Черствость долга.

       А ведь он помнит ее истерику, которую она закатила утром, не давая бедному Эдди проснуться полностью.       Глускин сильно любил Лизу, и она любила его всем сердцем, но увы. Не у всех характер должен совпадать. Эдди уже домывал посуду, как к нему подошла Лиза, чтобы извиниться. Муж мог простить ее из-за каких-то пустяков: ссор, не выполнение домашних обязанностей (если на это будет причина), упертости и.т.д.       -Прости меня, - виновато выговорила жена. -Я не хотела.. Правда. Глускин посмотрел в ее сторону, и заметил, как она закрывает нежными ручками свое лицо. Мужчина выключил кран, подошел к жене и поцеловал ее в лобик.       -Я люблю тебя. Я не хочу, чтобы ты страдала и проливала свои слезы, уж тем более из-за каких-то пустяков. -Эдди убрал ее руки, и приподнял Лизин подбородок, чтобы та посмотрела ему в глаза, -Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива. Здесь, рядом со мной, в одном доме и в одной постели. От таких слов, Лиза кое-как начала успокаиваться, но вина сжирала изнутри до такой степени, чтобы хотелось кричать. И Эдди это прекрасно понимал и видел, как в ней накапливается чуть не резервуар с соленой жидкостью.       -Ты счастлив? Просто.. Я не знаю. Я не чувствую себя счастливой. От таких слов, Глускин хотел разорвать ее. Как долго она будет терпеть и врать что любит его? Они пять лет в браке, и он ни разу не слышал от нее такого "прямого" (во всяком случае) заявления, что она не счастлива с ним.       -Как долго ты будешь терпеть? -грубо спросил он жену, отстранившись от нее. Но Лиза молчала. Она боялась ответить. Она знала, что последует: ругань в ее адрес, избиение до потери сознания, а потом смерть. Уж больно будет не ей, а еще жившим на этой земле родственникам. Что до этого дела будет Эдди? Его осудят, и он начнет оправдываться, говорить, что она была шлюхой. Лиза не хотела, чтобы было плохо ни ей, ни Эдди, ни ее матери с братом. Возлюбленная терпела его попреки, а Эдди терпел ее двуличность.       -Я лишь говорю, что не чувствую себя счастливой. Я не хочу ссор каждый день.. Я ПРОСТО НЕ ХОЧУ ЭТОГО!! От своего заявления, Лиза упала на колени и начала громко рыдать. -Я устала! Я устала от этого! Я не хочу терять это время проведенное с тобой, как и тебя! Хватит попрекать меня в том, что я не идеальная, и что постоянно лгу! Кто много врет, уж точно ты!       -Встань и посмотри на меня! -грубо начал командовать Эдди, -Иначе мне придется применить насилие.       -Так попробуй! Даже.. Сделай это! Ты же постоянно поднимаешь на меня руку. У тебя хватает смелости влепить мне смачной пощечины, и потом не видеть своего перегиба! Эдди насильственно взял ее за волосы и потащил в спальню (как ей казалось). Женщине было больно, и от такого она начала громко кричать. Уже от страха. Она боялась его, но пыталась не говорить этого в лицо Глускину. Тот сам видел ее насквозь. Жених не выдержав крики, взял Лизу на руки и положил на кровать. Ему показалось, что она успокоилась. Ему было плевать на это, и Эдди грубо порвал на ней кофту вместе с бюстгальтером, снял с себя майку, и, лег на кровать. Он поманил женушку к себе, и та села на него, чуть ниже живота. Это заставляло Эдди возбуждаться, и он чувствовал ее промежность. Он чувствовал, как через свои шорты, входит в нее через ее облегающие джинсы.       -Я хочу тебя, -начала стонать Лиза. -Хочу, чтобы ты наполнил меня.. От такой просьбы, Глускин слегка поразился: пять лет он говорил ей то же самое. Сейчас она говорит это ему, спустя несколько лет. Ему нравились девушки, которые проявляют инициативу первыми. Но т.к Лиза была закомплексованной, она никак не могла осуществить свои желания, и показать свои способности в интимном плане (разве что после первого шага Эдди). Она была слегка пухлей. Лиза следила за собой каждый день, но больше всего ей придавал неуверенности живот, который легко втягивался, но трясся при позе наездницы. Эдди любил такие формы. Ему не нравились те, кто жертвовал своими жизненными силами.       -Ответь мне, -негромко простонал Эдди, пытаясь расстегнуть, но в итоге он просто порвал джинсы, как и трусы. Лиза сняла их, и ненужные вещи отбросила в сторону, представив жениху свою вульгарность. -Ты кому-нибудь раньше отдавалась также сильно, как и мне? Лиза лишь покачала головой, и начала слегка потеть. Она возбуждена, значит, пора. Жена сняла с него шорты, и неожиданно, сразу же села на мужское "достоинство".       Ему нравилось, когда она теряла контроль. Эдди начал медленно, нежно двигаться внутри любимой, доставляя ей приятную боль. Лиза уперлась в его грудь, делая первый шаг, женщина медленно начала "прыгать" на мужском члене, доставляя уже и себе, и Эдди- наслаждение и приятную боль. Лиза никогда не использовала свои ногти, и от такой горячей любви, она начала царапать ему грудь. Эдди же в свою очередь тихо стонал от секса, и от приятных шрамов. Он не чувствовал их, и ускорив темп, он заставлял Лизу не стонать, а уже нежно кричать. Ей было приятно, и она хотела этого больше. Это нельзя было назвать трахом. Это была настоящая любовь. Она не просила жестокости, да и это даже не читалось на ее лице и в движении. Она лишь хотела любви- долгой и приятной.       -Скажи что любишь меня.. -сквозь стон просил Эдди, делая резкие толчки. -Я люблю тебя.. -вымолвила Лиза, посмотрев в глаза Эдди, и, потянувшись к нежным губам, она прикоснулась к ним. Эдди нежно обнял ее. Их языки переплетались, и, не оторвавшись от поцелуя (ведь им обоим хотелось закричать), Глускин кончил в нее. Отстранились они уже паутинкой.

***

      Муж и Жена пытались отдышаться, но на это понадобится время. Они оба обняли друг-друга. Эдди поцеловал в шею возлюбленной, оставив слабый засос. Им было достаточно на сегодняшний вечер.       -Я прощаю тебя. -ласково шепнул ей Эдди, поцеловав в лобик. -Я люблю тебя.. -Готова ли ты сказать мне, что ты счастлива?       Лиза же кивнула, и поцеловала верхнюю губу Глускина.

***

      Воскресенье. Эдди стоял на балконе, и задумавшись, он начал медленно курить. Лиза запрещала ему курить, ради своего здоровья, и здоровья ребенка. Он сам не хотел, но приходиться. Его любимая сладко спала, и он надеялся на то, что она будет спать дальше, пока он не докурит. Утром у него начиналась апатия, и даже если просыпалась любимая, они обязательно начинали ссориться как кошка с собакой. Но в апатии люди не видят своих ошибок и проблем. Они идут на все, ради своего одиночества.       -Я люблю ее, но и не хочу, чтобы она попрекала меня в каких-то обычных потребностях.. -говорил про себя Эдди. -Бог, скажи мне, что мне делать? Я не хочу общих проблем.. Я не хочу потерять свое счастье. Не хочу лишиться ребенка..(1)       Глускин сомневался в существовании каких-либо божеств, но сейчас ему необходима помощь. Он будет верить, что Бог даст ему ответ на его просьбу..