивнул Арториус. — Мне присутствовать? — Если желаешь, — подтвердил я. — Киба тоже приглашен, думаю, что ему разрешат отлучиться на это. — Тогда я тоже буду. Мы погуляли с Артуром еще часа два, он рассказал пару интересных историй из своей жизни, я из своей. Невероятно интересный собеседник, хоть и на эмоции он скуп. Точнее не столько скуп, сколько ему они тяжело даются. Он прекрасно их понимает и даже чувствует, но выражать их ему тяжеловато. Так было не всегда, но о причине этого он умолчал, что его право. Мы прогуливались уже по городу, когда мне пришло сообщение от Соны, что недалеко расположен демон-отступник. Я лишь взглядом спросил Артура, тот кивнул. — Раны не помешают? — спросил я, доставая посох из инвентаря. Людей вокруг не было и мы быстро переместились недалеко от места, где в последний раз видели отступника. — Отступники получают невероятное количество сил после ухода от хозяина, — ответил Артур, преобразовывая в руках два клинка. — Но их разум тухнет, оставляя инстинкты и примитивные навыки, что делает их легкой добычей. — К слову об этом, — вспомнил я важный вопрос, который я так и не задал. — Моя сестра, Куро, тоже ведь отступница, что убила своего хозяина, но я не могу сказать, что она подходит под твое описание. Нет, кое-что в ней преобладает над разумом, но это относится больше к её изначальной расе, некошоу. К сожалению я так и не смог узнать об этом больше, — точнее забывал, но лучше опущу этот момент. — Хм, — мы оказались у пригорода, следуя информации мы начали отдаляться от города. — Я даже и позабыл об этом, — вряд ли врет, зная его. — Думаю, что это связано с её опытом в сенджуцу и юджуцу, что оказывает эффект на окружающий мир на более тонком уровне, нежели магия. А Курока-сан имела звание мастера в этих двух направлениях еще до того инцидента, что сразу же отнесло её к отступникам S-класса, — я тоже об этом думал. — Вы сами спрашивали её? — Да, — на самом деле я больше узнал из досье. — Описывают демонам все иначе, нежели с её слов, а им я верю, — странно было бы не верить. — Вот как, — кивнул Артур. — Но я только предполагаю, подобное лучше узнать у какого-нибудь ученого, а лучше сразу и Владыки Вельзевула, что разработал Фигуры Зла. — Артур, — я тут кое-что вспомнил. — Ты ведь не являешься фигурой? — мой тон выражал больше утверждение нежели вопрос. — Нет, Шинтаро, — покачал он головой. — Моя семья имеет определенный статус в Преисподней, потому этот вопрос для меня не настолько важен. Так как оба моих родителя — перерожденные демоны, то я тоже не до конца демон. — Поэтому у тебя есть святой механизм, — кивнул я. — Да, Фигуры зла в этом плане несовершенны. Точнее не так, этот элемент является очень относительным. С одной стороны чистокровные демоны не могут поддерживать чистоту крови, заводя детей от перерожденных, так как в них все еще остается много человеческого. С другой же стороны бывают и невероятно сильные в чем-либо люди, чего стоят мои родители и дядя Робин, — хмыкнул он. — И одно их нахождение на чьей-либо стороне меняет многое. Также связь чистокровного и такого сильного человека имеет высокий шанс породить более сильное потомство. Да и не стоит сбрасывать со счетов святые механизмы, которые могут появляться только у тех, в ком есть человеческое. А учитывая постоянное появление новых Крушителей Баланса, то именно такой способ пополнения рядов кажется более логичным. — Насколько мне известно — большинство крупных домов недовольно именно разбавлением крови, — о чем говорили действительно многие. — Но те же Ситри и, — Артур сделал заминку. — Гремори более спокойны к этому явлению, также на это вполне позитивно смотрят Фенексы и еще несколько знакомых мне домов. Не то, чтобы они к ней не стремились, учитывая ту вашу игру с Райзером, но санкций к вам каких-то применено не было, — а ведь он прав, лорд Фенекс при мне отдал такой приказ. — Могу понять про Ситри, — Сона мне лично заявила, что её волнует больше разум её будущего мужа, нежели его статус и принадлежность к демонам, про Серафолл, что желает сыграть нашу свадьбу позднее я вообще молчу. Да и нынешний глава в свое время принял Ланселота, еще до появления Фигур Зла. — Да и Фенексов, — тот же Райзер ко мне очень положительно отнесся, возможно из-за статуса, но я все-таки низший, да и молод. Рейвель тоже ко мне, кажется, хорошо отнеслась. Про лорда Фенекса я уже говорил. Да что там, Артур сам мне рассказал, что его старшая сестра замужем за второго сына лорда Фенекса. Первая и официальная жена, между прочим! Вроде и не особо важно, но это показатель. Лорд Фенекс не вел себя напускно вежливо, а искренне. — Но что за пауза перед Гремори? — мне действительно стало интересно. — Как бы сказать, — почесал репу Арториус. — Я ничего не хочу плохого сказать о семье, с которой у нашей хорошие отношения, — я жестом показал ему, что все понимаю. — Все дело в жене Зеотикуса Гремори, главы клана, матери нашего Люцифера и принцессы Риас. Она хорошая женщина, умная, сильная, красивая, действительно красивая, — такие слова от Артура для меня уже многое значат, заинтриговал. — Венелана Гремори прекрасно относится к своим друзьям, к своему клану, к моей семье и мне в частности, но… — было видно, что он пытался подобрать слова, чтобы его корректно поняли. — Её воспитание, о котором я больше слышал, хоть и видел результат, и отношение к «чужим»… Оно немного странное, скажем так. — Нам это чем-то грозит? — поинтересовался я. — Иссей-доно ведь встречается с принцессой Риас? — опять «-доно»? Я кивнул. — Скажу так, я не могу ручаться за её реакцию относительно этой новости. Она очень хотела, чтобы принцесса Риас вышла за Райзера, но что случилось вам известно лучше, чем мне, — а ведь верно. — Тебе вряд ли что-то будет, ты был в своем праве, как брат фигуры принцессы и её наемника, ей помочь советом и не только. Да и звание ферзя Левиафан от многого ограждает, даже с учетом того, что вы пока что носите статус низшего демона, — успокоил. — Но вот к Иссею-доно могут что-то предъявить. — Неприятное? — Не могу быть уверен, Шинтаро, — невесело покачал головой Арториус. — Сомневаюсь, что Иссея-доно вообще могут беспокоить. — Скорее он не осознает их величину, — скривил я губы. — Мой братец иначе воспитан, нежели я, он больше солдат, воин, его подобные игры не беспокоят. Но стоит признать, что он вполне способен просчитать их последствия, хоть и не всегда. Скорее всего в подобном он ошибется, — я начал беспокоиться. — А что за воспитание? — сам Люцифер писал нам об этом, но все же Артур способен рассказать больше. — Ты когда-нибудь видел качественные куклы? — спросил Арториус. — Как живые, которые, кажется, сейчас встанут и пойдут готовить настоящий чай и по настоящему пить его? — вполне, вспоминаю НПС Назарика до закрытия ИГГДРАСИЛя. Не совсем то, но близко. — Принцесса Риас, когда я её впервые встретил, выглядела именно так. Аккуратно расчесанные алые волосы, худенькая фигура, платьице, сшитое на заказ лучшими швеями Преисподней, и лицо, что носило на себе немного косметики и легкую улыбку. Помню, что я не сразу это понял, но когда понял, мне стало неприятно, — он слегка поежился. — Её улыбка была что маска — ненастоящая, напускная, словно другого и быть не могло. — А ты?.. — так-то было похоже на него самого. — У меня немного другой случай, — пояснил Артур. — Я знаю про себя, люди часто об этом говорят, но я не с рождения был таким. А вот принцесса Риас была именно такой, я мог подумать, что это она такая, — Арториус говорил не совсем понятно, но эта тема требует особых слов, чтобы никого не задеть. — Но нет, её глаза в тот день не выражали ничего, стеклянные, словно у треклятой куклы, глаза. Думаю, что тебе известно выражение «глаза — зеркало души», — да, российский писатель Толстой, если моя память меня не подводит и Ланселот на тренировках не врет. — В её глазах было самое что ни на есть зеркало, словно она та, кем хотят её видеть другие. — Но тогда?.. — это явно не то, что я вижу сейчас. — В ту же встречу, когда я сопровождал её и принцессу Сону я заметил и другое, — он чуть улыбнулся. — Кукла проявила первые признаки настоящей девочки, — он посмотрел мне в глаза. — Мир людей и принцесса Сона — именно это сделало принцессу Риас той, кого мы видим сейчас. И продолжаем, благодаря вашим с Иссеем-доно действиям, — вот уж бы не подумал, что все настолько… настолько. — Теперь я и вправду беспокоюсь за Иссея, когда тот встретится с родителями своей девушки, — и надо что-нибудь для этого придумать. Не факт, что все будет так плохо, но об этом и сам Люцифер писал мне, так что… Поток моих мыслей остановился и я повернул голову в сторону шума, Арториус сделал также. А я уже подумал, что мы ничего не найдем. — Артур, дай мне попробовать, — посох был в моей руке все время, что мы шли сюда, так что к бою я был готов. — А то я еще не тренировался с новым посохом. Небольшая чаща была полностью замарана засохшей кровью и кусками плоти. Ну да, очевидное логово. По имеющейся информации этот отступник был голодным до мяса, зачастую людского. Он был доппельгангером и выходцем из какой-то то ли африканской или другой страны. Я не особо вдавался в подробности, мне хватило того, что эта тварь жрет людей. Плюс было уточнение про детей. Якобы они вкуснее, особенно когда те боятся. Где-то я уже подобное слышал. — Шарик? — озадачился Артур, когда мы увидели привязанный к ветке шарик белого цвета. — Это… — Так, — вздохнул я, — фанат Пеннивайза! — повысил я голос. — Выходи, я не боюсь клоунов, — не факт, что я прав, но про мимикрию отступника я успел узнать. — Не люблю я Кинга, — устало сказал Артур, вытаскивая огненный и ледяные клинки. — Я прослежу за тем, чтобы оно не скрылось, — это была такая шутка? Мне понравилось. Я кивнул и принялся накладывать на себя мелкие усиления, проверяя свои возможности. Надеюсь, что мне не понадобятся сверхуровневые заклинания на отступника А-ранга. Но вот… Посередине кровавой чащи появилась какая-то дешевая версия циркового клоуна. Ну и ну, не, вообще не тянет на киношную версию. Нет, версия девяностого года тоже не блистала бюджетом, да и не сказать, чтобы страх особо вселяла, скорее он просто влияла на нас своей харизмой. Но из Иссея будет более страшный клоун, нежели из этого. Как минимум потому что Иссею такая роль не понравится, а потому неприятностей ждать от него придется больше. Я использовал «драконью молнию», чтобы проверить этого доппеля, тот без проблем смог уйти из-под атаки с дебильным смехом, но сразу замолк, когда увидел, что пещерка, в которой он прятался, наполовину сгорела. Ого, сила этого спела вышла на уровень, близкий к изначальному. Прекрасно, не только вернул способности, но и увеличил их силу. Хм, а если вложить чуть больше данных мне сил? Этот спел я использовал в изначальном варианте, с усилением себя и вложением сил, предполагаемых для этого спела. Используем что-нибудь другое. Насколько я помню у доппелей нет сердца как такового, так как они свободно меняют как внешний вид, так и внутреннее строение тела. Потому тот же «хват сердца» я не использую, применим что-то более разрушительное. Хм, «адское пламя» вполне эффективно в таких случаях, но если не уничтожить его полностью, то тот сможет восстановиться, чертовы регенераторы и мимики. «Черная дыра», значится. Попробую бахнуть на уровне оригинала, у меня еще хватит данных мне сил Серафолл. Недопеннивайз решил пойти в атаку, ближний боец, да? — Артур, отойди, — сказал я товарищу, а сам использовал «черную дыру» за спину доппельгангеру. Тот, мягко говоря, удивился и попробовал уйти от этой проблемы, но словил обычную магическую стрелу в лоб. Урона было немного, но тут задача была в том, чтобы противник сбился, в чем я преуспел. Попытки сменить форму на более цепкую увенчалась успехом, но он уже находился слишком близко к эпицентру заклинания. Половину его нынешнего тела поглотила дыра, но часть осталась, извиваясь на земле. Половинка изначального «адского пламени» и эти останки рассыпались пеплом. — Скучно — вздохнул я. — Артур, все? — его сенсорика получше моей. — Да, — кивнул он. — Это всё, осталось только убрать следы его пребывания здесь, — он воткнул клинок в землю и огонь разошелся по всей заляпанной кровью земле. Взмахом ледяного клинка он потушил пламя. — Впечатляет, — улыбнулся он уголками рта. — Вы без труда одолели А-ранг, хотя только недавно получили эти силы. — Я их вернул себе, Артур, — пояснил я. — Благодаря госпоже Левиафан. И это еще не максимум, их можно развить еще лучше. — Интересная магия, — кивнул Арториус. — Буду ждать ваших новых результатов, — я поблагодарил его и мы вместе направились к городу. На сегодня хватит, буду отдыхать, и надеюсь, что это продлиться подольше.

***

— Никогда не любил светские приемы, — пожаловался Иссей, оттягивая рубашку. — Это не прием, Исэ, — устало вздохнул я. — Да и ты никогда не был на них, — ставлю свои сейвы на это. — Тогда почему все так официально? — скривился он. — Потому что этот изгнанник причинил много вреда нашему обществу, — пояснил Артур, идя за нашими спинами. — На суде будут присутствовать некоторые главы домов и их представителей. — А мы здесь, чтобы суд вынес справедливое решение, — злобно проговорил Киба. Никто его не одергивал, так как прекрасно понимали его. — Именно, — кивнул я. — Я здесь присутствую как ферзь госпожи Левиафан, а также участник недавнего конфликта, ты и Артур по той же причине, плюс у вас было более близкое знакомство с его помощниками, — Иссей на этих словах слегка поморщился, но кивнул. Если бы я видел того ублюдка, что покалечил Широ, то моя реакция бы мало отличалась. — Киба же здесь по понятным всем нам причинам. Так что идем, не будем оттягивать неизбежное этому уроду. Мы шли по темному коридору в столице демонов — Лилит. Тут есть здание суда, громадное сооружение, но насладиться его внешним видом нам не удалось, так как нас перенесли сюда напрямик. Точнее не смогли насладиться все, кроме Артура, который уже не раз видел весь город. Но сейчас нам было не до этого. Перед нами были громадные двери, перед которыми стояли двое стражников. Стоило нам подойти к ним, как те скрестили магические алебарды между нами и дверьми. Не понял? — Нас сюда пригласили, — пояснил я. Плохо, когда тебя не знают в лицо. — Без сопровождающих проход воспрещен, — чего? Нас об этом никто не предупредил. Да и какой сопровождающий? У нас тут демон-мечник Гремори, сын Черного рыцаря, Секирютей и ферзь Левиафан! Это мы должны кого-то сопровождать, раз уж на то пошло. — Я Арториус Найтленд, — вышел вперед Артур. — Мой отец должен быть уже внутри, вы его должны знать, — должны, кто его не знает то? — Вас не было больше десяти лет в Преисподней, без сопровождающих нельзя, — не уступал стражник. Ну да, Артур здесь не бывал долго и мог изменится. О чем и говорил качнувший головой стражник, стоявший со специальным прибором. Насколько я помню, с помощью него сверяют показатели с аур или вроде того. Мне как-то еще не приходилось бывать здесь. — Я Хёдо Шинтаро — ферзь госпожи Серафолл Левиафан, — представился я. Киба у нас низшего ранга, а Иссей вообще не демон, так может моя личность поможет? Грозный взгляд стража был мне ответом, да вы стебетесь? — Шин, ты бы попросил свою госпожу сообщить о тебе, — вздохнул братец. — Или как тут у вас, — спасибо, знаю. Но ты все же прав. — Попробую связаться с госпожой Левиафан, — я немного повысил голос, чтобы меня услышали и стражи, которые уж очень правильно вели себя. — Нас вообще должны были сопровождать? — прошептал Киба. — Я тут вообще мимо крокодил, — пожал плечами Исэ. — И когда же это правило упразднят? — поморщился Артур. — Стану высшим — в первую очередь займусь этим вопросом, — пообещал я. Я впервые в Преисподней, а мне уже не нравится эта бюрократия. — Я буду сопровождающим, — услышали мы женский голос, на который и повернулись (Иссей чуть запоздало, но не нам его винить). И кажется я теперь понимаю некоторых фанатов Какёина ака «Милфхантера». То, что эта воистину прекрасная женщина относится к данной категории было более, чем очевидно. Длинные блондинистые, граничащие с платиновым цветом, вьющиеся до поясницы волосы. Умиротворенное лицо, полное внутренней доброты, теплоты и света, иначе мне это не описать. Красивый овал лица, бледноватая кожа, длинные естественные ресницы, минимум косметики (только помада и тени, я это вижу, живу с кучей девушек), легкий румянец и прекрасные серо-изумрудные глаза, которые заставили меня зависнуть на несколько секунд. Также под стильным костюмом бизнесвумен отчетливо различалась красивая фигура и длинные ноги, что делали её ростом почти с Иссея. О Мао, повторюсь, я теперь прекрасно понимаю людей, которым нравятся «постарше». Не могу сказать, что я влюбился, но сердечко ощутимо зашумело. Да и… — Матушка, — чуть склонил голову Арториус. Мне и секунды не потребовалось, чтобы все осознать и начать действовать. — Артур, сынок, как ты вырос, — мило улыбнулась она, сопровождая слова приятнейшим голосом. Она обняла Артура, выплескивая немного материнской любви. — Это твои друзья? — она осмотрела нас троих. — Миледи, — я аккуратно взял мягкую ладонь королевы красоты (в чем я уверен, единицы могут с ней соревноваться в этом, а ведь она вряд ли стремилась к этому эффекту) и невесомо коснулся своими губами. Я точно знаю, тут так принято, когда знакомишься и в особых случаях, этикет это не так плохо. — Меня зовут Хёдо Шинтаро, друг Артура и коллега вашего мужа, — Ланселот-семпай, я вряд ли когда-либо признаюсь в этом вслух, но ты нереальный везунчик! Я могу понять, почему он влюбился в неё, несмотря на всю верность своему королю. — Приятно познакомиться, — она сделала легкий реверанс и улыбнулась мне. — Я Гвиневра Найтленд. Дорогой рассказывал о вас, говорил, что вы подаете большие надежды, в чем я уже успела сама удостовериться, жду с нетерпением ваших новых результатов, — вроде и контрольные фразы, но я по-настоящему приободрился. Она говорила искренне. — Хёдо Иссей, старший брат Шинтаро, друг Артура и Секирютей, — представился брат, пытаясь сообразить, как ему поступить: как я или иначе? Его в тонкости местного этикета никто не посвящал. Вот Кибу явно муштровали — он преклонил колено. Но эта поистине мировая женщина это увидела и помогла ему (Серафолл лучше, Серафолл лучше, Серафолл лучше). — Я рада нашему знакомству, о ваших деяниях уже многие говорят в Подземном мире, — да, это правда, Иссей сейчас здесь относительно популярен, но еще есть куда расти. Тем временем прекрасная Гвиневра-сама перевела взгляд на Кибу, тот тоже подал голос. — Киба Юто, рыцарь Риас Гремори, — просто представился он. — Ученик Содзи, — кивнула Гвиневра-сама. — Надеюсь, что ты продолжишь служить своей госпоже, когда этот день закончится, — конечно, она знает о том, что здесь происходит. Я даже не удивлен. — Конечно, миледи, — ответил Киба, вставая. С присутствием на нашей стороне Гвиневры-сама все проблемы резко исчезли. И стража нас пропустила, и сразу стали смотреть на нас иначе приходящие некоторые демоны, да и было видно, что мое лицо запоминают. Впрочем, когда ты идешь с Гвиневрой-самой под локоть, то такое, видимо, важно. Нет, вести её мог и Артур, но тут честь выпала именно мне. — Найтленд? — коротко спросил Иссей Артура. — В честь Авалона, где вырос отец, — пояснил он. — Этот остров видит мало солнца, потому и такое название, — семпай мне то же самое рассказал. Хотелось бы там побывать. В образовательных целях. Внутри зала уже было достаточно людей. И никого из знакомых. Вместо одной из стен были балконы, которые возвышались относительно помещения. Там стояло четыре богато украшенных кресла, очевидно, что это были места для Владык. Перед балконом была трибуна, приготовленная специально для тех, кого собираются здесь судить. Вокруг стояло множество высокопоставленных демонов и их слуги. Трибуна была отгорожена от остального зала, но обзору ничего не мешало. У входа к пространству трибуны стояла фигура, одетая в черную официальную одежду, внешне он больше всего напоминал охрану. Демон вздрогнул, поднимая голову, его взгляд наткнулся на пятерку вошедших и он тепло улыбнулся им. — Ты уже здесь, любимый, — проговорила Гвиневра-сама, подойдя к Ланселоту. Она отпустила мой локоть и чмокнула семпая в губы. — Не скучаешь? — её улыбка заразительна, даже семпай стал улыбаться. Сколько они уже вместе? Я может и не особо разбираюсь в отношениях и чувствах, у самого-то опыт только начал появляться, но то, что я вижу, меня невероятно радует. — Нет, дорогая, — он поправил локон, что спадал ей на лицо. — Сын, парни, — он кивком поприветствовал нас. — Скоро начнется, Киба-кун, — обратился он к блондину, — я бы хотел, чтобы вы отошли со мной ненадолго туда, где народа поменьше. Киба-кун, это напрямую касается тебя, — у него был серьезный взгляд. Мы оставили Гвиневру-сама в зале, та не сильно возражала, уже найдя себе собеседников. Мы отошли буквально в соседний зал, где не было людей. Он был чуть больше, нежели тот, в котором мы только что были. Ланселот осмотрелся и достал что-то из внутреннего кармана пиджака. — При обыске подсудимого мы обнаружили это, — в его руке был какой-то странный кристалл. Голубоватого оттенка тот мягко светился изнутри. — Владыка Вельзевул, если говорить простыми словами, назвал это тем, что дарует возможность экзорцистам пользоваться священными мечами и другими артефактами, — мы с откровенной неприязнью взглянули на этот камешек, а особенно Киба, его взгляд мог бы сжечь его создателя заживо. Иначе никак, когда знаешь способ их создания. — Также, — продолжил Ланселот. — Он нам рассказал, что конкретно этот предмет был одним из первых полученных. Из твоих товарищей, юный Киба, — последние слова оказали большой эффект на нас, но Кибу словно обухом ударило. Ланселот не стал тянуть, он протянул Кибе кристаллик, тот трясущимися руками принял его. Мы молчали, все неотрывно следили за этой сценой. Ланселот положил руку на плечо Кибе, приободряя его, в его глазах было понимание этой боли. В глазах Иссея. И моих. Мы знаем, какого это — терять товарищей, с которыми столько пережил, а тем более так. Мы с тобой, Киба. Ты это знаешь. Рыцарь прижал к груди маленький кристалл и несколько капель слез скатились по его щекам. — Ребята… — с трудом расслышал я. И тут Киба засветился. Точнее не он, но воздух вокруг него. Это здание изначально было насыщено магией, и сейчас она взаимодействовала с Кибой и предметом в его руке, от него шел самый яркий свет. Я чуть дернулся, готовясь ко всему, но свет начал принимать форму… очертания людей. Детей и подростков, высоких, низких, самых разных. Каждый из них был в похожих лохмотьях и все с улыбкой смотрели на Кибу, легкой, доброй, любящей. Это… — Души… — прошептал Артур. И действительно. Это были души. И если я все правильно понял. — Я… Я всегда об этом думал, — голос Кибы сильно дрожал. — Должен был ли выжить я один? У кого-то были великие мечты, а кто-то страстно хотел жить. Но заслуживал ли я такую мирную жизнь? — он только сейчас что-то почувствовал и поднял взгляд на тех, кто когда-то были его товарищами, но те лишь стояли, а затем… Маленькая девочка, что была среди духов взяла его за рукав пиджака и слегка, будто лишь ветер подул, дернула. Киба повернулся лицом к ней и увидел милую улыбку, вселяющую тепло и надежду, обращенную к нему. Затем все силуэты распались на множество искр, и начали кружить вокруг рыцаря Гремори. И они начали говорить ему: — Не переживай, — рядом с ним пронесся дух девушки, а за ней другая, и парни, все заговорили с ним по очереди. — Пока мы все вместе… — Раскрой свое сердце. — Прими нас. — Не надо бояться. — Даже если от нас отвернулся бог. — Наши сердца всегда будут… — Едины, — закончил Киба, дав волю слезам. Искры впитались в его тело, даже я почувствовал некую чистоту эмоций и их искреннюю веру друг в друга. Волшебный момент. Мы лишь молчали, пытаясь отчетливо запомнить каждую секунду этого… Чуда. С большой буквы. — Мои друзья не хотели, чтобы я мстил за них и до сих пор не хотят, и я забыл об этом, — начал говорить Киба, поднимаясь с колен, — но я желаю избавить мир от того, кто будет сегодня здесь судим, чтобы в будущем никто, — перед Юто появился меч, но не обычный, — не повторил моей судьбы, — наши взгляды скрестились на очень необычном клинке. — Это… — Иссей широко распахнул глаза. Я сам тоже смотрел на это оружие и понимал, что плакала очередная конспирация, если это всплывет. — Удивительно… — даже Ланселот сильно удивился, смотря на теоретически невозможный предмет. — Свет и тьма… Ага, в руках Киба держал меч, сочетающий в себе силу света и тьмы в равных пропорциях. Невозможно? Верно, вообще никак, согласно проверенной временем теории, но вот оно перед нами. Я не уверен, но кажется Киба достиг Крушителя Баланса. Для меня же это очередное подтверждение — Бог мертв.

***

Мы вернулись обратно в зал, куда изначально и направлялись. Народу прибыло, в основном аристократы, но и некоторые, вроде как, простые жители. Публичные личности? Артур остался в компании отца и матери, так как хотел с ними о чем-то поговорить, Кибу окружили несколько девушек, что здесь присутствовали, а Иссей самоудалился к стене, пытаясь не отсвечивать. Могу его понять, сам бы так же стоял, что я и сделаю, если никто со мной не заговорит. Впрочем, я тут никого не знаю, Серафолл прибудет чуть позже привода подсудимого, а остальных знакомых я даже не планировал бы ждать. Нет, правда, ну не появится же здесь Мефисто Фель (он уже прислал свои поздравление и надежду, что изгнаннику подберут соответствующую участь). — Господин Айнз, приятно вас снова видеть, — я обернулся на голос и приветливо улыбнулся. Передо мной были те, кого я был действительно рад видеть. — Лорд Фенекс, — я пожал протянутую руку мужчины, кивая. — Госпожа Рейвель, — я легонько коснулся своими губами ладошки красиво наряженной девочки. Её смущенное лицо стоило того. — Рад видеть тебя в добром здравии, — я решил перейти на «ты», её отец не был против. — В-все благодаря действиям лекарей и нашим генам, — она слегка запнулась в начале, но взяла себя в руки, строя из себя… Точнее ведя себя по статусу, да. — Я пока оставлю вас, надо побеседовать о скучном и старческом с главами других домов, заодно расскажу тестю, как дела обстоят, — слился господин Рашель с почти что гаденькой улыбочкой, оставляя нас наедине. Ну, почти, за спиной Рейвель была, кажется, Изабелла, девушка с маской на пол-лица. Она кивком поприветствовала меня и отошла от нас, выдерживая расстояние. — Рейвель, можно ведь тебя называть по-имени? — на всякий случай уточнил я. — Ко-конечно, господин Айнз, — снова раскраснелась та. А я-то думал, что она цундере, хотя не могу сказать, что это расстраивает. — Тогда и ты называй меня Шинтаро, без всяких «господинов» и суффиксов моего языка, — а то, что она ими может воспользоваться — я не сомневаюсь. — Скажи, а что ты здесь делаешь? — в суде-то. — Отец решил, что я должна больше участвовать в жизни Преисподней, он сказал, что тот, кого будут судить, совершил нечто ужасное, — а, так она не знает? — Священник-изгнанник, — кивнул я. — Я участвовал в его поимке, — я не хвастался, скорее пояснил. — И его действительно есть за что судить, даже в Преисподней, нет, особенно в Преисподней, — я не так долго изучал культуру демонов, но с ходу могу назвать несколько пунктов, по которым тот может получить достаточно серьезное наказание. — Правда? — удивилась Рейвель. — Было опасно? — Нэ, — я отмахнулся. — Изгнанник простой человек, хоть и ученый с особыми связями, — не соврал я. — А вот покрывающий его Кокабиэль — серьезный противник, — и как хорошо, что не я столкнулся с ним наедине. — … — Рейвель выпучила на меня глаза, но промолчала, все знали, что был инцидент с этим падшим. — Ну, мы все живы, а потому я лишь хочу удостовериться, что этот отброс получит то, что заслужил, — мои слова были суровы и не особо этичны, но зато ярко выражали мои мысли по этому поводу. Затем мы помолчали полминуты. Рейвель явно собиралась с мыслями, хотя что-то сказать. — Шинтаро, я хочу пригласить вас в гости на чай во время летних каникул в вашем мире, — выложила все на духу Рейвель немного краснея. — Я не против, — пожав плечами я добавил: — Все равно во время каникул я официально отправлюсь сюда, чтобы начать выполнять часть своих обязанностей, как ферзь госпожи Левиафан, — Бегемоту на радость, спихнет часть своей работы на меня. Эх, плакала моя беззаботная школьная жизнь. Хотя она плакала еще когда в продажу поступили некоторые мои разработки. Да что там, когда я прознал об этой стороне мира. — Хорошо, — кивнула она, улыбаясь. — В таком случае сообщите, когда вам будет удобно прибыть, — я кивнул, еще раз соглашаясь с собой, что она милашка. — Кажется начинается, — с её лица сошла светлая улыбка и она стала смотреть на стражников, которые выводили пухлого пожилого мужчину. Иссей, стоявший у стены поодаль открыл глаза, что до этого были прикрыты и серьезно кивнул, подбираясь ближе к деревянным стойкам, которые разделяли нас и подсудимого. Артур с Гвиневрой-сама и Рашелем-самой отошли от Ланселота-семпая, который остался у трибуны подсудимого, охраняя его от буйных голов, а также нас от возможной неожиданности. — Мы же здесь не просто так? — тихо спросил Киба, оказавшийся у меня за спиной. Его взгляд заметно посуровел, а в голосе были опасные нотки. Да уж, не будь здесь столько знати, сильных демонов и нас, то от изгнанника бы уже ничего не осталось. А новый меч его испробовал первой крови. — Вроде как нет, — я чуть кивнул. — Уверен, наши слова лишь утвердят уготованную ему участь, — какой бы та не была, но я не рассчитываю, что тот останется в живых. Старик выглядел так же, как и в последнюю нашу встречу, разве что с его лица сошла та отвратительная улыбка. Одежда сменилась с рясы священника на простое тряпье, хоть чистое и аккуратное. Было видно, что он вымотан своими мыслями, видимо он не ожидал, что окажется здесь. Его взгляд скользнул по Ланселоту, который легко пихнул изгнанника на свое место, но в основном он смотрел в пол. Я услышал, как скрипели зубы Кибы. Ланселот встретился взглядом с рыцарем Риас-семпай и чуть качнул головой, тот заметно присмирел. Конечно, Ланселот знал историю Кибы, но также он понимал, что так будет лучше для всех. Спустя минуту председатель суда объявил о появлении Владык Ада, всех четырех. Они прошли к заранее приготовленным местам на балконе перед трибуной подсудимого. Все преклонили колено, кроме высоких лордов и Ланселота, который занимался охраной, те просто склонили головы. Серафолл и Фалбиума я знал лично, со вторым я познакомился не так давно. А вот Аджуку Вельзевула и Сазекса Люцифера я видел впервые. Мне даже краска не нужна, чтобы сказать, что их сила подавляет. Аджука Вельзевул был высоким аристократом с вытянутым лицом и зачесанными назад зелеными волосами. Его глаза напоминали две льдышки, но лицо выражало больше безразличие, нежели отстраненность. А Сазекс Люцифер… У него с Риас-семпай явно хорошие гены. Не будет преувеличением сказать, что он — мужская версия семпая, в хорошем смысле. Типичный бисёнен, на таких всегда вешаются девушки (хотя если вспомнить, что он женат на Грейфии, то таким нужно много сил, чтобы хотя бы более-менее успешно противостоять ей, из демонов таких было немного, и их потенциальное количество недавно уменьшилось на одну). Единственные различия — это мужские черты лица: более широкие и угловатые скулы, чуть более широкий подбородок, иной взгляд, более хитрый, а также волосы у него были короче, хоть и такие же насыщенно алые и все еще длинные, хотя не мне об этом говорить. Грейфия, к слову, тоже была здесь, она стояла в отдалении, почти незаметно. Она поприветствовала меня кивком, когда мы встретились взглядами. — Да начнется суд над изгнанником Бальбой Галилеем!

***

Суд шел последовательно и все вело к тому, что Бальбу ждет незавидная участь. К слову, судом все это называется по большей части только на словах. Скорее это просто показательный процесс, который показывает, насколько плохую участь заслуживает подсудимый. Тот имеет право на защиту, самостоятельную, никаких священников и падших сюда приглашать никто не намерен. Но местный детектор лжи честно исполнял свое предназначение, и это все учитывалось. Но какой смысл, когда твои грехи во много раз превосходят все твои заслуги? Верно — никакого. А список грехов бывшего святого отца заставляет удивляться. Убийство, подкуп, шантаж, убийство детей (что является очень серьезным преступлением в Подземном мире), а также создание способа создавать искусственных носителей святых артефактов. Это далеко не все, лишь то, что я запомнил из сказанного перечня информации. Тот пытался себя оправдать, но каких-то серьезных аргументов привести не смог. Но тут дело дошло до нас, свидетелей. Первым вышел я и честно рассказал о том, что было, что я видел и знал. Конечно, это не было в пользу старика. Затем вышел Артур и Иссей, они рассказали о том, что видели, хотя Иссей умолчал о чем-то, но заметил это только я. Его право, но я его расспрошу еще. Но наибольший вклад внес Киба, ему пришлось рассказать часть своей истории, кто-то даже пустил слезу, а та же Рейвель, что стояла все еще рядом со мной, заново посмотрела на того, с кем недавно дралась. То что приговор был озвучен единственным словом — казнь — никого не удивило, скорее даже обрадовало. Изгнанник не мог это оспорить, он ушел в бессознанку и ни на что не реагировал. Стражи взяли под руки Бальбу и по щелчку Вельзевула трибуны сменились на помост. Гильотины не хватает и косплей короля Людовика XVI 1793 года готов. Обычно роль палача в таких случаях достается Ланселоту, он сам не против, так как кто-то должен этим заниматься. Обычно казни совершаются с помощью легендарного Арондайта. Но в этот раз было иначе. — Владыки, — Ланселот склонил голову перед Мао, обращаясь к ним. — Прошу у вас разрешения в этот раз изменить проведение казни. — Что послужило причиной твоей просьбы, сэр Ланселот? — задал вопрос Люцифер. — Проект «Святой меч», Владыка Люцифер. Единственный выживший, рыцарь принцессы Риас Гремори, Киба Юто, присутствует здесь и уже дал все показания. Честь демона-мечника и честь рыцаря, также терявшего товарищей, взывает к тому, чтобы я дал возможность ему отомстить. — Ты отказываешься от роли палача в этом деле? — уточнил Вельзевул. — Нет, Владыка Вельзевул, лишь сменить орудие казни. Я прошу вас позволить мне использовать клинок Кибы Юты, чтобы привести приговор в исполнение, — в зале были слышны несколько одобрительных голосов. — Киба Юто, — снова заговорил Люцифер. — Ты согласен? — Если Владыки позволят, — в ответ он получил четыре кивка, даже Асмодей в кои-то веки не спал. — Остальное доверяю вам, сир Ланселот, — в его руках появился новообретенный меч света и тьмы. — Это меч Предателя, самое то для него, — громкое название, но подходящее. Ланселот осмотрел клинок в своих руках, прикинул его вес и положил изгнанника на плаху. Его костюм начал источать черную дымку, становясь доспехами. Дымка успокоилась и будто впиталась в доспехи, а клинок Кибы заметно прибавил в угрозе. Священник пораженно смотрел на черную фигуру с красным светом из забрала. — Я — Ланселот Найтленд, прозванный Озерным и Черным Рыцарем, один из рыцарей Круглого Стола короля Артура, ладья и рыцарь Владыки Серафолл Левиафан, а также владелец демонического меча Арондайта привожу в исполнение твой приговор — смерть. Прими же её от орудия того, кого ты когда-то сам приговорил к смерти. С этого дня, Киба Юто, демон-мечник Риас Гремори, у тебя осталась одна цель — верно служить своей госпоже, пока смерть не заберет и тебя в свои вечные объятия. Не забывай об этом.