Билет в один конец

      Леви стояла около дверей, не решаясь войти или сбежать, до нее не доносилось никаких звуков, так что невозможно было понять, что же происходит — это лишь добавляло волнения и тревог. Время для нее замерло и появились драгоценные мгновения на размышления — весьма неприятные и пугающие. Жерар решил убить Бельзериона, но мир мертвых не может существовать без сторожа, а это значит, что три сестры вполне могут оказаться правы. От этой мысли сердце рвалось на части — Гажил должен стать новым псом. Конечно, Леви понимала, что пес — это, скорее должность, чем физическая оболочка, но все равно, Редфоксу придется навсегда остаться в Цитадели и служить Жерару, мнения самого Гажила спрашивать никто не станет, да и не сможет он ничего противопоставить повелителю мертвых. Его сопротивление лишь усугубит ситуацию. Девушка все это понимала, как осознавала она и то, что не хочет расставаться со своим мужчиной. И что же тогда делать? Остаться вместе с ним, окончательно позабыть о желании вернуться домой? Леви не была уверена, что готова смириться, но точно знала, что сделать это придется. Нельзя постоянно бежать туда, где, по твоему мнению, будет лучше, нужно лучше делать там, где ты есть.       — Если боишься, можешь остаться, я и сама справлюсь, — тихо прошептала Эльза, ощущающая невероятное опустошение и холод. Она еще не скоро оправится от того, что с ней произошло и точно никогда не забудет о том, что сделала. Девушка не знала, правильно ли она поступает, возможно, ей стоит бояться так же, как Леви, но в это чувство, казалось, не доступно ей вовсе.       — Нет, я с тобой и не важно, насколько сильно мне страшно, — МакГарден попыталась улыбнуться, но получилось это у нее не очень уверенно и убедительно. — Давай лучше думать, как разбить это злосчастное сердце, оружия ведь у нас нет.       — Да, Жерар хотел мне его подобрать, но так и не удосужился, да и Эйлин было не до этого, — Эльза пока что не готова была назвать эту женщину матерью, не простила того, что та бросила её в этом жестоком мире. И пусть девушка начала понимать причины этого — обида никуда не делась. — Но у меня есть щит, — девушка ласково провела по золотому металлу. — Прочный, надежный, тяжелый — его вполне можно метнуть или бить прямо им. Не уверена, что брат ничего при этом не почувствует, но выбора у нас нет.       — Выбор есть всегда, вот только зачастую он неприемлем.       Башня сотряслась от мощного толчка, стены пошли трещинами, а ступени внизу провалились, отрезая путь к отступлению. Судьба сама приняла за девушек решение, а точнее подтолкнула к неизбежному. От воя и гула, заполнившего все вокруг закладывало уши, а непонятно откуда взявшийся порывистый ветер пытался столкнуть Леви и Эльзу вниз, в зияющую пропасть без дна, в голодную пасть бездны.       — Держись!!!       Эльза в последний момент успела схватить новую знакомую за руку. И именно это спасло жизнь Леви, которую затягивало вниз. Казалось, что ветер стал осязаемым, обрел невидимую плоть, и его руки не желают отпускать добычу. Страх сковал девушку, уже видевшую свой близкий конец — силы стремительно оставляли её.       — Не смей отпускать меня! — рычала Эльза, с трудом переставляя ноги. Она больше никому не позволит умереть! Главное достигнуть этой проклятой двери. Не было ни стен, ни потолка, ступени исчезали в небытии одна за другой, но дверь стояла на месте. Она стала целью для девушек, надеждой на спасение. Жерар был прав, понять, что пора действовать было легко, это просто невозможно воспринять иначе. — Ну же! Шевели ногами! Леви!!!       МакГарден было тяжело, она не знала, что может предпринять, но оставаться обузой не желала. Они должны бороться вместе, отринув все мысли и страхи прочь, разбить хрустальное сердце и победить врага. О том, что будет дальше лучше не думать. Выбор у них все равно не велик. Стиснув зубы, Леви пыталась двигаться. Давалось это ей с трудом, но задачу Эльзы она все же сумела облегчить.       Еще немного, всего пара шагов!       Ветер все усиливался, теперь его порывы не просто толкали в пропасть, они больно ранили, оставляя после себя тонкие кровоточащие раны. Громыхание нарастало, сливалось в душераздирающим протяжным воем и треском — это вполне можно было бы принять за конец света и в некотором роде, так оно и было.       — Ну же!       Эльза, наконец, ухватилась за дверную ручку и резко дернула её на себя. В следующие мгновение на нее налетела Леви и девушки ввалились в открывшийся проход. Как только это произошло, лестница окончательно рухнула — отныне дверь вела в никуда. ***       Леви точно знала, что они еще не в безопасности, из одной беды они прыгнули в объятия другой, оказались в эпицентре битвы за Цитадель и Электио и, возможно, за нечто большее, за то, что человек не способен постигнуть. В глазах девушки застыл испуг, страх был настолько велик, что его было практически нереально преодолеть. Она человек! Всего лишь человек! У нее нет никаких способностей или оружия! Так почему она здесь?       Оцепенев от ужаса Леви стояла и смотрела на то, как огромный трехглавый пес злобно скалится, готовясь напасть на Жерара. Гажила нигде не было видно, что пугало еще больше, ведь оказалась здесь Леви лишь ради него. Что же касается Эйлин, то она преобразилась: её кожа потемнела и казалось была покрыта чем-то на подобии древесной коры, глаза сверкали безумием и безудержной жаждой крови, руки стали похожи на когтистые звериные лапы, а за спиной появились рваные кожистые крылья; если бы не длинные алые волосы её невозможно было бы узнать вовсе.       МакГарден чувствовала, что задыхается — все это для нее слишком! Если бы только Гажил был рядом! До чего же хочется услышать его нежное «Мелкая», ехидный смешок, увидеть блеск в багряных глазах и ощутить себя в надежном укрытии железных объятий. Колени подогнулись, еще немного и она рухнет на пол.       — Нужно идти, — голос Эльзы дрогнул, давая понять, что она не так сильна, как думала и казалась. — Хрустальное сердце должно быть разбито.       Леви подняла взор, с непонятной смесью ненависти и восторга смотря на сверкающий и переливающийся кусок хрусталя. Это было самое настоящее сердце, что билось в такт яростной битвы, и её собственное сердце отзывалось на этот ритм, приноравливалось к нему, стучало в унисон. Девушка завороженно протянула руку вперед, словно желая прикоснуться к куску хрусталя, а в её памяти всплывали слова написанные в книге, той самой книге, что она обнаружила в своей комнате. Что это, если не судьба? Разве что замысел трех сестер, сплетающих полотно судьбы.       — Леви? Что с тобой? — Эльза сильнее сжала щит, лишь так ощущая себя спокойней. Лаксас защитит её от всего, с ним они пойдут до конца. Это их общая битва и так должно было быть изначально — им стоило быть всегда вместе, тогда этого всего не случилось бы.       — Его так просто не разбить, — прошептала девушка, в голове которой все прояснилось, теперь она понимала, почему оказалась в Электио. Она всего лишь пешка в руках слепых сестер, но даже им неизвестно, чем все закончится. Они лишь двигают фигуры, а дальше все в руках людей… и не людей. — Хрустальное сердце крепкое, как и его вены-мосты. Для того, чтобы уничтожить его одной грубой силы недостаточно… Нужно нечто большее…       — Леви?       — Идем, у нас есть дело, — девушка ощущала, что хрустальное сердце зовет её, опустошает душу и лишает собственной воли. Она могла бы бороться с этим, но не стала этого делать. Зачем? Они ведь пришли сюда именно за этим.