Горечь на губах

- Ну, и чего на тебе лица нет? – Кон, как обычно, сидит, прислонившись спиной к стене и скрестив ноги. Курит, выпуская кольца из сизого дыма. Чуть щурится, глядя на него. Дым режет глаза? Токи проходит в комнату и садится рядом с ним. - Кон, ты когда-нибудь целовался? - Хммм. Мне стоит поинтересоваться, с чего вдруг такие вопросы? – теперь голос Кона еще и приправлен хорошей долей ехидства. Токи уже почти жалеет, что пришел именно к нему. Но ведь больше не к кому… Наверное, стоило разобраться самому. Токи обнимает прижатые к груди колени, искоса смотрит на друга. - Лучше просто ответь. - Да, конечно, целовался, Токи! – смеется тихо. – Так что все-таки случилось? До тебя наконец-то добралось половое созревание? - Не смешно. Меня поцеловала Кучиха. - Ого! Мне тебя пожалеть или поздравить? - Кон! - А что? Я предупреждал, что ты единственный, кто относится к ней, как к девушке. Пожинай плоды. - Так и знал, что не стоит тебе говорить. - Да ладно тебе, Токи. Если серьезно, не вижу проблемы. Поцеловала – и поцеловала, что не так? Токи мнется. Пальцы привычно начинают теребить повязанную на запястье синюю нить. Кон так и не попросил вернуть ее. А он сам и не вспомнил поначалу, а потом как-то уже к ней привык. Черт, о таком ведь сразу и не скажешь. - Проблема в том… - начинает Токи. А как правильно закончить? Лучше как есть. – Я ничего не почувствовал. Кон даже перестает курить. Это, действительно, настолько странно? Ну, естественно. Он же не почувствовал ничего. В смысле – совсем ничего. Скорее, было легкое отвращение и навязчивая мысль о том, когда же это закончится. Самому отталкивать Кучиху не хотелось – обижать не хотелось. О женщинах в таком случае говорят «фригидная», верно? - Даже не знаю, что сказать. Токи, а ты не думал, что она просто тебе не нравится? Может, Кучиха не в твоем вкусе? Нашел бы себе девушку поспокойнее. И с грудью побольше. - Не знаю. Кучиха хорошая. И красивая, на самом деле. Может, это со мной что-то не так? - Все-таки половое созревание еще не пришло? – фыркает Кон. – А это мысль, кстати. - Ко-о-он, - почти стонет Токи. – Я ведь серьезно. - И я серьезно. Ладно. Есть одна мысль. Кон окончательно откладывает мундштук и придвигается к нему почти вплотную. Голая коленка касается его локтя. Кожа такая светлая. Кажется нежной. Токи чувствует, как краснеет. Не то чтобы он был яростным блюстителем личного пространства, но все же не привык быть так близко к другому мужчине. Да и сам разговор не слишком способствует его душевному спокойствию. - Что ты делаешь? - Хочу кое-что проверить. Посмотри на меня. Это был твой первый поцелуй? Смотреть в глаза Кона еще более смущающе. - Д-да. - Хорошо. Сейчас будет второй. Токи честно пытается оттолкнуть Кона. Упирается руками в твердую грудь, но если с Кучихой это еще могло к чему-то привести, то с Коном, который выше на полголовы и шире в плечах, надежды на положительный исход, в общем-то, нет. Целовать с парнем – противоестественно. Но если он не может предотвратить это, стоит просто перетерпеть, как с Кучихой. Только в этот раз все оказывается иначе. Губы напротив гораздо жестче и горячее. Чувствуется привкус табака. Горько. А еще от него не ждут никакой инициативы. Кон сильный. Он уверенно держит его за затылок, вынуждая податься вперед и вцепиться дрожащими пальцами в распахнутое на груди кимоно. Все-таки очень горько. И еще больше – жарко. Токи теряется в ощущениях и мыслях, перескакивающих с одной на другую. Он не знает, что будет дальше. Когда это закончится? Он хочет, чтобы это закончилось? Или нет… Будто почувствовав охватившие его сомнения, Кон тихо хмыкает, притягивает его еще ближе и углубляет поцелуй. Чужой язык – влажный, теплый и весьма настырный. Чужие руки – сильные и нежные. Держат его крепко, но не делают больно. Наоборот – дарят ощущение надежности и защищенности. Пальцы – горячие. Не оставляющие пространства ни для единого маневра. Это все Кон. Токи сдается. Закрыть глаза и ни о чем не думать. Вот так – хорошо. Теперь под вспотевшими ладонями не смятая нервно ткань, а мягкая кожа. Еще хочется коснуться волос. И голой коленки. Обнять израненную руку. Посмотреть в глаза. Огладить взглядом подтянутое тело и обнять за шею, прижимаясь сильнее. А еще очень хочется, чтобы Кон тоже коснулся. Приласкал. Господи, о чем он только думает? Токи будто горит и боится признаться себе, что это, черт возьми, лучшее, что он испытывал в жизни. Кон отрывается от него, но остается так же близко. Токи не знает, что ожидал найти в его глазах, но прямо сейчас видит в них тепло и жажду, и что-то еще, что он не знает, как назвать. Кон больше не держит его. И это не приносит облегчения. На периферии сознания зудит чувство потери. Токи вдруг понимает, что Кон – красивый. А еще рядом с ним уютно и спокойно. Всегда. Даже в этот странный момент, когда сердце гулко бухает в груди, а губы помнят чужой вкус. Чертовски красивый парень напротив него протягивает руку и, не заметив никаких признаков сопротивления или неприятия, обнимает ладонью щеку, надавливает большим пальцем на приоткрытые губы и зарывается пальцами в волосы. Токи дрожит весь, внутри снова поселяется нестерпимый жар. Он и не представлял, что бывает так. - Продолжим? Да. Пожалуйста.