Дайсуки да... ( Я люблю тебя)

Юра очень волновался за Виктора: в плане личной жизни. Мужчина же, ведь, уже не школьник — ему пора бы задуматься о семье. Тем более, что ему довольно часто намекал на брак живущий с ним, под одной крышей, Крис. — Я не понимаю тебя, старпер: тебе уже напрямую предлагают свадьбу, чего отказываешься? — как всегда, в обычной грубой манере, поинтересовался блондин, катаясь с гостем на льду в Хасецу. Рано утром, поругавшись с Джакометти, легенда фигурного катания не нашел ничего лучше, как поехать в аэропорт и купить билеты в Японию. Да, вроде как взрослый уже состоявшийся спортсмен, а ведет себя как малое дитя и это с годами и не думало изменяться. — Зачем ему этот хренов штамп в паспорте?! Я не понимаю, нам ведь и так хорошо вместе?! — чуть ли не прокричал гость в порыве накопившихся эмоций. На удивление обычно легко вспыхивающий на скандал Юра, решил пропустить этот крик мимо ушей: воспитание маленького Никиларта сделало юношу немного спокойнее. Кацуки, катающийся рядом, только печально улыбнулся, вспомнив, что годами ранее сам не хотел бракосочетания с любимым мальчиком. — Ты понимаешь, ведь понимаешь, что с таким отношением ты можешь его потерять? — вдруг спросил Юри, нарушив тишину. — Я не понимаю, почему вы все так помешаны на браке: сначала ты, теперь и он, — в прекрасных глазах, на секунду, застыла боль, от старых воспоминаний.

***

Это было много лет назад — во времена, когда Юри и Юра впервые заработали свои первые медали, соревнуясь с друг другом. Заняв второе место, спортсмен и думать тогда не смел о каких-либо отношениях с любителем тигров. Все потому, что его кумир всей жизни был еще довольно и неплохим любовником. Ночи, проведенные с Витей, были похожи, для фигуриста, на сон, который никогда бы не сбылся в реальной жизни. Розовые очки, наполнение счастьем, настолько затмили укешке глаза, что он не хотел понять пару важных вещей. Никифоров, заманив его в постель, уже был опытен в отношениях с мужчинами и слухи ходили, что с многими, но разве влюбленное сердце может поверить в то, что говорят люди — даже самые близкие. Хрустальный мир посыпался случайно, когда возвращаясь в отель, любитель кацудона увидел, как пьяный в хлам любимый человек целуется с Крисом, прямо в бассейне. Душа влюбленного, казалось, пропала из тела, принося дикую нестерпимую боль в груди. Глаза очень жалели, что на них сейчас были линзы и это нельзя списать на мираж слабовидящего человека. — За что? — только успел прошептать преданный, одними губами и убежал, что есть сил, по коридору отеля, чтобы его не заметила сладкая парочка. Пробежав почти в конец коридора, финалист случайно столкнулся победителем, сбив мальчика с ног. Русский школьник, приземлившийся на пятую точку, тихо ругнулся матом и поднял свои зеленые глаза на того, кто его сбил. — Кацудон?! — находясь в неизменной толстовке с капюшоном с символикой страны, легенда этих соревнований явно не ожидал увидеть свинятину в таком состоянии. — Юра, умоляю, спрячь меня скорее! — захлебываясь слезами едва выговорил он слыша, как где-то близко засмеялся Виктор. Блондин молча поднялся на ноги, и достав ключ, от своего номера, отдал его брюнету. После, нацепив на голову черный капюшон, он легким движением поправил себе золотую медаль, висящую на шее. — Я сейчас приду, а ты только попробуй уебнуть из комнаты, — мягко, но требовательно, приказал он, уходя вперед по коридору — Аригато, Юрио-кун, — одними губами прошептал иностранец, быстро прячась в чужом номере. Спустя полчаса, любитель тигров вернулся в свои апартаменты с европейским ужином на подносе и графином воды. Безвольная свинка лежала на большой двуспальной постели и молча рыдала в подушку. — Вставай, Юри, я принес нам ужин, — необычно мягко прозвучало над ухом у иностранца. — Я не хочу, ешь сам… — кое-как фигурист оторвал лицо от подушки, присаживаясь на свои колени. Как старший, он несомненно чувствовал неудобства за то, что вот так заставил ненавидящего его ребенка так за него волноваться. Идти в номер свой, сейчас, было бы крайне неудобно, поскольку неизвестно, что на их кровати сейчас делал Виктор с Крисом. — Прости за беспокойство, я пойду, заночую на улице, — не соображая что творит, брюнет направился к выходу. — Неужели для тебя так важен этот херов старпер?! — блондин чувствовал, как нить его терпения с треском порвалась. То, что Кацуки души не чаял в этой шлюхе бесило русского с первого дня. Все его сегодняшние старания на льду были только для того, чтобы этот козел полюбил его сильнее. Насколько же слепым нужно быть к чужим чувствам, чтобы в этот же вечер целоваться с бывшим ебарем, пусть и пьяным в стельку. — Я думал, завоевав медаль, я смогу сделать ему предложение о свадьбе, — не соображая, кому он это говорит, выдал свою самую главную мечту. — Ты реально так сильно хочешь его любви, что не замечаешь мою, чертов ты еблан! — от безысходности, Плисецкий пнул его ногой, держа поднос в руках. Резкая встряска заставила Юри по-другому посмотреть на соперника, находящегося перед ним.

***

— В ту ночь я реально не хотел изменять тебе, Витя, но ты сам разрушил мою любовь к тебе, — подъехав к супругу, он нежно взял его за руку. — Я не могу без тебя, Юри, сколько бы не пытался делать вид, что всё хорошо, — честно признался бывший тренер, вытирая слезы руками. — Как бы это сейчас не звучало, я благодарен тебе, Витя, за то, что ты наставил свинке рога. Настолько благодарен, что не буду сейчас устраивать тут ревностные истерики, — повзрослевший фигурист понимал, что-то, что было раньше, уже не вернешь. — Чтобы ты понимал, до зачатия Никиларта, у нас ничего не было, хотя могло показаться, что было, — вспоминая тою как любимый напился, хитрец засмущался. — Да кого ты обманываешь? Если бы я не выпил полбутылки вина, у нас бы вообще ничего не случилось еще года два, как минимум, — вспомнив детскую обиду, звезда льда слегка надулась. — Погодите, но Юри же мне сказал утром, что вы спали вместе?! — красавец удивленно заморгал понимая, что что-то не так. Тогда он внушил себе, что своего принца он потерял навсегда, поскольку тот, как порядочный японец, будет жить с человеком, которого обесчестил. — Ну да, я тебе не соврал — мы действительно спали на одной кровати, поужинав едой из ресторана, — вспомнив, как мило, любимый, кормил его европейским омлетам, глава семьи просиял улыбкой. — Ой, ну не надо строить из себя уже такую невинность: в перерывах, от еды, я тебя целовал, — любитель тигров мило облизнул губы. — Ну так это же не особо и считается, как выяснилось сейчас, — выдохнув, мужчина слегка покраснел, смущаясь. — Если бы я знал правду, я бы тебя вернул, — легенда русского спорта, обессиленно рухнул на колени. — Ты бы всё-равно не успел, так как спустя три месяца, Яков уже снял нам хату в Питере, — пожалуй, Плисецкий всю жизнь будет благодарен учителю за то, что тот взялся тренировать и Юри тоже. — Прошлое надо иногда отпустить, Витя, чтобы кто-нибудь когда-нибудь смог тебе сказать истинную от сердца фразу — Дайсуки да… — с этими словами, пара оставила плачущего Никифорова на льду, осознавать свои ошибки.